Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борис Немцов о Путине, беспределе, холуйстве, коррупции и подхалимаже


Михаил Соколов: У нас в гостях в Московской студии Радио Свобода член политсовета Союза правых сил Борис Немцов.


Борис Ефимович, я знаю, что вы только что были у Гарри Каспарова, который вышел из тюряги. Как у него дела после пяти дней ареста?



Борис Немцов: Я очень рад, что Гарри освободили. Он в хорошей форме, так же энергичен, весел и рад видеть своих и соратников, и близких, и естественно, маму Клару Шагеновну. Ну, что я могу сказать... Сегодня он, кстати, будет на «Эхо Москвы», по-моему, в 11 часов, и будет он там с Анатолием Карповым. Вы можете себе представить такое...



Михаил Соколов: Сеанс одновременной игры или одновременной борьбы вместе с коммунистом Карповым?



Борис Немцов: Нет, вы представляете, Михаил, что это событие эпохального значения. То есть это люди, которые в силу очевидных обстоятельств долгие годы не общались, не разговаривали. И когда Анатолий Евгеньевич пришел на Петровку, 38 несколько дней назад, то я, например, посчитал, что это какое-то знаковое, поворотное событие. Человек, который все время был с властью, человек, который все время был лояльным, человек, который со времен Брежнева никогда не проявлял какого-то вольнодумства, скажем, человек пришел на Петровку, 38, будучи членом Общественной палаты, чтобы встретиться с Гарри Каспаровым, с которым у него крайне непростые отношения. Ну, согласитесь, это дорогого стоит.


А Гарри в хорошей форме. Вот рассказывал, собственно, как он сидел в одиночной камере. Эта камера была на Петровке, 38.



Михаил Соколов: То есть ему агитировать никого не дали? Один сидел.



Борис Немцов: Да боялись как огня. Ну, хотя... я не могу детали рассказывать, поскольку мы договорились не распространяться, в общем-то, и на Петровке, 38, в казематах тоже есть нормальные люди, я так коротко скажу, тоже нормальные люди, и тоже, в общем, хотят фотографироваться с чемпионом мира, с легендарным человеком, и относятся более-менее с пониманием. Хотя, конечно, извне идут сигналы: душить, «мочить» и так далее.


А вообще, то, что власть сейчас творит, у меня в голове не укладывается.



Михаил Соколов: Слушайте, но вы тоже на «Марш несогласных» вышли. А многие же не ждали. Вы в этой же студии говорили, что «никогда не выйдем мы с этими самыми злодеями, красными...».



Борис Немцов: Я вам скажу так, во-первых, Михаил, никогда не говори «никогда».



Михаил Соколов: О! Это самокритика.



Борис Немцов: Нет, это классика. Во-вторых, должен вам сказать, что мы не согласны с курсом, который проводит Путин. Мы не согласны с курсом на беспредельную коррупцию. Ведь итог его работы таков: в 1990-е годы мы были на 85 месте по уровню коррупции в мире, что плохо, а сейчас мы на 143 месте, что катастрофично.



Михаил Соколов: Ну а вам скажут: «А кто это посчитал?». Кто посчитал, кто коррупционнее?



Борис Немцов: Я вам отвечу. Это посчитала организация «Международная прозрачность», международная организация, кстати говоря, с которой сотрудничают наши граждане, эксперты. А экспертами являются и журналисты русские, экспертами являются и бизнесмены, и социологи, и политологи, и рядовые граждане. И должен вам сказать, что данным этой организации доверяет весь мир, в том числе и Россия.



Михаил Соколов: Борис, вот я сегодня прочитал некий список благодеяний от адвоката Астахова. Знаете, он сейчас агитирует за создание движения «За Путина!». И вот у него целый список есть плюсов путинских. Давайте мы пройдемся?



Борис Немцов: Пожалуйста.



Михаил Соколов: Вы все о минусах, а вот он - о плюсах. Смотрите, налоги снизили...



Борис Немцов: Михаил, а можно я вам скажу? Дело в том, что о плюсах Путина говорят все без исключения. Вы хотите продублировать «Первый» и «Второй» каналы Российского телевидения?



Михаил Соколов: Нет, я хочу вас спросить...



Борис Немцов: Пожалуйста, я буду отвечать.



Михаил Соколов: Давайте. Налоги снизили, говорит Астахов.



Борис Немцов: Налоги в начале работы Путина, когда он еще не «забронзовел» и не обнаглел, снизили. Кстати, должен вам сказать, что Союз правых сил был инициатором этого снижения. Например, плоская шкала налогообложения подоходного налога – это наша заслуга. Отмена оборотных налогов – это наша заслуга. Он не сопротивлялся снижению налогов, я бы так сказал.



Михаил Соколов: Дальше. «Расплатились с внешним долгом».



Борис Немцов: Он бы с внутренним еще расплатился – цены бы ему не было. А ведь, кстати говоря, внутренний долг – это гораздо более серьезная вещь.



Михаил Соколов: Так...



Борис Немцов: Минуточку! Это сбережения, это долги, в том числе и перед военными. И по этим долгам он не расплатился.



Михаил Соколов: «Прекратили войну в Чечне».



Борис Немцов: Это вранье! На Северном Кавказе постоянно идет террористическая война. Посмотрите, Дагестан – каждый раз убивают. Вот недавно убили, вы знаете, лидера «Яблока». До этого убили нашего представителя Союза правых сил, в начале года. Каждый день там убивают. В Ингушетии война идет. Неужели это непонятно? Идет настоящая война. Поэтому это – обман. А из-за цензуры, которую он ввел, народ не знает, что происходит на Северном Кавказе. Северный Кавказ пылает, он находится в огне, и это правда.



Михаил Соколов: «Сохранили территориальную целостность России».



Борис Немцов: Вы знаете, Борис Николаевич Ельцин сохранил ее, и в гораздо более тяжелое время, когда нефть 10 долларов стоила.



Михаил Соколов: «Люди узнали, что такое потребительские кредиты и ипотека».



Борис Немцов: Это правда. Но причем здесь Путин?!..



Михаил Соколов: «Провели социальные реформы».



Борис Немцов: Секунду! Это важно. Это правда. Но причем здесь Путин?!.. Это банки коммерческие сделали.



Михаил Соколов: Провели социальные реформы, говорит Астахов.



Борис Немцов: Это монетизацию что ли?



Михаил Соколов: Вот он пишет как раз: «Монетизация, которую ругали, необходимой оказалась».



Борис Немцов: Я вам так скажу, он провел бездарно монетизацию. Многие пенсионеры потеряли возможность получать лекарства из-за зурабовской реформы. И если это считать успехом, то я считаю, что это катастрофа.



Михаил Соколов: «Президент не побоялся брать ответственность за непопулярные реформы».



Борис Немцов: Можно я скажу по поводу реформ? Он довел до кризиса пенсионную систему, кстати говоря, вместе с Зурабовым. Кризис пенсионной системы следующий. У нас 38 миллионов пенсионеров в стране получают пенсию в 3 тысячи 200 рублей в месяц – в лучшем случае. Притом, что баррель нефти стоит 100 долларов. В 1997 году, когда я работал в правительстве, и нефть стоила 10, знаете, какая была пенсия? 60 долларов. А сейчас она 120-130. А вам не кажется, что если нефть выросла в цене в 10 раз, то платить такую нищенскую пенсию – это позор? Не кажется вам это?



Михаил Соколов: Ну, вы же хотели подискутировать о пенсиях с властями... Получилось?



Борис Немцов: Вы что, не знаете, что они испугались? Они со мной не участвуют в дискуссии.



Михаил Соколов: Я вот Харитонова видел, Барщевского сегодня видел... C вами разные люди дискутируют, по-моему. Да? Но не «Единая Россия», согласен.



Борис Немцов: Я вам так скажу, есть власть, и она представлена «Единой Россией». А они трусы, они испугались дискуссии. И я бы им ровно задал этот вопрос: «Господа, как при 450 миллиардов долларов резерва Центрального банка, 150 миллиардов долларов профицита бюджета, Стабилизационного фонда, как вы опустились до того, что платите такие нищенские пенсии?». И кроме того, у нас сейчас пенсии – 24 процента от зарплаты. В 2020 году, если политика Путина и Зурабова будет продолжена, а он хочет этого, то пенсии будут не 24, а 20 процентов, а потом – 15 процентов от зарплаты. То есть у нас вообще на пенсию не будет возможности выходить.


Мы, Союз правых сил, предлагаем другую схему. Первое: направить прибыль госкорпораций – «Газпрома», «Роснефти», Сбербанка, РАО «ЕЭС России», «Российских железных дорог», «Транснефти» - на повышение пенсий. Сверхприбыли в связи с такими ценами на нефть и газ.


Второе: мы предлагаем создать глобальный пенсионный фонд, куда включить, во-первых, ту прибыль, которую получают компании от сверхвысоких цен на нефть и газ, а во-вторых, прибыль, которую получит государство от акционирования абсолютно вороватых, неэффективных компаний. Вот мы предлагаем сделать пенсионную систему как в Норвегии, где тоже много нефти, где тоже создан глобальный Пенсионный фонд, и прибыль от него, от этого фонда, в размере 1 триллион долларов реинвестируется на повышение пенсий. А они этого не хотят делать.



Михаил Соколов: Борис, но власти все время говорили: «Мы не дадим вам раздербанить, всяким популистам, Стабилизационный фонд». Который вы хотите теперь вдруг на пенсии пустить.


И знаете, что сегодня случилось? Зубков, премьер-министр, поручил Минфину перевести 300 миллиардов рублей из Стабилизационного фонда в бюджет и профинансировать взносы... Знаете - куда? В уставной капитал «Внешэкономбанка», Российскую корпорацию нанотехнологий и увеличение Инвестиционного фонда. Интересно?



Борис Немцов: Да, интересно. Во-первых, Михаил, они уже дербанят Стабилизационный фонд. Причем они Стабилизационный фонд дербанят, раздавая крупным корпорациям деньги. Вот то, что вы сейчас рассказали...



Михаил Соколов: Но корпорации и в долг назанимали, насколько я знаю.



Борис Немцов: Ну, они назанимали...



Михаил Соколов: Много.



Борис Немцов: Во-первых, «Газпром» и другие госструктуры назанимали уже больше 400 миллиардов долларов. И когда будет дефолт, то за этот дефолт будет платить государство. Когда говорят, что товарищ Путин расплатился с внешним долгом, то это обман. Его государственные компании, которые он контролирует, набрали взаймы огромное количество денег. И если «Роснефть» рухнет, если «Газпром» рухнет, то кто будет платить?



Михаил Соколов: Государство...



Борис Немцов: Что, бабушки с дедушками будут платить за счет своих пенсий?



Михаил Соколов: Стабилизационного фонда хватит на несколько лет.



Борис Немцов: Теперь по поводу Стабилизационного фонда. Я вам могу сказать, они накачали из Стабилизационного фонда уставные капиталы воровских госкорпораций. Вот вы сейчас сказали о нанотехнологиях, а еще олимпийская корпорация, еще там куча...



Михаил Соколов: «Олимпстрой» называется.



Борис Немцов: Да, «Олимпстрой». Самые, кстати, непрозрачные, самые вороватые структуры, которые только можно было создать, - это так называемые госкорпорации. Где нет наблюдательных советов, где нельзя проводить аудит, где правительство не может контролировать, куда расходуются бюджетные средства, где назначает президента корпорации президент страны и снимает его – и все. Почему такая воровская система создана? Потому что можно дербанить деньги из бюджета, да и собственность тоже.


А можно еще про астаховские «достижения» пару слов?



Михаил Соколов: Да пожалуйста! «Достижений» же много. Вот включи утюг – и вам про достижения расскажут, конечно.



Борис Немцов: А вот про армию он ничего говорил, что там были достижения?



Михаил Соколов: Про армию как-то постеснялся...



Борис Немцов: А я могу рассказать. За восемь лет его правления куплено три самолета для армии. Вы знаете об этом?



Михаил Соколов: А это военная тайна.



Борис Немцов: Ничего подобного! Это – бюджет... позорный. Один «Ту-160», стратегический бомбардировщик, два «Су-34».


А еще одну тайну я вам скажу: 60 танков аж он купил за восемь лет.


И еще одна тайна: 150 тысяч бесквартирных офицеров с женами и детьми по-прежнему бомжуют. Вот это «достижения» у нас в Вооруженных силах.


И еще одна тайна: у нас три подводные лодки стоят без ракет «Булава» в Северодвинске, потому что все шесть пусков были неудачными. Понимаете, да?



Михаил Соколов: Мне больше понравилась новость, что количество офицеров ФСБ в одном отдаленном регионе за несколько лет увеличилось в 2 раза, до какой-то умопомрачительной цифры.



Борис Немцов: А я вам могу сказать, бюджет спецслужб за годы его правления вырос в 7 раз, а пенсии – в 2. Нормально?



Михаил Соколов: Да ничего.


«Борис, объясните избирателям, что Путин никогда не заботился о них, да и не будет. Он защищает интересы Абрамовичей, которые привели его к власти, используя избирателей как попугаев», - пишет Владимир из Люберец.



Борис Немцов: Можно я Владимиру в цифрах изложу тему? Вот смотрите, их пропагандистская машина говорит, что они национальные проекты выполнили, и они блестящие. На все национальные проекты, какие есть в стране, а именно: сельское хозяйство, образование, здравоохранение и жилье, - они выделили из бюджета 8 миллиардов долларов. А Роману Абрамовичу по указанию Путина «Газпром» выплатил 13 миллиардов долларов за «Сибнефть». 13 миллиардов долларов за «Сибнефть»! И я обращаю ваше внимание на то, что это в 1,5 раза больше, чем все национальные проекты вместе взятые.



Михаил Соколов: Но нефть дорогая - и компания дорогая.



Борис Немцов: Секунду! То есть на одной чаше весов – все учителя, все врачи, работники сельского хозяйства, бесквартирные люди, миллионы людей, а на другой – Рома Абрамович. Он получил 13 миллиардов. Он и есть главный национальный проект, который был выполнен в полном объеме.


А теперь по поводу остальных национальных проектов. Давайте разберем конкретный национальный проект «Доступное жилье». Главное, что случилось: за два года цены на жилье выросли в 2 раза. Жилье стало недоступным. Проект надо переименовать в «Недоступное жилье».


Второе. Сельское хозяйство. Цены на все продукты питания стремительно растут – и на молоко, и на молочные продукты, и на сыр, и на подсолнечное масло – на все. Провальный проект. Просто цены растут – значит, провальный. И все от импорта зависит.


Третий проект: «Народное образование». На всех этапах народного образования сплошные взятки. Вот когда я свою дочку Дину отвожу в муниципальный детский садик на Севере Москвы, в районе Ленинградского проспекта...



Михаил Соколов: Вы помогаете воспитателям?



Борис Немцов: Я помогаю воспитателям следующим образом. Они мне говорят: «Ты знаешь, хороший ты парень, и знаем мы тебя. Но только надо было прийти четыре года назад и занять очередь в детский садик». Я говорю: «А что, до момента зачатия надо было прийти что ли?!». Они говорят: «В принципе, так все и делают». Я говорю: «Вы знаете, так все делают, а я вот не успел...». «Не успел?». Тогда они нам объявляют цифру: «70 тысяч рублей занесите – и в муниципальный садик можете ходить без ограничений». 70 тысяч! И куда бы я ни приехал в стране... там меньше расценки, безусловно, но и в Самаре, и в Нижнем Новгороде, и за Уралом – везде, чтобы в детский садик ребенка устроить, надо платить. Школа. 1 сентября все идут с деньгами. Почему? Школьный спортивный зал надо делать, учебники покупать надо, ремонт надо делать. Университеты. Дочь старшая закончила МГИМО. Да, есть выдающиеся люди, которые там учатся и не будут никому платить. Но большая часть людей для того, чтобы экзамены сдать во время сессии, готовы платить. Это взятки.



Михаил Соколов: А что, Путин виноват, что люди взятки дают?..



Борис Немцов: Теперь о здравоохранении в стране. Оно у нас либо отвратительное, либо очень дорогое.


Поэтому они провалили все национальные проекты, кроме одного – Романа Абрамовича. Тот получил 13 миллиардов долларов, живет припеваючи. Хотя чем он отличается от Ходорковского, честно говоря, я не знаю. Может быть, мне кто-нибудь из радиослушателей объяснит.



Михаил Соколов: Обязательно.


Света пишет: «Муссолини говорил подданным: «Ешь и молчи». А вам не кажется, что в «Лужниках» и сегодня Путин сказал то же самое?».


А Путин сказал: «Нельзя допустить возвращения во власть тех, кто уже пытался безуспешно порулить страной, а сегодня хотел бы перекроить и заболтать планы развития России, изменить курс, поддержанный нашим народом, вернуть времена унижения, зависимости и распада. Страну пришлось вытаскивать из ямы».


Вот вы в заявлении Федерального политсовета СПС пишете сегодня: «Путин открыто назвал врагами России Союз правых сил». А с чего вы взяли? А коммунисты что, не были у власти?



Борис Немцов: По поводу 1990-х. Вы знаете, Владимир Владимирович, видимо, о себе говорит. Дело в том, что в 1990-е годы Владимир Владимирович руководил страной: он был премьер-министром, он был начальником ФСБ, он был начальником Контрольного управления.



Михаил Соколов: Вы были там вместе.



Борис Немцов: А теперь я вам расскажу, в чем разница. Вот когда Березовский хотел захватить «Газпром», желая стать председателем совета директоров «Газпрома», то Путин стоял в стороне. А мы ему, Березовскому, не дали это сделать.



Михаил Соколов: А Березовскому шесть лет сегодня дали.



Борис Немцов: Я понял. Да, дали ему.



Михаил Соколов: Заочно.



Борис Немцов: Да, заочно. А когда мы не дали Березовскому и Гусинскому захватить «Связьинвест», всю телекоммуникационную, стационарную систему страны, то Путин стоял в стороне в 1990-е годы. Он дружил тогда с Абрамовичем и Березовским. И именно Абрамович и Березовский его представили Ельцину как преемника. Вместе с дочкой президента и ее мужем Юмашевым они, собственно, и пролоббировали Владимира Владимировича в качестве преемника. Что, это неправда?



Михаил Соколов: Ну, Татьяна Дьяченко тоже вас пригласила, Борис, в вице-премьеры. Правда?



Борис Немцов: Так что, на самом деле, правда состоит в следующем. Владимир Путин дружил с Березовским и Абрамовичем, и поэтому стал преемником. А мы с ними воевали и не дали им «Газпром», и не дали им «Связьинвест». Вот в чем состоит правда.



Михаил Соколов: Но Березовского-то он как бы обидел.



Борис Немцов: А теперь по поводу 1990-х. 1990-е – это были тяжелые годы, это сущая правда. Потому что надо было страну из банкротства вытаскивать, в которое она провалилась после краха СССР, долгов и угрозы голода и холода. Что было в 1991 году – я это помню как губернатор тех времен. И кроме того, не повезло России в 1990-е – нефть 10 долларов стоила, а сейчас – 100. И врагов никаких нет. И из банкротства никого не надо вынимать.


Неужели за это время нельзя было сделать профессиональную армию? Неужели за это время нельзя было сделать достойное здравоохранение? Неужели за это время нельзя было создать приличную пенсионную систему? Неужели за это время нельзя было прекратить грабить регионы? Ничего же не сделано, вообще ничего. Да, страна живет за счет нефтедолларов, это понятно. Можно бабушке Пелагее, которую в Уфе встретили, дать 300 рублей дополнительно, и еще остальным пенсионерам. Только эти 300 рублей уже инфляция «съела», уже давно «съела». Вот дали с 1 декабря повышение пенсий, а инфляция уже «съела».


Так что про 1990-е... он, видимо, про себя говорил. Нечего ему было дружить тогда с Березовским и Абрамовичем – и все было бы хорошо.



Михаил Соколов: Борис, вот Путин сказал: «Начинается период полного обновления всех высших органов власти». Это что он обещает – чистку или что-то другое? Или придут преемники...



Борис Немцов: Понимаете, там уже, по-моему, последний начальник ЖЭКа из Питера, естественно, занимает ключевые должности в Кремле.



Михаил Соколов: Питерцы обидятся.



Борис Немцов: Но это правда. У человека кадровый голод. Уже только родственники устраиваются на работу в правительство. Вы что, не знаете?! Родственники. Зубков с министром обороны – родственники. Голикова с Христенко – родственники. Там уже все одни родственники. Это же клан, на самом деле. На самом деле, никакого обновления быть не может. Человек никому не доверят. Он доверяет только тем, с кем работал в КГБ, и тем, с кем он был в мэрии. Но все они уже давно в Москве. Какое обновление? О чем вы говорите?!


Да, действительно, Путин и его администрация дали указание губернаторам: дать процент за «великого вождя» и за его партию. И теперь каждый губернатор знает... Например, Дарькину в Приморье сказали - 60 процентов. А Ишаеву в Хабаровске сказали – 75. И каждый губернатор знает, что если он этот процент не даст, то с работы снимут. Поэтому из кожи будут лезть, фальсифицировать, устраивать черт знает что, чтобы только остаться в своих креслах. Это все понятно.



Михаил Соколов: А зачем же на такие выборы-то идти, позориться?



Борис Немцов: Михаил, дело в том, что надо использовать любую возможность для того, чтобы предложить альтернативу этому пагубному курсу – курсу на латиноамериканский капитализм, курсу в «третий мир».



Михаил Соколов: А они вам нарисуют 1 процент.



Борис Немцов: Это не имеет никакого значения, сколько они... Знаете, Михаил, вы удивитесь, но это вообще никакого значения не имеет. Имеет значение другое. За это время я исколесил Россию и побывал я в десятках городов, в 32 регионах страны, встретился с десятками тысяч людей. Наших сторонников огромное количество. И именно поэтому такая истерика у Путина.


Вы думаете, почему господин Путин разбросал по всей стране листовки о том, что все наши агитаторы больны СПИДом и ВИЧ-инфицированы, от Владивостока до Калининграда? Вы думаете, почему сегодня обзваниваются московские квартиры в 3 утра и людям говорят: «Немедленно вставайте и голосуйте за СПС»? Вы думаете, почему такая истерика на телеканалах с лживыми роликами... Уже Доренко... До чего дошли – они уже Доренко на «Первый» канал пригласили.



Михаил Соколов: А он согласился, коммунист Доренко.



Борис Немцов: Он всегда служил хозяевам. Он сначала служил Березовскому, теперь хочет служить Путину. Он же продажный. Он талантливый, но продажный, мы же это знаем.



Михаил Соколов: А вы его купите.



Борис Немцов: Зачем?



Михаил Соколов: А он талантливый.



Борис Немцов: А зачем мне негодяи? Мне не нужны негодяи. Я предпочитаю с приличными людьми общаться.



Михаил Соколов: Вот вам тут пишут: «Что вы будете делать с партией ДПР и ее лидером Богдановым?». Рекламные ролики.



Борис Немцов: Послушайте, вы знаете, вот люди, которые так себя ведут, они плохо кончат, причем сами, ничего делать не надо. Рано или поздно негодяи будут наказаны. Причем я даже участвовать в этом не буду. Вот когда люди совершают подлость, то они должны знать, что рано или поздно им эта подлость вернется троекратно, и у них будут проблемы. Это очевидно совершенно. То, что они исполняют... Кстати, таких партий, которые... Знаете, вот вчера, например, я был в пикете с Гарри Каспаровым. И там подошли эти подловатые «нашисты», которые ко мне, как правило, подкрадываются сзади, вот всегда сзади, подленько...



Михаил Соколов: А вы им в морду.



Борис Немцов: Нет-нет. Они так подленько (как в Красноярске было) подкрадываются сзади, пытаются набросить на голову мешок или облить меня шоколадом или еще чем-нибудь, и после этого считает, что он задачу Путина выполнил на 100 процентов. На самом деле, это очень подленькое поведение. Естественно, как мужик я поворачиваюсь и бью по морде. И вот когда вчера подошли бомжи-провокаторы и подошли вот эти «нашисты», то я вдруг понял, что это и есть избиратели Путина, это и есть его сторонники. Достойные люди, люди, у которых есть чувство собственного достоинства, они никогда в жизни не будут за них теперь голосовать. Это же полные беспредельщики.


Слушайте, вот как они издеваются над пенсионерами. Они разослали от нашего имени письма сейчас пенсионерам о том, что «в Союзе правых сил выдаются дисконтные карты, и если вы получите дисконтные карты, то у вас будет скидка в московских гастрономах 50 процентов». И несчастные пенсионеры через всю Москву приезжают к нам в офис.


Мы говорим: «Идите в Кремль, идите к Путину. Это он такой беспредельщик, это он такое устраивает».


Когда арестовываются по всей стране наши активисты и наши агитаторы, когда нас арестовывают в Петербурге, - это же полный беспредел. Когда 15 миллионов газет в 24 городах страны арестовывают чекисты и арестовывают милиционеры, это у нас что, выборы? Я вам могу сказать, все закончится одним – выборы никогда не будут признаны легитимными, выборы никогда не будут признаны справедливыми, никогда не будут признаны демократическими. Он за эти выборы потерял лицо. Вы не можете себе представить, как это репутационно на нем скажется в дальнейшем. Он стал Александром Лукашенко. Это близнецы-братья. Это одно и то же.



Михаил Соколов: Вот вопрос с пейджера: «Борис Ефимович, за что возбудили уголовное дело на мэра Ставрополя (а так же еще на председателя Законодательного собрания)? Путин стоит вне закона. Его законы не касаются. Насколько это справедливо?».



Борис Немцов: Во-первых, начнем со второго. Вы знаете, есть такое знаменитое высказывание Муссолини: «Для друзей – все, а для врагов – закон». Путин живет по несколько иным понятиям. Он живет по следующим понятиям: для друзей – все, а для остальных – беспредел. Поскольку «Справедливая Россия» - это уже теперь «остальные», то для них – беспредел.


Я был в Ставрополе. И я знаю мэра Ставрополя Кузьмина. Он, кстати, выиграл выборы. Ставрополь – единственный российский регион в нашей стране, где на региональных выборах победила «Справедливая Россия». И как бы я ни относился к этой партии, созданной в Кремле, кстати, по инициативе того же Путина, и Миронова мы тоже знаем, и его любовь к Путину мы тоже знаем, тем не менее, справедливости ради надо сказать, что в Ставрополе «Справедливая Россия» ведет себя достаточно независимо. А главное, рейтинг доверия к ней существенно выше, чем у «Единой России».


Лидер списка «Единой России» в Ставрополе – господин Шойгу. Он бесится и находится в истерике оттого, что вот что бы он там ни делал... а он там особо ничего внятного не делает, там даже после наводнения мост не построен, на самом деле. И кстати, сам Шойгу еще не ответил на вопрос: почему он не ушел в отставку после того, как в течение этого года сгорело четыре дома престарелых? Они сгорели. А он за пожарных отвечает. В том числе, кстати, сгорели и в Ростове, и в Туле, и в Омске. И поскольку рейтинг доверия к «Единой России» там низкий, то они решили заняться репрессиями. Потому что у каждого из них – план. Я же говорю, у каждого там план.



Михаил Соколов: «План Путина».



Борис Немцов: И если губернатор или первый в списке, Шойгу в данном случае, план не выполнит, то будет катастрофа. Поэтому они решили бороться со своими оппонентами с помощью спецслужб. Сейчас придумали, что у мэра Ставрополя нашли какие-то фашистские ордена.



Михаил Соколов: Ну, нашли... А какая разница-то?



Борис Немцов: Нет, во-первых, я не верю в это. Это полная чушь. Знаете, как наркотики подбрасывают.


Во-вторых, я просто знаю этого человека. Я же говорю вам, я во время поездки был в Ставрополе. Конечно, они полные беспредельщики.


Кстати, вы себе представить не можете, какой там «черный» пиар. Там, знаете, покрашенный дом, дом совсем новый. Вот просто какие-то вандалы черным графитом пишут «Голосуй за СПС!», а рядом – «Голосуй за «Справедливую Россию»!». Это делает «Единая Россия». Понимаете, да?



Михаил Соколов: Скоро вас объединят, таким образом.



Борис Немцов: Нет, нас не объединят.



Михаил Соколов: Как на «Марше несогласных».


Вот пишет Валентина: «Все мои знакомые всегда голосовали за СПС, а сейчас мы уверены в том, что вас не пропустят, и решили, как протест, голосовать за коммунистов».



Борис Немцов: Это глупая идея, извините, конечно. Можно я свое мнение выскажу?



Михаил Соколов: Да ради Бога!



Борис Немцов: Вот смотрите, во-первых, коммунисты с Кремлем договорились. Вот я с ними участвовал в дебатах. Сегодня с утра, между прочим, - с Николаем Михайловичем Харитоновым. Он, как известно, в списке коммунистов.



Михаил Соколов: Аграрий, видный.



Борис Немцов: Да, видно, аграрий. И один из лидеров коммунистов, сейчас в списке у них. И я ему задал вопрос: «Николай Михайлович, скажите, а проект «Сельское хозяйство» (вы же директором совхоза были), его провалили или нет?». Знаете, как он ответил?



Михаил Соколов: «Цены на бензин растут».



Борис Немцов: Нет. «Есть некоторые недоработки в этом проекте».


А когда мы беседовали со Смолиным и Савицкой на дебатах против Миронова, то они тоже как-то по поводу «Плана Путина» и его курса очень осторожно высказывались.


Это карманная партия. Зюганов уже человек пенсионного возраста. Очевидно, что это никакая не оппозиция. Поэтому если вы хотите власть поддержать, то можете голосовать либо за коммунистов, либо за «Единую Россию».


И что важно здесь. Важно следующее. Важно понять, действительно, протестный потенциал. А это – голоса за Союз правых сил. Более того, они бы не стали нас так «мочить». Они бы с утра до вечера не устраивали истерики в СМИ...



Михаил Соколов: А это личная месть.



Борис Немцов: Ничего подобного!



Михаил Соколов: Вы в какое-то больное место Путина ударили. И он вам мстит.



Борис Немцов: А в какое, интересно? Я сказал, что при нем коррупция выросла? Так это правда. Я сказал, что он регионы грабит? Это правда. Я сказал, что он цензуру ввел? Это правда.



Михаил Соколов: Что он друг Абрамовича.



Борис Немцов: Так это сущая правда.



Михаил Соколов: Путин на «Челси» не ездит, на футбол.



Борис Немцов: Минуточку! Это сущая правда. Послушайте, у Абрамовича четыре самолета, четыре яхты, и он хозяин «Челси». И он его назначает губернатором Чукотки, и переназначает на новый срок губернатором Чукотки. Это чистая правда.



Михаил Соколов: А он там платит из своих денег жителям Чукотки.



Борис Немцов: Ничего подобного! Когда банкротили ЮКОС, он спасал «Сибнефть». Владимир Владимирович друг Романа Аркадьевича Абрамовича – это все знают. И что в этом такого?.. И 13 миллиардов долларов по его указанию Роман Аркадьевич получил.


Я что-то не понимаю, о чем идет речь. Если они считают, что это неправда, то пусть они со мной судятся на эту тему. И мы тогда в суде объясним людям...



Михаил Соколов: В Басманном?



Борис Немцов: Вот вы будете смеяться, по поводу сделок и о 13 миллиардах долларов Абрамовича можно судиться в любом суде.



Михаил Соколов: Даже в Басманном?



Борис Немцов: Да. А по поводу чего судиться, скажите? Эта сделка была. Ее осуществила государственная компания «Газпром», которая находится под контролем Путина. И сделка эта возмутительная, хамская. Лучше бы пенсии подняли людям на 1,5 тысячи.


Кстати, вы знаете, что такое 13 миллиардов долларов? Можно каждому пенсионеру поднять пенсию на 1,5 тысячи рублей.



Михаил Соколов: Отлично!


Давайте слушателей подключим. Майя Ивановна, пожалуйста. Здравствуйте.



Слушатель: Уважаемый ведущий и уважаемый господин Немцов, я хочу вам сообщить следующее. Я москвичка. Моя дочь, она медик в одной из муниципальных поликлиник Москвы. Она мне звонит и говорит: «Мама, ты знаешь, что у нас выдумали?». Я говорю: «Что выдумали у вас?». «Нас заставляют скопом, то есть всей компанией идти голосовать от поликлиники в близлежащую школу. Составили списки. И сказали, что если кто-нибудь не явится (а им в конце года выдают по итогам года какие-то деньги небольшие), то вы будете этой денежной суммы лишены». Вы мне скажите, это тоже «План Путина»?



Борис Немцов: Конечно, «План Путина».



Михаил Соколов: Спасибо, Майя Ивановна.



Борис Немцов: Майя Ивановна, у меня к вам предложение, и к вашей дочке. Во-первых, привет ей обязательно передавайте. Они могут идти голосовать, поскольку их лишат премии, но пусть они голосуют за оппозицию, за Союз правых сил – и все. Просто придут, раз их так насилуют... Я вам скажу больше.



Михаил Соколов: А просят сфотографировать, Борис, на мобильный телефон бюллетень.



Борис Немцов: Это я вам рассказывал. Когда в Ростове работница кондитерской фабрики мне сказала, что она хочет голосовать за Союз правых сил, но не может, потому что начальник цеха сказал, чтобы она 3 декабря пришла на работу с «мобильником» и сфотографированным бюллетенем, то я, конечно, пришел в ужас.


Но я вам другие истории расскажу.



Михаил Соколов: Ну, ничего. Можно карандашом написать, нам объяснили, а потом стереть.



Борис Немцов: Вот в Ульяновске студенты (я был в Ульяновске) рассказывают такой случай. Если ты не идешь на митинг в поддержку Путина или если ты на митинге говоришь, что ты хочешь голосовать за другую партию, то это является основанием для того, чтобы тебя исключили из университета. Нормальная история?


А когда во Владивостоке ветеранов собирают в собесе и говорят, что «пенсии маленькие, но их платит «Единая Россия», и если вы не проголосуете, то вы без пенсии останетесь», это нормальная история?



Михаил Соколов: А вот вам посылают сообщение: «Словами чекистский крюк не разогнешь».



Борис Немцов: Вы знаете, я считаю так. Они, конечно, беспредельщики, но мы должны действовать в рамках закона. Кстати, главный наш тезис: верните нам Конституцию, соблюдайте Конституцию, которую Путин растоптал, все ее статьи растоптал, все до единой. Понимаете? И то, что они сейчас выкручивают руки в школах... Они же сейчас в Москве вот что вытворяют. Они сейчас через учителей, через классных руководителей собирают родителей, объясняют, что нужно идти, что строем, единым порывом, иначе закроют школу, иначе не будут платить зарплаты, иначе дети не смогут нормально учиться. Они хотят нагнать страха на всю страну.


Они уже напугали бизнесменов. Они бизнесменам говорят: «Если, не дай Бог, вы поддержите какую-нибудь оппозиционную партию, то вы без бизнеса останетесь». Пенсионерам они говорят, что «если, не дай Бог, не проголосуете, то вы без пенсии останетесь». Учителям, врачам они говорят: «Если, не дай Бог, не поддержите партию, то без работы останетесь». Студентам говорят, что из университетов выгонят.


Ну, они беспредельщики. Вы что, не понимаете, что нельзя насиловать страну? Нельзя! Это невозможно! Потому что крепостная, рабская страна никогда не будет великой, никогда не будет успешной. Никогда!



Михаил Соколов: А вам Чубайса припоминают. Говорят, что он вас с финансами подвел, а потом лучше бы он сам ушел. А то все говорит: «Останусь в СПС. Останусь в СПС». Ну, исключите вы его.


Кстати, вас же столько людей уже подвело на этих выборах.



Борис Немцов: Михаил, я вам скажу так. Партия за эти выборы реально стала сильнее и стала другой. И даже слепой это видит. То, что партия окрепла, и благодаря тому беспрецедентному, наглому, подлому давлению, которое мы испытываем со стороны власти.


Что касается Чубайса, то Чубайс в этих выборах не участвует. Он не участвует в этих выборах ни финансово, и это видно – у нас денег нет. Он не участвует в этих выборах ни политически, и это вы тоже видите. Партия находится в оппозиции к Путину. Единственная партия на этих выборах, которая не согласна с «Планом Путина», не согласна с курсом Путина и открыто об этом говорит.



Михаил Соколов: Александр из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. У меня маленький комментарий. Может быть, мэр Ставрополя коллекционер-фалерист и собирает фашистские ордена. Не вижу в этом ничего особенного.


А вопрос у меня такой. Мне эти выборы напоминают советский фильм «Буратино». Алиса – Матвиенко, Базилио – Миронов. Матвиенко: «Не торопись, Миронов, проценты счет любят». Миронов: «В рожу вцеплюсь!». Матвиенко: «У нас административный ресурс. А административный ресурс не делится? Не делится. Попробуем делить на Путина. Нам 60 процентов, а вам – 7». Миронов: «Ты меня не путай!». Матвиенко: «Ну, когда я тебя путала? У нас Путин. Так? Так. Путин на два не делится? Не делится. Попробуем делить на административный ресурс. Это неделящееся себе и возьму».



Михаил Соколов: Но это не вопрос.



Борис Немцов: Александр, это красиво, я вам могу сказать.



Слушатель: Миронов: «Обманула! Запутала! У, подлая!». Ну, дальше рассказывать не буду, фильм все видели. И вопрос. А вам это не напоминает такое?



Борис Немцов: Ну, вы знаете, у нас же выборы-то свелись к довольно простой конструкции. У нас Путин борется с Союзом правых сил – и все, больше ничего нет на площадке. Миронов... ну, понимаете, человек с такой политической шизофренией: с одной стороны – «люблю Путина, изнемогаю», а с другой стороны – «ненавижу «Единую Россию», - этот человек никаких перспектив не имеет. И хотя вы Буратино вспомнили с юмором, и я ценю, но, тем не менее, нельзя смешить народ. Народ у нас неглупый совсем.


А что касается остальных партий, то они все договорились. Вот у меня сегодня были дебаты с Жириновским. Я не знаю, видели вы или нет...



Михаил Соколов: В 7 утра.



Борис Немцов: Нет. У меня с Жириновским были дебаты на ТВЦ без пятнадцати...



Михаил Соколов: Еще раз?



Борис Немцов: Нет, у меня в 7 утра были дебаты с Барщевским и Харитоновым, а с Жириновским были без пятнадцати шесть. Даже Жириновский, ну, так наложил в штаны... Я просто, честно говоря, его такого напуганного не видел. Я ему уже сказал: «Владимир Вольфович, вы неправильные билборды повесили. Вы должны «не» зачеркнуть. Должны оставить «Врать и бояться».



Михаил Соколов: Нет, «брать».



Борис Немцов: И «брать и бояться», и «врать и бояться». «Оставьте это».


Но я удивляюсь другому, ну, реально удивляюсь другому. Я не понимаю, а чего они боятся-то? Чего они боятся? Понимаете, правду говорить легко и приятно, говорил профессор Преображенский. И именно поэтому Союз правых сил искренне и открыто себя ведет на этой кампании, искренне и открыто. Никто из них не опроверг ни одного нашего тезиса, я подчеркиваю, ни одного – ни по коррупции, ни по Вооруженным силам, ни по пенсиям, ни по грабежу регионов – ни по одному вопросу.



Михаил Соколов: Борис, а вы обратили внимание на то, что Жириновский выступил после Путина, после сегодняшнего выступления на «Первом» канале, но только еще жестче, в такой манере, что всех уже надо «замочить»?



Борис Немцов: Я же с ним встречался потом в прямом эфире.



Михаил Соколов: Значит, его через 7 процентов переводят.



Борис Немцов: Я вам еще раз говорю, после того, как они взяли Лугового в список – человека, которого обвиняют в злодейском убийстве, полонием убил человека...



Михаил Соколов: А он – невинное дитя.



Борис Немцов: Подождите! После того, как они взяли... очевидно, что это было согласовано с Путиным и с Кремлем – вот такая строчка, стало очевидно, что это кремлевская партия, которая в тандеме работает с партией власти. Поэтому голосовать что за Путина, что за Жириновского – это одно и то же. Да, он более комичный, он более харизматичный, да, он и клоун, с одной стороны, и вроде такой фольклорный, и так далее. Но это одна и та же команда, это одна и та же суть. И поэтому то, что он суфлирует, то, что на всех дебатах он как черт от ладана... Я ему говорю: «Владимир Вольфович, скажите, а вот не закупаются у нас в стране самолеты, все разворовывается на уровне Генштаба. Скажите, кто в этом виноват?». Знаете, что он отвечает?



Михаил Соколов: «В России всегда воруют».



Борис Немцов: «Большевики, - он отвечает, - виноваты, что три самолета только купил Путин». Большевики в 1917 году. Еще хорошо, что до декабристов не дошло дело.



Михаил Соколов: Евгений вас спрашивает: «Скажите, в случае вашего прихода к власти, в чем гарантия, что у вас власть на этот раз не отберут, как это случилось в прошлый раз, и вы ее сумеете отстоять?».



Борис Немцов: Вы знаете, мы уже опытными стали. За одного битого двух небитых дают, как известно. Мы будем всерьез заниматься, во-первых, кадровым вопросом.


Во-вторых, мы будем отменять те абсолютно наглые нормы, которые Путиным введены. Мы отменим «басманное правосудие». У нас есть поправка в закон, которая утверждает, что если президент либо Администрация президента, либо губернатор, либо мэр давит на суд и требует решения (не важно какого), то это основание для импичмента.


И я вас уверяю, что если хотя бы был один случай в стране, даже не президента, а губернатора отрешили бы от должности, потому что он давил на суд, у нас уже давно было бы независимое правосудие.


Мы отметим цензуру. Дальше. Мы направим сверхдоходы от дорогой нефти и газа на повышение пенсий. Мы выровняем бюджетную обеспеченность между Москвой и регионами, чтобы учителя в Туле, в Калуге, в Рязани могли получать хотя бы похожую на московскую зарплату. Ведь сейчас тульский учитель 3 тысячи зарабатывает, а московский – 30. Это же беспредел при тех деньгах и тех возможностях, которые у нас есть.


Дальше. Мы сделаем профессиональную армию в нашей стране. Уже давно пора, потому что иначе – дедовщина, иначе Андрей Сычев – это не последний будет кошмар и не последний беспредел, который в армии творится, который остался без ног и без гениталий.


Безусловно, мы приняли решение участвовать в президентских выборах, потому что мы понимаем, что парламентские выборы недостаточны для того, чтобы поменять курс.



Михаил Соколов: Вот вам и пишут: «Господа, слишком много кандидатов-демократов в президенты – Немцов, Явлинский, Буковский, Каспаров, Касьянов и так далее».



Борис Немцов: Мы это хорошо знаем. И этот список тоже хорошо знаем. Сегодня я был у Гарри, я уже говорил, в Гагаринском переулке. Мы, слава Богу, в хорошем контакте будем обсуждать. Мы сейчас пройдем парламентские выборы, Михаил. И мы все готовы сесть за стол переговоров с тем, чтобы координировать наши действия.



Михаил Соколов: Вот вам вспоминают: «Если бы вы своевременно объединились, то была бы стопроцентная вероятность пройти в Думу».



Борис Немцов: Вы знаете, вот «если бы» уже сейчас не работает. Максимум, что мы сейчас можем сделать в смысле объединения, то это объединиться, чтобы не было крупномасштабных и наглых фальсификаций. Здесь, кстати, и с «Яблоком», и с коммунистами, и с другими партиями мы можем спокойно садиться.



Михаил Соколов: Евгения Витальевна из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Как-то, вообще, дурят нас... То Сталин был во всем виноват, теперь Путин во всем виноват. Но вот вы, Борис Ефимович, говорите о чем-то, что «это наша заслуга, это наша заслуга...». Значит, вы действовали, вы работали, значит, между Сталиным и Путиным были вы, и есть у вас...



Борис Немцов: Между Сталиным и Путиным еще был Хрущев, Брежнев, Горбачев. Вы забыли?



Слушатель: Значит, вы работали, и были недостатки. А вот насчет недостатков недавно личный врач Ельцина сказал, что «спасибо Путину, что он разрешил произносить слово «патриотизм». Вот после окончания Второй мировой войны Германия была в таких развалинах, и там государственность запретила те политические партии, которые привели вот к такому развалу.



Михаил Соколов: А это хорошо. Эта идея интересная. Иван Ильин, между прочим, такой философ был, его Путин любит цитировать, вот он как раз предлагал коммунистов люстрировать навсегда, чтобы они не участвовали ни в каких выборах.



Борис Немцов: Евгения Витальевна, а вот вы считаете, что «басманное правосудие», коррупция и патриотизм совместимы или нет? У меня просто к вам вопрос.



Слушатель: То, что в Америке партии...



Борис Немцов: Секундочку! Не из Америки, из России. Вы считаете, что «басманное правосудие», коррупция и патриотизм совместимы или нет?



Слушатель: Борис Ефимович, вы святые слова говорите. Я с вами согласна.



Борис Немцов: Нет, не святые. Я хочу, чтобы вы мне ответили.



Слушатель: Но ведь «Единая Россия» уже 16 лет у власти. И если человек начал воровать 10 лет тому назад, то у него воровские связи все крепнут и крепнут. Поэтому если они начали воровать при вас, то при Путине-то они вообще расцвели.



Борис Немцов: Евгения Витальевна, у нас на Руси... ну, мы же неглупые люди, у нас на Руси, как известно, воруют всю жизнь, со времен... Карамзин об этом говорил, кто только не говорил... Гоголь, не будем вспоминать. Но такого беспредела, как сейчас, не было. В том числе и в 1990-е годы. Они дети, те коррупционеры, в 1990-е годы...



Слушатель: Но вы же не боролись с коррупцией.



Борис Немцов: Это неправда! Я вам могу сказать, почему она сейчас расцвела. Она расцвела из-за того, что была введена цензура Путиным, и чиновники поняли, что их никто критиковать не будет. Она расцвела потому, что была уничтожена оппозиция, и никто партию власти критиковать не может. Она расцвета потому, что отменили выборы, и теперь назначенные чиновники должны выслуживаться перед начальством, и не перед кем больше не отчитываться. Она расцвета потому, что не принят закон Союза правых сил о конфликте интересов, где мы предлагали, чтобы каждый чиновник заполнял декларацию о своих бизнесах, а также бизнесах своих родственников, включая и жен. Они не приняли этот закон, хотя он в 2001 году был в первом чтении одобрен, а потом он в Кремле застрял. А знаете почему? Потому что если бы этот закон был принят, и страна бы знала, что у Лужкова, что у Батуриной, что у остальных в бизнесе, я вас уверяю, что даже одно это знание уже бы их останавливало от того, чтобы натягивать на себя, вместо того, чтобы работать для людей.



Михаил Соколов: А Батурина и не скрывает.



Борис Немцов: Неужели вы не понимаете, что создана закрытая, клановая, коррупционная система, без смены курса которой мы эту проблему не решим. Ведь, смотрите, богатейшая страна, 100 долларов за баррель – такие деньги, а народ нищий.



Михаил Соколов: «Сколько «стоит» Путин в финансовом смысле?», - спрашивает Лилия.



Борис Немцов: Я не знаю. Откуда я знаю? Я думаю, что со временем мы это узнаем. А сейчас, конечно, это тайна за семью печатями. Очевидно, что родственники Путина, его близкие, его друзья и так далее контролируют огромные бизнесы, связанные с «Газпромом», около «Газпрома», медийные бизнесы. Из Питера все бизнесмены, которые с ним работали, переехали в Москву, и прочее, прочее. Это мы все знаем. Но чтобы узнать его личное состояние, это нужно исследование такое серьезное, которое может провести человек, который уже пришел к власти.



Михаил Соколов: А вот вам Украину вспоминают, что там снимали губернаторов тех областей, которые не голосовали за одну власть, за другую власть.



Борис Немцов: Вы знаете, в Украине, конечно, может быть, и снимали, и не снимали. Но только в Украине честные выборы, в том числе и последний раз. Те выборы, которые прошли, и где победили Партия регионов, Ющенко и Тимошенко, эти выборы были честными, признанные и Россией, и Европой, и всем миром. И естественно, Украиной.


А у нас готовится крупномасштабное, наглое надувательство. Они же уже достали своей рекламой, они же уже достали своим «национальным лидером». Они уже никому не дают слова сказать. Они – самые великие, они – самые неповторимые, они несокрушимые. Понимаете, это невозможно. Ведь, действительно, холуйство, подхалимаж достигли уже беспредела. Ну, действительно, беспредела. Ну, дайте вы людям, в конце концов, спокойно выбрать. Почему они, трусы, отказались в дебатах участвовать? Чтобы народ мог спокойно сказать: «Да, власть у нас замечательная, да, она предлагает хорошие проекты. А вот эти оппозиционеры, они никуда не годятся». Почему они отказались? Потому что сказать нечего – слабые.


Давайте Астахова сюда приведите, я буду с ним в студии разговаривать.



Михаил Соколов: Обязательно!



Борис Немцов: Приведите сюда Астахова.



Михаил Соколов: Поздно уже.



Борис Немцов: Путин же сюда никогда не придет...



Михаил Соколов: Астахов на митингах по всей стране...



Борис Немцов: На митингах? Вы знаете, на охолуевших митингах он, это я уже понял, да. А ему не стыдно? Ему же потом в глаза детям посмотреть надо будет.



Михаил Соколов: Борис, как вы считаете, пошел с президентскими выборами в ход сценарий «Преемник» или «президент Зубков» - это такая прокладка на несколько месяцев, или это будет следующий президент-марионетка в руках «национального великого лидера»?



Борис Немцов: Последний вариант. Конечно, последний вариант.



Михаил Соколов: На четыре года?



Борис Немцов: Почему такая истерика? Истерика ровно за тем, чтобы получить мандат от народа правдами и неправдами, надувательством, выкручиванием рук, а потом сказать: «Не важно, кто у нас президент, я тут всем правлю». Только одного не знает Путин. Это называется «двоевластие». Если он будет на Рублевке сидеть, у себя на даче, а в Кремле будет марионетка-президент, то это – двоевластие. А двоевластие – это Смута. Было у нас двоевластие в 1993 году. Ельцин – с одной стороны, Хасбулатов, председатель парламента – с другой. Чем закончилось? Стрельбой по парламенту, попыткой захвата «Останкино», гибелью несчастных, невинных людей, между прочим, простых. Двоевластие «Ельцин – Горбачев» чем закончилось? Развалом огромной страны. Двоевластие, которое после отречения Николая II от престола, чем закончилось? Гражданской войной и морем крови.



Михаил Соколов: А Иран живет с Советом аятолл и Верховным аятоллой, и президента выбирает.



Борис Немцов: Но мы – не Иран. Мы – Россия. Более того, он не Дэн Сяопин. Мы - не Китай. Понимаете, мы европейская... да, мы уникальная, но мы европейская цивилизация. У нас своя судьба. Почему не изучают историю? Неужели непонятно, два срока прошло по Конституции – уходи, дай людям нормально выбрать президента, не дави. Люди сами выберут. Они неглупые люди, они знают, за кого голосовать. Не надо их считать за идиотов. Что это за унизительная такая история, что нужно тыкать и говорить: «Вот за этого! Вот за этого! Вот за этого!»? Ну что, в конце концов, народ уже такой несмышленый, он сам не может разобраться?..



Михаил Соколов: Магомет из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.



Слушатель: Добрый вечер. Борис Ефимович, если вот в этот переломный момент два срока президент просидел, и если люди не выберут другого, то последующие президенты будут вот так себе делать поле для своей деятельности... чтобы свои щупальца пускать. И я лично, мое окружение, все будут голосовать за СПС, и многие-многие.


И у меня вопрос. Я прихожу на выборы, проголосовал я. Уходит банк данных куда-то в Центризбирком. Так?



Борис Немцов: Да.



Слушатель: А кто этим банком управляет? Это интересует мое, во всяком случае, окружение. Это очень большой фактор. Понимаете?



Борис Немцов: Магомет, во-первых, я вам скажу следующее, страшную тайну партийную выдам. Во-первых, я вам благодарен за то, что вы поддерживаете СПС. Это для нас очень важно. И спасибо вам большое. Я думаю, что умные люди и люди, у которых не потеряно собственное достоинство, они ровно так и будут делать – они будут за нас голосовать.


А страшная тайна следующая. У нас на каждом из почти 100 тысяч избирательных участков есть наблюдатели от Союза правых сил. Это бесит власть, но это правда. В этом смысле партия поработала очень серьезно. И естественно, мы будем контролировать подсчет голосов. Дальше. Все эти материалы должны направляться сначала в областные, городские комиссии...



Михаил Соколов: Вот там-то их и переписывают.



Борис Немцов: Да. Но мы фиксируем все протоколы. Мы уже теперь научены. Когда они нас обманули в Московской области, когда они фиксировали протоколы, а отсылали совсем другие, искаженные, мы уже их ловили за руку. Более того, Михаил, мы уже десять судов выиграли у них.



Михаил Соколов: Ну, по 1,5 тысячи штрафа.



Борис Немцов: Да, вот так Путин защищает людей, которые искажают волю народа, которые крадут у людей голоса. Тем не менее, они наказаны. И в Московской области уже знают, что так и сесть можно в тюрьму за фальсификацию.


Так вот, Магомет, я вам должен сказать, есть эти протоколы, мы будем их снимать, мы все протоколы и их копии в штабе СПС будем хранить. И мы будем сравнивать то, что появится на компьютере у Чурова в Центральной избирательной комиссии, с теми протоколами исходными, которые будут на руках у наших контролеров и у наших наблюдателей.



Михаил Соколов: Григорий, пожалуйста. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Маленький вопрос. Я за «Единую Россию» не голосую, я против нее. Я буду за другую партию голосовать. Но хочу сказать, что я не вижу... даже не встречал почему-то человека, который бы голосовал, на самом деле, за СПС. Хотя я опять же говорю, что ничего против не имею, но вот так выходит... Потому что вы даже в рейтинге третьими идете по телевидению. В принципе, у вас должен быть большой...



Михаил Соколов: Эй, не выдавайте социологические данные.



Борис Немцов: Григорий, можно я вам по поводу рейтингов по телевидению...



Слушатель: А это везде написано, кстати, я ничего не говорю.



Борис Немцов: Григорий, я вам так скажу. Есть рейтинг – это сколько времени посвящено партии, а есть рейтинг благоприятствования. Это какие репортажи? Это все негатив. Немцов бьет студента. Дальше. В 1990-е не платили пенсии. Была катастрофа... Я не знаю, он пил кровь младенцев.


Вы посмотрите, о чем идет речь. Я вам могу сказать, по рейтингу благоприятствования (мы отлично изучаем) мы находимся на последнем месте. У нас минус 100, а у «Единой России» плюс 1 тысяча. Вы что, не видите, что специальные «черные» пиарщики, полупьяный Леонтьев, продажный Павловский, продажный Пушков – вся эта бригада... Толстой, Мамонтов на «Втором» телеканале, вся ощетинившаяся бригада работает против Союза правых сил. Вы что, не понимаете? А ролики, которые они прокручивают, незаконные о том, что якобы в 1990-е годы все расхитили и так далее. Это же беспредельщики. Какой рейтинг информационный есть? Вы знаете, что я в «черном» листе, нахожусь в «стоп-листе» на всех телеканалах. Я там появляюсь только потому, что есть дебаты, только потому, что они бесплатные. Мы за деньги не можем разместить наши ролики. Вы о чем говорите, Григорий? Голосуйте за СПС.



Михаил Соколов: «А вы не «кинете», как нас «кинул» Путин?», - спрашивает Владимир.



Борис Немцов: Вы знаете, я вообще в политике 20 лет. И я вам могу сказать, что долгожитель в политике – это человек, который не врет. Он может много не обещать, но лучше не врать. Потому что если ты наврал, один раз пообещал мужику бутылку водки, а женщине – мужика, потом тебе это будут вспомнить всю жизнь. Поэтому мой опыт политический такой: главное – не врать! И работать по-человечески. Да, не все получается. Но надо работать по-человечески.



Михаил Соколов: Спасибо.


Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG