Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. После долгих дебатов Конгресс утвердил нового министра юстиции США. Провал самой многообещающей вакцины от СПИДа


Юрий Жигалкин: После долгих дебатов Конгресс утвердил нового министра юстиции США. Провал самой многообещающей вакцины от СПИДа. Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».


В пятницу после нескольких недель дебатов, на которых прозвучало немало резких слов в адрес кандидата в министры юстиции, бывший судья Майкл Мьюкейси был утвержден в этой должности. Он придет на смену Альберто Гонсалесу, который был вынужден покинуть пост министра под коллективным давлением недовольных его действиями законодателей демократов и республиканцев.


Рассказывает Ян Рунов.



Ян Рунов: На посту 81-го по счёту министра юстиции США утверждён 66-летний Майкл Мьюкейси. Он сменил на этом посту Альберто Гонсалеса, которого считали слишком зависимым от Белого Дома. Его обвиняли в политизации Министерства юстиции, в подборе кадров по принципу лояльности Республиканской партии, в увольнении большой группы прокуроров. В США министр юстиции должен следить за законностью действий администрации. Но Альберто Гонсалеса обвиняли в том, что он позволял администрации обходить закон. Почти год Сенат расследовал действия Гонсалеса и, наконец, добился его отставки. За это время 15 высших чиновников министерства ушли с работы. В штате министерства, где 110 тысяч сотрудников, моральный дух подавлен. Новому министру предстоит справиться с этой и множеством других проблем, подобрать новых помощников. И сделать это очень быстро, поскольку ему отведено всего 14 месяцев – столько, сколько осталось президенту Бушу до конца его срока в Белом доме.


Когда в сенате обсуждалась кандидатура Мьюкейси, многие сенаторы были недовольны его позицией в вопросе о том, какие методы дознания считать пыткой. В частности, это касалось пытки водой « waterboarding ». Определённо признать этот метод воздействия на допрашиваемого нарушением закона Мьюкейси не смог. Зато он дал ясно понять, что политические интересы не будут влиять на решения прокуроров и на подбор юридических кадров, как это было при Гонсалесе. Такая позиция решила дело: за Мьюкейси было подано 53 голоса против 40. В числе голосовавших за утверждение нового министра юстиции были и влиятельные демократы – члены Юридического комитета: сенатор Шумер из Нью-Йорка и сенатор Файнстин из Калифорнии.


Президент Буш поздравил нового министра с утверждением в должности и пожелал ему успеха в защите американского народа от разного рода преступников – от местных уголовников до международных террористов. Теперь Бушу предстоит добиться от Сената одобрения предложенных им кандидатов на другие высшие посты в Министерстве юстиции.



Юрий Жигалкин: Прокомментировать необычную ситуацию, связанную с назначением министра юстиции, Аллан Давыдов попросил известного американского юриста.



Аллан Давыдов: Во время слушаний законодатели много расспрашивали Майкла Мьюкейси о его взглядах на степень легитимности ряда действий президента в борьбе с терроризмом. Некоторые ответы весьма разочаровали конгрессменов, считающих, что Джордж Буш взял на себя слишком много полномочий, отняв часть их у Конгресса, и новый министр юстиции должен, что называется, осечь Белый дом, выходящий за конституционные рамки в борьбе с террором. Поделиться своим мнением относительно процедуры утверждения нового министра юстиции я попросил профессора права Университета штата Вирджиния в Шарлотсвилле Роберта Тэрнера.



Роберт Тэрнер: Новый министр юстиции на слушаниях по своему утверждению встретил мощный поток критики, особенно после его ответов на два важных вопроса, связанных с антитеррористической деятельностью. Так Мьюкейси отказался отвечать на вопрос о том, должен ли президент действовать в рамках принятого в 1978 году Закона о наблюдении за иностранными шпионами или же имеет право своей властью отдавать директивы, например, о тайном мониторинге электронных коммуникаций лиц, подозреваемых в терроризме. Исторически же в США проведение секретных операций всегда было сферой исключительной компетенции президента. В истории страны есть немало прецедентов, когда в чрезвычайных обстоятельствах, в военное время перлюстрировалась корреспонденция, прослушивались сообщения по телеграфным проводам и коммуникационным кабелям.



Аллан Давыдов: Профессор, а почему назначаемый министром Мьюкейси не пожелал сказать законодателям, является ли такой прием дознания, как «имитация утопления»?



Роберт Тэрнер: Думаю, он не хотел инициировать разбирательство в отношении американских военнослужащих и сотрудников ЦРУ, которые вынуждены были применять такую меру к допрашиваемым по приказу начальства, уверившего их в том, что это законно и санкционировано сверху. Хотя, как мне кажется, очевидно, что прием под названием « waterboarding » является незаконной и негуманной мерой, противоречащей Женевской конвенции 1949 года об обращении с военнопленными. И я не могу поверить, чтобы Майк Мьюкейси не понимал, что это разновидность пытки.



Аллан Давыдов: Во время процедуры утверждения в Конгрессе министром юстиции Майк Мьюкейси сказал примечательную фразу: «Я подам в отставку, если обнаружу намерение президента нарушить Конституцию Соединенных Штатов».



Юрий Жигалкин: Рассказывал Аллан Давыдов.


В конце прошлой неделе одна из крупнейших американских фармацевтических фирм «Мерк» сообщила о том, что полной неудачей закончилось испытание на людях самой многообещающей вакцины против СПИДа. Ее разработка заняла больше десятилетия, на эти работы было затрачено больше 500 миллионов долларов. Вакцина, судя по всему, была способна защитить от СПИДа подопытных приматов – беспрецедентный успех. Но эксперимент на людях-добровольцах был прерван после того, как испытуемые, привитые новой вакциной, не только оказались уязвимыми для ВИЧ-инфекции – процент зараженных среди них оказался заметно выше, чем в контрольной группе. Такие результаты настолько потрясли специалистов, что Энтони Фаучи, глава Американского национального института инфекционных заболеваний, участвовавшего в работе над вакциной, в своем заявлении призвал ученых и фармацевтические фирмы не ставить крест на поисках вакцины.


В чем дело, почему сникли американские ученые? Я обсудил этот вопрос с профессором-вирусологом Даниилом Голубевым.



Даниил Голубев: На последнюю вакцину фирмы «Мерк» возлагались большие надежды. Авторы не раскрывают ее состава, но очевидно, что речь идет о новом варианте генно-инженерной конструкции, которая включает в себя компонент вируса иммунодефицита человека как иммунизирующий фактор, и в качестве базисного вектора, то есть челнока доставки его в организм, используется аденовирус, один из респираторных вирусов, хорошо зарекомендовавший себя в генной инженерии последних лет при составлении различного рода химерных полезных конструкций. Использование этой вакцины для профилактики заражения вирусом иммунодефицита обезьян блестяще завершились. В человеческой популяции на волонтерах оказался полный провал. Дело даже не в том, что эта вакцина не защищает от инфицирования волонтеров, а она повышает чувствительность к вирусу иммунодефицита, и это повышение чувствительности статистически значимо, что не может не вызвать шока, разочарования, недоумения.



Юрий Жигалкин: Профессор, а в чем состоял главный просчет ученых, стоивший полмиллиарда долларов?



Даниил Голубев: Наиболее часто заболевали вакцинированные в том случае, если у них был высокий титр антител к этому самому аденовирусу. Аденовирус – это один из респираторных вирусов, с которыми все человечество так или иначе постоянно встречается, и результат оказался тот, что наличие этих антител, наоборот, раскрывает вход для вируса иммунодефицита человека в клетке иммунной системы в большей степени, чем у тех, кто не был вакцинирован.



Юрий Жигалкин: Специалисты говорят, что сейчас на стадии разработки находятся в разных странах около тридцати потенциальных вакцин против СПИДа, препарат фирмы «Мерк» был самым многообещающим. Означает ли такое обилие разработчиков то, что ученым, в принципе, понятно хотя бы, каким должен быть механизм действия вакцины?



Даниил Голубев: Мне трудно ответить на этот вопрос, потому что СПИД – заболевание необычное. Под обычным я понимаю все остальное море вирусных инфекций. Вакцина имитирует естественный иммунизаторный процесс, который возникает при заболевании. Возьмите полиомиелит: ребенок, встретившись с вирусом полиомиелита, или останется калекой, или погибнет, что было очень нередко, либо получит пожизненный иммунитет. Задача вакцины – имитировать без тяжелых повреждений естественный инфекционный процесс. А при СПИДе естественный инфекционный процесс всегда приводит к гибели, поэтому как здесь создать вакцину, которая была бы и эффективна, и не патогенна, я ответить на этот вопрос не могу. И вся мировая медицина сейчас ответить, насколько я понимаю, не может.



Юрий Жигалкин: Профессор, прошу прошения за наивный вопрос. Не стоит ли за тем фактом, что за четверть века со времени окончательной идентификации вируса иммунодефицита не было найдено вакцины от СПИДа, простая данность: эта инфекция непобедима? Помнится, в начале восьмидесятых, советские медики заявляли, что если СПИД дойдет до СССР управа на него будет найдена.



Даниил Голубев: У меня просто лично в памяти заявление бывшего заместителя министра здравоохранения Бургасова, который первое заявление по поводу СПИДа сделал такое: «Это не наша болезнь, мы ею заниматься не будем. Это их проблемы». Так что говорено много. Ну, а если отвлечься от этой риторики, то я не считаю, что путь в 20 с лишним лет, который прошел, является каким-то запредельным для создания вакцины. Вирус полиомиелита был открыт в 1909 году, а вакцины Солка и Себина, которые спасли человечество от полиомиелита, возникли в 50-е годы. Конечно, сейчас не тот уровень прогресса, и хотелось бы, чтобы это было быстрее, но орешек оказался очень крепким. Это ведь, по сути дела, анти-иммунитет, это анти-инфекция, это инфекция самой иммунной системы, и к ней подобраться очень трудно.



Юрий Жигалкин: Профессор Даниил Голубев комментировал провал клинических испытаний самой многообещающей вакцины против СПИДа.


XS
SM
MD
LG