Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Детские дни в Санкт-Петербурге: ценить того, кто на тебя не похож


Ирина Лагунина: В Петербурге продолжаются Детские дни, проводящиеся в рамках программы по толерантности "Точки зрения". Смысл этой программы - показать детям, что можно ценить и уважать того, кто совсем на тебя не похож. У микрофона Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: "Детские дни" в Петербурге в этом году - особенные. И не только потому, что идут под знаком толерантности, а потому что уже сам принцип их построения предполагает возможность выбора. Я бы сказала, что "Детские дни" получились, так сказать, "трехэтажными": первый этаж, основание, на котором стоит все остальное, - это выставка "Добавить в друзья" в музее Ахматовой в Фонтанном доме - целый зал белых воздушных шаров, по мановению посетителей превращающихся в портреты и рассказы о себе нескольких десятков детей - в основном, тех, которые для большинства являются "другими" - это иностранцы, инвалиды, воспитанники детских домов, спецшкол или, наоборот, элитных школ и гимназий. Второй этаж - это собственно музейные программы, III фестиваль детских музейных, в котором участвует больше 20 музеев города, каждый со своими маршрутами, наконец, третий этаж - это серия вечеров в музее Ахматовой, проходящих прямо на выставке "Добавить в друзья". На большинстве этих вечеров
петербургские писатели и историки ведут с детьми - со старшими школьниками, разумеется, серьезный разговор на самые острые темы, и современные, и вечные. Правда, два или три вечера не предполагали участия писателей и историков, один из них - это тренинг-встреча "Учимся уважать и ценить различия". В зале небольшими группами сидят подростки и что-то пишут на листочках. Они получили задание и пытаются определить, какие качества им нравятся в их друзьях. Девочки - обеих зовут Аня - справились первыми. Аня Первая.

Аня: Нам нравится дружелюбие, открытие и интерес к жизни.

Татьяна Вольтская: Когда слушаешь ведущую - руководителя информационно-правового центра Петербургского института раннего вмешательства Викторию Рыскину, невольно вспоминаешь, что хороший ведущий - всегда немного провокатор.

Виктория Рыскина: Девушки уже написали в силу, видимо, легкости. Другой склад ума женский, он не так серьезно относится. Есть такие стереотипы относительно мужчин и женщин – мужчины более серьезные, женщины более поверхностные. Мы можем это оспорить, но, тем не менее, такие стереотипы существуют. Вот сейчас мы обопремся об эти стереотипы и попробуем обсудить то, что у нас получилось. В первый столбик мы записываем в людях какие-то качества, которые вызывают уважение. Второй столбик – это что-то, что вызывает наш интерес. Не знаю, уважают или нет, но в общем интересно было бы поближе с этим познакомиться. И третий столбик – это те качества, по которым я выбираю себе друзей, то есть группы, среди которых я нахожусь. Я хочу быть всегда членом какой-то группы, как любой человек, вот что это за группа, что нас объединяет.

Татьяна Вольтская: О качествах, вызывающих уважение, говорит ученик 10 класса знаменитой в Петербурге 239 математической школы Максим.

Максим: Доброта, ум, даже сначала доброта, скорее, и какая-то усидчивость, старательность вызывает уважение.



Татьяна Вольтская: То, что ты сам не можешь сделать, а другой может.



Максим: Это полезное качество.

Татьяна Вольтская: А вот что вызывает уважение у девочек - они в прошлом году закончили школу.

Аня: У нас в первом столбике оказались честность, преданность и стойкость – это именно те качества, за которые, я считаю, нужно уважать и ценить человека. Потому что честность очень большое влияние оказывает вообще в жизни. Не только по поводу друзей, но и по поводу близких людей.

Татьяна Вольтская: Вместе с подростками в тренинге принимает участие и руководитель организации инвалидов "Мы вместе" Юрий Кузнецов, вот его первый столбик.

Юрий Кузнецов: Порядочность, целеустремленность и настойчивость.

Татьяна Вольтская: Потом конечно, начинаются споры.

- Есть у нас что-то общее – настойчивость, стойкость.



- Настойчивость и усидчивость – совсем разное.



- Усидчивость с позиции еще ученика, когда ты выходишь из школы, то усидчивость переходит в некоторые другие. То есть ставишь себе цель, и ты к ней идешь.



Татьяна Вольтская: Следующий пункт - среди каких людей нам хочется быть, какими качествами эти люди обладают. Дружелюбие, хорошее настроение и желание познать жизнь - эти качества, названные девочками, сразу вызывают вопрос у Руслана, тоже 10-классника из 239 школы.

Руслан: Познать жизнь – как это можно понять?

Аня: Постоянно что-то хотеть, энергию проявлять свою.

Максим: Дружелюбие в смысле, что реально подружиться. Мы ничего не написали, потому что не поняли мы вопроса. Понятно, можно друга описать. Компанию друзей я сложно себе представляю. Мне просто не повезло, не удалось встретить кучу людей, которым я могу доверить все свои тайны. Но я знаю, что, по крайней мере, очень многим я могу сказать что-то такое личное, чтобы они хранили это. Вот, наверное, важное качество тоже. Открытость – это вообще такое качество размытое и необязательно открытый человек может как открыто принять, так открыто и отдать. То есть умение дружить.



Виктория Рыскина: Возможно, мы понимаем под одними и теми же словами разное или под разными словами одно и то же. Но я думаю, мы здесь согласимся, что мы одно и то же имеем в виду. То, что вы имели под дружелюбием в виду.



Аня: Умение дружить относится к тем качествам, которые мы уважаем, а вы написали доброта, еще что-то. Однако сейчас ты пришел к выводу, что ты хочешь дружить с теми людьми, которые тебе преданы, которые умеют хранить секреты.

Татьяна Вольтская: Здесь в разговор вступила вторая Аня. И снова Максим, чья реплика дает Виктории Рыскиной повод сделать вывод.

Максим: Видимо, я вас не понял.



Виктория Рыскина: Это очень важное замечание, которое ты сделал Максим – способность понять другого и подумать, что ты его может быть не понял. Есть такое чудесное выражение, я недавно его услышала, когда я спросила человека – ты понимаешь меня? Я думаю, что я тебя понимаю. И это отличный ключ к нашим размышлениям о толерантности. Недаром последний столбик оказался трудный, потому что мы очень часто не замечаем, как мы оказываемся в кругу каких-то людей, которые чем-то похожи на нас и начинаем думать: вот мои, а вот это не мои. Например, 239 школа – это математики, это люди, которые знают себе цену. Есть люди среди них: мы 239, а вот это – нет, напротив школа.



Максим: Снобизм называется.



Виктория Рыскина: Это может по-разному называться, на самом деле по большому счету в том, чтобы объединиться среди похожих людей, совсем нет ничего плохого, но это надо осознавать. То, что мы пытались сделать – это осознавать, что я среди других, похожих на меня начинаю потихонечку быть снобом.



Татьяна Вольтская: Следующее задание было немудреное, но довольно популярное в подобных психологических играх: взять фотографии совершенно незнакомых людей и сказать, что ты о них думаешь. Вот фотография: уже седой, энергичный человек перед микрофоном. Кто это, пытается угадать Аня.



Аня: Вероятно, политик. Что-то лицо знакомое, но припомнить не могу. Я думаю, что у него есть семья, дети. У человека жизнь нормально складывается.



Максим: Это человек, который выбился в политику не за деньгами, а за своими убеждениями. Поскольку, видимо, часы у него совсем не «Ролекс». Я не скажу, что совсем плохие часы, нормальные часы, но не «Ролекс», не выпендривается он. То есть он как бы отстаивает явно свои убеждения, заинтересован в этом, он готов идти за ними до конца и, возможно, признать свою ошибку. Как бы он не тупо устремлен в какую-то цель, сам ведет свою игру.

Виктория Рыскина: Вот этот человек мне кажется бюрократом, человек, который говорит заученные слова, у него такое выражение лица, как будто он действительно давно в политике. Но явно совершенно не говорит то, что думает.

Татьяна Вольтская: Тайну - кто же этот человек - раскрывает Юрий Кузнецов.

Юрий Кузнецов: Это уполномоченный по правам человека Владимир Петрович Лукин. Так что вы его описали вполне. Портреты оказались просто чрезвычайно близки к тому, чем занимаются эти люди.

Виктория Рыскина: Это упражнение было нацелено на то, что по внешнему виду человека можно подумать очень многое, много угадать, а многое совсем не угадать и нафантазировать бог знает чего. Именно потому что нами движут часто стереотипы. Что значит имидж, почему мы так стараемся выглядеть так, особенно в бизнесе. Точно, как в нашей группе выглядеть. Не дай бог, нас перепутают, мы не побреемся или что-нибудь сделаем такое, что мы перестанем быть членами нашей группы и про нас начнут думать то, что думают обычно про людей, которые так выглядят.

Татьяна Вольтская: В перерыве я спросила у организаторов этой игры-тренинга, почему они решили устроить ее в музее Ахматовой.

Виктория Рыскина: Прежде всего, потому что сейчас проходит выставка, которая связана с толерантностью. А мы с Юрием давно уже в этой теме и в основном проводим тренинги по пониманию инвалидности. Но тема гораздо шире. Инвалидность как раз принять может быть попроще будет, чем какого-то человека другой культуры. Поэтому, собственно, мы выходим на тему принятия различий, каким нужно быть, чтобы быть толерантным. Это вопрос к себе самому на самом деле. Мы верим в то, что небольшие усилия могут что-то поменять.



Юрий Кузнецов: Не нужно дожидаться, когда люди, имеющие какие-то общие черты, но их будет меньшинство, они будут собираться в свои маленькие группки, они будут бояться большинства и тем самым мы просто идем в никуда, мы идем в тупик. Мы хотим, чтобы наш город был открытым, значит мы хотим как-то учиться воспринимать друг друга. Через инвалидность проще всего. Мне очень долго пришлось для себя самого формулировать какие-то вещи, где я буду толерантен по отношению к тем людям, которые на меня смотрят может быть не так, которые могут не открыть дверь. К этому тоже пришлось придти. Они не помогают не потому что они плохие, а потому что они этого не заметили.



Татьяна Вольтская: Или им вообще никто не сказал, что такое бывает, что надо об этом задумываться специально.



Юрий Кузнецов: Вот я думаю, что это комплексный вопрос. Инвалидность, она видна, а люди с различными другими отличиями культурологическими, тут гораздо все сложнее. Они вроде здоровые, и имеют стандарт 90 – 60 – 90, а культурно они другие. И общество друг, бац, ставит перед ними барьер.



Татьяна Вольтская: Как интересно, то, что вы говорите – толерантность. Собственно говоря, человек действительно, к которому должна быть обращена своей сияющей медалью, часто получается, что он от себя ничего не ждет, он сам встречное движение не делает. А это обоюдный процесс.



Юрий Кузнецов: Обязательно нужно идти навстречу друг другу. Через это мы можем перекинуть мостик к совершенно другим проблемам. Толерантность, она как радуга. У нее будет очень много оттенков. Слово одно, переводится как терпимость, а когда начинаешь рисовать, получаешь огромное количество оттенков.

Виктория Рыскина: Мы стремимся к толерантности вслед за западными странами, вслед за Америкой политкорректной, где вообще на самом деле все ведут себя прилично, не позволяют себе говорить про людей, какие они по качествам, афроамериканцы и так далее. По большому счету что-то с ними сделал закон о политкорретности. А с другой стороны, мы видим, мне кажется, трудно быть в российском обществе быть толерантными именно потому, что люди здесь более открытые и больше задумываются друг о друге, больше открыты чувствам друг друга. Именно поэтому это рождает как приятие, так и неприятие. То есть в Америке, мне кажется, гораздо легче быть толерантным человеку, потому что он открыт. У нас же такой сложный исторический культурный контекст, он рождает эту вещь: я все принимаю на себя, я надеваю на себя, примеряю рубашку, я начинаю бояться этого, потому что я приближаюсь.



Татьяна Вольтская: Но ведь очень многих на Западе тошнит, если говорить открыто, от этой политкорректности. И вопрос миграции здесь очень важен, именно это обоюдное движение. Шведы рассказывали мне, что вот приезжают мусульманские семьи, их женщины тухлую рыбу выбрасывают на лестничную площадку и ни приведи господь, им что-то сказать, они сразу начинают кричать о том, что ты должен быть толерантен. Очевидно, такая толерантность и политкорректность – это карикатура на саму себя.



Виктория Рыскина: В том-то и дело, что карикатура. И самое главное, добиться движения души. А по большому счету, это ты и другой человек, как мы взаимодействуем. Мы все равны, из другой культуры или просто соседи по лестничной площадке. В этом смысле это труднее для России, но это и ценнее. Нам часто с Запада люди ездят для того, чтобы ощутить эту открытость, это человечность, то, что есть в людях, которые живут в этой культуре. Поэтому нам труднее быть толерантными.

XS
SM
MD
LG