Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Цены выросли! Как выживать?


Елена Рыковцева : Резкий скачок цен на продукты – тема нашего сегодняшнего разговора. Почему это произошло? На сколько это произошло, в смысле на какие суммы? Как все это надолго? И главный вопрос, который мы задаем сегодня гостям и, главное, слушателям – как теперь выживать? Будем давать друг другу советы.


Я представляю гостей программы. С нами редактор отдела экономики «Новой газеты» Алексей Полухин. С нами корреспондент газеты «Мой район» Алексей Терехов. С нами по телефону из Тамбова, впервые не в московской студии, а на связи из Тамбова Айдер Муждабаев, редактор отдела городской жизни газеты «Московский комсомолец». Я чуть позже объясню, почему вы в Тамбове.


Пока начнем издалека. А издалека – это получается с двух недель назад. 26 сентября все радиостанции вдруг первой новостью начали давать, что в городе Калининграде случился ажиотажный спрос на продукты, а именно на сахар и на подсолнечное масло. Люди дерутся в очередях, говорили радиостанции. При этом городские власти пожимали плечами и утверждали, что всему виной какие-то слухи, а может быть, потому что поднялся евро. Объяснения сразу же были такие, что объективных причин тому нет, а просто как всегда сарафанное радио сработало. Я должна сказать, что была немножко зла даже на коллег, которые все время давали первой новостью на радиостанциях эту историю, потому что я помнила, как два года назад мы долго разбирались, как случилось, что в стране исчезла соль. И все-таки выяснилось, что, хотя пошло и банально во всем винить прессу, но, тем не менее, там была цепочка газетных публикаций в разных регионах, которая, в конце концов, привела к тому, что соли не стало в магазинах, хотя никаких предпосылок к ее исчезновению не было. И вот я в некотором этом раздражении поняла, что у меня заканчивается растительное масло. Действительно, в эту же минуту пошла в магазин. Если бы не было этих новостей по радио, не пошла бы ни в какой магазин, а тут понимаю, что сейчас начнется и в Москве, раз говорят про Калининград. Пошла и купила эту бутылку. Тогда еще, к счастью, масло было. Я даже удивилась, что все в порядке.


На следующий день программа «Время» уверяла других граждан России, что все хорошо. Да, в Калининграде, говорила программа, снова дефицит, снова возникло это забытое слово, исчезают сахар, растительное масло и мука. Покупатели говорят, что всему виной слухи. Эксперты убеждены, что одна из причин - особое геополитическое положение области. Вот, например, комментировал программе «Время» Олег Пономарев, кандидат экономических наук, что у нас другие транспортные издержки, мы завязаны на поставках из Евросоюза, текущая стоимость евро играет роль. На сегодняшний день, говорила программа, все силы привлечены к изучению причин сложившейся ситуации, хотя возмутитель спокойствия давно и хорошо известен – это ажиотажный спрос. По мнению специалиста, дальнейшего роста цен не предвидится, дефицита не будет, об этом заявляют власти. «Мы не видим никаких оснований к повышению цен», - говорил Юрий Шалимов, вице-премьер правительства Калининградской области. И вот что-то там завезли в Калининградскую область, и потушили пожар от 26-27 сентября. Прошло две недели и все началось в Москве.


Что именно началось в Москве, нам сейчас расскажет Алексей Терехов, который проводил исследование рынков московских. Пожалуйста, Алексей, для наших слушателей, которые не живут в Москве.




Алексей Терехов

Алексей Терехов : Такого ажиотажного спроса как в Калининграде нет. Прилавки забиты всеми товарами, но цены выросли по сравнению с серединой сентября процентов на 60-70 на некоторые продукты - молоко, в частности, и молочные продукты и подсолнечное масло, паровозом как бы подорожали основные продукты питания сахар, хлеб. Там не существенно 1-2 рубля, но, тем не менее, произошел рост цен.



Елена Рыковцева : Но там-то был ажиотаж, потому что ждали этого роста цен. Там ждали. А в Москве успокоили людей, что роста не будет, поэтому не смели продукты с прилавков. Цены подскочили буквально в одночасье, в одну ночь. Правильно ли я понимаю, что быстро очень?



Алексей Терехов : Да, да.



Елена Рыковцева : Люди не успели подготовиться.



Алексей Терехов : Сами продавцы, ритейлеры, как их называют, они винят во всем поставщиков, которые, по их словам, подняли цены, но при этом сами они, кстати, не говорят, на сколько именно они подняли цены, какая их выгода составила в росте цен. Сейчас, как говорят, цены будут продолжать расти до конца года. На этом еще не остановится.



Елена Рыковцева : Мы эти прогнозы еще обсудим в программе. Айдер сегодня в Тамбове, потому что он собирается отпраздновать свадьбу своей сестры. Наши поздравления вашей сестре, Айдер. Но у нас к вам, конечно, практический вопрос. Насколько эта свадьба стала дороже? Во сколько теперь вашей семье обошлись продукты питания, а, может быть, вы успели до подорожания как-то закупиться? Расскажите.



Айдер Муждабаев : Спасибо, Лена, за поздравления. Я обязательно передам своей сестре Софии и ее будущему мужу Борису. А что касается свадьбы, закупок именно, то я не думаю, что вот это подорожание как-то особенно сказалось на стоимости свадьбы. Потому что подорожали только несколько видов продуктов в Тамбове, далеко не все.



Елена Рыковцева : Какие же, Айдер, и на сколько?



Айдер Муждабаев : Больше всего подорожал, допустим, сыр. У меня мама, мой главный статистик по части цен на продукты, она посчитала здесь, что с начала сентября цена 1 килограмм сыра выросла практически вдвое – со 119 рублей за килограмм до 205 рублей, причем самого доступного, по ее словам, сыра. Также еще выросли цены на хлеб, но не очень значительно. Выросли на молоко цены примерно процентов но 20. А вот на такие продукты, которые именно подают к столу на свадьбах, я не думаю, что был какой-то огромный рост цен в это время.



Елена Рыковцева : Да, главный продукт, который подается на свадьбах – это алкоголь. Вроде бы пока он еще не подорожал. Я не знаю, есть ли прогнозы, что подорожает. Я такого пока еще не слышала, к счастью. Хотя, с другой стороны, если сахар подорожает, то и алкоголь. Что говорят про алкоголь в Тамбове?



Айдер Муждабаев : Пока спокойны, по всей стране не подорожало.



Елена Рыковцева : Хорошо, мы разобрались с тем, что подорожало в Тамбове и Москве. Алексей Полухин, теперь я к вам обращаюсь. Почему же это произошло? Вообще-то, никто не ждал. Я уже сказала, что если бы ждали, продуктов бы не было. Это точно, по крайней мере, тех, которые можно запасать. С одной стороны, никто не ждал, с другой стороны, когда я сегодня читаю газеты, оказывается, что ждали, и министр сельского хозяйства даже предлагал изменить пошлины в пользу российского рынка: вывозные поднять, чтобы не вывозили хлеб, ввозные, наоборот, опустить на молоко и сыр. Но почему-то дальше разговоров дело не двигалось. А как, вообще, должно было двигаться? Вот Гордеев говорит – надо бы изменить пошлины. А что должно происходить дальше? Ему не хватило пробивной силы, или правительство было такое вязкое? Как должен министр повлиять на ситуацию – не сейчас, когда президент дал отмашку по поводу пошлин, а тогда, когда Гордеев все это видел, предлагал и не смог пробить?




Алексей Полухин

Алексей Полухин : Здесь стоит вспомнить, что последние несколько месяцев у нас правительства не очень-то было. Потому что предыдущий кабинет сначала долго морально готовился к отставке, о которой было известно загодя, потом формировался и новый кабинет, сейчас, в принципе, только что доформирован. И до таких практических вещей министрам было как-то не до того, когда решался вопрос – останутся они или нет. Здесь эти аппаратные наслоения помешали как бы достаточно разумным, на мой взгляд, идеям Гордеева в некоторой превентивной борьбе с таким ростом цен.


К вопросу о тому, откуда Гордеев выдвинул такие предположения, исходя из чего? Дело в том, что и у него в штате министерства наверняка да и просто на рынке существуют аналитики, которые отслеживают тенденции не только в России, но и во всем мире. А тенденции у нас такие. Первая и самая, на мой взгляд, проблемная – это неурожай, который случился практически везде. Естественно, сельхозпродукция, цены на нее, от урожая зависят напрямую. Лето было засушливым. Естественно, продукции на рынке стало меньше.



Елена Рыковцева : А почему, Алексей, все время ссылаются на Австралию? Особенно засуха в Австралии повлияла.



Алексей Полухин : Австралия, наряду с Россией и Канадой, - это крупнейший экспортер зерна на мировой рынок. Плюс ко всему Австралия, наряду с Аргентиной, - это крупнейший экспортер сухого молока. Кстати, Россия именно от нее по молоку и зависит очень сильно, отсюда рост цен на молочные продукты и на сыры. Но неурожай случился не только в Австралии, но и в ряде других стран, да и в самой России, особенно на юге, который в этом году просто выгорал.



Елена Рыковцева : Раз – неурожай. Еще? Вы знаете, может быть, мне мои коллеги объяснят, вот эти выводы, к которым пришел Алексей Гордеев. Они опубликованы в «Московском комсомольце» сегодня. Он говорит, что четыре главные причины выделяет. Одна из основных – появление крупных стран потребителей дополнительного объема продовольствия. К «золотому миллиарду», обеспеченному населением мира, добавилось еще 800-миллионная армия едоков из Китая, Индии, Вьетнама. Вот это причина номер один. Объясните, пожалуйста, насколько она серьезна? Алексей Терехов, вы считаете это серьезным? Они вдруг взяли в одночасье и добавились эти люди, эти едоки?



Алексей Терехов : Не в одночасье, но они, действительно, добавлялись. Я разговаривал с поставщиками того же самого сухого молока, и они говорят, что сейчас основной потребитель нашего сухого молока на постсоветском пространстве (это Белоруссия, Украина и Россия) – это Африка и Европа. И им, поставщикам нашим, выгоднее продавать за границу, потому что объемов больше и цены выше. Поэтому дефицит, который возник на мировом рынке, он создал дефицит внутри нашей страны. Просто элементарно сухое молоко, как сырье для молочных продуктов, от нас уходит и идет в Европу, идет в Африку. Африка, кстати говорят, в последнее время стала очень много закупать сухого молока.



Елена Рыковцева : Деньги появились в Африке.



Алексей Терехов : Да, деньги появились. Потом сухое молоко – это же сырье очень удобное. Оно долго хранится, и перерабатывать его потом очень удобно.



Елена Рыковцева : Но ведь это тоже можно как-то спрогнозировать в глобальном смысле такой рост потребления в странах Африки, Азии, которые перечисляются?



Алексей Терехов : Ну, это было спрогнозировано.



Елена Рыковцева : То есть где-то это было спрогнозировано, а здесь…



Алексей Терехов : Просто никаких действий не было сделано.



Елена Рыковцева : Вторая причина, которую называют, - биомасса стала использоваться на производстве биотоплива. Кто готов объяснить, что это означает?



Алексей Полухин : Это некоторый субститут нефтепродуктов, в том числе бензина. Очевидно, что нефть в последнее время дорожает очень быстро, и крупный потребитель ищет альтернативу. В особенности это касается Европы, США и еще Бразилии. В качестве сырья для альтернативных видов топлива используются кукуруза и подсолнечник, в Бразилии еще и тростниковый сахар. Соответственно, чем выше цены на нефть и нефтепродукты, тем выше цены на биотопливо. В таком ракурсе продавать продукцию производителям топлива становится выгоднее, даже чем выпускать ее на продовольственный рынок. Соответственно, увеличиваются площади под технические культуры и сокращаются площади под продовольственные культуры. Этот процесс также идет достаточно давно, но он только продолжает интенсифицироваться и как бы окончания ему не видно. Это, действительно, глобальная тенденция, которая вряд ли изменится в ближайшие несколько лет, и уж точно не изменится в связи с действиями российского правительства, какими бы они не были.



Елена Рыковцева : Так, теперь Гордеев говорит о таких объективных факторах, как засуха, климатические изменения, которые происходят во многих странах, Австралию упоминает. Наконец, мировые поставщики начинают снимать дотации на продукты. Евросоюз, например, снял дотации на поставки сухого молока из сливочного масла. Это общемировая тенденция. Это тоже, действительно, видимо, сыграло свою роль.


И вот, Айдер, потребитель, рядовой покупатель, который пришел в магазин, услышал Алексея Гордеева, услышал эти причины, это его как-то, вы считаете, успокоит, что теперь он знает – почему столько стоит молоко?



Айдер Муждабаев : А я, Елена, не думаю, что он знает, на самом деле. Потому что я вчера разговаривал с моим другом. Он в Тамбове владелец большого супермаркета. Я специально задал ему вопрос, я спросил: «Михаил, ты знаешь, объясни – почему растут цены? Это, наверное, вы пользуетесь, как сейчас модно говорить, ажиотажным спросом и поднимаете цену?» Он сказал: «Нет. Наценка в супермаркете как была, так и осталась – 20 процентов». Но, честно говоря, он сам, хотя человек сведущий в этих делах, он сам не может объяснить толком, как это произошло. Единственный вывод ясный, который он сделал из всего этого, особенно по творогу, по сыру, он сказал так, что «сейчас все хотят жить лучше, в том числе и крестьяне». Так как в России просто не хватает реально молока, а здешние производители бразильским не пользуются сырьем, поэтому местные производители молока, именно сырья, просто подняли цену. Потому что нет как бы совершенно никакой конкуренции на рынке. Все молоко, которое производится, допустим, на тамбовском регионе, оно все потребляется. Поэтому как бы, как он сказал, а почему бы не поднять, если есть такая возможность. Все равно же будут покупать. И, правда, все равно покупают.



Елена Рыковцева : А вот, Алексей Полухин, возможно отделить общемировые тенденции, объективные вещи, от фокусов российских, например, перекупщиков? Можно как-то зерна от плевел все-таки отделить, что, да, вот это объективно, а вот здесь они накручивают, пользуясь ситуацией.



Алексей Полухин : Здесь не нужно разделять. Здесь идет взаимодействие факторов. Российские перекупщики, вообще, сельхозпроизводители перекупщики, как единое звено, они тоже ориентируются на что? На общий рост зарплаты в стране, в первую очередь, в бюджетном секторе. Каждый день по телевизору говорят, что жить стало богаче, жить стало веселее. Соответственно, если у населения больше денег, значит, с него можно больше взять. Это естественная реакция бизнеса. Но здесь вопрос в том, насколько больше становится денег у населения, насколько пропорционально этому растут цены.


А то, что касается супермаркета. Да, действительно, я склонен думать, что они свою маржу, вот эту разницу, вряд ли меняют серьезно. А то, что касается перекупщиков, которые действуют не вполне легально, то есть те, кто ездит по деревням и скупает продукцию, те же элеваторы, которые, допустим, скупают зерно, вот они могут задирать расценки, потому что этот сектор правительством мало контролируется.


Между тем, сейчас среди поиска виновных тот же Грызлов, после того, как это стало публичной темой, в первую очередь обвинил тот же ритейл, те же самые сети. Потому что с ними, по крайней мере, понятно как бороться. Однако я не уверен, что это поможет реально снизить уровень инфляции. Однако для рынка может создать большие проблемы. Но здесь главное, чтобы было все понятно. И вот сейчас, насколько мне известно, не только Федеральная антимонопольная служба, что, кстати, логичные эти действия, я считаю, разумными, но даже Генпрокуратура подключилась в Калининграде. Насколько я помню, там и ОБП и ФСБ искали виновных. Мы фактически боремся с экономическими проблемами силовыми методами. Вот что происходит.



Алексей Терехов : Да, только с последствиями, а не с причинами.



Елена Рыковцева : Вот, Алексей Терехов, я пытаюсь понять, что же тогда может сделать государство? Оно, во-первых, может менять вот это соотношение пошлин. Раз. Что они и пытаются сделать. Во-вторых, они могут как-то все-таки повлиять на этих ритейлеров? Получается, что если они начинают влиять, это уже не рынок. Тогда их обвинят в государственном регулировании грубом. А если они не влияют, тогда те делают, что хотят, особенно на фоне всех этих засух и объективных факторов.



Алексей Терехов : Но влиять надо не на ритейлеров, в первую очередь, а, мне кажется, все-таки начинать надо с производителей, то есть создавать конкурентные условия для сельхозпроизводителей и контролировать дальше уже перекупщиков.



Елена Рыковцева : А создать конкурентные условия – это опять же вопрос пошлин или чего-то еще?



Алексей Терехов : Даже не пошлин, а, я думаю, скорее квоты. С пошлинами все равно выгодно продавать за границу. Какие бы пошлины не были, цены просто растут. Также как с иномарками. Какие пошлины не сделай, иномарки все равно в Россию ввозят, потому что объективно лучше и дефицит. Также и с сельхозпродукцией. Мировой рынок испытывает дефицит с качественной сельхозпродукцией. А у нас она достаточно качественная, что зерно, что молоко сухое. Поэтому оно уходит. Надо, чтобы эта продукция оставалась у нас, плюс создавать хорошие условия для производителей того же самого молока, сыров, масла, потому что их тоже не хватает. Они в принципе, даже если все зерно оставить, все сухое молоко оставить в стране, они просто его не переработают в том количестве, в котором нужно потребителю. Все равно дефицит будет. Нужно именно начинать с крестьян и с перерабатывающей отрасли.



Елена Рыковцева : А вот Айдер, если государство примет те меры, о которых говорит, например, Алексей Терехов, а также примет те меры, которые только что пообещали, я имею в виду, изменить соотношение пошлин, то поверят люди в Тамбове, что цены, в конце концов, снизятся? Или люди считают сейчас, что это уже все?



Айдер Муждабаев : Лена, я с удовольствием слушал коллег, и находил в их словах подтверждение словам моего друга Михаила, который как бы является продавцом всех вышеозначенных продуктов. Нет, цены не снизятся, никто этого и не ждет. Я думаю, что они в любом случае будут расти. Они всегда растут осенью, но дело даже не в этом, а дело в том, что, как правильно заметил мой коллега, конкуренции нет на внутреннем рынке производства сельскохозяйственных продуктов. Вот и все. Потому что сколько производится, столько и покупается. Это не монополия в том виде, что там один человек хозяйничает над каким-то куском рынка, а в том, что, действительно, в России не хватает продуктов, не хватает молока, например. Производится 100 процентов, 100 процентов продается.


Так как люди каждый день слышат по радио, по телевизору, что в стране все хорошо, что все богатеют, что рост потребления и так далее, то и производитель думает, а почему бы и мне не поднять цену на молоко, я же все-таки тоже хочу жить хорошо. Мне же тоже приходится тратиться на то, на это. Этот рост цен, как я понял, идет именно от производителей, а не от перекупщиков. Никакого тут спекулятивного роста от перекупщиков нет. Это производители поднимают цены, потому что они видят, что у них нет конкуренции и, видимо, в ближайшем будущем количество молока, производимого в России, не увеличится. А цена на Западе, я не думаю, что тоже будет снижаться. Поэтому никто не ждет никакого понижения цен, наоборот, все ждут, что цена будет повышаться.



Елена Рыковцева : Очень интересно. Значит, производители повышают цены, потому что им, производителям, объясняют, что народ живет хорошо и способен заплатить, в том числе и это.



Айдер Муждабаев : Совершенно верно.



Елена Рыковцева : В газете «Московский комсомолец» один эксперт, а именно начальник отдела исследования потребительского рынка и услуг Института исследования товародвижения и конъюнктуры оптового рынка Александр Булеев сказал, что есть две тенденции: стандартная – рост цен на продукты по мере приближения новогодних праздников, но, с другой стороны, в стране скоро выборы. И правительство заинтересовано, чтобы резкого подорожания не было. Последнее поручение Путина Зубкову (имеются в виду пошлины) поможет стабилизировать цены. Поэтому дальнейшего резкого роста стоимости продуктов не предвидится. Правда, ближе к концу октября поползут вверх дешевые нынче овощи (капуста, картошка и так далее). И, конечно, к Новому году в любом случае подрастут цены на большинство товаров.


Алексей, вы знаете, я это все прочитала и подумала. Так. Вот сейчас они как-то возьмутся за руки, друзья, и опустят цены к выборам для того, чтобы, действительно, эти выборы не профукать. Ничего себе – такой рост цен у партии «Единая Россия», которая правящая, и за него отвечает, контролирует министров и издает законы. И вдруг вот так бабахнули по кошелькам. Допустим, они снизят к выборам, и они получат свои 70 процентов в парламенте, которые они хотят. Не получится ли так, что, в конце концов, после выборов страна получит такой резкий скачок цен, который сегодня и присниться не может?! Потому что будет искусственно подавлен рост цен, а тут еще объективные факторы. И страна, выбрав эту партию, в конце концов, ровно через две недели ощутит на своем кошельке это в стократных размерах. Или это апокалиптический прогноз и так не случится?



Алексей Полухин : Во-первых, рост цен в январе будет в любом случае. Потому что это праздничный сезон – раз. Во-вторых, январь всегда является рекордным месяцем в году по индексу инфляции. Так что этого не избежать. Но то, о чем вы говорите, естественно усугубит ситуацию. Потому что рост цен, как мы тут выяснили, имеет объективные причины. Любое его сдерживание не приведет к уничтожению этих объективных причин. К тому же я не уверен, что эти меры помогут оперативно изменить ситуацию, именно оперативно. Но для этого, что нужно? Хорошо, можно, извиняюсь за выражение, действительно, нагнуть всех ритейлеров, заставить их даже снизить цены. Пожалуй, можно.



Елена Рыковцева : Перед выборами. Попросить потерпеть хотя бы две недели.



Алексей Полухин : Другие источники – мелкие магазины, рынки. Не знаю, что там автоматчики будут ходить, милиционеры ходить и проверять, сколько картошка стоит? Не знаю.



Елена Рыковцева : Хорошо. Я прочитаю пейджеры, советы слушателей, как выживать. Сразу скажу, что газета «Комсомольская правда», например, советует идти на ярмарки. Сейчас вот, наверное, вернутся в моду ярмарки. Мы когда-то все ходили на эти ярмарки оптовые, теперь как-то подзабыли об этом, потому что цены с магазинными сравнялись, а теперь «Комсомолка» список этих ярмарок приводит, адреса дает и говорит, что там дешевле.


Сергей Митрофанов пишет: «В новом торговом центре «Европейский» у Киевского вокзала огурцы стоят по 40 рублей, а рядом на Дорогомиловском рынке – по 70. Надо купить в «Европейском» мешок огурцов и отнести на рынок. Вот так и зарабатывать».


«Для того чтобы выжить, нам сейчас надо правильно голосовать. Я в это лето была во многих городах России, разговаривала со многими людьми, и все честные и порядочные люди собираются голосовать за КПРФ. Это единственный выход, чтобы выйти из этого положения», - советует Раиса Михайловна.


Любовь Макаровна из Ульяновска: «Телевизор врет, а цены все растут. Выход в поиске дополнительных заработков и делать собственные выводы – за кого голосовать 3 декабря». Пока не пишет нам, за кого же голосовать 3 декабря, чтобы цены стабилизировались.


«Уважаемые дамы и господа! На вопрос – как нам выживать в связи с высоким ростом цен на продукты питания? – отвечаем, что нам не впервой выпадают испытания выдерживать двух теток: одна – голод, другая – холод. Они являются нам родственниками, но мы никуда от них не денемся. И время от времени нам устраивают баню вместе с этими тетками. Расстаться с этими тетками нельзя, но россияне все равно выживут». Это прогноз слушателя Смарчевского.


«Чтобы выжить в сегодняшнем аду, мы придерживаемся трех правил – реально смотрим на действительность, живем по средствам, стараемся подальше держаться от властей. Очень помогает», - пишет Александр из Сызрани.


«Цены поднялись, и будут подниматься до конца года, потому что нищим пенсионерам удосужились прибавить аж 140 рублей к пенсии», - пишет Ольга. Ольга, кому-то прибавили аж 147, я читала в газетах.


«Цены на продукты и коммунальные услуги поднимаются тогда, когда нам повышают пенсию». Все правильно, Александр Сергеевич Бровкин. Это железный закон. Как только пенсии подняли чуть-чуть, цены на продукты поднимаются очень и очень.


Анна пишет: «Сколько радости в вашем голосе, что в России такая ситуация. Раздуваете вокруг исчезновения продуктов и повышения цен на них». Анна, какая же может быть радость в голосе у человека, который пошел в магазин, и оказалось, что уже той зарплаты, которая уходила на продукты, теперь будет не хватать. Что вы глупости-то пишите, в самом деле! Как можно радоваться нормальному человеку росту цен?! Я просто даже поражаюсь, какие мысли людям в голову приходят.


«Цены на продукты начали расти давно, - пишет Савельева. – Рост цен означает, что малоимущие люди обречены на недоедание. Прибавка к пенсии фактически ничего не означает, так как купить на эти деньги дорогостоящие продукты нельзя. Население при сегодняшней власти обречено на жизнь за чертой бедности. Нужен НЭП, который чиновничий и крайне коррумпированная власть не может обеспечить», - пишет слушательница Савельева.


«На днях на известной вам станции был рикошет на тему «Вы за рынок или вы за госрегулирование?» За второе проголосовали побольше, но я «за» рынок. Государство должно развивать экономику, создавая рабочие места с достойной оплатой и, соответственно, пенсиями», - пишет Ирина Волкова.


Мы слушаем Леонида Николаевича из Москвы. Здравствуйте, Леонид Николаевич! Советуйте, как выживать.



Слушатель : Добрый день! Вот москвичи задают вопрос Лужкову – невозможно ходить по Москве, очень много диких собак. Что же отвечает Лужков? Вы их не кормите, и не будет никаких бездомных собак. Так вот, это же самое касается людей. Чем меньше человек питается, у него сопротивляемость организма теряется, и он подыхает. Так что, нашему руководству страны сейчас недостаточно, что 1 миллион закапывают в год, надо чтобы закапывали побольше. Мешает население нашему руководству страны, понимаете. Все остальное прекрасно, а вот население просто мешает.



Елена Рыковцева : Понятен ваш ответ. Никаких советов, а вот констатация факта. Виктор из Москвы, здравствуйте! Как выживать?



Слушатель : Добрый день! Как выживать?



Елена Рыковцева : Да.



Слушатель : Надо было развивать свое сельское хозяйство в 90-е годы. А вот то, что сейчас происходит, это отголоски 90-х годов, когда мы сидели на игле западных сельхозпроизводителей. И вот на Западе случилась засуха, еще что-то, вот, пожалуйста, эти отголоски пришли к нам. Свое сельское хозяйство мы не развивали. Оно у нас просто в руинах. То, что говорят за КПРФ голосовать, еще за кого-то, это неважно. Пока мы не будем поднимать свое сельское хозяйство, именно свое, в России и не будем зависеть от Запада… На данный момент, мы сейчас зависим от Запада процентов на 40-50, а по некоторым продуктам и больше. Пока мы не разовьем свое сельское хозяйство российское, и не создадим конкуренцию здесь в России, ничего не изменится. Как выживать? Не знаю, не могу сказать.



Елена Рыковцева : Понятно. Спасибо, Виктор! Говорил об этом же примерно Алексей Терехов, что нужно поддерживать производителей, конечно, что-то надо развивать, как-то поддерживать. Все это понимают, и что-то никакой поддержки, никакого особого развития.


Я хочу сейчас прочитать несколько сообщений. «Объясните, пожалуйста, почему Росстат говорит, что инфляция в сентябре 0,8 процента? Как это соответствует росту цен на продукты?», - спрашивает Анна. Так ведь уже везде сказано – ошибся Греф, ошибочка вышла. Да, Алексей Полухин?



Алексей Полухин : Когда говорят, что Греф ошибся, имелось в виду, что он давал прогноз 0,4 процента, а не 0,8, то есть в два раза выше прогноза Грефа. А как соотносится реальная инфляция к данным Росстата? Это очень сложный вопрос, потому что методы подсчета Росстата нуждаются в отдельной передаче, если даже не в двух. Сейчас мы не будем в это углубляться. Сильное различие в цене продуктов, которые мы видим на прилавках и в данных Росстата, они могут быть, вернее, они есть всегда.


Мы уже больше года в «Новой газете» ведем рубрику. Наши собкорры из разных городов, просто тупо одни и те же линейки продуктов сравнивают. Один раз было какое-то совпадение с Росстатом, а так разница в среднем в 2-3 раза бывает.



Елена Рыковцева : Все понятно. Вопрос – как считают.


«Мои знакомые пенсионеры, - пишет Александр, - после последней надбавки к пенсии и резкого взлета цен на продукты решили использовать эту надбавку на коктейль Молотова, чтобы веселее отметить выборы».


«Что за дезинформация, - пишет Лариса, - от ваших гостей по неурожаю зерновых? Агрочиновник на неделе сообщил, что урожай неслыханный, а цены на хлеб повышаются из-за вывоза за границу по мировым ценам». Кстати, я тоже, когда вы говорили, удивилась. Я помню, что ждали неурожая, а потом Гордеев сказал – нет, нет, все в порядке.



Алексей Терехов : Неурожай – не в смысле не уродилось, а семечко подсолнечника, допустим, посадили на 500 миллион гектар меньше, чем в прошлом году.



Елена Рыковцева : Да, да, по зерну-то вышли на план.



Алексей Терехов : Нет, в том смысле, что как бы там какой-то процент все равно не уродился, а именно меньше посевных площадей.



Елена Рыковцева : Да, с семечками-то все понятно, что перепроизвели растительного масла. Теперь показалось, что затоварились им, посадили меньше семечек. Это понятно. А вот по поводу зерновых, Лариса совершенно правильно пишет, что успокоили и сказали, что – нет. Мы ждали неурожая, но такого неурожая не случилось. Это точно.


Сергей Викторович из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста.



Слушатель : Я хотел сказать, что надо поменять тональность. Нам надо не выживать, а, в конце концов, начать жить.



Елена Рыковцева : Давайте менять. Советуйте, как изменить тональность?



Слушатель : Например, это многофакторная система, которая включает в себя массу связующих звеньев. Начинать нужно оттого, что, во-первых, надо прекратить эту борьбу за власть, с одной стороны. С другой стороны, например, в Соединенных Штатах, я так слышал, может быть, я не совсем корректно скажу, 15 человек толковых людей сидят и регулируют все закупки, причем, это капиталистическое общество, сельхозпродукции. Если где-то идет перепроизводство, то даже фермерам говорят – вот это вы не сейте, мы вам погасим деньги, а будем вывозить, там дешевле, оттуда. В конце концов, все упирается в чиновника. Чиновник должен быть толковый. Я не знаю, как это все устроено в министерствах. Министерство сельского хозяйства сработало безобразно. У них нет ни прогнозов, ничего. Один президент, какой бы он семи пядей во лбу, и самый золотой был, ничего не сделает. Я верю, что в России сидят толковые люди. Им хода, наверняка, не дают. А чиновники выгадывают только свой интерес. А пока они не поймут, что интерес из заключается в том, что у руля должны быть толковые руководители, толку в стране никакого не будет.


Поэтому, чтобы нам хорошо жить, а не выживать, нужно, чтобы на местах сидели толковые люди, с которых был бы спрос, также как и с руководителей, в частности, со всей нашей власти. Должна быть обратная связь.



Елена Рыковцева : Сергей Викторович, правильный выбор людей решит эту проблему, чтобы толковые люди сидели?



Слушатель : Я больше чем уверен.



Елена Рыковцева : Хорошо.



Слушатель : Еще отец родной, товарищ Сталин, говорил (японцы, кстати, этот тезис говорили), что кадры решают все.



Елена Рыковцева : Будем надеяться. Алексей Полухин, как выживать людям, когда так повысились цены?



Алексей Полухин : Я скажу очень грустную, наверное, вещь, но сейчас этот процесс адаптации населения к рынку и наоборот идет. Может быть, чем-то напоминает 90-е, но с некоторой разницей. Сейчас наиболее быстрыми темпами растут цены на продукты класс-премиум и среднего класса. Самые дешевые продукты дорожают медленнее. Таким образом, если за последние несколько лет, слава богу, люди приучились кушать чуть-чуть получше, чем было раньше, то сейчас процесс пойдет, скажем так, обратный. Опять же грустная вещь, но я другого варианта не вижу, вряд ли удастся с этим что-то всерьез сделать в ближайшее время. Потому что есть базовый закон экономики спроса и предложения. Спрос у нас в стране, в общем-то, формируется за счет того, что в стране много нефтяных денег, которые частично перекачиваются в бюджетную сферу, а производство у нас растет, особенно сельхозпроизводство, куда меньшими темпами. Соответственно, денег у населения становится немного больше, как мы говорили, а производители на это реагируют сильнее, потому что им надо еще платить налоги, им надо как-то решать проблему с чиновниками. У них очень быстро растут издержки. Вот эта тенденция, когда цены будут обгонять рост доходов населения, то есть реальный рост доходов населения, который действительно имел место, прекратится в ближайшее время, на мой взгляд, это как бы очевидно.


Выживать? Планировать семейный бюджет, проводить ревизию собственного меню. Мне очень грустно говорить такие вещи. Но я пока не вижу других вариантов.



Елена Рыковцева : Алексей Терехов, пожалуйста, что советует газета «Мой район» в этой ситуации людям?



Алексей Терехов : Кстати, мне понравилось выражение одного из слушателей, который сказал, что надо прекращать выживать, а действительно жить. В принципе, допустим, всякие мелкооптовые центры типа «Ашан», «Метро» там цены, конечно, тоже выросли, но они в среднем ниже, чем в магазинах в Москве.



Елена Рыковцева : Во-первых, туда?



Алексей Терехов : Туда, конечно. Потом, действительно, поработать над рационом. Я думаю, отказавшись от каких-то излишеств, того же самого… Допустим, одна из наших читательниц, которая писала, они просто стали меньше есть сыра, который очень любили. Но это элементарно, и это объективная реальность, что называется. Потребитель сам цены не снизит.



Елена Рыковцева : Айдер, ваши советы людям.



Айдер Муждабаев : Знаете, Елена, я послушал то, что говорят коллеги. Сентенция про то, что надо жить, а не выживать, наверное, правильная. Она для большинства людей, тем более, в Москве, наверное, верна. Но я немножко не понимаю, как начать жить людям, которые покупают молоко на последние деньги. Я неоднократно видел в магазинах и в Тамбове, и в Москве, как бабушки считают мелочь. Я даже одной бабушке добавил, ей на что-то не хватало. Она взяла типа сыра такого, и ей не хватило денег. Я сейчас вспоминаю эту бабушку и думаю, а как она будет питаться, если цена на сыр выросла вдвое в последний месяц? Наверное, откажется от сыра. Но от молока не откажется, потому что это единственный, наверное, источник белка остается у малоимущих людей. Поэтому им надо готовиться к тому, что придется выживать еще долго. Это и будет называться именно выживанием.


Я думаю, что вот это повышение цен наиболее сильно ударит как раз по малоимущим. Остальные как-нибудь выживут, тут ничего, действительно, ничего особо придумывать не надо. Есть магазины, где подешевле. Но вы себе представляете, старушку-пенсионерку, которая заходит в магазин «Метро», например, да, и закупает? Что она себе там купит?



Елена Рыковцева : Но в «Метро» она не зайдет, потому что в «Метро» может получить доступ только юридическое лицо. Вот у меня, например, нет карточки, которая позволяет мне заходить в магазин «Метро». Я там покупать не могу, лично.



Айдер Муждабаев : Да. Ну, вот ситуация такая, что, я думаю, что это по малоимущим бьет, а не по, так называемому, среднему классу, который и так выживет. А знаете, что. Вот мы говорим о продуктах, но не только продукты первая необходимость потребителя. Например, моя сестра работает в психиатрической больнице в Тамбове. Она сказала, что на многие лекарства цены за месяц выросли в разы, а на какие-то даже в 10 раз! Вот это тоже проблема. Потому что пенсионеры едят впритык и лечатся.


Что я могу сказать пенсионерам? Видимо, надо верить, что наша власть после выборов, когда «Единую Россию» выберут, она даст какие-то более дешевые лекарства, она удержит цены на продукты. В этом можно верить, но этого вряд ли можно дождаться. Но, я думаю, что наш народ будет терпеть как всегда, вот и все.



Елена Рыковцева : Верить и терпеть.



Айдер Муждабаев : Да.



Елена Рыковцева : Андрей из Москвы, здравствуйте! Говорите, пожалуйста, как вы это видите.



Слушатель : Вижу очень хорошо, все нормально. Значит, как выживать, прежде всего, отвечаю. Как у меня соседки на этаже – все одинокие старушки. Они уже перестали себе два месяца делать сырники и угощать друг друга ими.



Елена Рыковцева : На твороге экономят. Так.



Слушатель : Делают картофельные котлетки. Это для малоимущих. Но, мне кажется, что вся эта процедура – это один из пунктов плана Путина. Он включает три пункта основных, а это четвертый, поскольку подобного рода публика привыкла ходить на выборы и вряд ли побежит единодушно голосовать за «Единую Россию», несмотря на то, что ее вождь возглавляет. Для того чтобы они не пришли туда, как раз в оставшийся до выборов период все бабушки обессилят настолько, что либо присоединяться к большинству, как говорят китайцы, либо, соответственно, не смогут дотащиться и проголосовать за своих любимых коммунистов. Вот и все. Это спланированная акция.


А если говорить по серьезному, то, конечно, инфляционные процессы на продовольствие страны, которая пытается состоять членом глобального экономического сообщества, были, есть и будут. И никакие паллиативные меры с пошлинами и прочее, прочее предотвратить это не смогут.


Но я вам, как журналистскому сообществу, рекомендую обратить внимание на то, растут ли цены в трех прибалтийских республиках на то самое масло, которое вымыто у нас и сметана из наших торговых сетей за счет этих идиотских пошлин. Их не должно вообще быть. Литва, Латвия, Эстония, Финляндия и та же самая Польша с ее квотированным заблокированным мясом, со свининой, они не знают, куда девать это мясо, накормили бы сейчас, и никаких рывков бы не было. То же самое касается белорусских молочных продуктов. Поинтересуйтесь, у батьки Лукашенко намного подорожали сыры?



Елена Рыковцева : Ага, спасибо!



Слушатель : Вот, например, в соседнем со мной магазине самый дешевый «столичный» сыр – 200 рублей.



Елена Рыковцева : Белорусский.



Слушатель : Разумеется, белорусский, и молоко в пакетах витебское, которое продается по всей Москве, за которым охотятся эти бабушки, это натуральное молоко, а не из порошка сделанное. Оно самое дешевое, несмотря на то, что существуют пошлины. Обратите на это внимание.



Елена Рыковцева : Обращаем, Андрей. Во-первых, я вижу, что Алексей Терехов знает ситуацию в Прибалтике. Пожалуйста, Алексей.



Алексей Терехов : Я там был этим летом. Там, действительно, цены ниже, чем в России, причем, значительно. Что самое парадоксальное, там цены ниже даже на товары российского производства. То есть сок, я помню, и даже водка, они там стоили дешевле, абсолютно точно. Молока нашего нет, потому что они свое хорошее производят, а так там, действительно, все дешевле.



Елена Рыковцева : Теперь я рассказываю, потому что как уже говорила слушателям, я только что была в Праге, ехала поездом из Праги в Москву через Варшаву. Вышла в Варшаве, купила продукты. Поэтому у меня есть чек, цены, которые легко сравнить с российскими. Конечно, на порядок ниже. Баночка плавденного сыра с чесноком, которая стоила всегда в России 36 рублей, а теперь будет стоить 49, там стоит 20 на российские деньги.


Что касается Белоруссии, мне тоже рассказал коллега в Польше, что белорусские бабушки ездят в Польшу отовариваться, покупать продукты питания, потому что в Белоруссии цены резко подскочили. Белоруссия сейчас ввела ограничения на ввоз продуктов из Польши. Теперь эта бабушка может ввезти из Польши только полкило мяса. И на всех этих пропускных пунктах, через которые ходят автобусы, поездами нашими они не ездят (это дорого, поезд, они автобусами), весы стоят. Она все до нитки выгружает, и начинается взвешивание товаров, которые бабушка везет из Польши в Белоруссию. Так что, не обольщайтесь по поводу Белоруссии.


Евгений Иванович из Демитровограда Ульяновской области, пожалуйста!



Слушатель : У меня такой вопрос ко всем. Сказали, что торговая наценка остается та же самая. Но ведь цена поднялась в два раза, значит, и торговая наценка поднялась в два раза. Почему об этом не говорят? Если 1 тысячу рублей продукт, то 20 процентов – это 200 рублей, а 2 тысячи стал, то - 400 рублей. Значит, торговую-то наценку можно уменьшить все-таки.



Елена Рыковцева : Айдер, это вы говорили про торговые наценки?



Айдер Муждабаев : Да, это я говорил. А как уменьшить? Ведь чем дороже товар, тем меньше его будут покупать. Уменьшить ее точно невозможно. Потому что, допустим, привезли условно килограмм сыра за 100 рублей, и купило какое-то количество людей, получил 20 процентов продавец. Но если привезут за 200 рублей, то, наверное, его меньше купят. Тут, скорее всего, наверное, надо вести речь о том, что торговцы посмотрят, посмотрят на спрос и увеличат, наоборот, свою маржу. Вот и все.



Елена Рыковцева : Пожалуйста, Алексей Терехов.



Алексей Терехов : Там же не только торговая наценка. Перекупщики берут свое, производители тоже закладывают какую-то цену. Это не прямая зависимость. Если у него на 20 процентов выросла в магазине, значит, в целом продукт подорожал только на 20 процентов. Он дорожает больше, потому что там еще несколько цепочек. Она достаточно большая получается. Каждый накручивает свое, и в результате выходит не 20 процентов того, что имеет супермаркет, а уже все 100.



Елена Рыковцева : Галина из Белоруссии пишет, что «глядя на Митрофанова, Жириновского и так далее и других депутатов Госдумы всякого рода, ощущение, что они объедают и обирают российский народ». Вот она добавляет к странам Африки, Азии, Китаю, к тем, кто прибавился и объедают, вот этих депутатов, которые такие толстые, что, видимо, все в них туда и уходит. Но если серьезно говорить, то как же, Алексей Полухин, может сказаться продовольственный кризис на результатах выборов, если вчера были подведены очередные итоги очередных опросов, и оказывается по вчерашним итогам, что уже только две партии проходят в Думу. С огромным процентом «Единая Россия», с 15 процентами – КПРФ и больше никто не набирает этого 7-процентного барьера. На вчерашний день – никто! Как это? Есть ли такая партия, с которой люди могли бы связать надежды на стабилизацию цен на продукты питания?



Алексей Полухин : Учитывая то, что у нас парламент практически не влияет на оперативное управление страной, я не вижу никаких изменений, которые могут произойти, даже если вдруг на выборах победит не «Единая Россия». Далее. Я не вижу серьезных угроз для «Единой России» в связи с этим. Конечно, некоторое время будет неприятно, но сейчас начнется то, о чем я говорил – охота на ведьм. «Единая Россия» будет главным борцом с инфляцией. Крайним можно сделать, допустим, того же Гордеева, которого по просьбе «Единой России» под выборы могут снять, может быть, еще кого-то. Не знаю. Там эти пиар-механизмы очень мало имеют отношения к реальности. Если бы мы выбирали, руководствуясь только объективной реальностью, у нас бы, наверное, был бы совсем другой парламент. Конечно, это неприятно для «Единой России», как бы не спеху, но здесь просто объективные факторы вмешались, хотя, я не знаю, может быть, так и следы Березовского, рано или поздно, проявятся в этих акциях, особенно в Калининграде. Там же недалеко до Лондона.



Елена Рыковцева : Конечно! Мы сегодня совершенно забыли назвать одной из причин роста цен влияние Бориса Абрамовича.



Алексей Полухин : Да.



Елена Рыковцева : Спасибо. Завершаем программу.



Материалы по теме

XS
SM
MD
LG