Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Начавшуюся регистрацию предвыборных списков, в которых не оказалось непримиримых оппозиционеров, обсуждаем с бывшим членом Центризбиркома Вадимом Прохоровым



Владимир Кара-Мурза: Сегодня в Центризбирком поступили предвыборные списки от первых участников парламентского марафона - Демократической партии России, аграриев и партии Гражданская сила. Избиратели рискуют недосчитаться многих популярных фигур, заранее забракованных Кремлем. Причины происходящего обсуждаем с Вадимом Прохоровым, бывшим членом Центризбиркома, ныне адвокатом Союза правых сил. Напомните нашим слушателям, как происходит процедура в Центризбиркоме?



Вадим Прохоров: Собственно говоря, не секрет, что в соответствии с действующим законодательством на съезде политической партии, а я хочу напомнить, что только политические партии ныне вправе участвовать в выборах. Если раньше имели право участвовать в выборах общероссийские политические общественные объединения, которые могли создавать блоки, как это принято в подавляющем большинстве цивилизованных стран. По тем или иным причинам Кремлю понадобилось укрупнить, с одной стороны, политические партии, а с другой стороны исключить возможность создания ими избирательных блоков. Таким образом, только 15 юридических лиц, являющиеся политическими партиями, которые входят в реестр политических партий, составленный Федеральной регистрационной службой, в системе Министерства юстиции она функционирует, только 15 этих политических партий имеют право участвовать в федеральных выборах депутатов Государственной думы. И на съезде соответственно каждая политическая партия не ранее, чем через 10 дней и не позднее, чем через 30 дней со дня официального опубликования решения о назначении выборов депутатов Государственной думы, должен быть проведен такой съезд и соответственно выдвигаются списки кандидатов в депутаты. Не более 600 кандидатов в соответствии с нынешним законом. Насколько я понимаю, большинство партий политических, которые собираются участвовать в выборах в Государственную думу нынешних, уже провели такие съезды. Самая близкая к власти партия «Единая Россия», как я понимаю, такой съезд еще не провела, она его запланировала, по-моему, на 2 октября по тем или иным соображениям. Подавляющее большинство остальных партий провели такие съезды. Соответственно, подготовили или в стадии подготовки необходимых документов, и эти документы предоставляют в Центральную избирательную комиссию Российской Федерации на Большом Черкасском переулке дом 9, недалеко от Лубянки, что так же характерно, соответственно, уполномоченными представителями политической партии. Это первая стадия. И в течение 7 дней Центральная комиссия должна заверить соответствующий список, выдвинутый политической партией на съезде.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Виктор Алкснис, член первой тройки списка партии Народный Союз, поделился трудностями формирования списков.



Виктор Алкснис: Вы знаете, есть такая установка, что не должно быть в списке людей, у которых имеется судимость в прошлом. Но у нас, например, в списке есть Станислав Терехов, который в свое время проходил по делу о событиях октября 93 года. На это обратили внимание, как так, человек. Мы его отстояли, и он идет первым в списке в одном из регионов. Ряд других товарищей наших кандидатов тоже были. Не секрет, что все эти списки рассматривается в администрации президента. Это не означает, что мы официально представляем списки на утверждение, но они получают по своим каналам эти списки и иногда звучат такие ненавязчивые рекомендации, что желательно, чтобы того или иного не было. Последний пример – это партия Патриотов России. Как известно, там пытались в тройку включить Рогозина и Глазьева, но я так понимаю, что, очевидно, после рекомендаций администрации президента их туда не включили, их вообще не оказалось в списке.



Владимир Кара-Мурза: Насколько конституционно это пожелание не включать в списки бывших судимых?



Вадим Прохоров: Во-первых, оно не основано на законе, я постараюсь объяснить, почему. Как я понимаю, и как это следует из слов Виктора Алксниса, данное пожелание со стороны администрации президента исходило в таком полуформальном порядке. Вряд ли есть некий официальный циркуляр, но понятно, что шепот со стороны администрации для многих участников избирательного процесса является уже отмашкой к исполнению соответствующего указания. Теперь насчет законности. Вообще в конституции Российской Федерации, а именно в статье 22 содержится два основания лишения или ограничения граждан Российской Федерации в их избирательных правах, как в пассивном, так активном избирательном праве. Это граждане, признанные решением суда недееспособными и находящиеся в местах лишения свободы по приговору суда. Причем не подозреваемые в совершении преступления, а именно уже отбывающие наказание. Тем не менее, буквально в последнее время особенно изменения в законодательстве имели место прошлым летом 2006 года, целый ряд категорий граждан оказался лишен пассивного избирательного права. Кстати, не все судимые, может быть, правильно ли я понял Алксниса, нельзя интерпретировать его слова, что человек любой, имевший судимость, не может быть допущен к избирательной кампании, к участию в выборах. Нет, только осужденные к лишению свободы за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления и имеющие не снятую, не погашенную судимость на день голосования. То есть, соответственно, 6 и 10 лет в зависимости от категории совершенного преступления, если не прошло с момента непосредственно уже, собственно говоря, вступившего в законную силу приговора, либо если эта судимость не была снята, как в принципе может быть в соответствии с Уголовным кодексом. А также имеющий непогашенную или не снятую судимость за совершение преступления экстремистской направленности. Если судимость гасится или снимается судом, в соответствии с 85 статьей Уголовного кодекса, то такой человек имеет полное право участвовать в выборах. Другое дело, что, насколько мне известно, есть соответствующая установка со стороны властей в принципе максимально вычесть людей имевших судимость, что, с моей точки, зрения такой подход возмутителен. Особенно меня возмутило, честно говоря, исключение из списков одной из партий, я не являюсь поклонником этой партии, сторонником и не буду называть, чтобы не обвинили в агитации или антиагитации за ту или иную партию, но человека этого назову – певец Александр Новиков. Как ни относись к его взглядам, опять же не являюсь сторонником, но и всем известно, за что этот человек сидел. Многие поколения выросли на его песнях. И сам тот факт, что когда-то он имел судимость, и из-за этого не включать в списки партии в стране, значительная часть которой вообще прошла через ГУЛАГ, просто является еще одним проявлением беспредела со стороны власти.



Владимир Кара-Мурза: Второй номер партии «Яблоко» Сергей Адамович Ковалев тоже имеет погашенную судимость, у них тоже могут возникнуть проблемы.



Вадим Прохоров: Слава богу, что в отношении Сергея Адамовича хватило совести или, по крайней мере, не сообразили использовать этот аргумент. Хотя, конечно, очень разная судьба и у Сергея Адамовича, и Александра Новикова. Но как мне представляется, в принципе неправомерен подход, благодаря которому если кто-то когда-то имел судимость, пусть и погашенную и снятую на сегодняшний день и по закону имеющего право баллотироваться, чтобы этого человека автоматически вычищали из списков кандидатов вместо того, чтобы дать избирателям самим возможность определиться, голосовать за или против этого списка, где находится этот кандидат.



Владимир Кара-Мурза: Сергей Глазьев, известныйэкономист, сопредседатель фракции «Родина», бывший кандидат в президенты на выборах 2004 года, сам добровольно отказался от участия в выборах.



Сергей Глазьев: Я принял решение не участвовать в этих выборах еще весной, причем публично заявил, в связи с тем, что выборы потеряли смысл. Практически все партии, которые участвуют сегодня в выборах, являются филиалами партии власти, поскольку все они проходят фильтр бюрократического контроля администрации президента и не имеют самостоятельности. После политической реформы, которая завершила конституционную реформу, начавшуюся в 93 году с государственного переворота в сентябре 93 года, вся эта политическая система России полностью сформировалась так, как было по сути предрешено ельцинской конституцией. Мы с самого начала выступали, я имею все демократические силы выступали против принятия этой конституции, поскольку понимали, что она приведет к формированию жесткого авторитарного режима. Собственно говоря, это и произошло. Политическая реформа была завершена ликвидацией выборов губернаторов и одномандатных депутатов Государственной думы по мажоритарной системе и полностью бюрократизирована. Соответственно, вместо волеизъявления избирателей мы имеем фактически предрешенные результаты, которые оформляются театральной постановкой под названием «выборы».



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Виктора Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер, Владимир Алексеевич, добрый вечер, Вадим Прохоров. Первый вопрос такого порядка: скажите, пожалуйста, вы сейчас сказали, что лица, которые осуждены были, судимость не погашена, не могут быть включены в списки? Но самое интересное в другом: мы все знаем и можем указать пальцем, что у нас многие не имеют судимости, но на многих были заведены уголовные дела, которые закрывались просто по распоряжению свыше. Но это не самый главный вопрос. Самое главное вот, что хотел узнать у вас: выборы 96 года и выборы 2000 года, когда президентские выборы, отлично многие помнят, когда ныне покойный Борис Николаевич Ельцин сказал нынешнему президенту: я уверен, что ты наберешь 51 или 52%. Ему просто была заранее известна данная цифра, сколько он наберет.



Владимир Кара-Мурза: Насчет судимых, помним, был такой депутат Шашурин, который из казанского следственного изолятора сразу попал в думское кресло, не успел суд над ним пройти.



Вадим Прохоров: Давайте тогда, я услышал порядка трех вопросов. Первое: не имеют права избираться в соответствии с нынешней редакцией закона не лица в принципе судимые, а у которых есть неснятая, не погашенная судимость за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, то есть это не прошло шести лет, собственно говоря, с момента отбывания наказания, имеется в виду за тяжкие преступления, либо эта судимость не снята судом. Что касается того, что многие партии исключили лиц, которые много лет назад были судимы и судимость которых была погашена или снята судом, то это как я понимаю, соответственно указание властей, с которым я лично не согласен. Кстати, как во многом с соответствующим положением закона. С моей точки зрения, неправомерно в законе указана эта категория граждан. А почему решили, что за совершение только тяжких и особо тяжких? А почему не преступления средней тяжести? Где критерий? Люди отбыли наказание, люди освободились. И в какой мере это конституционно, мне представляется весьма сомнительным. А неформальные указания действующей власти о том, чтобы в принципе не включать людей имеющих судимость или, по крайней мере, максимально от них избавиться - это просто, с моей точки зрения, крайне прискорбно и возмутительно. Что касается второго вопроса по поводу лиц, которых, как я понимаю, следовало бы привлечь к уголовной ответственности, но они не привлечены и некоторые из которых занимают государственные должности или собираются баллотироваться в депутаты - это вопрос, как я понимаю, риторический и, наверное, несколько выходит за пределы темы сегодняшнего обсуждения. И наконец третье, что касается предсказаний Ельцина, я честно говоря, не помню, предполагал ли Ельцин конкретный результат у молодого и тогда никому неизвестного нынешнего президента Путина на выборах марта 2000 года, я не помню, был 51 или сколько предполагалось, по-моему, набрал 54%. Был первый тур. Хотя, мне кажется, в недемократичности не стоит первого президента России обвинять с учетом того, что делается ныне в стране.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Николая.



Слушатель: Доброй ночи. Конечно, Нельсон Мандела никак не мог бы стать президентом при таком законе.



Владимир Кара-Мурза: Вацлав Гавел тоже.



Слушатель: И Дубчек, по-моему.



Вадим Прохоров: Да, кстати, и Сталин.



Слушатель: И Ленин. Они не могут внутри страны потерпеть, потому что вертухаям трудно сидеть с политзаключенными рядом. Как премьер-министра и президента, как помогали на Украине Виктору Януковичу, дважды судимому, тоже непонятно. Там можно. Говорят, двойные стандарты на Западе, а у нас какие стандарты?



Вадим Прохоров: Николай перечислил максимально кратко и емко целый ряд исторических деятелей и можно этот ряд продолжать и, действительно, обозначил проблему.



Владимир Кара-Мурза: Мы уже два года обсуждаем, как российское законодательство меняется под возможный казус Ходорковского. То есть всеми способами ограничиваются права заключенных, подобных ему, в организации благотворительных фондов, участие в политике.



Вадим Прохоров: Безусловно, это просто такой страх, как зачастую совершенно немотивированный, нелогичный страх власти перед внешне несвободным, но внутренне свободным человеком. А иначе быть не может. Люди, держащиеся за свои кресла, не могут понять, как человек в заключении может быть еще более свободным, нежели они, сидящие в прекрасных условиях на своих Рублевках и в своих кабинетах. Самое главное, что нынешние действия в отношении некоторых лиц из списков ряда партий, когда просто исключали людей, много лет назад имевших судимость, уж в данном случае Ходорковскому никак не отнесешь. Просто это чекистский подход, что если кто-то где-то либо оступился, либо был привлечен к ответственности, понятно, допустим, почему Новикова привлекли к ответственности после выхода его альбома в 84 году известного, такого пусть не антисоветского, но явно непонравившегося действующей власти. Ему же экономическую статью тогда дали. Поэтому ровно то, за что потом стали давать ордена и наживать соответствующий капитал буквально через несколько лет. Он еще сидел, а люди делали деньги на том, за что он сидел. Поэтому таких примеров несколько. Здесь не все объясняется казусом Ходорковского, скорее страхом власти перед людьми, которые не ходят строем или колонной.



Владимир Кара-Мурза: Лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров имеет собственные представления о составе будущей думы.



Гарри Каспаров: У настоящей оппозиции свой список. Мы понимаем, что этот список не будет зарегистрирован, потому что мы игнорируем многие формальные правила, которые, на наш взгляд, противоречат конституционным правам российских граждан. И кроме того организации, которые составляют «Другую Россию», они вообще не имеют официальной кремлевской регистрации. Но мы считаем, что кампания парламентская дает возможность доносить нам до людей свою позицию в данном случае от двери к двери, расклеивая агитацию. И на наш взгляд, более эффективным способом высказать свое недоверие нынешней политической системе, выразить несогласие с действиями властей, которые максимально ограничивают наши конституционные права, скажем, убрали графу «против всех», запретили предвыборные блоки и многие другие вещи, гарантирующие право граждан на свободное волеизъявление. Это лучше всего выражать порчей бюллетеней или перечеркиванием, точнее, просто вписывая туда «Другую Россию». Если вы не согласны с тем, что происходит в стране, вы не согласны с ограничениями ваших прав, вписывайте «Другую Россию».



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Владимира.



Слушатель: Здравствуйте. По поводу включения элементов, которые судимые, я считаю, что эти мероприятия призваны очистить. Идет засилье криминалитета, криминалитет, собрав громадные средства незаконные, теперь хочет овладеть полной властью, чтобы еще больше разбогатеть. И то, что правительство и Путин какие-то ставит ограничения и рекомендации выдает, чтобы как-то остановить это дело, очистить власть, дать возможность функционировать, мне кажется, это правильно. С другой стороны известно, что ставить на руководящие должности людей, которые, как говорят, на крючке, о которых известны темные дела. Тогда он боится, он легко управляем, манипулируем и такие люди тоже опасны. Неужели в стране нет законопослушных и порядочных граждан, чтобы они наполнили собой Госдуму и государственные структуры?



Вадим Прохоров: Точка зрения имеет право на жизнь, есть некоторая в ней логика, за исключением нескольких моментов. Первое: действительно, сделать полную ставку и просто буквально вложиться всем своим капиталом в дважды судимого Януковича. Тот же самый Владимир Путин. Это что, братьям-украинцам: возьми себе, боже, что нам негоже? У нас мы таких вычищаем, а там будем поддерживать максимально. Точка зрения весьма сомнительная. Второе: речь идет о чем? Значительная часть страны прошла через ГУЛАГ. Наверное, нет ни одной семьи, у которой кто-то, как говорил в свое время генерал Лебедь, не сидел бы, не собирался сидеть. Здесь, безусловно, многие были реабилитированы. Мы сейчас говорим не про факт, отбывал человек наказание в местах лишения свободы или нет, как, например, тот же Сергей Адамович Ковалев, впоследствии реабилитированный, мы говорим о том, что неформальное указание. В законе есть ограничение, пока судимость не погашена и не снята, извольте, вы не можете баллотироваться. Ограничение, с моей точки зрения, сомнительное, но тем не менее, оно есть и в принципе должно соблюдаться. Если такой человек будет включен в политическую партию, он будет исключен решением избирательной комиссии. Мы просто привели несколько примеров, когда действительно правозащитники, когда как тот же Сергей Адамович Ковалев, которого никак не обвинишь ни в какого рода преступлениях, кроме борьбы за демократическое обустройство общества и за права человека, чем он и занимался. Получил в свое время срок. Как быть с ним, например? И так далее. Данные примеры можно продолжать. И наконец, последнее соображение. Не зря один из уважаемых предыдущих слушателей сказал, что наиболее опасны не те, кто уже отсидел, хотя вопросы есть, партии должны более серьезно подходить к тем, кого они включают, а те, кто должен понести соответствующее уголовное наказание, но не собирается это делать и в общем-то, наверное, никогда этого не произойдет, тем не менее, является кандидатом на привлечение к ответственности. Таких очень много, в том числе и во власти. С моей точки зрения, именно они, зачастую принадлежащие к тем или иным силовым структурам, не будем поминать их всуе, гораздо более опасны, чем классические представители криминалитета, которые и так уходят в прошлое и, по-моему, сильно во власть не рвутся.



Владимир Кара-Мурза: Говорят, что Кремль боялся Климентьева и Анатолия Быкова, которые уже успешно участвовали в выборах.



Вадим Прохоров: Хорошо, Климентьев, Быков, согласен, но, допустим, Новиков им чем помешал? Поэтому здесь, конечно, вопрос достаточно, мягко сказать, спорный. Все ограничения избирательных прав не сводятся к тому, баллотируются или не баллотируются люди, в свое время отбывавшие наказание в местах лишения свободы. Наверное, действительно партии должны серьезнее подходить при выборе своих кандидатов, но есть и масса других проблем при формировании и выдвижении списков.



Владимир Кара-Мурза: Владимир Лысенко, президент Института современной политики, сопредседатель ликвидированной Республиканской партии России, был заранее отстранен от выборов.



Владимир Лысенко: Республиканская партия была ликвидирована одной из первых, именно потому что она была наиболее последовательно оппозиционна путинскому режиму, выступала с жесткой критикой авторитарного режима Владимира Путина. И мы надеемся, что с помощью Европейского суда нам удастся восстановить, конечно же, не к этим выборам, но хотя бы к следующему году политическую партию, как боевую единицу. Если бы это удалось сделать, то это был бы очень серьезный прорыв в современном авторитарном режиме и показало, что при помощи Европы можно реально восстанавливать демократические институты и тогда, я думаю, что была РПР бы сильна. Одновременно я хотел сказать, что Владимира Рыжкова не взяли СПС - это была тоже очень серьезная потеря. Но это на совести Союза правых сил.



Владимир Кара-Мурза: Вы упомянули, что 15 партий зарегистрировано, все ли они настолько популярны или авторитетны, как ликвидированная, в частности, республиканская партия России?



Вадим Прохоров: Давайте я перечислю только некоторые из этих 15, чтобы, собственно, наши слушатели смогли определиться или вспомнили. Российская политическая Партия мира и единства. Насколько я понимаю, единственная главная знаковая представительница - это Сажи Умалатова. Кстати сказать, между прочим, документы уже представлены в Центральную избирательную комиссию. Далее - Российская экологическая партия Зеленые. Партии зеленых есть во многих странах. В данном случае, насколько действительно эта партия вписывается в контекст экологистов и таких левых, как правило, достаточно радикально левых представителей гринписовского движения, как в других странах. Здесь слушатели могут сами сделать выводы. Политическая партия Народный союз. Честно говоря, я ничего вообще не могу сказать.



Владимир Кара-Мурза: От нее выступал депутат Алкснис, ее руководитель Сергей Бабурин.



Вадим Прохоров: Прошу прощения, я понял. По крайней мере, мы хоть поняли, кто это. Партия социальной справедливости тоже имеет право участвовать в выборах. Кстати сказать, Партия возрождения России, которая, как я понимаю, возглавлялась Геннадием Селезневым в свое время. Но кстати сказать, Центральная избирательная комиссия приняла постановление, буквально последнее постановление принятое Центральной избирательной комиссией о партиях, которые не имеют права использовать бесплатное время эфирное в ходе данной избирательной кампании, не расплатившись за предыдущие выборы, как раз относилось к одной-единственной партии - Партия возрождения России. Правда, я не абсолютно уверен, что она будет участвовать в этот раз. По крайней мере, формальное право имеет.



Владимир Кара-Мурза: Сам Геннадий Селезнев уже ушел в список Семигина.



Вадим Прохоров: Вот мы перечислили ряд партий, насколько они влиятельны и более ли они влиятельны, чем, скажем, закрытая партия, Республиканская партия России, я думаю, что каждый может сделать вывод.



Владимир Кара-Мурза: У нас была целая передача, посвященная ликвидированным партиям, там была Российская коммунистическая рабочая партия Виктора Тюлькина, которая набирала 5% в 95 году.



Вадим Прохоров: Насколько я понимаю, Тюлькин судился в Конституционном суде, обжаловал эту норму о необходимости набрать 50 тысяч членов по России. Конституционный суд, сенсации не произошло, вынес решение, что да, 50 тысяч - это нормально. Возникает вопрос: если введут 500 тысяч или пять миллионов, то что скажет на это Конституционный суд. Я не готов сказать.



Владимир Кара-Мурза: Лидер одной из этих партий, Партии социальной справедливости, Алексей Подберезкин доволен процедурой формирования списков.



Алексей Подберезкин: Формирование проходило спокойно. Несмотря на то, что объединилось четыре партии, несколько общественных организаций на базе ПСС, прежде всего Социал-демократической партии, отчасти Народной, СЕПР, Духовное наследие. Было приятно, что люди на протяжении 15 лет были знакомы, поэтому каких-то проблем не возникало. Два конфликта было в региональных списках, потому что, например, идея о приглашении Максима Бескова, это мой давнишний приятель еще по Совету по содействию институтов гражданского общества, он был руководителем аппарата, сотрудником администрации, офицером ФСБ, кандидатом наук. Потом все это бросил, пошел просто директором детского дома подмосковного работать. Это была чисто моя идея. Воротников - тоже была моя идея, ни с кем не согласовывал.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Вы знаете, действительно, глядя на мышиную возню, предвыборная и выборная будет, даже если посмотреть, как президент сменил премьер-министра у всех на глазах, все проголосовали в думе, что мы согласны. Мне интересно, я задаю вопрос Вадиму Прохорову, как вы думаете, агитбригады будут ездить по городам и вестям российским, чтобы агитировать за СПС, за прочие партии или «Единая Россия» запретит всем делать заранее. Выборы уже заранее известны, кто там будет.



Вадим Прохоров: Не хотелось бы мне сейчас ответить таким образом, чтобы это было воспринято как предвыборная агитация. Поэтому про СПС я не буду говорить. Хотя мог бы сказать, что, конечно, какая-то работа будет, безусловно. Насчет агитационных бригад, небезызвестные прецеденты, несколько недель назад, кстати говоря, я так и не знаю, чем закончился, когда поступили письма в ряд администраций, в ряд субъектов федерации от нашей известной певицы госпожи Бабкиной о том, чтобы соответствующие администрации и руководство соответствующих регионов как-то пошарили по сусекам, нашли средства. Как раз было в этом письме, я его читал, просто на память не могу процитировать точно, насчет агитационных выступлений, разумеется, проводящихся в поддержку известно какой партии, самой близкой к действующей власти, причем чтобы это оплачивалось из государственных средств, то есть из средств администрации регионов. Я так понимаю, руководство регионов, думаю, что это была инициатива самой артистки, как мне кажется, потому что все быстро открестились. Хотя данное письмо было поддержано оргкомитетом фестиваля, в рамках которого должны были проходить выступления, в который входил Михаил Швыдкой и ряд известных лиц. Но они от комментариев сразу отказались, не помню, что комментировала сама Бабкина. Но слава богу, пока фестивалей не видно за счет государственных средств, то есть наших с вами, чтобы проводилась агитация в пользу одной партии. Другое дело, что, с моей точки зрения, нынешней власти при нынешней системе по большому счету эти агитбригады особо не нужны. У них есть самый главный бесценный резерв - это вся начальствующая вертикаль сверху донизу, вплоть до старших по подъезду, домоуправов, начальников ЖЭКов и так далее наверх. Если ставится задача председателям колхозов или, допустим, руководителям предприятий и тем более главам районов соответствующих субъектов, чтобы процент соответствующей партии был не ниже определенного, то есть чтобы она заняла большинство, то безусловно, вполне достаточно этой вертикали, которая в лепешку расшибется, чтобы сохранить свои кресла и начальствующие посты. Для этого не особо нужны какие-то выступления. Хотя, как известно, весь основной эфир, и телевидение, и радио опять же будет уделен известно какой партии.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Звенигорода от радиослушателя Андрея.



Слушатель: Здравствуйте, Владимир, здравствуйте, Вадим. Я вчера на выборах голосовал за демократов. Центризбирком отстранил почти всю оппозицию за экстремизм. Партия Рыжкова попала под эту мельницу. Я не пойму, за что Рыжков экстремист? Осталось «Яблоко», теперь оно на карандаше у власти.



Владимир Кара-Мурза: Не совсем за экстремизм Республиканскую партию ликвидировали.



Вадим Прохоров: Я может быть в данном случае не являюсь адвокатом Центризбиркома, но не Центризбирком отстранил Республиканскую партию от выборов, а скажем так, действующая власть в лице Федеральной регистрационной службы. Как я понимаю, формальным основанием в результате проведенных властью проверок, насколько я знаю, было то, что там якобы не было 50 тысяч членов необходимых. Последние изменения последних лет в избирательное законодательство и законодательства о политических партиях, в частности, федеральный закон о политических партиях донельзя усложнили процедуру, во-первых, создания, во-вторых, существования политической партии, должно быть не менее 50 тысяч членов. Причем таких активных, действующих членов, которых будут обзванивать. Как имел место вполне известный прецедент, я могу просто по регионам сказать, когда обзванивающие, проверяющие причем в число которых входили не только представители Минюста, но и участковые и так далее, спрашивали не только, состоит ли тот или иной человек, находящийся дома и поднявший трубку в партии, но а что ему нравится в этой партии - были и такие вопросы, причем с некоторым намеком и подтекстом: а может тебе, дорогой товарищ, еще и приплатили за то, чтобы ты там был. Безусловно, в результате внесения соответствующих изменений в действующее законодательство деятельность реально оппозиционных партий, как вообще в целом оппозиции, максимально затруднена. С моей точки зрения, оппозиционных реальных партий демократических осталось все-таки две пока на сегодняшний день, имеющих право участвовать в выборах. Что будет после выборов, поживем - увидим. Пока, конечно, перспективы не очень радужные.



Владимир Кара-Мурза: Председатель Коммунистической партии Советского Союза Олег Шейнин, бывший член политбюро ЦК КПСС, сетует на откровенную цензуру.



Олег Шейнин: Со всех сторон мешают: и со стороны власти, и отключают нам сайты многократно. Дано указание власти, чтобы меня нигде не показывали. Меня пригласили на программу «Спас» и так вроде бы за две с половиной, три недели было. Я приехал вовремя, когда мне сказали приехать, меня загримировали, я побеседовал с ведущим. И вдруг заходит такая растерянная администратор и говорит: извините, простите, что мы оторвали у нас время, у нас сложность получилась – сломалась записывающая аппаратура. Оказывается, руководитель «Спаса» идет по «Справедливой России» третьим в списке.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Тулы от радиослушателя Николая.



Слушатель: Добрый вечер. Во всей Восточной Европе все советские спецслужбы были признаны преступными организациями и после люстрации их членам запрещено заниматься политической деятельностью. После этого Восточная Европа стала частью объединенной Европы. А в России чекисты, которые в Советском Союзе сажали людей, а теперь их отстраняют от политической деятельности. Мы уже Советский Союз довели до краха, теперь хотят довести Россию до такого же конца?



Владимир Кара-Мурза: Очевидно, запрет на профессию для депутатов не предусмотрен, наоборот приветствуется.



Вадим Прохоров: Если брать в целом данный вопрос Николая, то с моей точки зрения, действительно отсутствие закона о люстрации, который многие предлагали принять в начале 90 годов, конечно, неблаготворно сказалось на развитии нашей страны - это правда. Что касается в целом проблемы, она достаточно широка, многогранна и, наверное, тоже проблема поставлена во многом правильно. И то, что действительно люди, проведшие значительную часть страны через ГУЛАГ, сейчас опять определяют или наследники тех людей определяют, кому можно баллотироваться, кому нет, исходя из собственного понимания государственных интересов, это, конечно, с моей точки зрения возмутительно.



Владимир Кара-Мурза: И наверно,е обнародование в канун выборов невыгодных для чекистов документов может тоже быть признано экстремизмом, как состоявшийся суд вчера суд над Андреем Пионтковским.



Вадим Прохоров: Я не уверен, честно говоря, что документы Андрея Пионтковского направлены именно против чекистов. Насколько я понимаю позицию Пионтковского, он в целом за строительство демократической и свободной страны, против любого авторитарного или тоталитарного воздействия на общественную жизнь страны не только со стороны чекистов действующих, бывших или будущих, хотя бывших, как известно, не бывает. Но в общем-то конечно, во многом в том, что сказал слушатель, есть значительная доля правды.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от радиослушателя из Ленинградской области Геннадия.



Слушатель: Добрый вечер, уважаемые участники передачи. У меня вопрос следующего свойства: какая участь ожидает недействительные бюллетени? Я обладаю информацией, что эти недействительные бюллетени будут причислены к победившей партии, то есть к «Единой России».



Вадим Прохоров: Как раз многие, ряд политических и общественных деятели, которых опрашивали в рамках сегодняшней передачи и звонивших слушателей говорили о том, что нужно бойкотировать выборы, не ходить на выборы. И я готов, безусловно, признаю их право на такую точку зрения, она имеет под собой некое обоснование. Мне же представляется, все-таки достаточно давно я занимаюсь выборами, видел разные способы фальсификации, что, конечно же, данные выборы несправедливы и несвободные какими были и прошлые выборы, как минимум по доступу разных партий к СМИ. Как и по ряду других моментов. Но все это еще больше усугубится, если люди реально не пойдут на выборы и если в каких-то участковых избирательных комиссиях, а их у нас 95 тысяч по стране, как известно, а выше, соответственно, в территориальных избирательных комиссиях, а выше - это подводятся итоги на федеральном уровне. Если там, скажем мягко, кем-то из недобросовестных членов избирательных комиссий или избирательными комиссий в целом часть бюллетеней, не полученных избирателями, бойкотировавшими выборы, пустые бюллетени будут заполнены за известно какую партию или за другую партию, поддерживаемую властью. Вообще неважно, за кого, но не за того, за кого хотели бы проголосовать избиратели. То есть если действительно эти бюллетени будут не погашены, как это полагается делать, а заполнены за ту или иную партию. Ровно по этим соображениям мне представляется неправильным бойкотировать выборы, а все-таки пока еще в парламент идут хоть какие-то демократические партии, можно отдавать предпочтение той или иной, но все-таки пойти и сделать свой осознанный выбор. Мне представляется, пока на сегодняшний день на данных выборах лучшая борьба с фальсификациями, чем вообще не участвовать в выборах ровно по тем причинам, которые обозначил слушатель Геннадий в своем вопросе.



Владимир Кара-Мурза: Писатель Эдуард Лимонов, сопредседатель движения «Другая Россия», исполнен оптимизма от тактики выбранной оппозицией.



Эдуард Лимонов: Проходили конференции последние два месяца по всей России по выдвижению единого кандидата в президенты и также кандидатов в депутаты от «Другой России» в российский парламент. Мы предполагаем 30 числа провести съезд, точнее, он будет называться ассамблея «Другой России» и на нем утвердить эти списки кандидатов в депутаты. И затем, по-видимому, на следующий день или через день представить эти списки в центральную избирательную комиссию с тем, чтобы потребовать регистрации списка кандидатов коалиции «Другая Россия» на выборах 2 декабря 2007 года. Вот какое наше участие. Если нам откажут в регистрации, мы будем проводить кампанию по выборам все равно, кампанию пропаганды наших кандидатов и впоследствии, я не буду раскрывать всей цепи акций, мы намерены твердо отстаивать право участников коалиции «Другая Россия» быть представленными в бюллетенях и быть конкурентами прокремлевских партий на этих выборах.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Георгия.



Слушатель: Добрый вечер. Господин Прохоров, скажите, в нормальных странах процедура выборов завершается опусканием бюллетеней, в нашей стране процедура выборов заканчивается регистрацией прибывших на выборы. По существу человек, пришедший на выборы, является проголосовавшим. А нельзя организовать процедуру регистрации людей, не пошедших на голосование?



Вадим Прохоров: Боль слушателя Георгия мне понятна. Я не очень понял смысл вопроса.



Владимир Кара-Мурза: Можно ли посчитать тех, кто бойкотировал.



Вадим Прохоров: Понимаете, в чем дело: человек, пришедший на избирательный участок и проголосовавший за ту или иную партию или испортивший бюллетень, это уже кому как угодно, он во всяком случае намного больше способствовал, это я абсолютно убежден, борьбе с фальсификациями, нежели человек, просто не пошедший. Пустой бюллетень, не истребованный избирателем и не опущенный в ящик для голосования, гораздо легче использовать, там достаточно поставить одну галочку напротив известной партии. Даже если фальсифицировать выборы, допустим, снижать процент оппозиционных или квази-оппозиционных, как угодно можно называть, мнения наших экспертов разделились, но тем не менее, повышать процент партий, близких к власти - это надо вбрасывать новые бюллетени, то есть долгий и отдельный разговор. Если человек пошел и проголосовал за ту или иную партию или, как некоторые предлагают, испортил бюллетень, с этим гораздо сложнее бороться фальсификаторам выборов, чем с человеком, оставшимся дома и никуда не пошедшим. Мне лично это понятно. Другое дело, что в целом данные выборы мне не представляются свободными и справедливыми и сам по себе факт участия ряда партий не делает страну демократической - это тоже мне представляется вполне очевидным. Например, общеизвестно, что в Чехословакии при коммунистическом режиме было пять партий, насколько я знаю, была КПЧ, которая всем заправляла, была крестьянская партия, хотя свободы после 68 года, как известно, не было.



Владимир Кара-Мурза: Просто конституцией было оговорено, сколько процентов каждая партия имеет в парламенте, так что от выборов не зависело.



Вадим Прохоров: Более того, насколько я знаю, в Чехословакии было несколько партий и, насколько я знаю, даже в ГДР режим, который всегда считался более тоталитарным, чем в Советском Союзе, как это ни странно, но кроме СЕПГ тоже были какие-то партии, правда, я не уверен, что это было заложено в конституции. Равно как в Болгарии. Тем не менее, свободы от этого не прибавлялось. У нас пока, конечно, все-таки не такая ситуация, но мне сложно сказать, насколько будет реальная отдача от альтернативных, параллельных выборов и так далее. Хотя, конечно же, это вечный спор между системной и внесистемной оппозицией. Мне кажется, что и системная и внесистемная оппозиция, и те, и другие точки зрения имеют право на жизнь.



Владимир Кара-Мурза: В связи со спором о бюллетенях вспоминаются ваши подсчеты в иске о выборах в 2000 года о том, что было открепительных талонов получено больше, чем напечатано.



Вадим Прохоров: Да, это наш знаменитый процесс, сейчас все материалы находятся в Европейском суде по правам человека, но там процедура, как известно, очень долгая. Собственно говоря, до коммуникации занимает несколько лет, само нахождение жалобы в Европейском суде, потом совершенно неочевидно, что жалоба коммуницируется, этот процесс занимает несколько лет. Еще когда данная жалоба в была Верховном суде, действительно наши заявители, наши эксперты посчитали, что даже если не брать явно несправедливый баланс между разными политическими партиями на выборах 2003 года, например, «Единой России» было посвящено больше 50% времени на первом канале, всем остальным порядка 44 - всем остальным 22 партиям, участвующим в выборах на всех. Так вот, даже если не останавливаться на этом, подсчеты на основании данных, размещенных официально на сайте Центризбиркома, показывали, что не все в этих подсчетах верно, действительно там было открепительных удостоверений выдано больше, чем напечатано.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Михаила.



Слушатель: Господа, добрый вечер. Власти ограничивают не только не допуском кого-то к выборам, но и прямыми угрозами. Знаете, сегодня двое чеченцев возбудились, что-то там Каспаров сказал не такое в адрес Кадырова. Наверное, это говорил много лет, но именно сейчас решили заявить об этом. И знаете что вспоминается: в советское время вышел однажды такой Марио Пьюзо, автор, «Крестный отец», довольно странный роман, то есть там мафия по существу следила за порядком. Получается, что именно тогда власти лелеяли именно такой стиль власти.



Вадим Прохоров: Владимир, мы же с вами по первому образованию историки, потом я получил юридическое образование. Для нашей страны опыт Сталина, Камо, их биография до революции, чем они занимались, к сожалению, характерен. То есть действительно зачастую, я не беру конкретных людей перечисленных в вопросе слушателя, но в целом те, кто присматривают, не имеют ли те или иные кандидаты судимости, в частности, лица, находящиеся на Старой площади в администрации президента, с моей точки зрения, присмотрелись бы к тем или иным своим коллегам.



Владимир Кара-Мурза: Какова дальнейшая судьба заверенных сегодня предвыборных списков, если кто-то из них захочет взять самоотвод или кто-то заболеет или эмигрирует, снимается ли такая партия с выборов?



Вадим Прохоров: Заболеет, эмигрирует... Если больше 25% кандидатов по не вынуждающим обстоятельствам, которыми являются расстройство здоровья его или признание недееспособным, если больше 25% кандидатов, включенных в список, не дойдет до дня голосования, до выборов, то такой список снимается. Раньше в законодательства были ограничения с выбытием человека из первой тройки, тогда снималась. Известно, что одна из партий была не допущена до выборов в 99 году, когда сняли Юрия Антонова, он входил в первую троку этой партии. Потом эта норма была признана неконституционной. Поэтому выход незначительного количества из списка не ведет автоматически к снятию всего списка партии. Но региональных групп должно быть не меньше 80 и выйти или быть исключено не больше 25% депутатов.


XS
SM
MD
LG