Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Газетная сенсация - интервью корреспондента газеты "Коммерсант" с финансистом Олегом Шварцманом


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Иван Трефилов и Елена Рыковцева.



Андрей Шарый: Газетной сенсацией сегодняшнего дня стало интервью корреспондента газеты "Коммерсант" Максима Кваши с не слишком известным в России финансистом Олегом Шварцманом. "Партию для нас олицетворяет силовой блок во главе с Игорем Сечиным", - заявил Шварцман, подробно рассказавший о смехе механизма контроля над бизнесом в России со стороны кремлевской администрации. С публикацией и ее героем вас познакомит экономический обозреватель Радио Свобода Иван Трефилов.



Иван Трефилов: Олег Шварцман родился в 1972 году в Уфе. В возрасте 24 лет закончил биологический факультет Московского государственного университета, а позднее – аспирантуру философского факультета МГУ. Учился также во ВГИКе, Московском художественном институте имени Сурикова, Российской Академии государственной службы. В 2005 году вошел в состав Совета по инвестированию накоплений для жилищного обеспечения военнослужащих. Сейчас, согласно данным партии "Гражданская сила", по спискам которых он баллотируется в Государственную Думу, Олег Шварцман является директором по экономике и финансам общероссийской финансовой организации "Союз справедливости", президентом корпорации "Социальные инвестиции", а также президентом Финансово-промышленной группы "Финансгрупп". О нынешней роли этих структур в современной российской экономике он и рассказал в интервью газете "Коммерсант".


По сути, он не стал скрывать, что его компании сегодня действуют в интересах так называемого "силового блока администрации президента" и лично заместителя ее руководителя Игоря Сечина. "У нас есть политическая организация, которая называется "Союз социальной справедливости"", - говорит Олег Шварцман. Эта структура, по его словам, была создана в 2004 году, после того, как президент Путин сказал, что большой бизнес должен нести социальную ответственность перед государством. "Тогда наши коллеги из ФСБ решили, что должна возникнуть организация, которая будет Ходорковских всяких наклонять, нагибать, мучить и выводить на социальную активность". Однако в дальнейшем, как заявил Шварцман, концепция изменилась, теперь была поставлена задача создавать партнерство с теми объектами, которые ранее предполагалось "нагибать и наклонять". Итогом стала их совместная деятельность. Например, "Русская нефтяная компания", принадлежащая бизнесмену, это, по его словам, результат альянса с "Роснефтью", ТНК и "ЛУКойлом" – сначала в трейдинге, а затем и в покупке малых и средних нефтедобывающих предприятий.


Итогом усилий компании в социальной сфере, как считает Олег Шварцман, должно стать создание еще одной госкорпорации – "Социальные инвестиции", которая будет действовать в интересах государственных компаний на принципах бархатной реприватизации. Иначе говоря, по словам бизнесмена, речь идет о рыночных формах поглощения стратегических активов в дотационных регионах страны. Однако Олег Шварцман не считает свои действия рейдерством: "Мы не забираем предприятия. Мы минимизируем их рыночную стоимость разными методами, как правило, добровольно-принудительными". При этом бизнесмен не скрывает, что поддержка силовых структур и спецслужб – важный ресурс принадлежащих ему компаний. Шесть сотен бывших сотрудников МВД, например, по его словам, ведут пристальную аналитическую работу: какие предприятия в каком регионе и в какой стадии корпоративных отношений находятся, а также "где есть возможность вытеснить собственников, не лояльных властям". В итоге основная бизнес-единица Шварцмана "Финансгрупп", согласно его оценке, сегодня владеет и управляет активами примерно на 3 миллиарда 200 миллионов долларов. А в 2007 году одно из ее дочерних подразделений – компания "Финанстраст" – выиграла конкурс на право управления частью средств Государственной Российской венчурной компании.



Андрей Шарый: Эксперты в течение всего дня высказывали самые разнообразные мнения по поводу причин, побудивших бизнесмена Шварцмана накануне выборов столь откровенно поделиться кремлевскими секретами.



Елена Рыковцева: Это насколько непривычно, когда о корпорации "Кремль" говорят открытым текстом, с именами, фамилиями и названиями компаний, что у наблюдателей интервью в газете "Коммерсант" вызвало по меньшей мере оторопь. Оценки человека, который дал интервью, разнились от "смертник, которые получит пулю в лоб, едва сойдя с самолета в Шереметьево", до "абсолютно кокаиновый разговор".


Политический обозреватель интернет-издания "Грани.Ру" Николай Руденский полагает, что невероятно, но, возможно.



Николай Руденский: В Библии где-то есть такая фраза: "И чудес было уже так много, что люди перестали удивляться". Мы, конечно, привыкли не удивляться, но это, в самом деле, есть нечто из ряда вон выходящее. Не то что бы общественность не представляла себе, каковы на нынешнем этапе взаимоотношения между Кремлем, спецслужбами и бизнесом, но все-таки то, о чем говорит господин Шварцман, производит сильнейшее впечатление. С какой стати вдруг человек так разоткровенничался? Подозревают здесь или какую-то хитроумную провокацию, или, как минимум, хлестаковщину. Во всяком случае, отрицают то, что за этим интервью стоят реальные факты. Ситуация примерно такая же, как если бы в 1937 году товарищ Ежов дал бы интервью в "Правде", в котором рассказал бы, как входит к товарищу Сталину, который подписывает расстрельные списки. Или, если взять более близкие времена, что некий депутат Госдумы дает интервью и простодушно рассказывает, как его снабдили в Кремле или на Лубянке полонием и командировали за рубеж, чтобы кого-то там отравить, ненужного человека. Так или иначе, это очень значимое событие.



Елена Рыковцева: Редактор отдела расследований "Новой газеты" Роман Шлейнов уверен, что редакция газеты "Коммерсант" на полгода раньше времени празднует 1 апреля.



Роман Шлейнов: Воспринимать интервью господина Шварцмана "Коммерсанту" кроме как шутку "Коммерсанта" нельзя. Это действительно большая шутка, вызвавшая большое обсуждение. На мой взгляд, этот человек ничего серьезного из себя не представляет, разумеется, никто за ним не стоит, поскольку российским чиновникам несвойственно стоять за нерациональными людьми, это исключает сам их подход к бизнесу. Мы давно занимаемся тем, что разбираем бизнесы, к которым так или иначе имеют отношение родственники российских чиновников, и поверьте мне, господина Шварцмана я нигде среди тех, кто так или иначе связан с этими людьми, не находил. Кроме того, когда к господину Шварцману обращаются с прямым вопросом: "Как вы общаетесь с администрацией президента, в частности с Сечиным?" - он отвечает: "Не непосредственно через него, а через Валентина Ивановича Варенникова". Нужно понимать, что существуют Сечин и Варенников. Поэтому я не воспринимаю это иначе, как шутку, очень веселую. Да и фотография самого Шварцмана в "Коммерсанте", собственно, свидетельствует о том, что он большой шутник.



Елена Рыковцева: А вот писатель, публицист и знаток рейдерской тематики Юлия Латынина полагает, что все очень даже серьезно, и даже согласованно, и это - продуманная, подчеркнутая демонстрация силы и власти.



Юлия Латынина: Мы тут все ожидали сенсационного предвыборного заявления президента Путина в среду или в четверг, а вместо этого получилось сенсационное предвыборное заявление товарища Сечина. Конечно, можно предположить, что господин Шварцман сильно напился и от себя такое сморозил, но после того, как подумаешь, понимаешь, что люди такого толка без санкции не говорят, то есть это все совершилось с санкции. Черным по белому нам заявлено, что в России есть люди, которые отбирают бизнес у других, которые делают это сознательно, с целью отобрать бизнес, и что во главе их стоит Игорь Иванович Сечин. Это можно сравнить только с письмом господина Черкесова. Все знали о войне силовиков, но господин Черкесов взял и написал о войне силовиков, и теперь можно ссылаться на письмо господина Черкесова. И все знали, что происходит с бизнесом, но теперь господин Шварцман сказал это открыто и назвал имя Игоря Ивановича как главного вдохновителя. Конечно, возникает вопрос: если эти люди обнародовали такую свою предвыборную программу, что "мы будем заниматься рейдерством, мы будем с ментами и силовиками отнимать все, что плохо лежит, и то, что хорошо лежит, делать, чтобы оно лежало плохо", то эти люди не просто чувствуют себя сверхсильными, а они чувствуют себя абсолютными хозяевами ситуации. Это заявка на пост президента России, если его освободится или если его не удержит Владимир Владимирович Путин.



Елена Рыковцева: Однако же директор Института национальной стратегии Роман Карев все-таки уверен, что нет никакого смысла искать черную кошку с темной комнате, тем более когда ее там все равно нет.



Роман Карев: На тему этого интервью уже появилось значительное количество комментарий конспирологического характера. Мне же, напротив, не кажется убедительной версия о целенаправленной провокации против Игоря Ивановича Сечина и так называемых кремлевских силовиков, а также о том, что это является продолжением клановых войн, связанных с арестом заместителя министра финансов Сторчака, как своего рода адекватный ответ силовикам. В тексте присутствуют несколько фрагментов, явно указывающих на очевидную хлестаковщину его автора. В частности, сложно представить себе престарелого генерала Варенникова в качестве силовой "крыши". Мне кажется, что целью автора было укрепление своей репутации как "особы, приближенной к императору", то есть самым страшным и ужасным силовикам в России. А вот в процессе исполнения своего замысла господин Шварцман переборщил, вполне возможно, в силу общей неадекватности, либо под воздействием укрепляющих храбрость стимуляторов. Процессы, описанные в нем, такие как чиновничье или государственное рейдерство, а также отъем собственности с помощью силового ресурса, весьма распространены в России.


XS
SM
MD
LG