Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ноябрьские годовщины: красные праздники и жизнь (1)





Владимир Тольц: Через несколько дней – 90-летие Октябрьского переворота. Теперь эта годовщина уже не является государственным праздником. Но многие годы жизнь страны Советов и ее обитателей измерялась по шкале этих казенных ноябрьских торжеств. О них и пойдет речь в сегодняшней передаче, которая продлится до конца этого часа.


Итак, 90 лет назад началась вульгарная материализация известной поэтической метафоры «Умом Россию не понять, // Аршином общим не измерить...». Историческое время России стало измеряться «необщим аршином» - годовщинами Октября. Если до 1917-го оно, как и в других странах, отсчитывалось по традиционным календарям, православные, как и представители других вероисповеданий, часто отмеряли его по церковным праздникам (так и говорили – «на Пасху», «после Рождества», «на Покров»), то переворот, открыв, как уверяли его «авторы», «новую эру» - предложил и новое счисление. И точно так, как псевдорелигия коммунизма должна была по их замыслу заменить религию, красные праздники с их новыми ритуалами предназначены были подменить церковные и традиционные. Соотношение этих новых исторических вех – октябрьских годовщин и их ритуалов с жизнью, не укладывавшейся в прокрустово ложе красных дат мы и попытались проследить по архивным документам и публикациям с моей коллегой Ольгой Эдельман.



Ольга Эдельман: Получается, что советские главные праздники – это октябрьские и первомайские – возвращают в какой-то степени год к архаическому сельскохозяйственному сентябрьско-мартовскому календарю. Потому что год начинает отмеряться, скажем, не первого января, как предписывал гражданский календарь, введенный Петром Первым, а от весны до осени. Соответственно, первомайские праздники, с ними до сих пор люди не готовы расстаться, потому что надо посадки на даче делать. И октябрьские тоже как-то вписывались в этот архаичный языческий календарь и создавали языческое чередование времен года. Соответственно, символика тоже. Посмотрите, на вполне всех революционных переворотов жизни откуда-то из подкорок сознания полезла совершенно глубочайшая архаичная подкладка, когда появились все эти колосья, серпы и молоты. Если рассматривать какую-нибудь лепнину сталинских парадных зданий, в ней можно найти переклички даже не с античным стилем, а с самыми древними стилевыми вещами.



Владимир Тольц: Давайте, наконец, перейдем к рассмотрению того, как это советское язычество перекрещивалось с жизнью по датам октябрьских годовщин. 1918 год:


7 ноября на Красной площади в Москве при участии Ленина открывается цементная мемориальная доска «ПАВШИМ В БОРЬБЕ ЗА МИР И БРАТСТВО НАРОДОВ». На церемонии военный оркестр и хор Пролеткульта исполнили кантату на слова Есенина, Клычкова и Герасимова:



Спите, любимые братья.
Снова родная земля
Неколебимые рати
Движет под стены Кремля.
Новые в мире зачатья,
Зарево красных зарниц...
Спите, любимые братья.
В свете нетленных гробниц.


Ольга Эдельман: В тот же день Ленин участвовал в открытии еще одного памятника – Марксу и Энгельсу. «Основоположники» были изображены стоящими на трибуне и, по словам Луначарского, выглядели «словно высовывающимися из большой ванны». А вечером Ильич успел еще выступить на митинге-концерте сотрудников ВЧК:



Нет ничего удивительного в том, что не только от врагов, но часто и от друзей мы слышим нападки на деятельность ЧК. […] Обывательская интеллигенция подхватывает эти ошибки, не желая вникнуть глубже в сущность дела. […] Для нас важно, что ЧК осуществляют непосредственно диктатуру пролетариата, и в этом отношении их роль неоценима. Иного пути к освобождению масс, кроме подавления путем насилия эксплуататоров, — нет.



Ольга Эдельман: К тому времени в Москву пришло сообщение, что части 2-й армии Восточного фронта штурмуют Ижевск. В память об этом событии Ленину преподнесена миниатюрная винтовка, изготовленная ижевскими рабочими.



Дрожи, буржуй, настал последний бой


Против тебя весь бедный класс поднялся.


Он улыбнулся, засмеялся, все цепи разорвал


И за свободу бьется как герой…



Владимир Тольц: В Петрограде в этот день состоялась театральная премьера «Мистерии-буфф» Маяковского. (Среди зрителей – Блок.) А еще в кинотеатре "Сплендид-Палас" демонстрировали первый советский фильм (по сценарию Луначарского) «Уплотнение». (Это слово обрело уже новое значение – в квартиру героя фильма, профессора «в порядке уплотнения» переселяют из сырого подвала рабочего с дочерью.)


«Известия Царицынского Губчека» сообщили в этот день:



«За убийство товарища Егорова, петроградского рабочего, присланного в составе продотряда, было расстреляно 152 белогвардейца. Другие, еще более суровые меры будут приняты против тех, кто осмелится в будущем посягнуть на железную руку пролетариата».



Владимир Тольц: И тогда же, 7 ноября 1918 года Марина Цветаева написала:



Царь и Бог! Простите малым –

Слабым -- глупым -- грешным -- шалым,


В страшную воронку втянутым,


Обольщенным и обманутым, --


Царь и Бог! Жестокой казнию

Не казните Стеньку Разина!



Ольга Эдельман: 1919 год.


Из дневника Корнея Чуковского:



5 ноября. Вчера ходил я на Смольный проспект, на почту, получать посылку. Получил мешок отличных сухарей - полпуда! Кто прислал? Какой-то Яковенко, - а кто он такой, не знаю. Какому-то Яковенко было не жалко - отдать превосходный мешок сушить сухари - пойти на почту и т.д. и т.д. Я нес этот мешок как бриллианты. Все смотрели на меня и завидовали.

Владимир Тольц: 7 ноября на Марсовом поле в Петрограде открыто первое мемориальное сооружение в память героев, павших в вооруженной борьбе с врагами в период февральской и октябрьской революций и гражданской войны


"Правда" в этот день опубликовала статью Ленина «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата», Симоновская слобода в Москве была переименована в Ленинскую. Сам Ленин принимал парад на Красной площади. А Троцкий, 7 ноября 1919, награжденный орденом Красного Знамени, (до этого 4 ноября наградили его бронепоезд), сообщил ВЦИКу, что красные выбили войска Юденича из Гдова.



Ольга Эдельман: Вечером 7-го Чуковский записал в своем дневнике:



Сегодня празднества по случаю двухлетия Советской власти. Фотографы снимали школьников и кричали: шапки вверх, делайте веселые лица!



Владимир Тольц: 1920-й год.


За неделю до 3-й годовщины Октябрьского переворота Правитель Юга России, главнокомандующий Русской армией генерал Врангель опубликовал в Севастополе приказ:



Русские люди! Оставшаяся одна в борьбе с насильниками Русская армия ведет неравный бой, защищая последний клочок русской земли, где существует право и правда. По моему приказанию уже приступлено к эвакуации и посадке на суда в портах Крыма […] Дальнейшие наши пути полны неизвестности. Да ниспошлет Господь всем силы и разум одолеть и пережить русское лихолетье.



Владимир Тольц: В ночь на 7 ноября части Красной Армии форсировали Сиваш, и повели наступление в тыл неприступным перекопским позициям. Одновременно, началась атака этих позиций через Турецкий вал. Перекоп был взят. К 17 ноября красные захватили и весь Крым. Остатки врангелевских войск (около 145 тыс.) на иностранных судах были эвакуированы за границу.



Ольга Эдельман: Из газеты «Зырянская жизнь», 7 ноября 1920 г.



Состоялось торжественное открытие электрической станции в городе Усть-Сысольске. […]Выступавшие ораторы горячо приветствовали появление электрического освещения в глухом зырянском краю. […]Электростанция открылась пением «Интернационала». После открытия инициатору создания электростанции т. Петрову устроена овация.


Пусть же процветает и дальнейшее развитие завоеваний Октябрьской революции! Пусть электросвет явится эмблемой пути к новой, социалистической жизни.



Ольга Эдельман: Как и предыдущие годовщины Октября, третья была отмечена амнистией.



Выписка из протокола № 168 распорядительного заседания Московского революционного трибунала


Слушали: Вопрос о применении амнистии, дарованной ВЦИK 7 ноября 1920 г. ко дню 3-й годовщины Окт[ябрьской] рев[олюции] к приговоренному Моск[овским] ревтрибуналом 6 мая 1919 г. в концентрационный лагерь до конца Гражданской войны за участие в ликвидации революционного движения Джунковскому Владимиру Федоровичу по делу № 292/253, содерж[ащемуся] в Таганской тюрьме.


Постановили: Применить к приговоренному Джунковскому Владимиру Федоровичу амнистию ВЦИK от 7 ноября 1920 г. концентрационный лагерь до конца Гражданской войны заменить 5 годами принудительных работ с лишением свободы.



Ольга Эдельман: На советской воле Джунковский – бывший генерал-губернатор Москвы, бывший командир Отдельного корпуса жандармов оказался в конце 1921-го.


Работал церковным сторожем, давал уроки французского языка, писал воспоминания о своей жизни. В конце 1937-го Владимира Федоровича вновь арестовали и 21 февраля 1938 года расстреляли.



Владимир Тольц: 1921-й.


6-7 ноября 1921 г. газета "Правда" опубликовала статью В.И. Ленина "О значении золота теперь и после победы социализма". В ней содержалось популистское, рассчитанное прежде всего на коммунистов-противников «новой экономической политики» (НЭПа) утверждение:



Когда мы победим в мировом масштабе, мы, думается мне, сделаем из золота общественные отхожие места на улицах нескольких самых больших городов мира.



Владимир Тольц: Пока же, - продолжал Ленин, - золото надо беречь, «продавать его подороже, покупать на него товары подешевле». (К этому времени экспроприируемые после Октября золото и драгоценности уже вовсю продавались и использовались на нужды «мировой революции».) А дальше – снова посулы противникам НЭПа, обещанного «надолго и всерьез»:



Мы отступили к государственному капитализму. Но мы отступили в меру. […] Есть уже признаки, что виднеется конец этого отступления, виднеется не в слишком отдаленном будущем возможность приостановить это отступление.



Ольга Эдельман: Ленин был страшно активен в этот день, 7 ноября: выступил на Прохоровской мануфактуре, пообещав, «что следующую годовщину мы встретим под знаком победы на фронте труда», и на «Электросиле» - из этой речи пошло ставшее крылатым словосочетание «человек с ружьем»



Человек с ружьем — страшный в прошлом в сознании трудящихся масс, не страшен теперь, как представитель Красной Армии, и является их же защитником.



Владимир Тольц: А вечером Ильич из императорской ложи Большого театра любовался Айседорой Дункан. Немолодая, босоногая дама, танцевавшая под «Интернационал», шокировала многих коммунистов-пуритан (подозревали, что на ней нет бюстгальтера). Но вождь восторженно кричал: «Браво, браво, мисс Дункан!»



Из газеты «Правда», 11 ноября 1921 год.


Комиссия […] наткнулась 8 ноября на вопрос о Большом театре[…] На содержание театра отпускается ежемесячно около двух миллиардов, т.е. сумма, достаточная для содежания четырех тысяч учителей и учительниц в школах […] Рабочий класс Большим театром – как театром – не пользуется (а детские школы для рабочего класса настоятельно необходимы). Публику Большого театра составляют спекулянты и другие состоятельные люди. […] Железной метлой надо пройти по советским органам – надо ли остановить эту метлу перед паразитическим наростом, не имеющим художественной ценности?



Владимир Тольц: 7 ноября 1921 г. – начал работу 1-й Всекрымский Учредительный съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и флотских депутатов. На нем был исполнен Октябрьский гимн (известный как Гимн Крымской Республики)



Крым республикою вольной
В федерацию вошел,
И земле широкодольной
Знамя Красное нашел.
И раскинувшись у моря,
На Восток бросает зов:
- Братья! Будет мыкать горе,
Восставайте из оков…


Владимир Тольц: В тот же день Вячеслав ХодасевиЧ написал:



Слышать я вас не могу,


Не подступайте ко мне.


Волком бы лечь на снегу!


Дыбом бы шерсть на спине!



Владимир Тольц: 1922 год.


7 ноября 1922 – очередные многочисленные революционные переименования


- московский металлургический завод Гужона


- Петроградская трикотажно-чулочная фабрика Керстена получила гордое имя «Красное знамя»


- Николаевская железная дорога стала Октябрьской, а Александровский Главный механический завод - Пролетарским...



Ольга Эдельман: И новые революционные монументы по всей стране. И замена старых – особенно нелепых и деревянных. А еще 7-го вечером в Москве начала действовать радиотелефонная станция имени Коминтерна.



Газета «Известия»: «7 ноября около 5 часов вечера Московская центральная радиотелефонная станция дала первый организованный для широких масс радиоконцерт с участием артистов. Радиоконцерт слушали все приемные станции республики. Концерт также был воспроизведен громкоговорящими телефонами, поставленными на Театральной, Елоховской и Серпуховской площадях. Была сделана специальная установка в помещении столовой Прохоровской мануфактуры. По улицам Москвы разъезжал грузовой автомобиль с поставленной на нем приемной рамкой и громкоговорящим телефоном. Концерт был начат и закончен «Интернационалом».



Владимир Тольц: В этот день была упразднена «буферная» Дальневосточная республика и во Владивостоке провозгласили советскую власть. Председатель Реввоенсовета Республики Троцкий гордо констатировал:



Россия вернула себе выход в Тихий океан.



Ольга Эдельман: ноября начальник Тамбовского ГПУ Мосолов отправил своему уездному уполномоченному телеграмму с грифом «совершенно секретно»:



По имеющимся у вас материалам о сокрытии церковных ценностей в Соборной церкви необходимо было использовать этот факт в смысле привлечения большего числа лиц виновных, т.е. у всех лиц, имеющих фактическое или юридическое отношение к сокрытию церковных ценностей произвести обыски на предметы их отношения к изъятию церковных ценностей и политфизиономии, а также при обыске у попов обратить внимание на материалы, порочащие их с нравственной стороны.



Ольга Эдельман: В борьбе с церковью и накоплении золота на нужды революции праздничных выходных не было.



Эмигрантская газета "Дни", 7 ноября 1922 года. - "Сегодня - пятилетний печальный юбилей октябрьского переворота. Но где найти тот телескоп, в который на российском горизонте усмотрится узкая полоска зари?"



Владимир Тольц: 1923 год.


Представленный в Политбюро ноябрьский обзор ОГПУ политико-экономического состояния СССР констатировал «дальнейшее ухудшение экономического состояния рабочих» и усиление среди них «влияния антисоветских элементов», рост забастовочного движения в провинции и нарастание «недовольства рабочих администрацией ввиду [ее] чрезмерной обеспеченности по сравнению с рабочими». В деревне – острое недовольство непосильным для бедноты единым сельхозналогом, антиналоговые выступления и – местами – голод.



[ОГПУ] перехвачено около 1 тысячи монархических листовок, отправленных их Берлина в Россию на адреса учреждений, фабрик. Издательств и торговых заведений (листовки «Русские люди», «Спасай Россию», исходящие из группы Николая Николаевича и Высшего монархического совета).



Владимир Тольц: Эмигрантская белградская газета "Новое время", 7 ноября 1923 года:



"Что мы можем? Спорить о программе, о вреде или пользе интервенции, о монархии или республике. Шестая годовщина русской скорби, русского траура... Шестая... О, если б последняя".



Владимир Тольц: 7 ноября 1923 года Зиновьев опубликовал в "Правде" статью "Новые задачи партии", в которой шла речь о целесообразности "оживления" партийной работы и расширения внутрипартийной дискуссии. Дискуссия развернулась, и это позволило «органам» выявить и взять на заметку наименее лояльных к существовавшему внутрипартийному режиму оппозиционеров.


1924 год.


Из доклада 6 отделения Секретного отдела ОГПУ о состоянии [церковных] группировок и работе, проделанной с 1 ноября 1924 г.



Одним из существенных достижений отделения является насаждение спецосведомления среди церковников и сектантов [...] Число осведомов по всей Республикевозросло за 1924 год в 6 раз. Количество их по губерниям распределено неравномерно, но, в общем, почти каждая губерния имеет удовлетворительный осведаппарат. [...]


Кроме того, подготовлен кадр попов, численность до тысячи человек, который может по первому же указанию публично снять сан и перейти в неверие.



Ольга Эдельман: Из дневника Корнея Чуковского:



9 ноября.


... Вчера были мы с Марией Борисовной на детском вечере в Доме книги. ... Детский праздник удался, только фокусник был плоховат. И еще раз я удивлялся, как нынешние дети смотрят фокусы: для них фокусник - жулик, враг, которого нужно разоблачить и победить. Они подозрительны, держат его под контролем, кричат ему: "А ну, покажите рукава", "выверните карман", "Дайте-ка эту шляпу мне", крик непрерывный в зале. Так что фокусник даже сказал: - Это делает вам честь, что вы так скептически относитесь.



Владимир Тольц: Евдокия Николаевская. Жизнь не имеет жалости: из письма сыну Борису Ивановичу Николаевскому:



11 ноября 1924, Москва


... Было здесь шумное трехдневное празднование; я сегодня видала еще сохранившиеся эмблемы, страшно яркие.



Владимир Тольц: 1925-й.


ОГПУ: обзор политического состояния СССР за ноябрь 1925 года.



Забастовки. В ноябре среди металлистов отмечено 11 забастовок с числом бастующих в 944 человека (против 10 забастовок и 616 бастующих в октябре […] Число забастовок среди текстильщиков возросло (в октябре 9, в ноябре – 11), гораздо сильнее возросло число забастовщиков (с 347 до 2535) […] На Челябинских каменноугольных копях (Урал) бастовала смена в 200 рабочих на почве высоких норм и низкой зарплаты. […] В прочих отраслях промышленности за месяц отмечено 15 забастовок […] В забастовках преимущественно выдвигаются требования повышения зарплаты и расценок и снижения норм […]


Чаще всего оппозиционные настроения вызываются тяжелым положением рабочих: «При капиталистах меньше эксплуатировали», «промышленность развивается за счет рабочих, им не оплачивают», […] «большевики стараются для себя, а не для рабочих».



Владимир Тольц: В качестве одной из основных проблем «деревни» ОГПУ видело «ножницы» - расхождение цен на промышленные товары и продукты сельского хозяйства, порождающее «антагонизм к городу».



«Советская власть хороша, но только для рабочих, а не для крестьян, которым она ничего не дала».



Ольга Эдельман: В оборот вошло новое словечко «бестоварье».



Острый недостаток промтоваров, как-то: дешевой мануфактуры, махорки, железа, оконного стекла и других товаров первой необходимости, отмечается почти повсеместно. Спекуляция товарами наблюдается не только со стороны частных торговцев, но и государственных кооперативных органов (особенно на Украине). […] В ряде случаев цены выросли на 200%.




Владимир Тольц: Итак, год 1926-й.


Из Обзора политического состояния СССР по данным ОГПУ за ноябрь 1926 г.:



Забастовочное движение в ноябре дает значительное снижение по сравнению с октябрем (44 забастовки с 3772 участниками против 63 забастовок с 7069 участниками.) Рост конфликтов отмечается лишь в металлопромышленности. […] Обращает на себя внимание серьезное недовольство среди рабочих транспортников […] Настроение безработных […] продолжает оставаться напряженным, что в значительной степени объясняется ростом безработицы […Наблюдается] усиление антагонизма к городу в широких кругах деревни. На этой почве […] рост выступлений за крестсоюзы и антисоветской активности кулачества, направленной к срыву налога.



Владимир Тольц: В одном из приложений к этому сов. секретному отчету специальный раздел «Срыв собраний, посвященных 9-й годовщине Октябрьской революции». Среди перечисленного в нем:



7 ноября в дер. Колеватовке [Минусинского округа] местный фельдшер, будучи в нетрезвом виде, разогнал спектакль и пытался избить сиделок за то, что последние принимали участие [в нем]



Владимир Тольц: Аналогичные инциденты (срыв торжественных митингов, траурных церемоний и спектаклей ОГПУ зафиксировало в других сибирских округах, а также в Тульской, Калужской, Брянской губерниях и на Украине.



В селе Вересок Севского уезда […] хулиганы с выкриками «вы, коммунисты, тут морду наживаете, а мы под землей работаем в шахтах», не дали провести собрание, которое было сорвано.



Ольга Эдельман: Редактируемая Керенским эмигрантская эсеровская газета "Дни" 7 ноября в передовице обнадеживала: "Еще одним годом меньше осталось до освобождения России".



Владимир Тольц: А еще через 10 дней после ноябрьских торжеств в1926-м. в газете «Нью-Йорк таймс» было опубликовано «завещание» Ленина. На следующий день, 19-го Троцкий и Зиновьев выведены из Политбюро РКП(б).



Ольга Эдельман: 1927 год


2 ноября 1927, через год после публикации в «Нью-Йорк таймс» «завещания» Ленина, «Правда» опубликовала рассуждения Сталина об этом документе:



...Говорят в этом «завещании» тов.Ленин предлагал съезду ввиду


«грубости» Сталина обдумать вопрос о замене Сталина на посту генерального секретаря другим товарищем. Это совершенно верно. Да, я груб, товарищи, в отношении тех, которые грубо и вероломно разрушают и раскалывают партию. Я этого не скрывал и не скрываю.



Владимир Тольц: Осенью 1927 г., внутрипартийная оппозиция во главе с Троцким, Каменевым, Зиновьевым активизировалась. В сентябре она представила программу реформ и потребовала, чтобы следующий ЦК, выбранный на ХV съезде, был тесно связан с массами и не зависел от партаппарата. Так как ЦК запретил распространять эту программу среди делегатов съезда, оппозиционеры решились напечатать ее подпольно. В ответ состоявшийся 21-23 октября объединенный пленум ЦК и ЦКК принял решение об исключении Троцкого и Зиновьева из ЦК партии. 7 ноября оппозиционеры выступили с открытым протестом.


Из воспоминаний студента-оппозиционера Павлова:



В день 10-й годовщины Октябрьской революции 7 ноября 1927 года в 8 часов утра тысячи студентов заполнили двор старого здания Московского университета на Моховой улице. С крыльца университета зазвучали первые речи. […]«Долой сталинских душителей революции!» «Долой аппаратчиков!» «Требуем внутрипартийной демократии и тайного голосования!» «Выполним завещание Ленина!» «Да здравствуют верные соратники Ленина: Троцкий, Каменев, Зиновьев и др.!» […]Наконец […] многотысячная огромная колонна выползла за ворота на Моховую. […]появился Маленков. Взяв под руку секретаря университетского партбюро Снопкова и отведя его в сторону, Маленков что-то ему сказал и сейчас же ушел. После этого Снопков предложил оппозиции немедленно убрать свои транспаранты. Получив отказ, он дал сигнал, по которому «дружинники» и активисты ринулись на оппозиционеров, пытаясь силой отнять и уничтожить их транспаранты. Оппозиционеры бешено дрались, защищая свои знамена. Несколько раз они переходили из рук в руки, в конце концов, оппозиционеры отбили нападение и сохранили свои транспаранты. Подоспевшая милиция арестовала по указанию сталинцев трех оппозиционеров, но по дороге к участку их догнала группа товарищей и, угрожая револьверами, освободила из-под ареста. […]


В то время как мы делали бесплодные попытки прорвать заграждение, рядом с нами в четырехэтажном доме на углу Воздвиженки и Моховой более успешную борьбу вели наши вожди. […] На уровне третьего этажа вдоль стены, […] красовался портрет Троцкого, справа от него портрет Зиновьева и слева — Каменева. […] Чтобы снять эти портреты, несколько сталинцев забрались на крышу дома и вооружившись длинными шестами с крючьями на конце, пытались зацепить их. Но всякий раз, когда шесты приближались к портретам, из окон четвертого этажа их отбрасывали в сторону. Активную оборону своих портретов вели оригиналы. Вооруженный половой щеткой с длинным черенком Троцкий энергично отбивал атаки. У второго окна, с разметавшимися кудрями защищая правый фланг, стоял Зиновьев с какой-то палкой в руках. Всякий раз, когда они удачным выпадом отталкивали шест, наши люди награждали их аплодисментами и веселым ревом.



Ольга Эдельман: В «Известиях» 10 ноября «отчет» о московской демонстрации партоппозиции.



Вылазка оппозиции не удалась.


Оппозиция сделала попытку заявить о себе в день демонстрации московского пролетариата, но попытка ее кончилась позорным провалом. В миллионном море пролетарской демонстрации совершенно потонули жалкие и ничтожные эпизоды единичных выступлений оппозиционных генералов без армии. […] Все время в оппозиционеров летели яблоки, калоши и т.п.


На Александровской площади попытку выступить сделал «сам» Троцкий, явившийся туда на автомобиле. Это вызвало настолько бурный и единодушный протест проходивших демонстрантов, что не успев сказать им не одной фразы, под оглушительный крик и возгласы: «изменник, предатель и т.п.» Троцкий поспешно укатил с Александровской площади.



Владимир Тольц: А «Красноярский рабочий» сообщил о первом случае «красной свадьбы» в поселке Красный Брод.



Свадьба открылась докладом о значении женщины до Октября и после Октября. После обмена через красный флаг рукопожатиями жениха и невесты брак объявлен состоявшимся. Каждое приветствие жениху и невесте сопровождалось исполнением «Смело, товарищи, в ногу!»



Ольга Эдельман: 7 ноября 1928.


11-ю годовщину Октября страна встречала развернувшимся строительством клубов. «Правда» повествовала:



Новизна и исключительная сложность типа клубного здания заставляют неустанно работать над совершенствованием этой увлекательной задачи. […] Клубам предстоит роль форпостов в культурной работе. Через них будет организовано мощное воздействие всех видов искусств на широкие массы […]



Ольга Эдельман: Журнал «Современная архитектура» требовал даже большего:



Наши клубы должны стать школами по производству и перестройке быта, мастерскими по переделке человеческого материала.


7 ноября 1929 года.



Владимир Тольц: 1929 год. К этому времени окончательно сложилась традиция рапортовать к октябрьской годовщине о победах и доблестях. (Рапорты эти часто опережали реальность, а доблести оказывались фальшивыми.)



«Красный табачник», 6 ноября 1929 года.


Героическим трудом табачной промышленности табачный голод в стране практически ликвидирован. На пороге второго года пятилетки, когда вся страна подчинена единому порыву индустриализации, нашей задачей становится борьба за повышение качества табачной продукции для строителей социализма. Выше темпы социалистического соревнования!



Владимир Тольц: 7 ноября 1929 года, «Правда»:



Год великого перелома.


...Мы становимся страной металлической, страной автомобилизации, страной тракторизации. И когда посадим СССР на автомобиль, а мужика на трактор – ПУСТЬ ПОПРОБУЮТ ДОГНАТЬ НАС ПОЧТЕННЫЕ КАПИТАЛИСТЫ, кичащиеся своей «цивилизацией». Мы еще посмотрим, какие страны можно будет тогда «определить» в отсталые, а какие в передовые. (И.Сталин)



Ольга Эдельман: 1930 год.


Из Дневника Корнея Чуковского:



2 ноября. (...) Готовятся к Октябрьским торжествам. Украинец Ваня Коваленко готовит транспарант - вырезывает из бумаги буквы:


Всегда вперед


Плечо к плечу


Идем на смену


Ильичу.


Он "из деревни Михайловки Каменского района". Пишет он так: "Рабочие при царе работали целимы днямы и ночамы, а жили в тьомных подвалах; им не хватало на прожитья, а семьi було много... Так казнили рабочих за ихну работу".



Владимир Тольц: Из «Пионерской правды»:



Преодолеем мясные затруднения. Консервы – трудящимся!


Владимир Тольц: Из газеты «Экономическая жизнь»:



...Совершенно ненормальным является такой порядок, когда при чрезвычайно ограниченном количестве промтоваров ударник, отдавший себя целиком производству, снабжается промтоварами так же, как и прогульщик, летун и каждый нарушитель трудовой дисциплины. Ударников надо снабжать по-ударному!



Владимир Тольц: 1931-й.


Евдокия Николаевская. Из письма сыну Борису Ивановичу Николаевскому:



12 ноября 1931, Москва


... Пошли у нас праздники, по обычаю, шумно и крикливо. (...) У нас были в этот день пироги, Наташа радушно угощала своих гостей, приходили все наши и Лёдя, приезжавший на три дня. ... За столом уселось 21 чел. Коммунисты, приятели Ивана, держали себя именинниками; ребята очень устали и клевали носом, им досталось в этот день вышагать немало. (...) На воздухе сыро, туманы. Московских украшений не видала, но много о них читала. ... Знакомые взялись за ремонт шуб, идет зима, новые купить нельзя. Тася и Шура так наладили: за 50 р. каждую окрасили, перевернули, и опять будут служить до лучшего будущего. Но когда же оно придет - лучшее? Едим плохо, одеваемся и того хуже. Я доносилась до дыр, платье с заплатами ношу.



Ольга Эдельман: 1932 год.


5 ноября 1932 г., в канун праздников «Красная Татария» сообщала:



С начала октября, с момента выдачи населению Казани части пайка белым хлебом, опять появились очереди у хлебных ларьков Казанского центра рабочей кооперации. Обследование ряда ларьков показало, что «хвосты» за хлебом часто превышают 300-400 человек. Особенно большие очереди наблюдаются в рабочих районах и слободах Заречья. Часть рабочих и служащих остается совершенно без хлеба: у них не хватает времени стоять в очередях...



Владимир Тольц: 1933-й.


Евдокия Николаевская. Из письма сыну Борису Ивановичу Николаевскому.



6 ноября 1933


... Погода хорошая. На улицах и везде - подготовка к праздникам. Получила праздничный паек: сахар, масло, яйца и сыр. Питаюсь своими продуктами. Вчера получила пенсию, были долги - заплатила.



Ольга Эдельман: 1934 год.


7 ноября газета «За индустриализацию» от 30 ноября 1934 г. о судьбе «внедренной» к праздникам технической новинки:



Не так давно в керосинной лавке по Никитской №2был установлен чуть ли не первый у нас в Союзе жидкомер, совершенно менявший систему торговли керосином; полученный в кассе жетон опускают в специальное отверстие автомата, и покупатель получает отмеренный с предельной точностью керосин. Автомат испортился, его демонтировали, увезли, и как будто на этом дело кончилось.



Ольга Эдельман: 1935 год.


К октябрьской годовщине в Москве улица Никольская переименована в улицу 25 Октября.


1936 год.



Владимир Тольц: 7 ноября «по подозрению в «участии в фашистской троцкистско-зиновьевской террористической организации, возникшей в 1932 году по инициативе германских разведывательных органов и ставившей своей целью свержение Советской власти и установление на территории СССР фашистской диктатуры» было арестовано 10 сотрудников Пулковской обсерватории. Среди арестованных астрономов был ставший впоследствии всемирно знаменитым Николай Козырев. На суде ему вменили в вину. Что он является — сторонником теории расширения Вселенной, считает Есенина (или, м.б., Гумилева) хорошим поэтом, а Дунаевского— плохим композитором; что однажды во время драки он заявил, что «бытие не всегда определяет сознание»; а кроме того не согласен с высказыванием Энгельса о том, что «Ньютон— индуктивный осёл». Козыреву дали 10 лет, но через 5 по ходатайству коллег освободили для использования в восстановлении разрушенных войной обсерваторий. Еще трех астрономов – Днепровского, Мусселиуса и Еропкина расстреляли, остальные сгинули в лагерях


(Всего же по этому делу арестовали более 100 ведущих ученых, научных работников и специалистов различных научных организаций, учебных заведений и предприятий Ленинграда и области).



Ольга Эдельман: 7 ноября 1937 года.


Накануне праздника «Красная Татария» сообщила:



Татарский скульптор Ахун Садри приступил к работе над бюстом Ромена Роллана. […] Садри начал отбор фотоматериалов, делает карандашные наброски и детально изучает произведения французского классика. Недавно скульптор получил письмо Р.Роллана, в котором он обещает помочь в работе над бюстом.



Владимир Тольц: Судя по документам времен Большого террора, некоторые чекисты на праздники позволили себе небольшую передышку. Выпивали за 20-ю годовщину, за Сталина, Ежова и других руководящих товарищей, обмывали награды, отдыхали. До праздников было много работы. 3 ноября НКВД СССР принял решение о форсировании массовых операций («кулацкой», «национальных», против ЧСИР). На следующий день была подписана директива о форсировании массовых операций («кулацкой», «национальных», против ЧСИР). (Сроком их окончания определено 10 декабря 1937, но по советской традиции с «планов громадьем» не справились – пришлось продлить все массовые операции до 1 января 1938 г.), 4 ноября был также подписан циркуляр «О борьбе с диверсией на военных складах РККА». После праздников планировалось усиление работы по выявлению германских шпионско-диверсионных групп в энергетическом хозяйстве и массовая репрессивная операция по линии «латвийского шпионажа». Позднее по «латышской линии» в течение 1937–1938 гг. было осуждено 21 300 чел., из которых 16 575 приговорены к расстрелу.



Ольга Эдельман: Но расслабиться в ночь с 6-го на 7-е ноября могли позволить себе вовсе не все чекисты. Для многих из них эта ночь, которую по аналогии с известными событиями в гитлеровской Германии окрестили «ночью длинных ножей», оказалась трудовой и боевой. Из воспоминаний историка и архивиста Сарры Владимировны Житомирской. В 37-м она училась на Истфаке МГУ, а муж ее Павел Ямпольский - на физфаке. Упоминаемая в тексте ее подруга и соученица Алена Бажанова, дочка старого большевика и зама Орджоникидзе, ее мать - художница и искусствовед:



"7 ноября 1937 года мы, как всегда, отправились на демонстрацию. […] С Аленой мы встретились утром уже на повороте к улице Герцена, и по ее помертвевшему лицу я сразу поняла, что случилось нечто ужасное. Но она ни слова мне не сказали и всю дорогу шал молча, помахивая флажком с лозунгам, какие мы обыкновенно носили на демонстрациях. подумать только, что и в такие минуты она не рискнула не пойти на демонстрацию! Вот поведение человека того страшного времени. Только выйдя из колонны на набережной и оставшись вдвоем со мной, она не сказала, а шепнула: "Олечку взяли" (в их семье родителей называли по именам). Ясно было, что отец уже арестован в Донбассе. Это была знаменитая ночь с 6-го на 7 ноября, "ночь длинных ножей", когда одновременно арестовали большинство депутатов XVII партсъезда ... […]


Надо было решать, что делать. Сперва нам показалось, что Алене уже ничего не угрожает: хотели бы взять - взяли бы взрослую дочь вместе с матерью. Но потом на ум пришли некоторые недавние аресты наших сокурсников, детей "врагов народа", например, Вадима Фельдмана, случившиеся не одновременно с арестом родителей, а после некоторого интервала. Может быть, имело смысл бросить все в Москве и уехать с бабушкой в Чистополь? Может быть, о ней забудут?


Но Бажанов был слишком крупной фигурой, чтобы в его досье не значилось местожительство матери. Найдут и там.


- Молотов! - сказал Павлик. - Страшно, но стоит попробовать все-таки пробиться к Молотову. ... Это был близкий друг семьи, человек, которого именно Бажанов в свое время рекомендовал в партию. ... Мы колебались, так и сяк взвешивали доводы за и против, но в конце концов все-таки решились: другого шанса на спасение просто не существовало. У Алены был номер его прямого домашнего телефона, доступного только близким. Она позвонила из автомата, и как рассказала нам, на ее слова "Это Алена" последовал глухой ответ: "Знаю" и молчание. Тогда она спросила: "Что мне делать?" - и он ответил: "Живи спокойно" и отключился.


Все это происходило уже после праздника. А для понимания того, какими мы были тогда, надо прибавить, что еще ранее мы с трудом достали билеты в "Художественный" на последний сеанс, чтобы посмотреть новый фильм "Ленин в Октябре". Ведь это был не просто праздник, а юбилей Октябрьской революции, 20 лет! И мы, расставшись с Аленой, пошли все-таки в кино. И были в восхищении от фильма - самой мерзкой вершины сталинской пропаганды! Ума не приложу, как все это уживалось у нас в головах. […]



Ольга Эдельман: Алену Бажанову не посадили, для нее эта история кончилась хорошо. Может быть благодаря действительно этому звонку Молотову.



Владимир Тольц: 1938 Год.


9 ноября забили на допросе маршала Блюхера


В том же ноябре заместителем главного редактора «Литературной газеты» стала Ольга Войтинская, возненавидевшая вскоре главу Союза советских писателей Александра Фадеева за то, что он назвал ее «человеком беспринципным, не оправдавшем доверия партии». Через полтора месяца она пожаловалась лично Сталину:



В ноябре месяце я была назначена заместителем главного редактора "Литературной газеты", редактора назначено не было, и я все это время и.о. редактора.
Мне было трудно потому, что одновременно я вела разведывательную работу по заданию органов НКВД. Поэтому бывало, что в газете я не имела права выступать против людей, о которых я знала, что они враги. […]



Владимир Тольц: Далее следовал обширный список писателей-врагов - Кольцов, Динамов, Федин, Панферов, Инбер – и сетования на тяготы двойной партийно-чекистской жизни:



В партийной организации, бывало, возникали дела, меня обвиняли в тех или иных связях. Я знала, что НКВД может помочь мне только в самом крайнем случае и что партия знает об этом. Мне бывало трудно, но я гордилась тем, что как бы участвую в войне с врагами и что партия знает об этом.
И вот Фадеев, Павленко - Вам, руководителям партии, говорят о том, что я плохая коммунистка.
Очень тяжелая атмосфера в литературной среде, трудно даже поверить в возможность существования таких нравов.



Владимир Тольц: 7 ноября 38 года «Правда» и «Известия» одновременно опубликовали статью Ильи Эренбурга «Ночь над Европой». Речь в ней шла о фашистской угрозе и бессилии большинства европейских стран противостоять этому натиску. В связи с изменившимися вскоре отношениями СССР и нацистской Германии, статья эта потом долгие годы не перепечатывалась.


1939 год.


За 5 дней до ноябрьских праздников Правда публикует выступление Председателя Совнаркома В.М.Молотова на сессии Верховного совета СССР



...Правящие круги Польши немало кичились «прочностью» своего государства и «мощью» своей армии. Однако оказалось достаточным одного удара со стороны германской армии, а затем Красной Армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора, жившего за счет угнетения непольских национальностей.



Владимир Тольц: И еще одна цитата из этой речи Молотова.



...Любой человек поймет, что идеологию нельзя уничтожить силой, нельзя покончить с ней войной. Поэтому не только бессмысленно, но и преступно вести такую войну, как война за «уничтожение гитлеризма», прикрываемая фальшивым флагом борьбы за «демократию».



Владимир Тольц: 1940-й.


К ноябрьским праздникам были введены новые воинские звания. В РККА - "ефрейтор", "младший сержант, "сержант", старший сержант", а на Флоте на флоте - "старший краснофлотец", "старшина 2 статьи", "старшина 1 статьи", "главный старшина"


Кроме того Совнаркомом было подписано совершенно секретное постановление «О КОМПЛЕКТОВАНИИ ШКОЛ И УЧИЛИЩ ЛЕТЧИКОВ ВВС КРАСНОЙ АРМИИ» N 2264-976cc от 5 ноября 1940 г.



«Для обеспечения комплектования школ и училищ летчиков ВВС Красной Армии, Совет Народных Комиссаров Союза СССР постановляет:


1. Обязать Центральный Совет Осоавиахима подготовить дополнительно для НКО в системе Осовиахима 20 000 летчиков на самолете У-2 – к 15 мая 1941 года.


2. Обязать Начальника Главного Управления Гражданского Воздушного флота подготовить для НКО в системе ГВФ 10 000 летчиков на самолете У-2 – к 1 октября 1941 года».



Владимир Тольц: 9 ноября Сталин диктует Наркому иностранных дел Молотову директивы по предстоящей поездке наркома в Берлин.



Цель поездки


а) Разузнать действительные намерения Г[ермании] и всех участников Пакта 3-х (Г[ермании], Я[понии] Италии) в осуществлении плана создания «Новой Европы», а также «Велик[ого] Вост[очно]-Азиатского Пространства»; границы «Нов[ой] Евр[опы]» и «Вост[очно]-Аз[иатского] Пр[остранства]»; характер госуд[арственной] структуры и отношения отдельных] европейских] государств в «Н[овой] Е[вропе]» и в «В[осточной] А[зии]»; этапы и сроки осуществления этих планов и, по крайней мере, ближайшие из них; перспективы присоединения других стран к Пакту 3-х; место СССР в этих планах в данный момент и в дальнейшем.


б) подготовить первоначальную наметку сферы интересов СССР в Европе, а также в ближней и средней Азии, прощупав возможность соглашения об этом с Г[ерманией] (а также с И[талией]), но не заключать какого-либо соглашения с Германией и И[талией] на данной стадии переговоров, имея в виду продолжение этих переговоров в Москве, куда должен приехать Риббентроп в ближайшее время.



Владимир Тольц: Из Воспоминаний Альберта Шпеера:



«В середине ноября 1940 года в Берлин прибыл Молотов. (...) В гостиной Бергхофа стоял большой глобус, по которому я мог наблюдать негативные последствия этих переговоров. (...) Гитлер пометил, где будет кончаться область государственных интересов Германии и начинаться сфера интересов Японии. (...) Гитлер вызвал меня в свою берлинскую резиденцию и предложил сыграть для меня несколько тактов из «Прелюдов» Листа. «Эту музыку вы будете часто слышать в ближайшее время, ибо так будут звучать победные фанфары в нашем русском походе».



Владимир Тольц: Это был последний предвоенный ноябрь.


Наш рассказ о советских октябрьских годовщинах мы продолжим на следующей неделе.


  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG