Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как современные российские дворяне оценивают октябрь 1917 года в истории России


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Андрей Трухан.



Александр Гостев: На этой неделе вы услышите цикл бесед, посвященных воспоминаниям и восприятию событий 90-летней давности - событий октября 1917 года в России. Как современные российские дворяне оценивают октябрь 1917-го в истории России? Об этом мой коллега Андрей Трухан беседовал с исполняющим обязанности предводителя Российского дворянского собрания Сергеем Сапожниковым.



Андрей Трухан: Сергей Алексеевич, чем для вас являются события октября 1917 года?



Сергей Сапожников: Сейчас очень часто слово "революция" заменяется словом "переворот". Все-таки события октября 1917 года - это революция. Революция - это изменение, внезапное, яростное, иногда грубое, в экономической, социальной и политической сфере. Результат революции - это всерьез и надолго, как говорил Владимир Ильич. Общая оценка этого события, конечно, трагическая, драматическая. Рухнуло тысячелетнее государство с оригинальной цивилизацией, с особой культурой, наукой. Мы потеряли веру в царя и отечество. Отечество заменили стремлением к мировой революции, царя расстреляли, священство тоже.



Андрей Трухан: Сергей Алексеевич, можно ли сказать, что Россию прежде всего потеряли дворяне, как правящий слой, правящий класс, если употреблять ленинские марксистские формулировки?



Сергей Сапожников: Россию потеряли все мы. Россия была сословным государством, были дворяне, сиречь служилое сословие, были купцы, они же промышленники, были священники, были разночинцы, они сосуществовали. Россия потеряла лучших представителей этих сословий. Дворян в 1900 году было полтора миллиона, то есть практически каждый сотый был дворянином. Это, конечно, не аристократ и не очень богатый, но человек, отличившийся на ниве государственного служения. Дворянство было открытым сословием, можно было стать дворянином, получив определенный орден или выслужив определенный чин.


Гражданская война и эмиграция унесла примерно половину дворянского сословия. Из оставшейся половины террор, ГУЛАГ и прочее унесли еще одну половину. Поэтому непросто было воссоздавать Российское дворянское собрание в 1990 году. Все-таки, конечно, страх довлел над многими и долго.



Андрей Трухан: И сколько сейчас в России дворян?



Сергей Сапожников: Одна четверть от старой численности. Но учитывая то, что сейчас семьи очень маленькие, поэтому особого прогрессивного роста ожидать было нельзя. Тем не менее, объявив о том, что мы организуем Российское дворянское собрание, мы, тем не менее, сейчас имеем такой устойчивый поток людей, которые вспоминают о том, что их предки были дворянами, и приходят вступать в наше собрание. При этом вступление юридически выверено, они приносят свидетельства о рождении, о браках, отцов, дедов, где их предок именуется потомственным дворянином.



Андрей Трухан: Сергей Алексеевич, но российское дворянство ведь раскололось, часть пошла на службу к большевикам. Что ими двигало?



Сергей Сапожников: Ошибались. Главным образом это была мобилизация - самым главным поводом перехода на сторону "красных". А потом же ведь подавляющее большинство этих людей - военспецов - тоже были арестованы, репрессированы.



Андрей Трухан: Сергей Алексеевич, как вы считаете, октябрь 1917 года убил российскую монархию? Или вы видите какие-то перспективы восстановления ее?



Сергей Сапожников: Сейчас главой российского императорского дома является праправнучка императора Александра Второго Великая княгиня Мария Владимировна. Она имеет российский паспорт и постоянно ездит на родину. Недавно она посетила Дальний Восток, Владивосток, Хабаровск и Магадан. В Магадане она возложила венок на знаменитый памятник узникам архипелага ГУЛАГ работы Эрнста Неизвестного. Государыня встречается с губернаторами, посещает Государственную Думу. У нее есть наследник - Великий князь Георгий Михайлович, который тоже постоянно посещает современную Российскую Федерацию. И мы не оставляем надежды, что у нас будет принят закон о государственном статусе Российского императорского дома. Статус этот будет предусматривать наличие жилища достойного, пенсии или ренты и охраны. Это уникальная семья нашего государства.



Андрей Трухан: Наличие жилища - вы имеете в виду возвращение каких-то дворцов?



Сергей Сапожников: Автономного особняка, трехэтажного, двухэтажного. Автономного и удобного.



Андрей Трухан: В бывших социалистических странах применяется такой не очень привычный для россиян термин - реституция. Российские дворяне ставят вопрос об этом?



Сергей Сапожников: Ставили вопрос по этому поводу в Думе в 1997 году. Но, к сожалению, с тех пор он и не поднимался. Отдельные лица поднимают этот вопрос, в частности, купеческие семьи. Дворяне не поднимают.



Андрей Трухан: Почему?



Сергей Сапожников: Видимо, ушло время.



Андрей Трухан: Сергей Алексеевич, сейчас много споров возникает по поводу останков царской семьи. Какова позиция Российского дворянского собрания в этом вопросе?



Сергей Сапожников: Наша позиция совпадает с позицией Русской Православной Церкви: нужны убедительные доказательства, что останки эти - царские. То, что было похоронено в 1998 году, именуется так: ты, Господи, сам знаешь их имена, мы не знаем, нам не доказали.



Андрей Трухан: Говорят, история не знает сослагательного наклонения, но как вы считаете, для Россия было бы лучше, если бы октябрь 1917 года не случился?



Сергей Сапожников: Да, это было бы прекрасно. Мы бы окончили в 1917 году великую войну, мы были бы державой-победительницей. Возможно, мы бы получили Босфор и Дарданеллы. И конечно, мы бы продолжали могучее поступательное движение в своем экономическом развитии.


XS
SM
MD
LG