Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дети и пенсионеры в современной России


Ирина Лагунина: В сегодняшней России дети и старики оказались самой незащищенной категорией граждан. Недавно в Петербурге появились первые программы, направленные на то, чтобы наладить и отношения между поколениями, и помощь тем и другим. Первым задумался об этом Комплексный центр социального обслуживания населения Московского района Петербурга. Р ассказывает Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Попадают сюда те пожилые люди, которые находятся в непростой ситуации - не могут выйти из
депрессии после потери близких, страдают после выхода на пенсию, потеряли контакт в детьми и внуками. Говорит заведующая отделением дневного пребывания Ольга Карташева.

Ольга Карташова: Каждый из нас старается доказать свою независимость в этом мире, свою состоятельность и так далее. С одной стороны, это, конечно, хорошо, а с другой это приводит как раз к разрыву связей. И как мы ни хотели показать, что я самостоятельный, я в этом мире очень много могу, а потом сами же от этого страдаем. Все равно хочется иметь какого-то близкого человека. А кто еще ближе бывает, чем мама, бабушка, дедушка, внук. Когда стали создавать эту программу, мы же искали те методы и способы, которые наиболее эффективны. Сначала просто приглашали детские коллективы. Они придут, выступят, все хорошо. Но какая-то недоговоренность, недосказанность всегда была. И мы решили, что нужно делать эти контакты более тесными. То есть когда участвуют и пожилые люди, и дети, тогда в этом творческом процессе и завязывается такая тесная связь и взаимопонимание.

Татьяна Вольтская: Это поет хор - десяток бабушек и один дедушка: пионерские песни - часть программы "Подарок внуку". Они приглашают детей и поют им те песни, которые нынешнее подрастающее поколение никогда не слышало. И дети, между прочим, приходят в восторг и удивляются - откуда такие хорошие песни. Все стены увешаны детскими рисунками - малыши рисуют своих бабушек и дедушек. Удивительно, но седовласых стариков здесь не увидишь - внуки, наверное, бессознательно дарят им вторую молодость. Вот дедушка - молодой пограничник с биноклем, вот другой дедушка - фронтовик с медалью, тоже совсем не старый, вот бабушка в белом свадебном платье, да и все они красивые, в чем-то ярком, с цветами.
Пятилетняя Злата изобразила на больших листах акварельными красками даже двух своих бабушек. Злата, кого ты тут нарисовала?

Злата: Бабушку Зину и еще одну бабушку, которая сидит и папу.



Татьяна Вольтская: Ты бабушку любишь?



Злата: Да.



Татьяна Вольтская: А с бабушкой ты вместе живешь?



Злата: Да.



Татьяна Вольтская: А вы с бабушкой дружите, она с тобой гуляет?



Злата: Да.



Татьяна Вольтская: А что бабушка умеет делать?



Злата: С мной гулять. В музей ходили, я там птичку рисовала.



Татьяна Вольтская: Бабушка готовит хорошо?



Злата: Да.



Татьяна Вольтская: А книжки тебе читает?



Злата: Да.



Татьяна Вольтская: А у тебя две бабушки? А вторая кто?



Злата: Бабушка Зина, она ко мне приходит в гости. Со мной играет в игрушки.

Татьяна Вольтская: Тут все понятно, пока между маленькой Златой и ее бабушками - можно сказать, идиллия, но кто знает, что будет через несколько лет. С подросшими внуками бывает по-разному. Как, например, у Марии Николаевны.

Мария Николаевна: Мои внуки не поют, они занимаются компьютером.



Татьяна Вольтская: А с ними у вас хороший контакт? Они понимают бабушку?



Мария Николаевна: Нет, они говорят – отстой бабушка. Запела дочке песню. А она говорит: что это за песня такая?

Татьяна Вольтская: Зинаиде Павловне в этом смысле больше повезло.

Зинаида Павловна: Я самая богатая бабушка, у меня четыре внука. Своих внучек младших, одной 11, другой 16 лет, я привозила на наш хор. Они интересуются пением, потому что обе учатся в гимназии, изучают и французский, и английский язык. И они песни поют, но в основном на английском языке и на французском тоже.

Татьяна Вольтская: А вот что говорит единственный мужчина в хоре, Степан Иванович.

Степан Иванович: Я фактически один. Дочь есть, но они не понимают. Дочь и двое внучек. Они отдельно, живем не вместе. Встречаемся очень редко, если я к ним поеду. Так они меня не понимают в этом смысле.

Татьяна Вольтская: А вот совершенно счастливая бабушка - Мария Ивановна.

Мария Ивановна: У меня внук, он меня во всем понимает. Мы поддерживаем. У меня нога болела, он меня и в туалет водил, и в ванне, когда я моюсь, чтобы он мне спинку не потер. «Бабушка, наклоняйся, я тебе спинку потру». Вот так мы с внуком живем.

Татьяна Вольтская: Не жалуется на своего внука и Тамара Николаевна.

Тамара Николаевна: Мы находим общий язык. Когда он говорит: «Бабуля, садись на мотоцикл, я тебя прокачу». Я, конечно, в шоке, я просто боюсь.

Татьяна Вольтская: Про свое общение с внуками говорит Мария Алексеевна.

Мария Алексеевна: У меня внуки взрослые, а часть внук и правнук школьники. Внук, который в шестом классе, дитя своего времени, он очень увлекается техникой, компьютерами и прочее. Очень любит современные мультики.



Татьяна Вольтская: Понимание у вас есть?



Мария Алексеевна: На этой почве, что он смотрит много мультиков, у меня с ним понимание не очень есть.

Татьяна Вольтская: Непонятых и одиноких больше, чем счастливых. А лекарство от этого применяется какое-то устаревшее, - говорит Ольга Карташова.

Ольга Карташова: У нас в основном в социальной службе опекающие и распределительные технологии. То есть мы заботимся о вас и то, что получили материальную помощь, мы ее распределяем. И наши пенсионеры за это время, с 90-х годов, они уже как-то привыкли. И все время приходят и ждут. Они уже в эту роль вошли, они ее хорошо очень играют, вот таких иждивенцев, несчастных, забытых. Роль, которую им предлагает общество. Мы все-таки стараемся этот стереотип разрушить. И я хочу сказать, что у нас это получается.

Татьяна Вольтская: Дети, между прочим, тоже часто бывают не поняты и одиноки, даже в семье, а что уж говорить, если семьи у ребенка нет. Нельзя ли как-то соединить этих одиноких на двух полюсах - старости и детства?

Ольга Карташова: Мы сейчас как раз на это переходим. Эта программа для этого и создана, чтобы пожилые люди объектом для своей помощи выбрали этих детей. И сейчас мы работаем с детьми, которые живут в семьях кризисных, неблагополучных, где либо родители алкоголики, либо наркоманы. Это очень много, это очень значительная часть. Внимание пожилых обратить на это, что сейчас у нас с детством делается с семьей.

Татьяна Вольтская: И старики прилежно и вдохновенно готовят программы, чтобы показать их детям, одним из "подарков внуку" было целое дефиле ретро-моды, о котором бабушки рассказывают взахлеб.

Бабушка: Костюмы мы сшили, кто из чего – из занавесок, у меня скатерть мамина шелковая пошла на мой сарафан. Я венчалась в церкви в 59-м году и у меня до сих пор сохранилось мое свадебное платье и туфли.



Бабушка: На ретро приносила пять платьев. В основном бархат на шифоне и потом из магазина «Смерть мужьям» - это 52-й год.

Татьяна Вольтская: Говорит руководительница хора "Сударушка" София Ивановна Котлярова.

Софья Котлярова: Нас очень порадовала встреча с детьми Центральный эстетический центр. Дети, конечно, были удивлены очень. У нас были туалеты 50-х годов. Музыкальная программа была соответственно к этим костюмам. Урок, конечно, был от Тамары Николаевны Трусовой, которая оделась в домашний халат, когда-то это был очень красивый атласный халат 48-го года и на голове были попелетки, повязанные платочками. Дети внимательно смотрят. Я как ведущая, мне было очень интересно, я детей хорошо понимала. И детские номера – играли на аккордеонах дети, на фортепиано, дети пели. То есть у нас было совместное ретро взрослые и дети.

Татьяна Вольтская: Наверное, еще важнее, когда выступление проходит перед детьми, которых некому водить в кружки и творческие центры, - перед детьми из детских домов. Говорит Ольга Карташова.

Ольга Карташова: Я потом наших пенсионеров, участников этого мероприятия спрашивала: вы обратили внимание, какие это дети. Может быть не первый раз, но во всякий случай в первый раз они очень внимательно посмотрели на детей, на эту проблему. Видно, какие это дети – они худые, маленькие, видно, что они просто что-то не получают в этой жизни очень много. Сейчас уже хористы, кто готовил мероприятие, они уже по-другому взглянули на свою работу.



Татьяна Вольтская: А не пойдут они дальше, принять участие в судьбе этого ребенка, пригласить его домой? Петь это, конечно, хорошо.



Ольга Карташова: Нам хочется быстро все сделать. То, что мы создавали стереотип пожилого человека с каким лет, сразу его разбить невозможно, все требует постепенной работы.



Татьяна Вольтская: А сами дети в помощь старикам, есть у вас такое направление?



Ольга Карташова: У нас налажены связи с лицеем технологий и дизайна, где есть такая группа выпускников детских домов, они там обучаются. И мы потихоньку с ними налаживаем связь. Выпускник детского дома сталкивается с большими трудностями в этой жизни. И вот здесь когда сталкиваются два одиночества, наверное, у них есть что-то для того, чтобы завязалась эта связь и она завязывается. И мы специально ищем ту категорию, нуждающуюся в этом общении.

Татьяна Вольтская: Разрабатывая новые социальные технологии, в центре учитывают опыт и зарубежных социальных служб.

Ольга Карташова: Вот эти все межпоколенические взаимодействия в большинстве стран пытаются наладить. В Соединенных Штатах специальные программы, когда создаются совместные клубы, устраиваются совместные дискотеки, клубы встреч, где могут встретиться различные поколения. В Европе тоже я участвовала в одном проекте с датчанами, там тоже вот это межпоколеническое взаимодействие, пускай оно с трудом, но это тоже как один из методов для улучшения качества жизни. За границей очень много работает молодых социальными работниками. Но проблема между поколениями, наверное, тоже есть, потому что в тех же самых социальных домах бабушки с тоской в глазах глядят в окно и ждут, когда к ним придут родственники. Разрыв связей между старшим поколением и молодым везде есть. Задача социальных служб наладить это. В наших интересах общих.


XS
SM
MD
LG