Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Киргизская пресса в преддверии выборов


Ирина Лагунина: 15 ноября года на круглом столе "СМИ Кыргызстана накануне парламентских выборов" член ЦИК Гуля Рыскулова в своем выступлении заявила, что несколько СМИ, в том числе популярное Интернет-издание Tazar, допустили нарушения норм Кодекса о выборах Киргизии. При этом Рыскулова не уточнила, что именно из норм Кодекса о выборах было нарушено и в какой форме. Это лишь один из фактов сложных взаимоотношений власти и журналистами Киргизии, хотя предвыборная кампания только начинается, а сами досрочные парламентские выборы пройдут 16 декабря.



Олег Панфилов: В середине ноября стало также известно, что в Киргизии будут возобновлены 14 дел, связанных с нападением на журналистов. Об этом в ходе «круглого стола» на тему «Улучшение взаимодействия пресс-служб органов внутренних дел, СМИ и НПО» заявил начальник центра реформирования Министерства внутренних дел Александр Зеличенко. По его словам, каждое из дел находится под строгим контролем министра внутренних дел. Создается специальная оперативно-следственная группа.


Это только часть событий, происходящих в этой стране, где предстоят парламентские выборы, где недавно был убит известный журналист Алишер Саипов, где по-прежнему сложны отношения между властью и прессой.


На связи со мной из Бишкека Александр Кулинский, в прошлом ведущий программы телекомпании «Пирамида», сейчас исполняет обязанности главного редактора издательства «Лица», а также по телефону из Праги медианалитик Нарын Айип.


Александр, первый вопрос к вам и, вероятно, список нарушений прав журналистов или событий, связанных с противостоянием власти и прессы, намного больше. Скажите, что сейчас происходит в Киргизии и что у вас вызывает озабоченность?



Александр Кулинский: На самом деле, конечно, список этот намного больше. С тех пор как прошел этот круглый стол, было совершено еще два нападения, была ограблена телерадиокомпания, там унесли несколько камер и видеомагнитофон. На днях было совершено нападение на журналистку местного представительства «Интерфакса», оно было скорее криминальное, чем на профессиональной почве. Но все равно пугает тенденция. К сожалению, с 2005 года эта тенденция набирает обороты и на журналистов нападают все чаще. Неважно, нападают ли на них в процессе их работы, либо в процессе просто жизни. Но все равно количество нападений, безусловно, увеличилось многократно. Это пугает. Пугает это еще и вместе с другой тенденцией. На самом деле становятся средства массовой информации менее свободными, чем было до революции, и они становятся менее профессиональными. Вот это три основные проблемы, которые можно было бы выделить.



Олег Панфилов: Мы, по всей видимости, еще вернемся к последствиям революции в Киргизии, но я хочу вас спросить о том, что сейчас известно о деле Алишера Саипова, хотя оно наверняка напрямую не связано с событиями именно в вашей стране, как уже предположили несколько официальных лиц, в том числе омбудсмен Киргизии, намекая на то, что убийство скорее всего заказано с территории Узбекистана. Тем не менее, что сейчас известно об этом деле?



Александр Кулинский: Первоначально накал, который вызвало это убийство, он, безусловно, спал, все высказали свои предположения. И вы знаете, у меня складывается впечатление, что собственно само дело падает на дно и там заляжет надолго. Сведения о том, что кого-то нашли, что-то сделали, какие-то новые факты выявлены – тишина, абсолютная тишина по этому поводу.



Олег Панфилов: Нарын, скажите в связи с тем, что так до сих пор и не определен статус того телевидения, которое в Киргизии должно было называться общественным телевидением, насколько реально объективные выборы, насколько объективное проведение предвыборной кампании для тех выборов, которые состоятся в декабре?



Нарын Айип: Даже смешно сейчас в каком-то смысле обсуждать. Потому что игра идет только в одни ворота, так же как в России, и Кыргызстан повторяет то, что делает Россия - это хорошая модель. Тем более, что все население России поддерживает и просит чуть ли не на коленях товарищей остаться еще на следующий срок и так далее. То же самое сейчас происходит в Киргизстане. И когда Центральная избирательная комиссия толкует законы так, как ей или так, как власти более выгодно, то очень сложно что-то предпринять. Потому что какие бы действия не предпринимались со стороны гражданского общества, власть все равно подтверждает. Потому что сейчас такая ситуация, что в буквальном смысле слова нет никаких ограничений власти сейчас уже в Киргизстане. Единственное, что пресса могла что-то делать, но когда все ограничено, сложно. И сами журналисты и издания боятся, не так, как, например, несколько лет назад, мне так кажется.



Олег Панфилов: Я предлагаю вернуться к рассмотрению проблемы общественного телевидения в связи с тем, что госсекретарь Адахан Мадумаров, тот человек, который до революции публично очень много говорил о том, что в Киргизии должна быть свободная пресса, он был одним из инициаторов общественного телевидения. Но когда занял очень важный правительственный пост в новом правительстве после революции стал отказываться от своих идей. И недавно он ушел в отставку, как предполагается для того, чтобы участвовать в предвыборной кампании, а кое-кто из аналитиков уже говорят, что он скорее всего может стать председателем парламента. Вопрос к Александру, и к Нарыну в связи с тем, насколько новая власть в парламенте, насколько изменившийся парламент будет вспоминать о том, что когда-то Киргизия была островком в Центральной Азии, островком демократии и возможно ли все-таки в вашей стране появление общественного телевидения?



Александр Кулинский: Я не могу вам сказать, как будет относиться к вопросам демократии будущий парламент. Потому что на самом деле может быть сейчас выборы как никогда непредсказуемы, их исход как никогда непредсказуем. Я сегодня говорил с уверенностью, что идет игра в одни ворота и что выиграет обязательно пропрезидентская партия, она наберет большинство голосов. И факт, что все с этим согласятся. Я бы не говорил о том, что ситуация в действительности столь тяжела. Что касается перспектив общественного телевидения, то я думаю, что это вполне реально в нашей стране, но через какое-то время, не сейчас. Безусловно, сейчас это невозможно по одной простой причине – власти необходим информационный ресурс, она его использует по полной программе. И потерять информационный ресурс накануне выборов она не могла себе позволить и все сделала для того, чтобы оставить за собой, ликвидировав фактически наблюдательный совет национального телевидения, она добилась того, чего хотела. Но я уверен, что через какое-то время все-таки процесс пойдет медленно, но верно, с какими-то нашими ментальными штучками, но все равно он пойдет. Я надеюсь, что через какое-то время все-таки будет общественное наполнение этого телеканала.



Олег Панфилов: Александр, если вернуться к озвученной вами правительственной логике, властной логике о том, что все-таки мы не можем сейчас создавать общественного телевидения, потому что идет предвыборная кампания, а есть ли уверенность в том, что и после парламентских выборов не появятся чиновники, которые скажут о том, что парламент только начал работать, дайте ему год-два, все будет нормально, а потом мы подумаем об общественном телевидении. Я не буду спрашивать вашего ответа, поскольку предполагаю примерно то же самое. Я хочу спросить Нарына, что вы думаете о будущем общественного телевидения в Киргизии?



Нарын Айип: Мне кажется, многое будет зависеть от позиции гражданского общества в Киргизстане. Неправительственные организации достаточно сильные и именно они поднимали этот вопрос и подняли достаточно высоко. А на политиков и депутатов парламента полагаться просто невозможно - это показывают некоторые последние примеры, когда лидер партии, журналист, который очень рьяно выступал за общественное телевидение раньше, сейчас во главе Гостелерадио, занимается понятно, чем. Гражданское общество, которое достаточно сильно в Кыргызстане, в отличие от соседних стран, они могут этот вопрос поднять, и я думаю, будут поднимать. Все зависит от того, насколько высоко, до каких этажей власти смогут поднять. В прошлом это удавалось, и даже президент Бакиев менял некоторые свои решения, касающиеся общественного телевидения. Конечно, если парламент будет как просто штампующий законы орган, как в России, например, который ни под каким соусом не может идти против президента, то ситуация будет довольно сложно, но тем более усилится роль гражданского общества.



Олег Панфилов: Спасибо, Нарын. Вы напомнили мне о последнем вопросе, который я хотел задать Александру. Вы все-таки живете в Европе, Александр каждый день общается с людьми, которые, по вашим словам, Нарын, представляют гражданское общество. Александр, скажите, действительно ли то гражданское общество, которое пережило революцию, я не имею в виду тех журналистов, которые согласились занять дипломатические посты и уехали из страны, а те, кто остался, готовы ли они все-таки вспоминать или напоминать властям о том, что в стране нужна независимая пресса и общественное телевидение?



Александр Кулинский: Во-первых, я никогда не считал, что в нашей стране существует гражданское общество. У нас существовало, как и во всем остальном, некоторая ширма, которая напоминала гражданское общество. Даже если есть люди, которые хотя напоминать президенту о том, что он давал какие-то предвыборные обещания, то нужно заметить, что президент Бакиев стал не тем, кем он был в 2005 году, совершенно не тем. И уверен, что сейчас никакие голоса никаких НПО просто не сыграют никакой роли, если сам президент, а точнее его окружение не посчитает, что это правильно. Можно кричать сколько угодно, но президент Бакиев - это не президент Акаев, он не будет прислушиваться ни к внутреннему, ни к внешнему окружению, он будет делать так, как он считает нужным.



Олег Панфилов: Но, тем не менее, журналисты, которые строили свободную прессу последние 15-16 лет, они в каком состоянии сейчас? Они что, готовы согласиться с тем, что предлагает новый президент и будет предлагать новый парламент?



Александр Кулинский: Вы знаете, те люди, которые когда-то делали свободную журналистику, в большинстве своем сегодня не работают в средствах массовой информации, вот ведь в чем дело. Сегодня в средствах массовой информации работают в целом достаточно средняя низкоквалифицированная масса, которая собственно занимается зарабатыванием денег, не более того. К сожалению, я вижу по таким передовым некогда каналам, как, например, «Пирамида», на которой я имел в свое время честь работать, но сегодня, к сожалению, она демонстрирует совершенно обратное тому, что было еще три года назад. И я думаю, что разговор вообще о свободной журналистике закончен, потому что свободную журналистику должны делать отчасти свободные люди и люди, которые умеют это профессионально. Таких, к сожалению, у нас на сегодняшний день не наблюдается. Я подчеркиваю, что в средствах массовой информации в основе своей работает серая масса, которая не стремится к борьбе за свободу слова, не стремится к тому, чтобы защищать какие-то демократические свободы. Она стремиться только к тому, чтобы заработать себе на пропитание. Это в принципе человеческая нормальная реакция.


XS
SM
MD
LG