Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто пытается поссорить Тегеран с Москвой в канун визита российского президента в Иран?



Владимир Кара-Мурза: Через несколько часов начинается первый за всю послевоенную историю визит на высшем уровне кремлевского руководителя в Тегеран. Следующим после Сталина в этом качестве выступит российский президент Владимир Путин, не отказавшийся от намеченного даже после появления тревожной информации о готовящемся на него покушении. Состояние российско-иранского сотрудничества обсуждаем с Раджабом Сафаровым, генеральным директором Центра изучения современного Ирана. Чем вы объясняете такие разрушительные для дипломатии слухи о готовящемся на российского лидера покушении?



Раджаб Сафаров

Раджаб Сафаров:


Это чистейшей воды провокация, направленная на срыв этих переговоров, на срыв этого саммита. Поскольку Запад совершенно диким образом боится любого потенциально возможного сближения России с Ираном. И саммит, как вы знаете, был и остается предлогом, поводом для как раз двусторонней встречи президента Путина с Ахмадинеджадом. И все понимают, что по формуле саммита, в рамках саммита именно состоятся основные встречи после саммита, в рамках этого саммита - а именно между президентом Путиным и президентом Ахмадинеджадом. Я думаю, что Запад очень переживает за ту возможность, которая в Тегеране будет иметься у Ахмадинеджада, который прекрасным образом может довести до сведения Путина об истинных целях иранской ядерной программы, о том, в каком направлении развивается вектор развития этой страны и какое место видит для себя в мировой геополитике современный Иран. Я думаю, что из уст этого харизматичного лидера будет предоставлена возможность Путину сделать вывод - пойти далее с Ираном или все-таки прислушаться к озабоченности, которая у западных российских партнеров.


Владимир Кара-Мурза: Писатель Михаил Любимов, ветеран внешней разведки, с недоверием воспринял слухи о готовящемся покушении.



Михаил Любимов: Тут, мне кажется, это все для того, чтобы испортить наши отношения с Ираном и это самое неприятное. Потому что идут на все ради того, чтобы нас поссорить с Ираном, перетянуть нас на другую сторону, на американскую сторону, заставить нас признать существование иранской угрозы и прочее. Когда уже вся пресса бурлит и говорит о том, что будет заговор и планируется покушение, оно вряд ли произойдет. Это какая-то информация, которую запустили. Сам Путин об этом говорил. Потому что если бы действительно были бы данные о том, что созрел заговор, наверное, какие-то меры принял бы Путин и его окружение.



Владимир Кара-Мурза: Почему так много лет кремлевские руководители не посещали столицу Ирана?



Раджаб Сафаров: Вы знаете, исторических предпосылок для таких визитов не было. Но давайте вспомним знаменитую легендарную встречу Тегеран-43, когда обсуждалось открытие второго фронта. Еще тогда руководство Германии во главе с Гитлером собиралось взорвать вместе взятых троих лидеров. Но после этого Советский Союз очень долго не выводил из Ирана свои войска и отношения были окончательно испорчены. После Второй мировой войны иранский шах попал в орбиту влияния Соединенных Штатов и долгое время Соединенные Штаты никак не могли позволить себе такую роскошь, как сближение Советского Союза с Ираном. И иранский шах в этом к тому же не нуждался и тяготел к Западу. После того, как в Иране произошла революция, пришла команда Хомейни и новые лидеры, началась афганская кампания наша и развязалась война между Ираном и Ираком. Как вы помните, мы тогда были на стороне Ирака и эти обстоятельства не позволили советским лидерам и иранским лидерам встречаться и тем более общаться в рамках по формуле встречи на высшем уровне. А после окончания войны, после распада Советского Союза началась новая эпопея в противостоянии новой России с Ираном. Это связано с диким давлением на руководство России относительно новой ядерной программы Ирана, которая абсолютно необоснованно Западом дискредитируется до сих пор. Поэтому Путину было очень сложно в современной истории совершить официальный государственный визит в Тегеран, поскольку Западом это воспринималось бы как прямой вызов для западных государств. И так Запад воспринимает российско-иранские отношения как сомнительные, если даже не нужные, если бы такой визит состоялся бы, то это бы говорило о том, что Россия не только самостоятельно себя ведет, но и ведет с точки зрения Запада совершенно вызывающе и не внимает озабоченностям западных партнеров.



Владимир Кара-Мурза: Журналист-международник Борис Туманов видит в происходящем операцию «прикрытие».



Борис Туманов: История с так называемым покушением на Владимира Путина несколько притянута за уши. Мне, например, кажется, что это дымовая завеса для того, чтобы в какой-то степени легитимировать нашего президента в глазах тех западных стран, которые категорически не хотят контактов с иранским правительством и выступают за ужесточение санкций против этого режима. По сути дела Путин едет туда, рискуя собственной безопасностью. И поскольку трудно предположить, что он настолько привержен Ахмадинеджаду, он делает это в общих интересах для того, чтобы еще раз попытаться дипломатическим путем уговорить Иран на смягчение своей позиции в ядерном вопросе.



Раджаб Сафаров: У меня несколько иное мнение по поводу всего того, что со вчерашнего дня происходит по вопросу о покушении на господина Путина. Дело в том, что мне кажется, что как раз это грязная уловка западных спецслужб, которая была направлена на то, чтобы российские спецслужбы как бы попали на эту удочку, удалась. Если помните, впервые в сообщении Интерфакса было сказано, что ссылаются они на некоторые источники в спецслужбах России, которые находятся за пределами России. А спецслужбы России, надо полагать, имеют тесные контакты с американскими спецслужбами, израильскими и некоторыми западноевропейскими, особенно немецкими. И вот как раз, желая не допустить всеми правдами и неправдами и нанести серьезный удар по имиджу Ирана, как террористического государства или государства, которое поддерживает терроризм, чтобы наполнить содержанием тот тезис, о котором постоянно говорят, они придумали эту версию. И к сожалению, наши спецслужбы попали на эту версию, не проверив, допустили утечку. И как раз на утечку этой информации была направлена эта провокация . И они получили то, что они хотели.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Муслима.



Слушатель: Добрый вечер. Скажите, пожалуйста, Иран играет ключевую роль не только на Востоке, и на Западе и в Америке тоже. Почему мы скрываем, что это невыгодно в том числе и в Грузии, и в Азербайджане, и в остальных республиках. Сколько мы будем скрывать этот факт? Без Ирана Россия, я считаю, что в мировой политике ничего не добьется.



Владимир Кара-Мурза: Такую уж ключевую роль играет в Закавказье Иран?



Раджаб Сафаров: Я согласен с вами, что Иран ключевая страна исламского мира. И для России Иран - это последний рубеж. Если Россия собирается заявить о себе как о мировой державе, то надо ухватиться за эту возможность, поскольку мы уже все, что можно потерять, потеряли. Потеряли Афганистан, потеряли Ирак, потеряли весь Ближний Восток, потеряли исламский мир. И если мы потеряем Иран, то потеряем практически все внешнеполитические рубежи для нашей внешнеполитической политики и ничего больше не остается. Действительно, имея влияние на эту страну, Россия может иметь не только прямое влияние на Персидский залив, но и во всем исламском мире. Представьте себе только один аспект взаимодействия России. Если Россия и Иран будут координировать свою энергетическую политику, то они станут доминантами в мировой политике. И от их скоординированной политики практически будет зависеть судьба и стабильность не только европейских стран, но и всей планеты. Я думаю, что вот это как раз, в частности, боится Запад и всеми усилиями собирается не допускать любое сближение этих государств.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Виктора Ивановича.



Слушатель: Добрый вечер. Я хочу согласиться полностью с Михаилом Петровичем Любимовым и хочу добавить: во-первых, любое покушение не допустили бы иранские власти, потому что они понимали бы, к чему это приведет. И они бы первым сообщили бы нашим спецслужбам. Что утечка произошла, я не думаю, что произошла утечка. То, что информация прошла, может быть специально она и прошла. Второе: мы никогда не сожмем с Ираном быть даже в энергетической области.



Владимир Кара-Мурза: Во-первых, спецслужбы Ирана уже опровергли, что готовится покушение, что у них никакой информации нет.



Раджаб Сафаров: Вы знаете, категорически не могу с вами согласиться по той простой причине, что Иран крайне был не заинтересован в этом покушении. Дело в том, что Иран долгое время хотел заполучить Путина и каждый год руководство Ирана со времен президента Хотами приглашало высшее руководство России посещать и нанести официальные визиты в Тегеран. Но по известным обстоятельствам и причинам руководство России не могло принять такие приглашения, и каждый раз господин Путин откладывал на более поздний срок свой отъезд или свой визит в Тегеран. И поэтому для Ирана приезд господина Путина - это событие мирового уровня. Для Ирана приезда господина Путина - возможность через Россию демонстрировать всему мировому сообществу об истинных целях и задачах, которые сейчас являются предметом озабоченности всего мира. Я думаю, что в лице России при этих встречах Иран может найти более серьезного, понимающего стратегического партнера, через которого может быть реализует свои задачи, которые действительно исходят из взаимовыгодной основы и через участие президента Путина намеревается руководство Ирана осуществлять те задачи, которые выведут и Россию, и Иран на новый геополитический и экономический уровень. Эти причины являются основой для того, чтобы подумать - крайне не заинтересовано руководство Ирана осуществлять даже в замыслах факт покушения на господина Путина. А потом еще нелепо другое предположение. Если даже в мыслях у кого-то на территории Ирана возникли бы такие идеи о покушении, то я не думаю, что они выбрали для этого Тегеран, саммит в Тегеране, они могли сделать это в другом месте и при других вариантах, прекрасно зная о передвижениях господина Путина. Поэтому, я считаю, что главная затея была провокация, чтобы сорвать саммит и вместе с тем двустороннюю встречу президента Путина с Ахмадинеджадом.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Виктор Илюхин, зам главы думского комитета по безопасности, ратует за сотрудничество с Ираном.



Виктор Илюхин: У нас с Ираном всегда были очень добрые дружеские отношения. Если готовилось покушение бы, то, конечно, спецслужбы решали бы эти вопросы достаточно спокойно, достаточно тихо. Думаю, что визит нужен, визит актуален. Иран – государство, одно из самых влиятельных государств в исламском мире. И поддерживать с ним торговые и другие отношения нам выгодно, тем более, когда Соединенные Штаты Америки препятствуют нам в свободной торговле с американскими фирмами, с американскими компаниями. Почему ни один из наших лидеров не был в Иране со времен Сталина? Насколько я полагаю, иранские дипломаты иранские руководители у нас бывали. С учетом этих моментов, я думаю, наши руководители не появлялись в Тегеране, не появлялись в Иране, считая, что без частого мелькания, вообще без мелькания наших руководителей в Иране, дела идут неплохо.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Эмиля Викторовича.



Слушатель: Добрый вечер. Господин Сафаров, у меня такой к вам вопрос: как бы вы прокомментировали следующие факты? В свое время аятолла Хомейни считал и Соединенные Штаты Америки «большим сатаной», а Россию «малой сатаной».



Раджаб Сафаров: Да, это было так на самом деле, Соединенные Штаты были «большим сатаной» и Советский Союз был для Хомейни и его лозунга «малой сатаной». Но это было конъюнктурой того времени. Поскольку действительно, когда пришли к власти революционеры исламские, то весь мир восстал против них, в первую очередь Соединенные Штаты и как бы следом Советский Союз, помогали всячески Ираку, режиму Саддама Хусейна. И более того, тут же началась афганская эпопея в советской политике. Поскольку Афганистан граничит с Ираном и это мусульманское государство и совершенно очевидно, что Иран, новое руководство, которое пришло в Иране претендовало на экспансию в исламском мире, на привнесение исламской революции, исламской идеи в исламское государство, то они считали, что это прямое посягательство на их приоритетные государства, на их соседние государства. И с этого началось противостояние Советского Союза с Ираном. И после того, как Советский Союз в открытую встал на сторону Саддама Хусейна и не только встал, но и помогал всячески и материально, и в военном плане, то это противостояние усилилось. И третьим фактором является то, что Советский Союз был атеистическим государством, не признавал никакие каноны религиозных догм и теорий, и это тоже не сближало и усилило элементы противостояния между Советским Союзом и Ираном.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.



Слушатель: Добрый вечер, господа. Вот эта провокационная политическая «утка» придумана политологами из Кремля. Это сделано, что будет покушение. Ведь кто готовит покушение - это не глупые люди, об этом бы не узнал никто. Это во-первых. Во-вторых, они как бы показали, что наш президент - это герой. Даже несмотря, что на него готовится покушение, он все-таки едет. И показали, прошла информация по телевизионному каналу, там корреспондент спрашивает: «Владимир Владимирович, вы знаете, готовится покушение». Он левой рукой махнул и сказал: «Потом поговорим». То есть уже все понятно. У меня вопрос в связи с этим: неужели Владимир Путин едет туда, чтобы договориться с президентом Ирана в политике против американской политики и против сегодняшней политики Западной Европы?



Владимир Кара-Мурза: По-моему, не для этого едет.



Раджаб Сафаров: Я не нахожу прямой связи между вашим первым утверждением и вопросами, которые вы задали. По первой части я склонен согласиться с вами, что это очень грубый сценарий, который разработали, наверное, не только российские спецслужбы, но и вкупе с их коллегами из Запада. Путин едет в Тегеран не для того, чтобы скооперироваться с Ираном в борьбе с Западом и усилить противостояние с западными государствами. Наоборот, Путин едет туда, чтобы убедить западное руководство в более прозрачности и транспарентности главной проблемы современности - иранской ядерной программы. И Путин об этом будет говорить в открытую с господином Ахмадинеджадом. В рамках этих встреч, а там встречи в рамках саммита и потом отдельная двусторонняя встреча будут затронуты и другие проблемы, которые действительно будут очень важными. Я думаю, что в ходе этой встречи господин Путин может предложить руководству Ирана наоборот, то, что вы думаете, это не совсем так. Может предложить руководству Ирана прекратить обогащение урана на иранской территории, как это было заявлено еще годом раньше, может гарантировать поставки ядерного топлива в любом количестве без всякого препятствия. И Россия может быть готова подписать долгосрочный контракт или договор по этому вопросу. Но если такое предложение будет сделано, я думаю, что это омрачит атмосферу взаимодействия России и Ирана, поскольку заранее можно считать, что это предложение обречено на провал, поскольку Иран не примет это предложение. Второе предложение, которое может быть будет сделано, ответное предложение, которое может быть будет сделано Россией: президент Ахмадинеджад может уяснить из уст президента России об истинных намерениях руководства России по поводу завершающей стадии Бушерской АЭС. И если Россия даст четкие гарантии по поводу сроков завершения этого долгостроя и поставки ядерного топлива, то Иран вполне может предложить России строительство двух новых атомных электростанций мощностью в три мегаватта общей стоимостью более четырех миллиардов долларов на бестендерной основе. И это является очень лакомым куском. И если это будет увязано со сроками и гарантией того, что Россия может завершить в ближайшее время срок введения этого долгостроя в строй.



Владимир Кара-Мурза: Алексей Малашенко, политолог, член научного совета Центра Карнеги, специалист по исламу, считает, что слухи о покушении даже выгодны Владимиру Путину.



Алексей Малашенко: Эти слухи могут придать ему какой-то ореол героя. Мол, такая страна, радикальный ислам якобы готовит ядерное оружие, да еще такое покушение, а наш президент ничего не боится. А прочесть на лице Путина, каким образом он хочет остаться лидером, да и хочет ли он остаться, потому что временами выползают слухи о том, что он устал. А почему бы действительно ему не устать? Временами выползают слухи, что ему надоело быть и посредником между воюющими кланами, да и просто хочется отдохнуть, может быть потом вернется во власть. Но это все домыслы.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвички Татьяны.



Слушательница: Добрый вечер. Я на сто процентов так же согласна, что «утка» о покушении идет из Кремля. Иран тоталитарная страшная страна, если ее руководитель грозит стереть с лица земли страну Израиль. И там есть политические заключенные. Иран очень опасная страна.



Владимир Кара-Мурза: Почему из Кремля идет «утка», если Кремль подготовил такой визит? Не вижу тут логики.



Раджаб Сафаров: Я тоже не вижу никакой логики между тем, что «утка» подготовлена Кремлем и Иран тоталитарное государство. Дело в том, что если Иран не был бы полезным в плане двусторонних и многосторонних контактов с Россией, то президент Путин и в коем бы случае не поехал бы сюда. И второй саммит прикаспийских государств не был бы организован именно в Тегеране, поскольку Иран ключевое государство не только в зоне Каспийского моря, не только в зоне Персидского залива, но и я уже успел сказать, что на всем Ближнем Востоке такого по мощи, по ресурсам, по потенциалу практически нет. И этого действительно боятся западные государства и всячески собираются нанести удар по имиджу этого государства. Действительно, чтобы каким-то образом доказать причастность этого государства к террористическим всяким движениям и организациям, они придумали этот миф о том, что на Путина готовится покушение именно в Тегеране. Когда в Тегеране об этом узнали, развели руками, пришли просто в состояние шока, поскольку, когда очень долгое время ждать дорогого гостя, при этом испортить ему сюрприз. Несовместимые вещи просто-напросто, поскольку Иран в данной ситуации крайне нуждается в добрых, очень глубоких и близких отношениях с Россией. Я думаю, что заполучить такого лидера как глава России, Российской Федерации, крайне выгодно не только в общественно-политическом плане, но и в торгово-экономическом и научно-техническом плане. В ходе этих встреч Иран может предложить даже немыслимый вариант, я даже допускаю, что гипотетически Иран готов согласиться на 13% по разделу Каспия, если Россией будет предложен пакет предложений, в который будет входить полный арсенал военно-технического сотрудничества, глубокие и разносторонние контакты и сотрудничество в энергетической сфере и гарантии безопасности государства от всяких внешних угроз. Если в этих купе будут такие предложение, то я думаю, что Иран вполне вероятно пойдет навстречу, в ущерб со своим национальным интересами согласится на четверки и наконец-то общая конвенция по приданию юридического статуса Каспийского моря будет достигнута своей кондиции. И это будет великой победой президента Путина, это будет исторической победой.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Алексей Кондауров, отставной генерал КГБ, склонен доверять иранской стороне.



Алексей Кондауров: В интернете я видел официальные сообщения иранской стороны, они утверждают, что у них сведений никаких нет. Ссылки идут на анонимные источники спецслужб и непонятно, каким уровнем информации они располагают - агентурный это, технический перехват или просто пиар-акция, которая подразумевает ситуацию, когда при такой угрозе наш смелый президент, рискуя жизнью, едет на столь важные переговоры государственные. Я тут в большей мере склонен верить спецслужбам Ирана, они принимающая сторона и они отвечают за безопасность президента России. Наши службы играют важную, но достаточно вспомогательную роль, потому что весь комплекс мероприятий по обеспечению безопасности иностранных делегаций обеспечивает принимающая сторона.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос москвича Георгия.



Слушатель: Добрый вечер. Господин Сафаров, как вы считаете, если Россия со своим потенциальным энергетическим могуществом сложит с энергетическим могуществом Ирана и в этих целях пересмотрит ближневосточную политику в России, стержнем которой является еврейская диаспора в России, проводящая политику Америки, это послужит возрождению России?



Раджаб Сафаров: Любое сближение с таким потенциальным партнером как Иран даже в этом конкретном аспекте энергетическом сделает Россию более могущественной и усилит роль России на мировой арене и с Россией будут считаться более серьезно. Я полагаю, как раз некоторые влиятельные силы в руководстве России не склонны допускать такую возможность и саботируют некоторые стремления и решения президента Путина. Прекрасно понимая, что если такое сближение будет достигнуто, то доминанта российская в мировой политике будет самой главной доминантой. И с этой доминантой нужно считаться многим государствам и в первую очередь Соединенным Штатам. И этого как раз очень многие не хотят, в том числе в Российской Федерации. К сожалению, финансовые международные транснациональные лобби, которые имеют серьезные основы и оплот в России, некоторые группы в руководстве России крайне не заинтересованы в любом сближении с Иране, не только в общественно-политическом, но даже в торгово-экономическом плане. Я помню, даже из уст одного чиновника из Министерства иностранных дел, когда пошла волна исключения иранских студентов из российских вузов по настоянию Соединенных Штатов, что России нельзя подготовить иранских специалистов в высокотехнических сферах, то Россия не дожидалась окончания срока обучения этих студентов. И массовое исключение студентов было допущено по просьбе Соединенных Штатов из российских вузов. И это оскорбление, которое было нанесено не только иранскому государству, но и молодым людям, а их были сотни, может быть тысячи. До сих пор они помнят. Это молодое поколение было талантливое и они уехали на Запад, обучились, вернулись и являются проводниками западной идеологии, западной технократии. Любая катастрофа, которая происходит сейчас, к сожалению, с российскими технологиями, именно Запад через этих студентов, которые обучались в России, потом их прогнали отсюда, в Иране создается общественное мнение, что все, что связано с российскими технологиями, ненадежно, убого и не является перспективным. Поэтому России как раз именно эти лобби нанесли огромный ущерб, и они несут эти ущербы каждый день, каждую минуту в угоду своим патронам на Западе, в Израиле и в Соединенных Штатах.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Игоря Анатольевича.



Слушатель: Добрый вечер. Я думаю, что было бы кому-то очень на руку, чтобы покушение состоялось. Но если бы оно прошло неудачно, то и Путин жив, и Иран скомпрометирован. И вот скажите, какие взаимоотношения в треугольнике лидеров исламского мира – это Иран, Турция и Саудовская Аравия?



Раджаб Сафаров: Вы знаете, по большому счету между Турцией, Ираном и Саудовской Аравией особо теплых отношений не наблюдается, поскольку в идеологическом, религиозном исламском плане Иран и Саудовская Аравия являются достаточно серьезными конкурентами. Иран всегда ратует за то, что является самой твердой по статусу, по намерению, по соблюдению исламских норм и обрядов. И то, что сейчас в Иране действительно делается в плане религиозного мировоззрения, очень легко можно наблюдать за процессами, которые происходят в Иране, таких процессов не наблюдаешь ни в одном исламском государстве. А Турция - это полусветское государство, полуисламское, полурелигиозное государство. Например, Иран ни за что не приносит в ущерб своим религиозным основам такие доходы, которые могут быть от туризма. Иранское руководство отказывается от миллиардов долларов ежегодно для того, чтобы не допустить хотя бы возможность разрушения или разложения исламской морали у себя в стране. А Турция может себе это позволить. Саудовская Аравия на каком-то уровне может себе позволить. А вот Иран не может. Поэтому кроме того между этими государствами имеется огромная конкурирующая экономическая доминанта. Турция является серьезным экономическом конкурентом на Ближнем Востоке, собственно говоря, контролирует очень важные транспортные артерии, и поскольку является членом НАТО, в политическом смысле является противником или конкурентом Ирана. А Саудовская Аравия, я думаю, что географических и политических притязаний нет, но особой дружбы и любви тоже не наблюдается.



Владимир Кара-Мурза: Депутат Государственной думы Александр Лебедев, полковник СВР в отставке, тем не менее, призывает к осторожности.



Александр Лебедев: Регион, понятно, достаточно трудный. Есть такая информация, где ты есть, и сегодня Путин комментировал в Германии. Поэтому относиться надо серьезно. С другой стороны, соответствующие меры безопасности принимающей стороны и нашей. Он сказал, что он должен выполнять свой долг. По-моему, ведет себя правильно. У меня своя работа, а у служб, которые обеспечивают безопасность, своя. Мне кажется, что придание этого огласке в любом случае мера превентивная.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвички Светланы Алексеевны.



Слушательница: Добрый вечер. Я хочу сначала комментарий, потом вопрос. Я считаю, что абсолютно правильно, что Путин едет в Иран - это крайне важно для России. Ведь посмотрите: Америка обложила нас со всех сторон. И когда единственно мы хотим самостоятельно выйти на Иран и свою позицию заявить, как они панически боятся. Кондолиза Райс, когда приехала, то Путин сказал что мы просим вас заморозить ПРО. Как она умело отвела это в сторону, что ПРО вопрос решенный, давайте смотреть на Иран.



Владимир Кара-Мурза: Кремль тоже панически боится размещения ПРО в Восточной Европе. Так что уж кто более панически боится, это еще бабушка надвое сказала.



Раджаб Сафаров: Вы знаете, я согласен с тем, что визит господина Путина в Тегеран – это первая попытка на очень высоком уровне навести мосты с этим государством. Вы знаете, учитывая эти возможные встречи, возможное сближение двух государств и Кондолиза Райс, и Гейтс, министр обороны, очень спешно собрались в Москву, чтобы перед отъездом в Тегеран еще раз повлиять на господина Путина, что не стоит дружить с Ираном. И они привезли новые идеи, новое предложение. Но когда Путин сказал, что иранские ракеты не долетят до Польши и Чехии и даже если у иранцев были бы ракеты, и они были бы способны долететь такое расстояние, то они не полетели бы в сторону Европы, поскольку у Ирана никогда не было никаких враждебных точек в европейском сообществе и тем более на таком уровне, чтобы запустить туда ракеты баллистические средней дальности. Если Иран запустит свои ракеты, то направит эти ракеты в совершенно другую сторону. И радарные устройства, и элементы ПРО нужно устанавливать, собственно говоря, в другом месте, например, почему бы не в Турции. Но Польша и Чехия не совсем удачный выбор. И как раз Иран с этой идеей, с насмешкой, предложил Россию помощь свою. Иранские ракеты, во-первых, не долетят до такого расстояния, во-вторых, если действительно у Ирана когда-либо будет необходимость использовать эти ракеты, то они будут направлены отнюдь не в сторону Европы. И господину Путину предложили, чтобы он спокойно мог бы отвергнуть все предложения взамен на размещение элементов ПРО в европейской части континента. Я полагаю, что именно в этом плане сотрудничество России и Ирана полезно, поскольку у Путина есть первичная информация об истинных целях и состоянии вооруженных сил Ирана и о политическом решении иранского руководства. Как раз это все - влияние, координация действий и принятие решений - этого как раз не хотят в Америке, не хотят в Западной Европе. И они всяческими способами хотят не только не допустить сближения, но и поссорить Россию с Ираном. И элемент, провокация, придуманная по вопросу о покушении, является элементом этого заговора, которые имеется в спецслужбах Запада.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Саратовской области от радиослушателя Павла.



Слушатель: Здравствуйте. Господин Сафаров, мы все с вами согласны, конечно, надо дружить с Ираном против Америки. Вот вопрос только встает, что жрать будем? Китайские поношенные трусы? Вокруг себя посмотрите, чего иранского и нашего чего в магазинах.



Раджаб Сафаров: Совершенно необязательно, если у вас ассоциируется дружба с какими-то бытовыми вопросами, это абсолютно не совсем рациональное видение вопроса. Дружба с Ираном дает России возможность более смело и рационально участвовать в мировой геополитике. Дружба с Ираном даст возможность повлиять на общую ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке, во всем исламском мире. Дружба с Ираном даст возможность многим государствам, которые сейчас шантажируют Россию тем, что если Россия не отпустит газ и нефть по той бросовой цене, к которой они привыкли на иждивенской основе получать, перейти к Ирану, вот эта дружба исключает такую возможность шантажа. Дружба с Ираном может позволить и сделать Россию мировым доминатом. Это такие вопросы, которые бытовыми вопросами или уровнем содержания на прилавках российских и иранских считать невозможно. Если будут такие вопросы, то прилавки будут завалены разнообразными предметами бытовыми и продовольственными, поскольку главные потоки финансовые будут обеспечены из других источников.



Владимир Кара-Мурза: Леонид Велехов, заместитель главного редактора холдинга «Совершенно секретно», уверен в том, что Владимир Путин обязательно исполнит свою миссию в Иране.



Леонид Велехов: Строительство АЭС в Бушере остановлено, не вполне понятно, что. Но, как известно, Путин имеет мандат от западных держав и от Соединенных Штатов Америки с тем, чтобы раз уж Ахмадинеджад является таким союзником России, таким своим сукиным сыном для России, убедить его сменить свою позицию в отношении разработок ядерного оружия. Поэтому лидерство в той или иной его форме, в том или ином его виде Путин из рук своих не выпустит ни на день. Это его самый страшный, наверное, сон, от которого он, если он ему снится, просыпается в холодном поту. Поэтому он ощущал и продолжает себя ощущать верховным властителем России и 99% шансов, что таким он действительно останется и после президентских выборов.



Раджаб Сафаров: Совершенно согласен, если бы Путин собирался уходить их большой политики, я не думаю, что он под конец собрался бы в Тегеран. Поскольку для того, чтобы отказаться от саммита, масса была формальных причин. Поскольку основная составляющая, общая конвенция по приданию юридического статуса, она не готова, совершенно очевидно, что разногласия не только сохранились, но они углубляются с каждым днем, поскольку у государств появляется новое видение своего участия, своей части ресурсов на Каспии. Я полагаю, что саммит по-прежнему является предлогом и поводом для того, чтобы все-таки узнать из уст президента Ирана реальное состояние его ядерной программы, двусторонних отношений и как он видит роль Ирана в мировой геополитической картине. Я полагаю, что если бы господин Путин собирался уходить, то это все не интересовало бы его, и он не стал бы это делать в пику западным партнерам. Полагаю, что именно из-за того, что собирается участвовать, причем активно мировой геополитике, господин Путин посредством Ирана хочет иметь еще одну козырную карту, чтобы всему мировому сообществу продемонстрировать, что весь мир не может договориться с Ираном, у России есть рычаги влияния на Иран и путем переговоров и прямого влияния на эту страну избежания нового мирового конфликта Россия может обеспечить. Это является очень выгодной позицией у руководства России во главе с Путиным.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Рязани от радиослушателя Валентина.



Слушатель: Здравствуйте. Кстати, Кондолиза Райс пренебрегла нашим ракетным вооружением как стратегическим, так и тактическим и больше озаботилась участием нас в антитерроре. У меня к вам вопрос: вы сказали, что Запад боится что Иран расскажет Путину об истинных своих целях, положении дел. Таким образом, вы считаете, что Запад об этом, а Путин не знает об истинных целях Ирана?



Раджаб Сафаров: Запад прекрасно знает, на каком уровне находится иранская ядерная программа, в каком направлении развивается. Поскольку такие структуры, как МАГАТЭ, инспектора МАГАТЭ они являются на самом деле носителями секретной информации, которая через какое-то время находятся в программах боеголовок американских, которые направлены на эти страны и на эти объекты. Мы прекрасно помним, что происходило в Ираке после инспекции в МАГАТЭ, и с чудовищной точностью потом эти объекты были поражены. Откуда, спрашивается, такая точность? Такая точность была достигнута единственным способом – утечкой информации от инспекторов, которые посещали конкретные объекты. Я думаю, что прекрасно знают в Америке, в Израиле, в других государствах, которые сейчас ратуют за то, чтобы свернуть ядерную программу Ирана, они просто не хотят усиления роли Ирана. Если Иран будет по всей цепочке технологического развития иметь ядерные технологии, то совершенно очевидно, что с этой страной нужно будет считаться, считаться на всех уровнях, поскольку самодостаточное в ядерных технологиях государство Иран уже превратится в некоего гегемона в регионе среди исламского мира, лидером исламского мира. И многие государства исламского мира будут тянуться за этим государством, будут прислушиваться к мнению этого государства. Сотрудничество с таким государством крайне выгодно такому государству как Россия. Как раз вкупе со всеми этими идеями и обстоятельствами Запад в корне собирается изменить ситуацию вплоть до того, чтобы изменить режим в Тегеране. Другими способами невозможно, поскольку прямое запугивание, как президент Путин сегодня сказал, невозможно запугать иранское руководство, если бы было возможно, давно уже было бы сделано. И президент Путин уверен, что этим способом - запугать иранское руководство - проблему не решишь. Нужно договариваться с этим государством, с этим руководством, что собирается делать президент Путин, и он прав. Скорее всего через переговоры, дипломатическими методами можно выйти на новый уровень через признание суверенных прав государства, которые закреплены в рамках международных норм, которые признаются всеми государствами.



Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Елену Владимировну.



Слушательница: Добрый вечер. Дифирамбы Ирану как государству, его руководителям я выслушала. Это замечательно. Мне кажется, с такими странами можно договариваться только рука об руку с другими цивилизованными странами. И вспоминается русская поговорка: скажи мне, кто твой друг, я скажу, кто ты.



Владимир Кара-Мурза: Все поговорки уместны перед таким визитом небывалым.



Раджаб Сафаров: Примерно я понимаю, о чем вы говорите. Дело в том, что у вас нет оснований таким голословным образом винить Иран в том, что это государство не заслуживает доверия и дружбы Российской Федерации. Я думаю, что господину Путину и его команде виднее, что они делают. И если бы это не было необходимо для нашей безопасности, для нашего развития, для геополитической и стратегической стабильности не только в регионе, но и в мире, то я уверяю вас, что на таком фоне ажиотажном и суетливом господин Путин не поехал бы в Тегеран.



Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, не омрачит ли окончательно визит Путина в Тегеран российско-американские отношения?



Раджаб Сафаров: Я думаю, что российско-иранское сближение, любая такая встреча на таком уровне, когда лидеры двух государств встречаются, в любом случае будет иметь позитивный оттенок. Завтрашняя встреча придаст новый импульс российско-иранским взаимоотношениям по всем спектрам взаимодействия. От этого, конечно, Соединенные Штаты не будут в восторге. И так они пребывают в истерике. С замиранием сердца они будут ждать, что будет происходить завтра в Тегеране. Я думаю, что от этого в какой-то степени будет происходить российско-американское охлаждение. Но пора уже американцам привыкать к тому, что у России новая роль, новое поведение и самостоятельное поведение во внешней политике России.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG