Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судьба журналистки: давление на тех, кто пишет о Чечне


Ирина Лагунина: В среду стало известно, что 19-го сентября в отношении казанской журналистки Натальи Петровой было возбуждено уголовное дело по статье 318 УК РФ за нападение на сотрудников милиции. Это не первый случай давления на журналистку, которая в 1997-м году удостоилась Гран-при немецкой Академии киноискусства за свой фильм о чеченской войне. Причины возбуждения уголовного дела выяснял Андрей Бабицкий.



Андрей Бабицкий: Каким образом 48-летняя женщина сумела совершить нападение на сотрудников милиции? Нет, конечно, теоретически все можно допустить. Что вообще происходило в тот день? Для начала я созвонился с начальником уголовного розыска отделения милиции Московского района Казани Вячеславом Прокофьевым. Он отказался давать комментарии по телефону, сказав, что предварительно должен убедиться в том, что действительно имеет дело с журналистом. Поэтому о происшедшем мы знаем со слов самой Натальи Петровой, а также из официального сообщения государственного информационного агентства «Татар-информ», корреспондентом которого когда-то, кстати, Наталья была. Итак, что случилось 6 сентября?



Наталья Петрова: Я отвела детей в школу, оставила их, на уроки они пошли. Меня прямо в школе взяли. Я подумала, что это какие-то бандиты. Один был пьяный. Я от них, конечно, естественно, убежала. Добежала до дома, а дома началась атака. Телефон был отключенный. Как мы потом уточнили, сотрудники Московского РОВД города Казани, были их представители, ими руководил начальник уголовного розыска по мобильнику. Топтали мне пальцы рук, наносили удары по голове, по позвоночнику, пинали мою маму в живот, душили моих детей, одной из девочек выбили зуб, им 9 лет обеим девочкам. Как меня сбили с ног, я лежала на полу цементном, по этому цементному полу полтора-два часа таскали как бревно. Одели несколько наручников. Я не знаю, или наручников у них много накопилось, они не знают, на кого одевать или с целью устрашения. Потому что народу много сбежалось и люди просто пытались оказать какую-то помощь, освободить. Они кричали: вы что делаете? Она мать троих детей. Она журналист, которую многие знают не только даже в нашей стране. Женщины бросались буквально. Я была без сознания, я членораздельно не могла разговаривать. Я не могла передвигаться. Меня просто как бревно забросили в уазик, мою мать от меня оторвали. Девочка одна убежала, а другая через некоторое время выскочила из машины, просто удалось ей открыть дверь. Она говорит: «Мама, у меня было единственное желание, я увидела кучу мусора, и я подумала, что в кучу мусора меня искать не будут». И спряталась там. Ее до ночи искали соседи, родственники.



Андрей Бабицкий: В отделении милиции Наталья Петрова вообще попала первый раз в жизни.



Наталья Петрова: Меня везли в милицию, бросили в уазик, забросили туда за руки, за ноги, ноги поставили, стряхивали пепел и окурки притушивали об меня. Почему я знаю, потому что у меня одежда была в дырках и в пепле. В рваной одежде, босиком, в крови. Я все время приходила в сознание и уходила от ударов. Меня же из квартиры с пятого этажа тащили. И родители пока имели возможность прикрывать, у меня мама вся черная была от синяков. Удар в живот и две недели кровотечение. Женщина 70 лет. Отцу 74 года, всю жизнь прослужил в армии. Над ним издевались, просто я не знаю, зажали в угол и боксировал. Все это происходило на глазах моих детей. Девочки схватили зонтики детские, они учились в школе фехтования, они подумали, что смогут зонтиками от этих бандитов как-то избавиться. А бандитами руководил по телефону, по мобильнику как бить, сколько бить, куда бить некий Прокофьев, начальник уголовного розыска. Там уже, куда меня привезли в Московский район города Казани РОВД, там уже бросили в камеру какую-то. Я первый раз оказалась, честно говоря, в камере. Соседи, когда они увидели как меня пинали, вызвали «скорую», «скорую» не подпустили ко мне. Там в камере отец снова вызвал «скорую», снова не подпустили врачей.



Андрей Бабицкий: А вот упоминавшаяся уже информация, распространенная агентством «Матар-информ»: «Казанская лже-журналистка обвиняется в нападении на сотрудников милиции. 19 октября рядом российских информационных агентств была распространена несоответствующая действительности информации о произошедшем в Казани нападении на журналистку Наталью Петрову, якобы инициированном сотрудниками милиции. Данные клеветнические заявления со стороны Петровой объясняются желанием уйти от ответственности за клевету и нападение на представителей власти. 24 июля текущего года мировой судья судебного участка № 4 Московского района Казани вынес постановление об объявлении в розыск Петровой по уголовному делу, возбужденному в отношении нее по статье 29 частой первой УК РФ «клевета». 6 сентября сотрудники уголовного розыска обнаружили гражданку Петрову около школы, куда она привела детей, ей предъявили постановление и предложили пойти в суд. Петрова оказала сопротивление и неповиновение. В результате в отношении женщины были применены спецсредства - наручники. В последствии заявления Петровой об избиении ее самой и членов ее семьи сотрудниками милиции были рассмотрены и тщательно проверены следственными органами прокуратуры. В итоге вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления. А 19 сентября в отношении Петровой возбуждено уголовное дело по статье 318 за нападение на сотрудников милиции». Самое удивительное – это заглавие заметки «Казанская лже-журналистка». Почему? Наталья Петрова еще несколько лет назад была тем же «Татар-информ» аккредитована как корреспондент в Совет федерации. Кроме того за свой фильм о чеченской войне «Вайнахов древняя земля» она была в 1997 году удостоена Гран-при Академии киноискусства в Германии, и в Казани об этом хорошо знают. Теперь о сути предъявляемых Петровой претензий. Журналист говорит, что ни о каком судебном процессе в связи с возбужденным против нее уголовном делом она слыхом не слыхивала. Более того, когда ее родители уже после событий 6 сентября пошли в суд, чтобы узнать, на каком основании их дочь объявлена в розыск, судья не сказал ровным счетом ничего. Нетрезвые люди в гражданской одежде, попытавшиеся задержать ее во дворе школы, никаких постановлений тоже не предъявляли.



Наталья Петрова: То, что «Татар-информ» дает такую информацию, что 24 июля я была подана в розыск - это очень большая новость. Пусть предъявят хотя бы одно повестку или какое-то доказательство, что я была в розыске. Ведь я неоднократно пересекала границы нашего государства, работая над фильмом «Любовь моя Абхазия». Я не знаю, что за дело о клевете. Если я кого-то оклеветала, тогда меня надо известить об этом, что я оклеветала правильно. Вот сейчас я узнаю, что я оказала сопротивление. Будучи сразу избитый, я получила сразу, как открыла дверь, несколько ударов, меня потом два часа избивали. Какое я сопротивление могла оказать трем мужчинам? Может быть мои дети, которых душили и выбивали зубы, они оказали сопротивление? Или родители старики, которые несколько травм получили. У нас врачи приезжали, «скорая помощь» и это все засвидетельствовано.



Андрей Бабицкий: Объяснить происходящего я попросил сотрудника правозащитного общества «Мемориал» Андрея Миронова, который сейчас занимается делом Натальи Петровой.



Андрей Миронов: Ее преследуют именно за ее работу в горячих точках, дело не в Казани, это не местное дело. Она и сейчас вернулась недавно, она все время туда ездит. Дело в том что изменилось не то, что она делает, а изменилась обстановка в стране. Раньше неправительственные организации не преследовали так сильно, как сейчас, а вдруг появился шпионский камень, не потому что они что-то стали делать другое, а потому что изменилось отношение власти к ним. И кстати, в провинции это чувствуется гораздо жестче, чем в Москве, в Москве такого безобразия нет. В Москве, да, убивают, вот убили Аню Политковскую, могут дать по голове - это тоже бывает. Но это никогда не делается столь открыто. Наталью Петрову не просто избили, ей устроили такое Чернокозово с доставкой на дом. И сигареты об нее тушили, и отдавливали пальцы с криками, чтобы ты больше писала. То есть они не скрывались, они не претендовали на то, что это сделали какие-то неизвестные бандиты. Это власть делает открыто от имени власти. Просто очевидно есть установка ликвидировать как класс всех ей подобных. Вот одна из ей подобных, более известная, большего достигшая Анна Политковская. Но это та же работа, одна писала, другая снимала. Таких в принципе не должно быть в нынешней структуре общества, по мнению тех, кто и организует такого рода нападения. У них это на уровне инстинкта.



Андрей Бабицкий: Я связался с начальником отдела по Центральной Европе организации «Репортеры без границ» Эльзой Видаль.



Эльза Видаль: Мне кажется, что сейчас мы наблюдаем усиление давления на журналистов. И это пример о давлении на журналистов, то, что произошло с Натальей, я была возмущена, когда я узнала как ее, и ее детей, и ее мать избили милиционеры. Я хочу выразить наше соболезнование всем.



Андрей Бабицкий: Власти едва ли удастся по-тихому сфальсифицировать уголовное дело против Натальи Петровой. Уже на этой неделе в Казань отправляются российские правозащитники и французские журналисты. На сей раз коллеги Натальи за рубежом постараются не допустить очередной расправы.


XS
SM
MD
LG