Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Детские дни в Санкт-Петербурге


Ирина Лагунина: В этом году Детские дни в Петербурге проходят под эгидой городской программы по толерантности. Это ответ ученых, литераторов, музейных работников на растущие в обществе нетерпимость и ксенофобию, осознание того, что с детьми нужно начинать разговаривать честно, увлекательно и на равных. Рассказывает Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Детские дни в Петербурге - это III фестиваль детских музейных программ, который в этом году впервые вышел за рамки чисто музейных задач - как сделать музей привлекательным для ребенка и для всей семьи, как в музейном пространстве раскрыть творческие способности детей. С одной стороны, все это есть и сегодня, девиз фестиваля: "Ребенок и музей. Растем вместе", занимается им независимый Центр развития музейного дела, который поддерживает новые тенденции в музейной сфере и укрепляет социальную роль музеев. Как и в прошлом году, в музеях открылись детские интерактивные маршруты игры-путешествия "Я иду искать!", детей сопровождает все тот же веселый Лев. Но уже на первой странице карты, выдаваемой каждому ребенку, девиз из "Алисы в стране чудес: - Да ты в своем уме? - спросила Синяя Гусеница. - Не знаю, - отвечала Алиса. - Должно быть, в чужом. Тема свое-чужое задана сразу, и внизу картинка - белый Мишка говорит Льву: "Я люблю снег, а ты траву. Мне в Петербурге жарко, а тебе холодно. Это потому что я с Севера, а ты с Юга. Мы, наверное, совсем разные?" - и Лев отвечает: "Да нет, мы похожи, просто у нас разные точки зрения. Это здорово!". А начинается фестиваль с выставки "Добавить в друзья" в музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме. Говорит ее куратор Маша Коростылева.

Маша Коростылева: «Добавить в друзья» - это опция, которая существует на любом сайте знакомств, на популярном сейчас сайте «Однокласники.ру», которая не означает, что вы автоматически становитесь другом этого человека, означает то, что вы пускаете в свой круг общения. Нас допустили в свой круг общения 34 героя, они очень разные, им от 12 до 25 лет. Их объединяет одно, что они все живут в нашем городе, хотя многие приехали совсем недавно, как, например, французский мальчик Луи, финская девушка Катарина. Они учатся в гимназиях, в школах, занимаются в биологической студии при Дворце пионеров, мечтают стать биологами. Они живут в детском доме, они играют в детском цирке «Урсула». Кто-то из них учится в коррекционной школе. Кто-то учится дома, потому что в школу его не берут, он болеет. Все они согласились дать нам интервью.



Татьяна Вольтская: Там ключевое слово «толерантность» в этом проекте.



Маша Коростылева: Мы всячески стараемся избегать этого слова «толерантность», потому что оно с одной стороны, к сожалению, достаточно скомпрометировано, с другой стороны, совершенно непонятно ребенку и подростку, к которому обращен этот фестиваль. Неслучайно сама фестивальная программа, программа маршрутов, которая разработана петербургскими музеями, она называется «Точки зрения». Слово ребенку и подростку понятное. Точно так же как наш фестиваль называется вполне понятно, ясно любому подростку, пользующегося интернетным языком – «Добавить в друзья».



Татьяна Вольтская: Каким образом ваша выставка и ваш проект в целом способствует возникновению толерантности в душах детских?



Маша Коростылева: Наша выставка из воздушных шаров. Воздушный шарик – это самое хрупкое, что могли себе представить. Каждый воздушный шарик – это планета. Все они объединены в большую Вселенную. Каждая планета самостоятельно живет своей отдельной жизнью. В одной внутри кто-то говорит на непонятном языке, в третьей ребенок плачет в материнской утробе. На семи больших планетах живут те самые наши герои.

Татьяна Вольтская: Идея выставки принадлежит художнику Александру Райхштейну, который уже делал подобную инсталляцию в одной из берлинских галерей, а походы в "мир других" детей совершил художник Владимир Быстров, он снимал на видео интервью с детьми.

Владимир Быстров: Я делал видео. Это три-четыре человека, в основном дети, 14 лет, 13 лет. Настолько интересный материал, что нам оставалось просто разместить его красиво. Это истории, полные откровенности, искренности, любви. Там есть балерины, есть инвалиды, есть умные дети, есть умственно отсталые дети. На самом деле по мне толерантность заключается не в том, чтобы терпеть другого, все равно нам не удастся никогда, а скорее в том, чтобы знать, что в любую секунду мы можем стать другими. Мы можем остаться без разума, мы можем стать калекой, мы можем вдруг получить несметное наследство.

Татьяна Вольтская: На открытие выставки пришли ее герои - дети, чьи лица видны на воздушных шарах и чей рассказ слышен тем, кто захочет его услышать. 15-летний Костя появился здесь не случайно, его школа "Озерки" для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата уже два года
участвует в проекте "Интернет-путеводитель".

Костя: У меня, как участника этого проекта, взяли интервью.



Татьяна Вольтская: О чем тебя спросили?



Костя: Я рассказал о себе, о своих целях в жизни, о своих стремлениях, о том, о чем я мечтаю и о своих интересах.



Татьяна Вольтская: О чем ты мечтаешь?



Костя: На самом деле моя большая цель состоит в том, чтобы хоть как-то научиться передвигаться.



Татьяна Вольтская: Художник рассказал, что твоя настольная книга «Конституция». Это правда?



Костя: Да, это правда.



Татьяна Вольтская: Почему?



Костя: Я хочу стать юристом и поэтому сейчас начинаю все читать, практиковать.

Татьяна Вольтская: В зале много детей в инвалидных колясках, детей из специализированных интернатов, детей-иностранцев, все очень оживлены. Почему это так здорово - когда твое лицо загорается на белом шаре, и кто-то незнакомый стоит и слушает твой рассказ, - по-моему, лучше всего об этом сказала 11-классница Юля Безбородова, тоже колясочница.

Юля Бездородова: Безумно мне нравится, что можно выразить себя, показать себя, какие у тебя возможности. Мы не просто так инвалиды, а с ограниченными возможностями. И не каждый человек на улице может так нас воспринимать. Это в Германии воспринимаются, в Финляндии, делаются проекты, где можно в лифт, даже в старый музей, тот же супермаркет делается для инвалидов, разные комнаты и разные кабинки, удобно чтобы было.



Татьяна Вольтская: Ты хочешь, чтобы было так же?



Юля Бездородова: Так же. Но наш Колесников, глава района, не видит это, не хочет такие школы создавать.



Татьяна Вольтская: Может быть этот проект «Толерантность» как раз и направлен на то, чтобы люди видели, что другие тоже есть?



Юля Бездородова: Да, я надеюсь на это.



Татьяна Вольтская: Ребенок в инвалидной коляске задумывается о необъяснимой глухоте чиновника, ребенок на здоровых ногах смотрит в умные и веселые глаза неподвижного сверстника и увлеченно с ним разговаривает, может, когда-нибудь он станет чиновником и поможет школе для больных детей. Видимо, механизм таков, и он уже давно отработан во многих странах, в той же Финляндии, например, откуда приехала 15-летняя Катарина.

Катарина: Я приехала сюда, потому что здесь в консульстве Финляндии работает мой папа. Мы приехали всего два месяца назад. В школу я хожу, но общаюсь пока только с одной одноклассницей.

Татьяна Вольтская: У финских детей нет проблем с воспитанием толерантности, - поясняет отец Катарины Симо Педеляйнен.


Симо Педеляйнен: Она сказала, что у нее проблемы. Потому что, например, в школе, где она раньше была, там есть мусульмане, другие религии. Это потому что в Финляндии пытаются делать так, чтобы инвалиды ходили в те же самые школы, как все. Конечно, сначала она все не понимает, но очень интересно участвовать.

Татьяна Вольтская: А вот Марину из 9 школы-интерната привели сюда подружки.

Марина: Делали интервью, спрашивали, как у меня дела, что происходит. Я ездила по разным маршрутам, в Кронштадте была, в Исаакиевский собор мы ездили.



Татьяна Вольтская: Тебя спрашивали в интервью о твоей мечте, ты что сказала?



Марина: Я хочу учиться дальше и работать. Швеей, наверное.

Татьяна Вольтская: Марина говорила о музейных маршрутах, они самые разные - от "Мирись, мирись и больше не дерись" для пятилетних малышей и первоклашек, до маршрута "Где свое, а где чужое" для детей от 7 до 12: это походы в музеи, где говорится, какие подарки делают друг другу разные народы - какому народу следует сказать спасибо за самые удобные башмаки, которые теперь носят все, какому - за цифры, в том числе за "5" в дневнике, какому - за любимые куклы и игры. Есть и очень серьезные маршруты - для самых старших. Среди них - "Найди себя, сыграв другого", путешествие по четырем петербургским музеям, о которых говорит куратор фестиваля Дарья Агапова.

Дарья Агапова: Это такой общепризнанный факт, что подросток ищет какую-нибудь модель, ищет способ для самоидентификации, для вхождения в какой-то образ из уже существующих, хотя он его как-то модифицирует. Вот эти музеи, у которых сложный исторический материал 20 века, трагический в значительной своей части и тяжелый, они предлагают такой способ, на самом деле, мне кажется, хорошая находка, в этом году в первый раз произошло, использовать этот материал театральным способом. Например, музей Зощенко. Есть персонажи рассказов Зощенко, есть Зощенко его собственными глазами, есть Зощенко глазами его соседей по лестничной клетке. Можно попробовать посмотреть на предметы, экспонаты музея глазами персонажа, героя, соседа и так далее. То есть вжиться в образ с помощью виртуального реквизита музейного. В музее Ахматовой они путешествуют по квартире и тоже ищут это время, образ времени, примиряют его на себя. Но речь идет о том, как им сделать жизненный выбор сегодня. То есть это не рассказ о прошлом, а рассказ о них самих с помощью прошлого.

Татьяна Вольтская: О том, как это происходит на практике, говорит сотрудница музея Ахматовой Лариса Артемова.

Лариса Артемова: Каждому предлагается сыграть какую-то роль. Эти роли как-то связаны с судьбами тех, кто жил в этом доме, с их увлечениями, интересами. Здесь бывали художники, поэты, литературные критики, писатели. Предположим, ты поэт. Понятно, что интересно все, как жил поэт, на каких листочках писал, от руки, химическим карандашом, на машинке, что написано, пока жил здесь. А может быть тебе интересно, что-то совсем другое – почему здесь такие работы художников. Как рифмует и как вообразить свою функцию поэт, пришедший в дом, - это уже его личное дело. Но задание у него такое: приди в нашу творческую мастерскую и свои собственные стихи о сегодняшней жизни напиши на листочке бумажки и оставь у нас. Но только эпиграфом ты должен найти какие-то строки, пока ты путешествовал по экспозиции ахматовские. То же самое, если ты художник. Во-первых, Пунин искусствовед.



Татьяна Вольтская: Значит ребенок может вообразить себя художником? Что это дает?



Лариса Артемова: Он познает время, стили, направления, круг общения Ахматовой, Пунина. Разницу во вкусах, взглядах. Это с точки зрения музейного, исторического интереса. А для себя он постарается воспринять то время. Задание ему то же: оставь свой рисунок на мольберте, но только свое восприятие нынешнего времени, но так, чтобы опять-таки эпиграф был оттуда. А если ты не то и не другое, пришел как бы в роли друга, вот роль друга и осуществи. Задание такое: из этого дома часто уводили арестованных Пунина, Льва Гумилева, приходили с обысками, приходили те, которые потом доносили. Вот если бы ты был другом, посмотри и оставь короткое эссе, несколько фраз о твоем восприятии того времени, о том времени, в котором ты сегодня живешь. Хозяевам дома что бы ты предложил убрать, чтобы навести на какие-то подозрения, если бы пришли сюда с обыском и с арестом, какие вещи, какие предметы, какие документы могли бы навлечь беду на этот дом.



Татьяна Вольтская: Значит заранее предполагается, что все-таки посетитель сочувствует хозяевам дома?



Лариса Артемова: В общем-то, да.

Татьяна Вольтская: Мне подумалось, что Лариса Артемова права, ведь человек из прошлого - это тоже другой, и он тоже нуждается в нашей любви, понимании, сострадании, научиться которым, наверное, можно только в детстве.


XS
SM
MD
LG