Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Конец веры». Безбожники в Америке


Сэм Харрис «Конец веры»

Сэм Харрис «Конец веры»

Традиционная религиозность Америки, которая стала особенно заметна в годы правления нынешнего президента, назвавшего Христа своим любимым философом, резко выделяет Соединенные Штаты среди других развитых стран. Об этом уже столько раз говорилось, что общая картина оказалась искаженной. Исправить панораму религиозной жизни Америки, включив в нее и американских безбожников, взялись сразу несколько влиятельных авторов, которые говорят с читателями от лица неверующей Америки.


Christopher Hitchens. God Is Not Great: How Religion Poisons Everything; Sam Harris. The End of Faith — Кристофер Хитченс «Бог — не велик: как религия все отравляет»; Сэм Харрис «Конец веры».


На протяжении человеческой истории чудеса, равно как и катастрофы, одних приводили к Богу, других уводили от Него. Когда в 1680 году в небе появилась длиннохвостая комета, человечество впало в панику в ожидании Судного Дня. Священники по всей Европе и Америке начали призывать прихожан к покаянию. В Риме курица, надолго ставшая знаменитой, издала истошный крик и снесла яйцо неправдоподобной величины. Однако комета стала причиной и временного триумфа рационализма. Когда страх конца света поутих, по рукам пошли сотни памфлетов, статей и эссе, объясняющих, что напугавшее всех небесное видение было естественным явлением природы. С тех пор кометы уже не считаются божьей карой. Скептики выиграли один раунд.


Гибель Всемирного Торгового Центра 11 сентября 2001 года тоже вызвала двойную реакцию. Американские проповедники-популисты Пэт Робертсон и Джерри Фалуэлл сгоряча назвали эту катастрофу «божьим наказанием». (Правда, они быстро отказались от своих заявлений.) С другой стороны, и в США, и в Европе крушение нью-йоркских башен вызвало взрыв воинствующего атеизма, вылившегося в поток книг и статей, ставших бестселлерами. В них теракты, совершенные во имя ислама, рассматриваются как иллюстрации фатальной опасности религиозной веры. Один из таких крайних взглядов высказывает Кристофер Хитченс в книге с эффектным названием «Бог — не велик». Историк философии и религии Энтони Готтлиб (Anthony Gottlieb; Atheists with Attitude) так характеризует эту книгу и ее автора:


Хитченс — то, что называется, provocateur. Сторонников идеи божественного сотворения мира он называет «деревенщиной». Теология Паскаля, по его мнению, «близка к убожеству». Доводы известного английского христианского писателя и мыслителя Кэрола Льюиса Хитченс считает «такими жалкими, что они не поддаются описанию». Кальвин, по его выражению, «садист, мучитель и убийца», буддистские заповеди «похожи на авто-пародии», ислам — «чистый плагиат», а создатель псалмов царь Давид — «бессовестный бандит». Иногда в книге Хитченса непонятно, где кончается исследование и начинается мизантропия.


Правда, Хитченс — мизантроп знающий и остроумный. К тому же, нельзя сказать, что для него нет ничего святого. Он пишет:


Иногда мне кажется, что Земля — отхожее место какой-то высшей цивилизации. Я представляю, как марсианский патруль передает в свой штаб депешу: «Слушали женщину из шоубизнеса, которой нелепейшим образом присвоено имя Мадонна.


Однако это, пожалуй, единственный пассаж Хитченса в защиту религии. Однажды ему задали вопрос: если в иностранном городе, в сумерках, он увидит на улице толпу мужчин, идущих в его направлении, не спокойней ли ему будет, если он узнает, что эти мужчины идут на молитву? «Гораздо неспокойней, — ответил объездивший полмира Хитченс. — Я знаю это по опыту конфликтов между протестантами и католиками в Ольстере, между христианами и мусульманами в Бейруте и в Вифлееме, между индуистами и мусульманами в Бомбее, между католиками-хорватами и православными сербами в бывшей Югославии, между шиитами, суннитами и христианами в Багдаде. Религия усугубляет племенную подозрительность и ненависть».


Это определение — много мягче того, которое дает Сэм Харрис в своей книге «Конец веры». Рецензент Готтлиб так определяет позицию Харриса:


Он считает религию причиной всех этнических конфликтов. В частности, и в Ирландии, — не делая исключения даже для конфликта 1610 года, возникшего, когда Британия конфисковала ирландские земли и заселила их английскими и шотландскими фермерами. По мнению Харриса, нынешний терроризм мусульманских экстремистов в немалой степени зависит от подстрекательских текстов Корана. Для него политика, история и экономика Ближнего Востока — лишь побочные продукты религии. В таком случае возникает вопрос: почему Аль-Каида не появилась, скажем, триста лет назад, когда Коран говорил ровно то же самое, что и сейчас?


Очевидно, что наследие религий слишком велико, чтобы в спорах его можно было отделить от истории развития идей и, вообще — от истории. Тот же Готтлиб пишет:


Идея Хитченса и Харриса, утверждающие, что люди были добрей и симпатичней несколько тысячелетий назад (когда еще не было ни церквей, ни мечетей, ни синагог), кажется странной для атеистов. Ведь, если люди были достаточно испорчены, чтобы изобрести религию, что бы остановило их от нахождения альтернативных путей, ведущих к смуте и взаимоуничтожению?


Ничего и не остановило. Достаточно вспомнить недавние зверства атеистов в коммунистических странах, или зверства нацистов, отвернувшихся от религии.


Практическая проблема антирелигиозных авторов — в том, что как бы снайперски они ни направляли свои выстрелы, непременно окажется, что люди верят не в то и не так, как эти авторы себе представляли. Опросы (которые, конечно, вещь неточная, но любопытная) показали в 2001 году, что больше половины американских католиков, лютеран, методистов и пресвитериан верят в то, что Христос грешен (отрицая тем самым главную догму их собственных религий). Обследование христианского центра Barna Research Group обнаружило, что большинство христиан не знают, кто произнес «Нагорную проповедь». А недавний опрос населения 80 стран, проведенный «Ассоциацией оценки мировых духовных ценностей», показал, что 35 процентов их жителей верят не в Бога, а в spirit of life force, то есть, в нечто неопределенное: в «животворящую силу духа», в «высшее духовное начало». Все это заставляет рецензента Готтлиба прийти к такому выводу:


Среди населения развитых стран чрезвычайно высок процент неверующих. Исключение составляют Соединенные Штаты и Ирландия. Принимая в расчет и те страны, где религия была на десятилетия запрещена или подавлена, известный калифорнийский социолог Фил Цукерман сделал довольно консервативный подсчет в пятидесяти крупнейших странах мира и пришел к выводу, что от 500 до 700 миллионов жителей этих стран являются неверующими. (Из обзора исключены Бразилия, Иран, Индонезия и Нигерия — из-за отсутствия информации). Если это так, то неверующие составляют четвертую по величине категорию людей (после христиан, мусульман и индуистов). Это также и самая молодая категория — ее не существовало до XVIII века. И хотя Господь — не на ее стороне, возможно, на ее стороне — история.


Удивительно, что Готтлиб не вспомнил пример России, опровергающий и его собственное предсказание, и идеи Хитченса и Харриса, которые считают: один — что религию поддерживает страх, другой — что привычка. В России религия была запрещена три четверти века. За это время все поколения, которым были свойственны религиозные привычки, были истреблены или вымерли. Но как только давление сверху ослабло, религия вырвалась из-под спуда, как гейзер... к добру или к худу.


Кристофер Хитченс «Бог — не велик: как религия все отравляет»


Сэм Харрис «Конец веры»


XS
SM
MD
LG