Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дорис Лессинг стала старейшим лауреатом Нобелевской премии по литературе



Программу «Итоги недели» ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Елена Воронцова.



Дмитрий Волчек:


87-летняя британская писательница Дорис Лессинг стала старейшим лауреатом Нобелевской премии по литературе. Слово корреспонденту в Лондоне Елена Воронцова.



Елена Воронцова: О присуждении премии Дорис Лессинг узнала от журналистов, собравшихся возле её дома. Утром 11-го октября, когда комиссия в Стокгольме голосовала за вручение премии по литературе, Лессинг отправилась за покупками. Пробираясь через толпу репортёров к дверям своего дома она сказала, используя карточный термин:



Дорис Лессинг: Я получила все призы в Европе, все до единого. Я в восторге от того, что у меня будет весь комплект. Это королевский флеш.



Елена Воронцова: За 57-милетнюю писательскую карьеру у Дорис Лессинг вышло 50 книг, среди её наград можно навать премию принца Астурийского, итальянскую премию Гринцане-Кавур, выдвижение на Букер и ряд британских наград. В 99-м Лессинг отказалась от ордена Британской империи, заявив, что Британской Империи больше не существует и называться Дамой ради пантомимы она не видит смысла.


У же несколько десятков лет её имя упоминается в связи с Нобелевской премией. Однако в интервью ведущему передачи «Ньюснайт» Дорис Лессинг рассказала о старом эпизоде, связанном с Нобелевским комитетом.



Дорис Лессинг: Лет 40 назад они послали ко мне официального представителя, чтобы сказать, что я им не нравлюсь и Нобелевскую премию не получу. Но дело в том, что я никогда её не просила, так что мне это показалось лишним и достаточно невежливым. Возможно, им не пришлись по душе мои вещи, написанные в жанре так называемой фантастики. Очевидно, теперь они передумали. Почему - не представляю, они изменились или я стала другой.



Елена Воронцова: Сразу после объявления имени победителя в Стокгольме, постоянный секретарь Шведской Академии профессор Горас Энгдал сказал:



Горас Энгдал: Важным фактором возможно стало появление ряда автобиографических романов Дорис Лессинг в конце 90-х, начале 2000-х годов. На мой взгляд, это стало вторым пиком её творческих достижений. Это одни из самых великолепных вещей, говорящих не только о женщинах, но и о поздних днях Британской империи, о западных марксистах и близких к этому темах.



Елена Воронцова: Сама писательница сказала, что видимо, премию решили дать сейчас, пока она не «перекинулась». Лессинг на протяжении всей жизни демонстрировала свою независимость. При всей её политической активности, ни истэблишменту, ни какому-либо из движений не удалось поместить её в свои рамки, она не терпит узких определений и не боится саркастически спорить с теми, кто поднимает её на щит. Дорис родилась в 1919-том, в семье британского чиновника в городе Керманшах в нынешнем Иране, и детство её прошло в Родезии (ныне – Зимбабве). Её отец во время отпуска в Англии принял спонтанное решение купить ферму в Африке. В 14 лет Дорис ушла из школы при монастыре и занялась самообразованием, выписывая десятки книг из Лондона. Писательница рассказывала, как в юности существовала в двух мирах – в мире литературных героев Диккенса и Толстого и в реальном мире колониальной Африки. В одном из интервью Лессинг отмечала, что до сих пор видит у себя пробелы в образовании, но в то же время считает, что получила чрезвычайно ценный для писателя дар «другого взгляда». По её словам, человеку, выращенному в европейской образовательной традиции практически невозможно не считать западную Европу центром мироздания и божьей милостью, данной всем остальным.


К тридцати годам за плечами Дорис Лессинг были два брака и трое детей. С младшим сыном и рукописью своего первого романа она перебралась в Лондон в 49-м году. Вскоре роман «Трава поёт» увидел свет, а 12 лет спустя вышла её самая известная книга «Золотой дневник». Для тогдашнего британского общества роман был взрывоопасным: политическая полемика переплеталась с психотерапией и рассказом о переживаниях независимой женщины. Критики отмечают, что такие вещи, как предменструальный синдром, женская злость и эмоциональные срывы были показаны в романе с необыкновенной для того времени откровенностью. Несмотря на небольшой первый тираж, эта книга стала библией феминистского движения 60-х. Но Дорис Лессинг практически сразу отвергла навязываемую ей роль кумира, заявив, что она так же «холодно-несентиментальна в отношении женщин, как и мужчин», а также что не считает женщин более миролюбивыми или гуманными, чем мужчины.



Дорис Лессинг: Если люди ударяются в крайности в каком-либо движении, это может вынудить других уйти в противоположную крайность. Я не отказываюсь от сказанного ранее. Конечно, я феминистка, это само собой разумеется. Но когда вы говорите о ком-либо, что он феминист, это еще ничего не сообщает нам о человеке. Когда я читаю, что кого-либо определяют "феминистка", то спрашиваю - и что дальше? Это, возможно, шутка?



Елена Воронцова: Сказала Лессинг в одном из интервью в 2001-м году.


Среди течений, повлиявших на её систему взглядов, писательница отмечала три: коммунизм, радикальную психиатрию и суфизм. Увлечение первым началось еще в Африке и полностью закончилось к 56-му году, после венгерского восстания и развенчания Хрущевым культа личности. Сама Лессинг замечала, что в то время в Родезии левые были единственными, кто поднимал вопрос равноправия между расами. В остальном они были политически, по её словам, невинными младенцами, которых не приняли бы в компартию ни в одной другой стране. В семидесятые годы Дорис Лессинг продолжает активное участие в политической жизни. В восьмидесятые, на фоне длительного конфликта в Северной Ирландии и ввода советских войск в Афганистан, Лессинг совмещает писательство с публикациями в прессе и выступлениями по телевидению. В 87-м выходит её книга «Ветер, который уносит наши слова», где детально описываются страдания афганских беженцев посте вторжения советских войск.


На вопросы о том, стал ли мир по её мнению лучше, Лессинг отвечала, что те ужасы, которые были в годы ее молодости – Гитлер, Сталин, апартеид – больше не существуют. И она предпочитает думать о том, что и нынешние проблемы когда-то перестынут быть реальностью.


Увлекшись изучением суфийской традиции, Лессинг обращается к вопросам выживания и эволюции, и перемещает действие своих романов в космос. Её занимают всё те же темы роли аутсайдеров и обращения с ними общества, но читателям и критикам было нелегко принять эту перемену жанра. Вот что сказала писательница в интервью первому радиоканалу БиБиСи.



Дорис Лессинг: До появления романов, были легенды, притчи или басни о животных. Такова была традиция повествования. Потом возник реализм, и люди сейчас воспринимают этот жанр как главный, основной, тогда как факт в том, что этот жанр - моложе других. Я считаю, что люди утратили способность использовать свой разум в широком диапазоне. То есть, читая что-то, видеть множество разных смыслов - как люди читали или слушали истории раньше. Они могли извлекать несколько возможных значений из произведения. На мой взгляд, воображение у современного человека стало очень бедным и поэтому радостно видеть развитие научной фантастики и прочих ответвлений в этом жанре, поскольку это снова вводит в обиход нечто старое.



Елена Воронцова: В январе этого года вышел новый роман Дорис Лессинг, название его можно перевести как «Расселина» или «Трещина». В нем описывается зарождение человечества от цивилизации, состоящей исключительно из существ женского пола. Ленивые и гармоничные, они размножаются сами собой и поддерживают неизменность своей среды обитания, пока вдруг на свет не появляется мужская особь. Женщины видят в нём деформированное существо и оставляют на съедение орлам. Однако, у них и дальше рождаются уже не только девочки, а выброшенные самцы не погибают, а образуют свою цивилизацию, где собственных детей готовы подвергнуть опасности ради приключения или экспедиции. Критические отзывы на этот раз были самыми противоречивыми. А сама писательница сказала по поводу этого романа:



Дорис Лессинг: Я люблю идеи. Например, идея романа "Расселина" появилась, когда я увидела статью в газете о теории, что основу человечества составляли женщины, и мужчины появились позднее. Эта идея была восхитительной, очаровательной, меня это полностью поглотило, я шла за ней, насколько она могла вести. В этом восторг писательства. Так происходит всегда, приходит идея, и это лучший момент жизни. Смотришь на неё, и думаешь "О Боже, какая прекрасная мысль, что бы мне с ней сделать?"



Елена Воронцова: Сейчас Дорис Лессинг заканчивает роман, посвященный своим родителям. Она говорит, что Первая Мировая война их сильно искалечила, и она хочет описать реальность, где войны не было, посмотреть, что бы с ними стало, и потом описать что же было на самом деле.


В дополнение к денежному призу, Лессинг получит золотую медаль и приглашение прочитать лекцию в шведской академии.




XS
SM
MD
LG