Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Минкин: ходить ли на выборы


Елена Рыковцева: Избирательная кампания в жизни и по телевизору – это одна и та же кампания или две разные? Существуют ли выборы вне телевидения, и если да, то в каких формах? Сегодня мы говорим об этом с обозревателем газеты «Московский комсомолец» Александром Минкиным. Кстати, по принципу наоборот сегодня строим свою программу. Обычно мы в эфире обсуждаем уже написанные публикации, а тут Александр только собрался писать о выборах, и возможно, именно этот эфир натолкнет его на некоторые мысли. Именно поэтому он получает право задать вам свой вопрос.



Александр Минкин: Стоит ли идти на выборы, если все схвачено? Вот и весь вопрос.



Елена Рыковцева: Вот и весь простой вопрос: стоит ли ходить на выборы, когда уже вроде бы все заранее понятно? А вот что понятно?



Александр Минкин: Понятно, что результат не зависит от избирателей, результат предназначен.



Елена Рыковцева: Какой?



Александр Минкин: Ну, «Единая Россия» победит. Сколько ей напишут – сколько захотят, столько и напишут. Захотят – 60. Захотят – 70. Напрасно надеяться, что фальсификации невозможны. Они возможны. Я думаю, что фальсификации будут именно в явку. Они будут обеспечивать высокую явку этими фальсификациями.



Елена Рыковцева: Им выгодна высокая явка?



Александр Минкин: Победа «Единой России», я думаю, естественно, ни у кого не вызовет удивления. А вот с каким счетом? Сколько людей захочет придти? Вот я вам так скажу: когда выборы были реальные, в 1995 году, предположим, когда битвы были настоящие, приходило 50 с чем-то процентов, 60, по-моему, даже не было. А когда все понятно, враг не грозит, ни взрывов у нас нет в городах почти, слава Богу, ни войну никакую не начали, которая должна консолидировать людей, вот так все мирно, все понятно, руководитель (чуть было не сказал «любимый руководитель»)…



Елена Рыковцева: Говорите, не стесняйтесь, сейчас это модно.



Александр Минкин: Все-таки в Северной Корее так обычно. Вот руководитель сказал, что все стабильно, курс выбран, рубль железный, все хорошо. Ну, и чего ходить на выборы? Тем более, нам сказали, что вы знаете, оказывается, с тех пор как он возглавил список «Единой России», все так и заявили, я не могу понять этого выражения, но я его все-таки повторю: теперь это не выборы в Думу, а референдум о доверии Путину. Ну, я на референдум не собирался никогда.



Елена Рыковцева: То есть по вашей логике, если в стране все хорошо и стабильно, как рассказывает «Единая Россия», именно поэтому люди и не должны, собственно говоря, придти на выборы, потому что и так все понятно, нет интриги?



Александр Минкин: Вам скажут: через две недели - референдум о том, сладкий ли сахар? Да, очень сладкий, ну, очень-очень сладкий. Чего ходить то?



Елена Рыковцева: Ну, и на референдум нечего ходить, потому что понятно: хороший человек Владимир Владимирович, достойный, и все, нечего тут даже и спорить.



Александр Минкин: Поэтому я думаю, что коммунисты сейчас получат все что угодно:



Елена Рыковцева: В смысле?



Александр Минкин: Ну, эфир, всяко-всяко… Сейчас никого не будут, я думаю, снимать с выборов, потому что сняли бы сейчас с выборов Коммунистическую партию, и явка вообще бы грохнулась. Нафальсифицировать до бесконечности очень трудно, 5-10-20% - может быть. Но не 100%.



Елена Рыковцева: Конечно.



Александр Минкин: А нам нужна явка, потому что если теперь это референдум о доверии президенту, а придет мало народу – это как понять?



Елена Рыковцева: То есть, с одной стороны, когда людей приходит поменьше (вот нам объясняют, что если мы не придем на выборы, нашим бюллетенем воспользуются, конечно, те, кто располагает административным ресурсом), то им удобнее подтасовать результат выборов. С другой стороны, если говорить о престиже, о пафосе мероприятия, то тогда важна явка. Так что для них тогда важнее: подтасовать или все-таки престиж?



Александр Минкин: С Кириченко вам надо посоветоваться, суперспециалист по выборам.



Елена Рыковцева: Где работает?



Александр Минкин: Он вообще-то физик, по-моему, он преподает физику в каком-то высшем учебном заведении, лучше даже не называть. Он, например, вместе со мной был в суде, когда Вешняков подал в суд на меня. Мы попросили этого эксперта суду объяснять, какие возможны фальсификации. Он законодательство выборное знает наизусть. Он просто пальцем показывает в те места, где заранее в законе оставлены дырки. Вот он пытался, например, заставить Вешнякова, который был долгое время председателем ЦИКа, сделать щель в избирательной урне миллиметра три, чтобы пролез один бюллетень, ну, два.



Елена Рыковцева: А не пачка.



Александр Минкин: А там с палец щель, там 200 штук зараз можно запихать. И так далее. Протокол на избирательном участке заполнили, выдали вам второй экземпляр, а первый увезли в ЦИК. Потом вы можете доказывать в суде сколько угодно, что они сфальсифицировали уже там где-то по дороге и привезли туда другой протокол, но в законе сказано, что фальсификация даже выявленная, не отменяет результаты выборов. И тогда чего его ловить?



Елена Рыковцева: Я сегодня прочитала в газетах о планах коммунистов. Вот они гарантированно, они считают, получат 10% точных протоколов. По этим 10% они составят представление о том, что произошло в стране на выборах. И если это представление, полученное по 10% протоколов, резко разойдется с окончательными результатами выборов, тогда они уже заранее планируют готовить пикеты, акции протеста и так далее. Но, как вы только что сказали, все эти пересмотры выборов – дело абсолютно нереальное.



Александр Минкин: Ничего не будет. Вот в свое время СПС и «Яблоко» устраивали суд и чуть ли не год судились, доказывая фальсификации. Какую-то часть фальсификаций доказали. Повторяю: не отменяются результаты выборов, сколько ты ее ни доказывай.



Елена Рыковцева: Там должна быть какая-то огромная цифра фальсификаций.



Александр Минкин: Нет.



Елена Рыковцева: Даже это нет?



Александр Минкин: Нет. Что касается процентов, что касается реальности и по телевизору? Я получил просто подарок от граждан в телевизоре после письма знаменитого Михалкова, Церетели и иже с ними, что вот останься, любимый, на третий срок, и именно останься президентом. Вот после этого письма и после вашей передачи, и после моей заметки об этом, она называлась «Вулканы любви».



Елена Рыковцева: Стилистический анализ этого письма. Лексический, стилистический.



Александр Минкин: Да, я сказал, что иностранец писал, потому что не по-русски, такой отвратительный язык.



Елена Рыковцева: Ну, иностранец с Востока, он очень цветистый какой-то стиль.



Александр Минкин: Точно вы говорите. По цветистости он восточный, а по безобразности он иностранный, потому что не по-русски. Есть восточные люди, которые по-русски блестяще говорят.



Елена Рыковцева: Восток, но не СНГ, короче говоря, потому что там хорошо владеют русским.



Александр Минкин: Да, русский для него чужой. Итак, после этого по телевизору в одной из программ этот Михалков с писателем Ерофеевым, казалось бы, фигуры несопоставимые по знаменитости, по известности… Ну, Михалков, которого знает весь мир, он же – оскароносец.



Елена Рыковцева: Даже и по харизме, если уж так говорить.



Александр Минкин: Да, вообще, по всему, вальяжный барин, шикарный мужик такой. И вот Виктор Ерофеев, тихий, скромный, который оппонировал Михалкову, что не надо такие письма писать, выиграл с результатом, по-моему, 60% у Ерофеева и 30 – у Михалкова.



Елена Рыковцева: Да, огромный перевес, почти вдвое.



Александр Минкин: Почти вдвое. Даже если в полтора раза. Ведь если опросы нам говорят правду, то ведь не за Михалкова же, а за Путина, Михалков же за Путина, значит, это как-то сливается.



Елена Рыковцева: Должно сливаться. Так же, как «Единая Россия» - это Путин, тоже слилось.



Александр Минкин: Михалков должен был бы получить 60, предположим, а Ерофеев – 40, или Михалков – 80, а Ерофеев – 20, ну, хотя бы поровну. Но когда выигрывает противоположная точка зрения с разгромным счетом, я начинаю думать: телезрители – какие-то иностранцы что ли, они не те, кого опрашивают ВЦИОМы и ФОМы. Все эти соцопросы каким-то образом с другими людьми встречаются.



Елена Рыковцева: Итак, вы рассказали о ситуации, когда сам же телевизор показал, что все обстоит не совсем так, как по телевизору. То есть телевизор показал истинный расклад дел, но это уникальный случай.



Александр Минкин: Катастрофическая ситуация.



Елена Рыковцева: Это все-таки уникальный случай. В основном телевизор показывает, что…



Александр Минкин: Да, каким-то образом они прокололись, я уж не знаю… И машинка, которая там накручивает проценты, наверное, сломалась в тот вечер.



Елена Рыковцева: Или человек заболел гриппом, который накручивает машинку (смеются).



Александр Минкин: Что-то там сломалось. Я представляю себе, как там бегали, когда цифры, они же идут на экран в прямом эфире, когда эти цифры забегали, что Михалков проигрывает, я представляю, как там носились с вытаращенными глазами, орали, бросались чернильницами.



Елена Рыковцева: Но, тем не менее, мы уже сказали, что это исключение. В основном вот этот энтузиазм, эти массы, эти собрания, эти митинги – это то, что мы видим по телевизору.


И вам, Александр, уже отвечают телезрители на вопрос, стоит ли ходить на выборы. Киселев из Междуреченска пишет немножко о другом…



Александр Минкин: Его уже что, сослали туда?



Елена Рыковцева: А вы, уважаемый господин Киселев, подпишитесь, что вы не Евгений, а то тут намекают на ведущих соседней радиостанции.



Александр Минкин: Шутка.



Елена Рыковцева: «Путин в основном стал диктатором из-за соглашателей в среде демократов», - пишет Киселев из Междуреченска. Немножко о другом, но может быть, скажете, согласны ли?



Александр Минкин: А что тут хитрого? Если кто-нибудь помнит, кто создал партию «медведей» и кто двигал его в президенты, я уже даже боюсь его называть, но он в Лондоне, и кажется, жив.



Елена Рыковцева: И демократ, считается, что демократ.



Александр Минкин: Либеральнейший.



Елена Рыковцева: «Минкина слушать интересно по любой тематике. Но сегодня совсем не обязательно высказывать субъективное мнение в эфире. Оно может быть глубоко ошибочным и его безапелляционность как раз это и подчеркивает. А на выборы надо идти и контролировать», - пишет Сергей Николаевич. Мне не кажется, что вы сказали, что не надо идти на выборы. Вы размышляете, пойдут или нет.



Александр Минкин: Я сказал, что я не знаю, пойдут ли и сколько. Вот видите, это, кстати, очень интересно, как поняли. Это как раз типичный случай: человек слышит не то, что ты говоришь, а то, на что он уже настроен. Он уже как бы заранее ждет, что ты вот это скажешь, и уверен, что ты именно это и сказал.



Елена Рыковцева: Давайте уточним, что вы не говорили, что не нужно…



Александр Минкин: Если бы я твердо знал, я бы прямо сказал: не нужно.



Елена Рыковцева: Вы просто говорите о том, что расходится ситуация в стране, то, как ее преподносят, с тем процентом, который они ждут на выборы.



Александр Минкин: Вот я сейчас вам скажу. Где-то было напечатано, по-моему, в интернете, было письмо Ходорковского из зоны, что на выборы идти надо, и надо проголосовать за одну из малых партий. Я своими глазами видел на экране.



Елена Рыковцева: Было такое.



Александр Минкин: Я совершенно не согласен. Почему надо идти на выборы? Он не объясняет. Почему надо проголосовать, там не было объяснено. Почему надо за одну из малых партий? Если существует какой-то протестный электорат, которого неслучайно лишили графы «против всех», почему он должен, он такой энтузиаст, этот электорат, что он пойдет все равно, и почему ему надо распылиться по этим малым партиям? Вот их 11, выиграет полторы. Зачем протестные голоса распылить среди 5-6-7? Чтобы потом власть сказала: видите, у них по полтора-два процента. Если бы они все слились в какую-то графу «против всех», их, может быть, было бы 10, а может, и 15. Уж больно приторно все, знаете, когда так сладко очень, не вкусно.



Елена Рыковцева: Но дело в том, что когда мы видим по телевизору бесконечные соцопросы о том, что 57% у «Единой России», и есть шансы попасть в Думу с 8% у коммунистов, а у остальных их нет, получается они вас уже просто затолкнули, если не следовать совету Ходорковского и голосовать за малые распыленные, а вот слушать вас, то получается, они все, кто не хочет голосовать за «Единую Россию», затолкнули в голосующих за коммунистов.



Александр Минкин: Не знаю. Я хочу сказать еще вот что: голосовать за партию, которая заведомо проиграет, я не очень понимаю. Почему я должен свой бюллетень выбросить в помойку, просто напрасно истратить? Чтобы что?



Елена Рыковцева: К вопросу о заведомом проигрыше. Нам говорят о том, что партия СПС заведомо проиграет, причем по одним опросам это 1%, а по другим опроса это 0%. И вот с этой партией, с нулевым рейтингом (я из программы в программу бьюсь над этой загадкой) почему ведется такая массированная, такая дорогостоящая кампания с «черным пиаром» в прессе? Это ж сколько денег надо потратить, чтобы в вашей газете размещать тексты? Я почему про вашу говорю, потому что одновременно с вашей в «Известиях» - вы лично тут ни при чем, это не редакционные материалы, - но в двух газетах одновременно было напечатано, что почему в России поднялись цены? Да потому что СПС все деньги потратил на избирательную кампанию, все деньги страны, поскольку в цене продукта заложено электричество, электроэнергия, а СПС тратит деньги РАО ЕЭС. Две заметки одинаковые, под разными заголовками, разные авторские фамилии, но они вышли не только в «МК», но и в «Известиях».



Александр Минкин: Я видел эту заметку. Я думаю, что не только «МК» и «Известия»…



Елена Рыковцева: У меня пачка газет с такими текстами, я включаю каждый день телевизор, где вам рассказывают исключительно про то, что из СПС уходят люди, хотя люди уходят из всех партий. Если почитать не заказанные кем-то там материалы в «Коммерсанте», там написано, что из «Справедливой России» уходят столько-то, из СПС процент ухода меньше гораздо. Но весь акцент на СПС. И вчера нам сказали по телевизору в программе «Вести», что скорее всего, эту партию снимут с выборов. Нас уже готовят к тому, что ее снимут. Почему же партия, которая имеет 1%, удостоилась такой массированной атаки?!



Александр Минкин: Может быть, по КГБэшным опросам, у них уже 10%.



Елена Рыковцева: Я тоже начинаю об этом думать.



Александр Минкин: Дело вот в чем. Что бы ни было, вот если у них 10, дай им Бог здоровья, если у них ноль, мне все равно, я им не сочувствую, я вам скажу, что идти на выборы в Думу под лозунгом «Путина – в президенты, СПС – в Думу»…



Елена Рыковцева: Это тогда.



Александр Минкин: Это тогда. А сегодня вот это вот.



Елена Рыковцева: Это 2003?



Александр Минкин: Это 1999, выборы в Думу 1999 года, СПС шло под таким лозунгом. В этой записке, которую вы прочли, там справедливый упрек.



Елена Рыковцева: Соглашательство демократов?



Александр Минкин: Не соглашательство, а ужасное бесчеловечное воровство так называемых реформаторов, которые настолько население допекли, что слово «демократ», как вы знаете, надолго превратилось в бранное слово. Все мы от этого пострадали, но мы в разной степени виноваты все-таки. У них было все. Когда они пришли к власти, 1991 год, они пришли на огромном энтузиазме людей, и они просто этих людей предали.



Елена Рыковцева: А чем они предали людей, когда пришли к власти?



Александр Минкин: Ну, тем, что все это были, извините меня, не ошибки. Скажем, приватизация ваучерная и залоговые аукционы были не ошибки.



Елена Рыковцева: Это было до того, как они пришли реально к власти, партия СПС. Ваучерная приватизация была до их появления в Думе.



Александр Минкин: В умах людей:



Елена Рыковцева: : «отцы приватизации»…



Александр Минкин: : и СПС – это одно и то же. Я не хочу против них агитировать ни в коем случае. Потому что они меня немедленно запишут в агенты Кремля и Свободу заодно.



Елена Рыковцева: Они не запишут. На фоне того, что с ними сейчас делается, то, что вы говорите, это вы гладите практически по головке.



Александр Минкин: Да, я еще могу один лозунг им сказать, что вот как сегодняшнее КГБ говорит, что мы не отвечаем за репрессии сталинских времен, то же самое СПС может сказать: а мы не отвечаем за ваучеры и залоговые аукционы. И коммунисты Зюганова теперь говорят: мы не отвечаем за вот эти безумства коммунистического периода, мы отвечаем только за то, что хорошее там было.



Елена Рыковцева: Да, это наше.



Александр Минкин: Мы наследуем только хорошее.



Елена Рыковцева: Да, плохой режиссер весь успех приписывает себе, соответственно, а провал спектакля кому он там приписывает? Драматургу, по-моему. Хороший режиссер успех спектакля приписывает драматургу, а провал – себе.



Александр Минкин: Я это слышал о футболе.



Елена Рыковцева: Если же говорить о лозунгах СПС 1999 года, то все течет, все меняется. Что же им ставить в упрек лозунг по поводу Путина, когда они уже давно сказали, что вот они уже критикуют позицию, политику Путина.



Александр Минкин: Надо немедленно о них замолчать, потому что я не могу о них хорошо говорить.



Елена Рыковцева: Заславский пишет: «Первые страсти по судьбе беспутинской России – обычная перестраховка. «Единороссам» ничто не угрожает. Они будут в высочайшем парламенте в большинстве. Пресловутые ресурс и «вертикаль» тому порукой. Единственный шанс признать выборы нелегитимными - это отсутствие наблюдателей ОБСЕ».



Александр Минкин: Да ну вас.



Елена Рыковцева: Нет.



Александр Минкин: Нет такого закона даже.



Елена Рыковцева: «Обязательно нужно прийти и проголосовать за наименьшее зло, других механизмов борьбы у рядового россиянина нет, голосуйте не телевизором, а кошельком и сердцем», - Сергей Митрофанов из Москвы пишет, не указывая, какое зло он считает наименьшим. Вы не волнуйтесь, вас вряд ли признают, что вы ведете предвыборную агитацию.



Александр Минкин: Голосуйте за наименьшее зло. А в святых книгах написано: «Отойди от зла и сотворишь благо».



Елена Рыковцева: «Во-первых, В. В. Путин - плохой человек, а во-вторых. на выборы ходить нужно. Лично я обязательно пойду», - пишет Абрамова. Но вот какой человек, мы не будем обсуждать, Путин. Сейчас принято говорить, что мы не Путина обсуждаем, а его курс и политику. Вот лучше так говорить.


«Стоит идти и голосовать за СПС. Или вообще не выходить из дома в день выборов». Надо же, видите, за СПС кто-то собрался голосовать, значит, один человек уже есть, это значит, что уже не ноль процентов.


«Всенародная любовь к Путину - не показатель. Михалков переусердствовал и поступил некрасиво. Все это, не признак явления лже-президента, лже-царя, самозванца, в форме третьего срока, Аятоллы (или не важно как)», - Иван с Нефедовки. А что это – Нефедовка?



Александр Минкин: Деревня.



Елена Рыковцева: «На последних депутатских выборах 2003 года власти нашего города подсунули народу компьютерный вариант бюллютеней. В 2004 году они повторили это шулерство на местных выборах, и в итоге сегодня Сызрань погибает в буквальном смысле», - пишет Александр.


«На Камчатке власть испугалась Московцева - коммуниста, ему пришлось уехать, после того, как Сурков пообещал ему неприятности», - пишет Александр.


«Молодец г-н Минкин. Понятно объяснил, что Путин и Михалков - голые короли. Политический стриптиз не пройдет», - Сергей Митрофанов из Москвы.



Александр Минкин: Не пройдет это как? Если вот только этот Митрофанов на баррикады встанет. Политический стриптиз может баррикаду даже объехать, может раздавить, а может объехать.



Елена Рыковцева: Нам звонит Беслан из Чечни.



Слушатель: Александр, скажите, пожалуйста, по вашему мнению, президент России пойдет на третий срок?



Александр Минкин: Отвечаю, захочет – пойдет, не захочет – не пойдет. Он останется в каком-то виде, он сам не хочет говорить. Но он же твердо сказал: «Я остаюсь». Но в какой форме (я имею в виду не форму военную, а форму организации»…



Слушатель: Второй вопрос исключается, я думал, будет конкретный ответ.



Елена Рыковцева: Ну, как он конкретным может быть?



Александр Минкин: Как я вам конкретно могу сказать? Я сказал: захочет – останется.



Елена Рыковцева: Мы можем просто поставить вопрос перед Александром: как вы представляете себе оформление должности национального лидера или духовного лидера? Что это может быть за должность такая, за которую человек ходит на работу, расписывается в ведомости? Как она должна быть названа официально, чтобы он был легализован, этот национальный лидер?



Александр Минкин: Этого никто не знает. Но после выборов будет заявлено: видите, какое колоссальное доверие народа, это национальный лидер, мы сейчас сделаем его руководителем президента России. Ну, вот у нас же нелегнтимный, неконституционный орган – Совет безопасности.



Елена Рыковцева: Есть такой, общественный он практически.



Александр Минкин: Есть Общественная палата. То есть есть какие-то организации, которые очень влиятельны.



Елена Рыковцева: И, по-моему, зарплату там не платят, вот в чем дело.



Александр Минкин: В Совете безопасности?



Елена Рыковцева: Платят?



Александр Минкин: Я думаю, что это структура серьезная.



Елена Рыковцева: А Совет безопасности состоит уже из людей, которые получают зарплату на других местах.



Александр Минкин: Аппарат получает.



Елена Рыковцева: Аппарат обязательно и аппарат Общественной палаты.



Александр Минкин: Значит, это государственная организация.



Елена Рыковцева: Ну, не назначат же его руководителем аппарата.



Александр Минкин: Не знаю, как они это оформят. Но мы скоро узнаем это. И больше того, они, я думаю, уже придумали это, но не хотят раньше времени говорить. Все похоже на то, что они уже все нарисовали у себя. Но у них есть, кроме плана, есть еще график, когда чего объявлять.



Елена Рыковцева: График сюрпризов.



Александр Минкин: График сюрпризов. Вот один сюрприз мы видели: внезапно Путин стал номером один, не номером один, а номером «все», потому что он не в тройке, он один.



Елена Рыковцева: Раз, два, три.



Александр Минкин: Да, он – раз, два, три. Ой, какие у меня ассоциации ужасные!



Елена Рыковцева: Не надо. Юрий из Томска, здравствуйте. Перебейте, пожалуйста, Александра Минкина.



Слушатель: Я думаю, что идти на выборы нужно обязательно, несмотря на то, что все уже нарисовано. Графы «против всех» нет, я думаю, что нужно ставить 10 галочек, если будет 11 партий, а вот галочку против партии «Единая Россия» оставить пустой. Вот и все.



Александр Минкин: Безусловно, по закону, если вы поставите 10 галочек или пять, или даже две, бюллетень уже испорчен. Но когда этот вопрос задали Чурову, то есть председателю ЦИКа…



Елена Рыковцева: Какой вопрос, в какой формулировке?



Александр Минкин: Как, если против всех нельзя? Чуров ответил: «Если вы в какой-то квадратик даже впишите нехорошее слово из трех букв, то все равно это вы проголосовали за эту партию». Дальше он говорит: «Если вы хотите проголосовать против всех, то, пожалуйста, опускайте чистый бюллетень». Чистый бюллетень – Чуров считает, что это против всех. Но избирательная комиссия может по дороге куда-то там какую-то галочку в один квадратик поставить, я даже предполагаю в какой.



Елена Рыковцева: Да, считается, что лучше придти, забрать, если вы совсем не хотите, чтобы он как-то поучаствовал, не так, как вы запланировали в выборах, и вы при этом не сделали своего выбора, то лучше забрать. Так?



Александр Минкин: Как объясняли мне, даже перечеркнутый бюллетень может использоваться. Если он перечеркнут так, что он никакую клеточку не задел, то в нужной клеточке поставить галочку, а все остальное – матерные слова или какие-то «ура, да здравствует», все не считается. Считается только знак в клеточке. Если знак любой стоит в одной клеточке, бюллетень действителен. Если бюллетень при этом исписан по круг чем угодно, это ничего не меняет. Поэтому испорченный бюллетень – это там, где в двух или более клетках стоят значки.



Елена Рыковцева: Здравствуйте, Алла Павловна из Москвы.



Слушатель: Александр, во-первых, СПС шло на выборы «Путина – в президенты, Кириенко – в Думу», а не СПС в Думу, это раз. А во-вторых, все ведущие уже знают, что я – стабильная «яблочница», я все время голосовала за «Яблоко».



Александр Минкин: И я.



Слушатель: Но за одного битого сейчас двух небитых дают. Это испокон веков такая пословица на Руси. Поэтому я сейчас в раздумьях, и, может быть, что я проголосую за СПС.



Елена Рыковцева: Это выбор Аллы Павловны, может быть, он изменится, может быть, будет таким. А вот вы в своих симпатиях к «Яблоку» многолетних по-прежнему без сомнений пойдете на выборы в этом смысле? Или у вас появятся сомнения?



Александр Минкин: Я не скрываю, я голосовал за «Яблоко» много лет.



Елена Рыковцева: Я знаю, поэтому и спрашиваю. Приходит ли вам в голову, что вдруг этот выбор может измениться? Может ли такое случиться с вами?



Александр Минкин: Нет, что я пойду еще за кого-то голосовать, я исключаю. Но я не вижу, чтобы оно что-то для этого сделало, оно такое сейчас тихое. Я не вижу борьбы.



Елена Рыковцева: Вы не видите того, что оно могло бы сделать, чтобы вы пошли проголосовали?



Александр Минкин: Я не вижу отчаянной борьбы. Почему я добавляю слово «отчаянной»? Потому что ситуация очевидная, и нужно делать что-то очень решительное. Ну, какие-то заявления выпускаются в интернете. Ну, и что, сколько это дает сторонников? Не знаю. Я огорчен этой тишиной. Она ведь не сегодня началась, она года два-три уже, тишина.



Елена Рыковцева: Александр, но ведь за каждую тишину назначается цена. В этой ситуации я вижу цену в виде того, что их не мочат, их не поливают грязью в этот раз с экранов телевизоров. И может быть, это стоящая цена то? А может быть, действительно иногда хочется кампанию провести так благостно в хорошем смысле слова? Да, к сожалению, так устроено это общество страшно, что нужно платить чем-то за то, что вас просто не снимут.



Александр Минкин: Если ты ведешь себя тихо, всем улыбаешься, то, наверное, и тебя никто не обругает. И вы мне дали хороший совет. Наверное, мне надо тоже завязать и перейти в эти описатели газонов, как газон сделать хороший, как вырастить цветочки, и у меня будет гораздо приятнее жизнь, меня не будут поливать на каждом шагу.



Елена Рыковцева: Николай из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте, уважаемые господа. Честному человеку всегда есть возможность, как оправдаться перед будущим поколением, в общем, можно взять открепительный талон и приклеить его в нужном месте, в альбом, и так на каждых выборах. Если ребенок спросит, чем ты занимался, за кого ты голосовал, вот и отчитаться.



Александр Минкин: Вы правы абсолютно.



Слушатель: В данный момент, хотел бы сказать, скажите, даже перечеркнутый бюллетень или любой испорченный бюллетень он все равно достанется победителю, это точно. Но я хочу сказать, в данный момент китайцы делают правильно, они дают каждому большому стать еще больше. Если шар все время надувать, он станет огромный и в конце концов лопнет. Поэтому пускай они там надувают, что хотят делают. Но в данный момент я все равно призываю голосовать за Путина, потому что мне нравится «План Путина», я знаю, что он никогда не пойдет ни на какие сделки с Лукашенко, мухи от котлет уже давно отделены. Если он быстро убегает из Грузии, в конце концов, он когда-нибудь уйдет из Крыма и будет порядок наведен. Армия сейчас на голодном пайке, 90% поставок идут из-за границы. Значит, войны никогда не будет, потому что если заграница перестанет поставлять продовольствие, солдаты перестанут ноги передвигать. Поэтому я голосую за Путина.



Александр Минкин: Это он такой иронический, он перечисляет невзгоды и считает, что эти невзгоды приведут к краху режима, и поэтому он голосует, чтобы…



Елена Рыковцева: Так же, как шар, который лопнет в конце концов.



Александр Минкин: Да, да. Насчет открепительного талона все-таки он немножко не прав. Уносить надо бюллетень, потому что открепительный талон уноси куда угодно, он вообще не считается. А у меня есть бюллетень.



Елена Рыковцева: Уже?



Александр Минкин: Нет. Я храню бюллетень 1996 года, могу детям показывать.



Елена Рыковцева: С первого тура или со второго?



Александр Минкин: Со второго.



Елена Рыковцева: Первый тоже был любопытный, там Лебедь еще был.



Александр Минкин: Да, но во втором туре остались двое. И вот этот бюллетень у меня есть.



Елена Рыковцева: «Мы никогда не ходили на выборы, но однажды честный и порядочный человек Михаил Веллер посоветовал голосовать за компартию, и мы последуем этому совету», - пишет семья Егоровых.


«Всем мыслящим людям ясно, что выборы фактически уничтожены самым бесчестным и антиконституционным образом. О каком доверии президенту в этом случае можно говорить? Кто проголосует за «Единую Россию», поддержат нарушителей законов России». – так считает Савельева.


«В Ульяновской губернии с 10 до 12 невозможно слушать треск, станция на 25 минут молчит. Поможете ли нам?» Нет, не поможем. Сейчас нет.


«На выборы пойти надо обязательно. Но голосовать нужно не сердцем и кошельком, а мозгами», - пишет Геннадий Георгиевич.


«Минкин, вы не очень точно знаете избирательный закон. Голоса избирателей, проголосавших за не прошедшие партии, не пропадают, а делятся между партиями-победительницами». Так примерно вы и сказали.



Александр Минкин: Безусловно. Это два аспекта одного и того же явления. Они пропадают в том смысле, что для меня то в минус все, пропал мой голос.



Елена Рыковцева: «Где ваши письма президенту? Почему вас держат в "МК"? Проситесь на «Свободу», - советует Александр. Но письма-то идут. В «МК» есть письма.



Александр Минкин: Такое странное послание. Если он читает письма, почему он советует мне прекратить их писать?



Елена Рыковцева: Не знаю, проситесь на «Свободу» - имеется в виду с большой буквы.


«Удивляет позиция президента. Накануне выборов он взял знамя партии заплывшего жиром чиновничества», - пишет Трушин.


«Минкин, экономисты признают, что успехи нынешней России, кроме цены на нефть, обусловлены реформами 90-х годов, легко критиковать, ничего не предлагая», - пишет Раиса из Москвы.


«Бесчестные выборы нужно только бойкотировать, т.к. чем меньше людей придет на выборы, тем больше будет несогласных с диктатурой, которая установлена в стране». Ну, мы это уже обсудили, что голос не пришедшего может быть все равно как-то подсчитан.



Александр Минкин: Да, если вы не пришли, ваш бюллетень может быть использован.



Елена Рыковцева: «В 1996 году вы приложили немало усилий, чтобы Ельцина затащить на второй срок. Сейчас вы действуете почти в том же направлении». А кого же сейчас Минкин затаскивает?



Александр Минкин: Да ну их! Возьмите подшивку в библиотеке.



Елена Рыковцева: «Чтобы стать национальным лидером, Путину придется отправить Людмилу Абрамову в монастырь», пишет Каримов. Кто это – Людмила Абрамова?



Елена Рыковцева: «Р азумеется, все схвачено. Вместо интриги, только горечь и отвращение. Но осталось уважение к себе. Если "наша" партия до выборов дойдет, то 3 голоса из 5 отдадим ей, а 2 – «Справедливой
России», - так уже распределили семейные голоса Майоровы.


«Предвыборные дебаты по телевидению - это трусливый лепет перед властью, а народ им просто не верит», - из Белоруссии Галина так видит выборы в России.



Александр Минкин: Кстати, вы заметили, что никто в упор, мы сейчас говорили о «Яблоке», об СПС, о коммунистах, о «Единой России», а где же эта «Справедливая Россия»? Вот это мироновское чучело, чучело партии, оно же просто исчезло. Они же говорили: «Мы – партия Путина».



Елена Рыковцева: Так понятно, почему исчезло. И на этом все лопнуло.



Александр Минкин: Он зарезал их. Но мне их не жалко.



Елена Рыковцева: Не будем проливать сейчас слезы.


Людмила Ивановна из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Во-первых, Александр, ни в коем случае не меняйте ни свой имидж, ни свои взгляды, ни свою работу. Продолжайте оставаться таким, всего-то их, может, три человека, которые нам хотя бы сколько-то правды говорят. Хочу по поводу выборов сказать, что я давно не хожу, потому что я уже даже бросила Москву и не хожу на выборы. Но в этот раз пойду обязательно. Выбор есть. А по поводу голосов, разделившихся на передаче «К барьеру!», безмерная любовь к Путину, конечно, не есть любовь к Михалкову, просто Михалков – такой гламурный человек, и он далек от сути вещей. И он выставляет себя напоказ, но мы его будем любить как режиссера, а Путина как президента. И потом, мы Путину доверяем и, возможно, безмерно любим не за то, что он сделал, а за веру в то, что он что-то должен перевернуть и что-то сделать. И мы на это надеемся. Минкин, не уходите.



Александр Минкин: Спасибо.



Елена Рыковцева: Путин с Минкиным, не уходите.



Александр Минкин: Я потом хочу у вас попросить распечатку этого фрагмента, потому что человек и за Михалкова, и за Путина, и:



Елена Рыковцева: :и за Минкина.



Александр Минкин: Не за меня, а за мои заметки. Ну, как это совмещается? Широк русский человек.



Елена Рыковцева: Людмила Ивановна сказала, что в этот раз пойдет на выборы. Это очень важно. Сергей из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Я хотел бы задать Александру такой вопрос. Скажите, как вы относитесь к варианту трудоустройства Владимира Путина в качестве руководителя Федерального Собрания Российской Федерации? Там две палаты, и сейчас есть Госдумы, Совет Федерации, а вообще это единая структура.



Александр Минкин: Иосиф Виссарионович занимал разные должности. И несмотря на то, как называлась его должность, он был человеком номер один, вот этот «большой Джо» с ним только и имели дело. Все остальные вокруг него были холуи, прихвостни и дрожащие, ужасно дрожащие. А был ли он при этом генеральным секретарем, или он в какой-то момент стал генералиссимусом, или в какой-то момент он был председателем… Кем бы он ни был, начиная с начала 30-х годов, а еще, может, где-то с 1927 года уже почти, и до своей смерти, как бы ни назывался его пост, он был номер один. И он был один. А все остальные просто не существовали в глазах мира и в глазах страны.



Елена Рыковцева: Эта модель может быть перенесена на…



Александр Минкин: Какая разница, как назывался Ким Ир Сен или Мао Цзэдун? Великий председатель или великий руководитель, или великий вождь…



Елена Рыковцева: «Знаете ли вы, что на некоторых избирательных участках города Москвы вместо кабинок для голосования стоят открытые столы, и люди не могут проголосовать тайно?» - спрашивает Ирина. А уже участки открылись для досрочного голосования?



Александр Минкин: Столы, наверное, там советчики всякие сидят. Кабинки будут, наверное, стоять. Я советую, кто ездит на метро, почитайте стихи. «Единая Россия» расклеила плакаты с такими стихами, я не могу начитаться. Я их, к сожалению, уже наизусть знаю, про пень, у которого побеги будут весной, куда побеги – не знаю. И так далее. То есть стихи такие страшные, что тоже, видимо, какой-то иностранец за большие деньги написал. Совершенно не русские, ну просто… Ведь в России поэзия, столько поэтов… Они, наверное, пожадничали заплатить хорошему поэту.



Елена Рыковцева: Да, наш Вилли Пальвелев вчера читал стихотворение вот это. Я не запомнила, но это очень смешно.



Александр Минкин: Чудовищный бред просто, стыдуха.



Елена Рыковцева: Пишет мне Александр, что «не очень это честно читать первые несколько слов, оставляя за бортом саму мысль». Александр, вот сколько мне на пейджер надиктовали, сбросили, столько я и читаю. «Представлять борцов с властью, убегающих от одного слова Суркова, так же смешно, как Ленина, бегущего от угроз царского чиновника. Тот, кто борется, должен иметь характер, говорить нет и Суркову, и самому Путину».



Александр Минкин: Да ладно, Ленин убежал от угроз царского чиновника и пил пиво в Швейцарии много лет. Ничего, не волнуйтесь.



Елена Рыковцева: Это вам: «Вы начали говорить о новой российской вышке, т.е. Высшей школе экономики. Согласны ли вы с Панариновско-солженицыновской позицией, что новая вышка более губительна для России и привела ее к вырождению и коррупцию, т.к. она превращает россиян в рейтинговое мясо?» - Георгий спрашивает.



Александр Минкин: Я не понял, но я все равно согласен. Что бы он ни сказал, Георгий, я с ним согласен, чтобы не спорить.



Елена Рыковцева: «Тот, кто находится в здравом уме и в твердой памяти, зная цену нашей власти, должны бойкотировать выборы. За СПС тянется шлейф Чубайсовщины. А наша элита превратилась в мальчиков по вызову. Например, Астахов, Ерофеев, если судить по последней программе"Времена". – пишет Марина из Москвы.



Александр Минкин: Да, мне еще понравилось, Астахов – есть такой адвокат, который сейчас бурно-бурно действует, организовывает движение «За Путина», это тот самый Астахов, который сначала защищал Гусинского, группу «МОСТ», а потом защищал американского шпиона Поупа, и вот теперь он защищает Путина. Это драйв шикарный.



Елена Рыковцева: Александр, я вам больше расскажу. У нас был 25 октября эфир на Радио Свобода, куда мы пригласили Павла Астахова поговорить о его книге «Рейдер». «Рейдер» - это книга о том, как страшно все в России прогнило, это книга чудовищного состояния страны. И наши слушатели звонили Павлу Астахову и говорили: «Вот только вы, Политковская и Щекочихин способны говорить правду».



Александр Минкин: Супер!



Елена Рыковцева: На следующий день я включаю эту программу «Вести», где показывают митинг из Твери, где говорит какие-то слова Астахов, что он за Путина и за то, чтобы его курс продолжался. Я звоню своему коллеге, который слушал программу мою вчерашнюю, он говорит: «Это двойник, этого не может быть». То есть мне пришлось залезть в интернет, посмотреть расшифровку этой программы: «Да нет, вроде он». «Да двойник». И вот мы смотрим расшифровку этого сюжета, нет, написано «Павел Астахов».



Александр Минкин: Ой, какие-то недавно пословицы я у Даля читал про совесть, там написано: что в мешок положишь – то твое.



Елена Рыковцева: Но там смысл в том, что в стране все плохо, а с Путиным все хорошо. Вот он пишет о том, как страшно все в стране, но зато Путин – это хорошо.



Александр Минкин: В этой ситуации мне больше нравится Путин, чем Астахов. Потому что он взял себе этого адвоката, который защищал американского шпиона. Понимаете, вот наш президент:



Елена Рыковцева: Широкий жест.



Александр Минкин: :при всей его истории и при той организации, откуда он родом:



Елена Рыковцева: И шпиона, и Гусинского.



Александр Минкин: :он себе взял, видимо… Это что-то! Это какая-то всеобщая неразборчивость, это какая-то такая всеобщая неразборчивость.



Елена Рыковцева: Анна Яковлевна из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Сейчас, например, говорят про «Единую Россию», мы – три инвалида, и я обращалась за помощью, у меня муж умер в мае, я к Немцову обращалась, к «Яблоку» обращалась, к Жириновскому обращалась: помогите мне похоронить. Я не хотела по-райсобесному хоронить, мне райсобес обещал похоронить. И мне только «Единая Россия» оказала помощь. Никаких выборов не было, ничего. И отремонтировали мне квартиру. И «Московскому комсомольцу» большое спасибо.



Елена Рыковцева: Анна Яковлевна, и я вам тоже благодарна за звонок. Потому что это огромный дефицит звонков, говорящих хорошие слова о «Единой России».



Александр Минкин: Лучше сказать, отсутствие звонков.



Елена Рыковцева: Потому что в реальной жизни не встретишь человека, который за «Единую Россию». Спрашиваю у знакомых: «У тебя есть знакомые, которые голосуют за «Единую Россию»? Нет этих людей. Где эти люди? Я вам очень благодарна и признательна, что есть такие люди.



Александр Минкин: Да.



Елена Рыковцева: У вас есть, Александр, знакомые?



Александр Минкин: Ни одного. Конечно, когда мы с вами сидим на «Свободе», то слушатели «Свободы», возможно, не поклонники «Единой России».



Елена Рыковцева: Да ладно, у нас очень разная аудитория.



Александр Минкин: Разная аудитория.



Елена Рыковцева: Ведь Путина же поддерживают некоторые. А где партия то?



Александр Минкин: Не вижу я… Вы знаете, что люди в троллейбусах говорят? Орут, откровенно и очень грубо орут про эту «Единую Россию», и говорят, вот что им… в сумку. И где сторонники – непонятно. Но они их найдут. Потому что спущены разнарядки. Председатель домкома или как он там называется звонит старшему по подъезду в Москве и требует список поквартиный, кто пойдет за «Единую Россию». Само по себе это бред, потому что человек может сказать да, а на участке сделать нет, потому что его в кабинке не видно. Но факт остается фактом. Они просто панически собирают голоса. Они сейчас, все губернаторы ездят, встречаются с народом, умоляют, уверяю вас, умоляют пойти голосовать. Публично они не могут говорить: вот умоляю, пойдите за «Единую Россию», умоляю пойдите. А негласно: иди за «Единую Россию», если я узнаю, что ты… То есть давление, угрозы, все что угодно. А почему? Потому что, очевидно, их внутренние опросы, которые более реальную картину показывают, чем публикуемые публично, видимо, показывают не такую радужную картину.



Елена Рыковцева: Да, вот считается, что и Путин пошел их укреплять, потому что опросы внутренние не очень хорошую показывали картину.


Светлана пишет: «Если мы не придем на выборы, мы можем доказать, что мы не голосовали. Перед тем, как давать бюллетень, нас регистрируют и берут паспортные данные и подпись, личную подпись».



Александр Минкин: Вы потом ничего не докажете.



Елена Рыковцева: «Не стоит доверять словам «единоросса» Чурова, так же как и «Единой России», вводящей людей в заблуждение. Чуров советует опускать чистые бюллетени против всех, но они также будут использованы «Единой Россией». Можно вписать в чистый бюллетень кого угодно. Лучше антиконституционные выборы бойкотировать. Выхода нет в любом случае. Чистый бюллетень и неприход на выборы - одно и то же для фальсификации выборов», - пишет Наталья Львовна.



Александр Минкин: Она во многом права, кроме одного. Чуров из ЛДПР. Но главное было то, что он из Питера и знакомый Путина.



Елена Рыковцева: «Наверное, имелось ввиду не Абрамова, а Агапова (доярка или ткачиха), - уточняет Ирина, - а кабинки действительно прозрачные».


«Как известно события в истории повторяются дважды, у нас же беличье колесо. Мы бегаем, как белка в колесе, и возвращаемся к тому, с чего начали: к диктатуре, к правящей партии, руководитель правящей партии становится премьер-министром. Мы приходим к тому, что уже было», - заключает Александр Сергеевич.
Олег Борисович пишет, что «Минкин, вы неправильно сформулировали, мой голос не просто пропадет, а обязательно достанется или «Единой России», КПРФ, или «Справедливой России». Он считает, что три партии все-таки войдут.



Александр Минкин: Если бы был организован бойкот, я, наверное, присоединился бы к этому.


Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG