Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Критики политического курса Владимира Путина все чаще сравнивают его политику с политикой белорусского президента Александра Лукашенко


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие белорусский журналист Александр Лукашук.



Андрей Шарый : Критики политического курса Владимира Путина в последнее время все чаще сравнивают его политику с политикой белорусского президента Александра Лукашенко, а политическую ситуацию в России – с ситуацией в Белоруссии. Своими впечатлениями на этот счет я попросил поделиться одного из руководителей Радио Свобода, белорусского журналиста Александра Лукашука, который в выборные дни работал у нас в бюро в Москве. Сегодня он гость рубрики "Собственный опыт".



Александр Лукашук : Вы знаете, разговор о совместном государстве, о союзном государстве Белоруссии и России впервые в последние годы становится реальностью, но реальностью совсем в другом измерении. Та практика политического контроля за общественной жизнью в стране, та практика контроля экономического, который давно осуществляется в Белоруссии, становится реальностью в России. Таким образом, Россия присоединяется к белорусскому опыту.



Андрей Шарый : Что касается политических механизмов контроля, все точно так же в Минске, как в Москве сейчас?



Александр Лукашук : Последние выборы в Думу уже очень напоминают Минск. Еще прошлые выборы, конечно, отличались. Сейчас в белорусском парламенте и парламенте российском трудно было бы найти, в чем их отличия, как и с точки зрения ведения предвыборной агитации, предвыборной борьбы и позиции власти, так и с точки зрения состава и, главное, с точки зрения функций в этом государстве. Как белорусский парламент ничего не означает в Белоруссии, так и Дума, что, впрочем, не новый уже феномен. Ее реальное значение сведено просто до формальных каких-то моментов.



Андрей Шарый : Если говорить о роли самого лидера, персоне лидера, все-таки Лукашенко – это человек спортивно-хозяйственного, скажем так, сектора социалистической экономики, а Путин – это выходец из спецслужб. Или неважно вовсе, а механика любой диктатуры, любого авторитарного режима одинакова?



Александр Лукашук : Лукашенко и Путин, похоже, сильно не любят друг друга, но одновременно терпят друг друга. Разница в тех рычагах, которые они используют, тут больше общего. Что касается будущего и для Лукашенко, и для Путина, очень важны в их политической системе враги. Для Александра Лукашенко – это были враги всегда внутренние – это оппозиция, это те люди, которые развалили Союз, и Запад. И вот на первых президентских выборах в России враги были Чечня, на вторых – стали олигархи, а сейчас стали люди, которые развалили Союз в 90-е годы. Образ врага, мне кажется, очень важен для этих двух систем. Что на себя обращает внимание, эти люди не забывают своих врагов, что мы можем видеть и по судьбе Ходорковского, и по чеченской ситуации.



Андрей Шарый : К вопросу о российской оппозиции. Понятно, что она действует в очень сложных условиях. Кстати, после выборов в Белоруссии, где были и наблюдатели неформальные от российской оппозиции, и Рыжков тот же самый, и Немцов. Они предупреждали, что в Россию может прийти нечто похожее на то, что уже существует в Белоруссии. Белорусской оппозиции удалось ли найти какую-то жизнеспособную модель противодействия этому режиму?



Александр Лукашук : Белорусская оппозиция добилась двух таких реальных вещей, про которые можно говорить. Во-первых, остановилась серия политических убийств, когда люди пропадали без вести. Это одно. Второе, что белорусская оппозиция смогла адекватно представить угрозу режиму Лукашенко Западу. В итоге мы имеем санкции Европейского Союза, американские санкции и, как минимум, я думаю, что это и может сделать оппозиция в авторитарном обществе.



Андрей Шарый : Вы начали беседу с ироничного замечания о том, что союз Белоруссии и России теперь более реален, чем прежде. Если говорить сейчас без иронии, а политико-технологических таких терминах, по вашему мнению, есть ли сейчас больше основания для того, чтобы (все-таки более похожие механизмы власти и политические системы теперь у этих стран) отношения улучшились?



Александр Лукашук : На площади Маяковского, теперь она называется Триумфальная, я разговаривал с группой молодых людей со знаменами с такими мушкетерскими плащами «Наши». И я их спросил, что они думают про Беларусь. Их ответ был: «Ну, что нам думать. Про это пусть МИД думает». – «А что вы думаете про Лукашенко? Есть у Лукашенко шансы в России?» - «А у Путина есть в Белоруссии?» Никакого энтузиазма, никакой заинтересованности у этих молодых людей нет. Возможно ли теперь, когда система становятся все более похожими, что они объединяться? Исторический опыт показывает, что авторитарные государства с удовольствием воюют друг с другом, но не дружат.



Андрей Шарый : Многие западные эксперты говорят о том, что эра Путина протянется на десятилетия. Сколь силен режим Лукашенко? Сколько ему отпущено?



Александр Лукашук : Вы знаете, перестали делать прогнозы, вот что я хочу сказать. Серьезные эксперты перестали делать прогнозы, потому что все, что мы знаем, что авторитарные режимы с определенной экономической системой достаточно устойчивы. Достаточно посмотреть на такие режимы, например, как Куба или Северная Корея. Вы думаете, сколько раз было предсказано, что кубинский режим рухнет в 1964 году, в 1971, в 1981, в 1991, когда распался Советский Союз. Тем не менее, у них есть внутренняя устойчивость. И сейчас в условиях борьбы с терроризмом в мире, видимо, несколько другие приоритеты, чем построение демократического общества находятся на первом плане у мировой общественности.


XS
SM
MD
LG