Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Иличевский удостоен литературной премии "Русский Букер"


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Андрей Шарый.



Андрей Шароградский: Журналист нашей радиостанции Александр Иличевский удостоен литературной премии "Русский Букер" за роман, который называется "Матисс". В этом году в конкурсе участвовали 78 произведений, а в финальный список вошли 6. "Русский Букер вручается, как известно, ежегодно за лучший роман на русском языке.



Андрей Шарый: Почему роман называется "Матисс"?



Александр Иличевский: Матисс - это своего рода фигура умолчания романа. Кроме того, что главный герой, собственно говоря, бредит Матиссом, видит в тех или иных местах романа как наваждение явление Матисса, его картины, его, собственно, самого, это как раз то, чего не хватает роману в смысле цвета.



Андрей Шарый: В какой степени это автобиографическая проза?



Александр Иличевский: Достаточно автобиографична. Роман построен на 5-7 характерах персонажей, лично мне известных и, собственно говоря, выполняющих функцию анализа нашего поколения, то есть поколения 1970 года. Я просто решил оценить, что произошло с нами за эти последние 15 лет в стране.



Андрей Шарый: И вы один из них.



Александр Иличевский: Да, я один из них. Они, естественно, не централизованны, невозможно сказать, что все эти характеры раскладываются по персонажам. Такой совокупный, собственно говоря, образ, то, что с людьми происходило в течение этих 15 лет. То есть роман - это такая аналитическая попытка, точнее, синтетическая попытка оценить, что же произошло с нашим поколением.



Андрей Шарый: Вам стало понятнее после того, как поставили последнюю точку в романе, что произошло с вашим поколением? Или появилось больше вопросов?



Александр Иличевский: Я ужасно рад, что написал эти последние строчки, потому что это меня очень сильно волновало. Где-то на середине романа Я еще совершенно не представлял себе, что все кончится так неплохо. Я бы не сказал, что роман заканчивается хорошо, но я думал, что все помрут, а выясняется, что есть жизнь.



Андрей Шарый: То есть получается, что не вы управляете сюжетом, а сюжет управляет вами.



Александр Иличевский: В какой-то момент, да, все выходит из-под твоего контроля, и уже роман начинает писать самого тебя.



Андрей Шарый: У вас очень образный язык. Вы писатель реалистического направления, как сами вы себя определяете?



Александр Иличевский: Я не особо понимаю толк во всех этих определениях. Я точно знаю, что я не могу выдумывать. Если я чего-то не пережил, я об этом не могу написать. Это чудовищное неудобство для писателя. Какая бы там фантасмагоричность у меня ни содержалась, всегда под ней есть реальные в глубине души пережитые какие-то вещи.



Андрей Шарый: Ясно, что ни один, наверное, уважающий себя писатель не пишет ради того, чтобы получить литературную премию, но я думаю, что нет такого писателя, которому неприятно было бы ее получать, да еще и столь звучную премию, как "Русский Букер". Кода вы пишите, вы думаете о том, как будет продаваться книга, думаете ли вы о том, что это более популярно сейчас, это нет, это более современно, это нет? Учитываете ли вы этот фактор хоть в какой-то степени, работая над книгой? Или это чистое искусство ради искусства?



Александр Иличевский: Вы знаете, я глубоко убежден, что любая литература, путь даже дико умная и дико сложная, она должна быть в то же время дико интересной. Нужно уважать читателя и, собственно говоря, не томить его какими-то такими сложностями, или предоставлять те сложности, с которыми ему было бы очень интересно разобраться. То есть нужно читателя увлекать. И даже самые умные книжки, мои любимые, как "Человек без свойств" Музиля, читается, несмотря на всю свою сложность и прочее, читается превосходным совершенно способом. Поэтому для меня внутри единственный критерий - мне должно быть интересно это писать, потому что чтение и писательство очень сильно связаны. Как я люблю говорить, если бы было что читать, я бы, наверное, не писал и с большим облегчением отнесся бы к той ситуации, если бы мне было интересно читать. Я очень люблю читать.



Андрей Шарый: Вы в большей степени пишете для себя или для читателя?



Александр Иличевский: Для себя, конечно. Для читателя невозможно писать, это запрещенный момент. Нужно писать только для себя, в лучшем случае для Бога.



Андрей Шарый: А "Матисс" - это книга всей жизни или это просто очередной роман ваш?



Александр Иличевский: Я думаю, что это очередной роман.



Андрей Шарый: А следующий?



Александр Иличевский: Следующий пишется. Он о восточных делах.



Андрей Шарый: Как вы относитесь к нынешнему литературному российскому ландшафту? Много, на ваш взгляд, появляется хороших книг?



Александр Иличевский: Последние два года ситуация фантастически интересная. Стало больше справедливости на этом ландшафте, и он стал гораздо лучше виден. Не знаю, связано ли это с наличием Интернета или с какими-то такими... Интернет просто делает прозрачным, собственно говоря, этот ландшафт, можно увидеть. Огромное количество чрезвычайно интересно пишущих людей. Я хотел бы воспользоваться этой возможностью и, наконец, признаться в любви к произведениям председателя жюри Букеровского комитета Асара Исаевича Эппеля. Это мой любимый писатель, и фантастически приятно именно из его рукузнать об этом.



Андрей Шарый: Ваша литературная и простая жизнь стала другой со вчерашнего вечера? Вы сегодня утром встали лауреатом "Русской Букера", что это означает?



Александр Иличевский: Знаете, я ужасно доволен. Честное слово, не знаю, как будет в дальнейшем, но я просто с чувством выполненного долга...



Андрей Шарый: Перед кем? Перед читателем или перед собой?



Александр Иличевский: Вы знаете, перед многими людьми. За меня болели очень много ребят, людей, и я рад, что оправдал их надежды.


XS
SM
MD
LG