Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Продолжение разговора о наследии Николая Вавилова. К 120-летию со дня рождения ученого


Ирина Лагунина: В нашей передаче в пятницу сотрудник института генетики, член-корреспондент РАН, Илья Захаров-Гезехус рассказывал о Николае Вавилове. Сейчас отмечается 120-летие со дня рождения ученого. Вавилов начал научную работу еще до революции, успел поехать в Иранскую экспедицию, где положил начало российской коллекции культурных растений, сформировал в общих чертах закон гомологических рядов наследственной изменчивости. Сегодня мы продолжаем рассказ о Николае Ивановиче Вавилове, его работе в первые годы Советской власти, и фундаментальных научных открытиях. Беседу ведут Александр Костинский и Александр Марков.



Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, а как он встретил революцию? А второе событие – это, конечно, коллективизация, которая имеет прямое отношение, казалось, крестьянство.



Илья Захаров-Гезехус: Николай, который в 20 годы провел многочисленные экспедиции, в организации этих экспедиций пользовался поддержкой. Первая его зарубежная поездка длительная по многим странам, 21 год, требовала и денежной поддержки, естественно. Кроме доносов, которые позднее на Николая Ивановича писались, никаких свидетельств того, что он был в оппозиции к установившейся советской власти, нет. Николай Иванович оставался при всей его активной работе и в области науки, и в общественной, он был членом ЦИК, Вавилов оставался беспартийным. Ему в начале 30 годов было предложено вступить в партию, что связывалось с возможностью дальнейших поездок за рубеж. После 32 года Вавилов при всем его огромном международном авторитете был лишен возможности выезжать. Но Вавилов это предложение отклонил.



Александр Костинский: Все эти годы он совершал поездки и свою коллекцию совершенствовал. Это не только была поездка в 21 году.



Илья Захаров-Гезехус: Нет, конечно. В 20-е годы Вавилов предпринял две труднейшие экспедиции в Афганистан, тогда так же было опасно и тяжело. И Вавилов с одним спутником, также научным работником, совершил труднейшую экспедицию в Афганистан по изучению земледелия в Афганистане, хорошо изданная была книга «Земледельческий Афганистан», все аспекты сельского хозяйства этой страны были представлены. Но была собрана огромная коллекция, которая была Вавиловым привезена. Вслед за этим были более легкие поездки и экспедиции, так же в 20-е годы была совершена экспедиционная поездка Николая Ивановича в Эфиопию. Также страна труднейшая и по климатическим условиям, и по тому, что там делалось, вплоть до того, что караван, который организовал Вавилов, попал в плен к каким-то разбойникам, но Вавилову удалось освободиться. То есть все это действительно было трудно, тяжело и с большим риском для жизни. За экспедицию в Афганистан Вавилов был награжден медалью имени Пржевальского, медаль за географический подвиг. И Вавилов не менее десяти лет был президентом географического общества. Кроме этого были экспедиции 30-м, 32-м году в Центральную и Южную Америку, малодоступные области.



Александр Костинский: А это все в рамках составления коллекции, в рамках расширения, понимания культурных растений?



Илья Захаров-Гезехус: Это делалось в рамках понимания культурных растений, и сам Вавилов писал, что он постигает философию этих мест, философию земледелия в этих районах, так он любил об этом говорить. Действительно, составлялась коллекция, которая к концу 30 годов была самой большой в мире, но огромных масштабов.



Александр Костинский: А в научном плане, что было сделано Вавиловым за этот период после триумфа в 20-м году?



Илья Захаров-Гезехус: Вы знаете, сделано как раз может быть главное открытие Вавилова, то, что вошло и до сих пор звучит в современной науке. Дело в том, что закон гомологических рядов, хотя сейчас вся генетика оказалась связанной с проблемой гомологии и в огромном числе публикаций по генетике гомология представлена и обсуждается. Однако при этом работу Вавилова забыли и на нее не ссылались. А в результате своих экспедиций и экспедиций, которые проводили его сотрудники по плану и заданиям Вавилова, не только он ездил, Вавилов смог сформулировать теорию центров происхождения культурных растений, что было несколько центров, главным образом в субтропических областях и преимущественно в горных областях, где происходило одомашнивание растений. Это было независимо, например, в Китае и на Ближнем Востоке. Естественно, контактов между этими цивилизациями десять тысяч лет назад почти не было. Безусловно, независимо происходило одомашнивание растений в Латинской Америке. В каждом центре происходило одомашнивание нескольких видов, и для каждого центра набор эти видов был специфическим.



Александр Костинский: То есть пшеница, если не ошибаюсь, в Анталии была.



Илья Захаров-Гезехус: В Америке кукуруза, помидоры, картофель, чем сейчас весь мир питается. И вот эту теорию центров происхождения, Вавилов, разрабатывая эту теорию, пожалуй, первый в нашей и мировой науке заговорил о географии генов.



Александр Костинский: Он вообще поставил фактически задачу в рамках всей Земли, если говорить серьезно.



Илья Захаров-Гезехус: И заговорил о географии генов, о необходимости изучать изменчивость и распределение генов на глобусе, опять же выражение Вавилова. И сейчас геногеографии созвучное, но, правда, не им предложенное понятие - это целое научное направление, десятки тысяч работ посвящены геногеографии самых разных организмов. Это фундаментальный вклад теории центров происхождения. А практическое значение: Вавилов указал на те области, где надо искать генетические ресурсы. Селекция должна строиться на каком-то материале, который берется либо из природы, либо из того, что выращивалось традиционным земледелием. Вот этот исходный материал для селекции наиболее разнообразен как раз в центрах происхождения. Поэтому в дальнейшем экспедиции советских исследователей и зарубежных прежде всего были направлены в центры происхождений.



Александр Костинский: Подтвердили генетические данные его центры?



Илья Захаров-Гезехус: Да, конечно. И здесь в любопытных момента, которые я упомянул. Идея Вавилова была в том, что в центрах происхождения существует наибольшее разнообразие, что он и предлагал селекционерам, где искать исходный материал. И идея, опять же сейчас на Вавилова не ссылаются, что там, где больше разнообразия, там и центр происхождения. Одна из недавних работ - «Происхождение собак». Изучили почти сотню пород самого разного географического происхождения – Европа, Африка, даже Америка и районы Азии. И что эти авторы сделали: посмотрели, где больше разнообразие, изучалось современными методами, наибольшее разнообразие в Юго-Восточной Азии. Вывод: Юго-Восточная Азия центр собак.



Александр Костинский: То есть фактически тот принцип, который Вавилов выдвинул, как принцип нахождения центров.



Илья Захаров-Гезехус: Центр происхождения он оправдывается, применяется, да и к человеку. Человек разумный, считается, что произошел в Африке. Одно из оснований этого, что наибольшее генетическое разнообразие среди человеческих популяций, народностей и племен именно в Африке. Второе: вы все знаете, только что это было, что бывший вице-президент, увлекающийся экологией, Альберт Гор получил Нобелевскую премию. До того, как он стал президентом Соединенных Штатов Америки, он опубликовал книгу, она была переведена и у нас, «Земля в равновесии». В этой книге Гора помещена карта центров происхождения Николая Вавилова с ссылкой на Вавилова. Значение открытия центров происхождения признается и биологами, и экологами, и политиками, которые связаны с экологией.



Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, удалось внедрить результаты открытий Николая Ивановича в сельское хозяйство? Потому что сельское хозяйство было ключевой народнохозяйственной отраслью, надо было кормить население. Он ведь все-таки был не только великим теоретиком, но и прикладником.



Илья Захаров-Гезехус: Отчасти проблемы, с которыми потом столкнулся Вавилов, заключались в том, что формы растений, которые они собирал, они сразу не могли пойти на поля. Растения, собранные в Афганистане или Эфиопии, не могут выращиваться в Сибири или на Украине, но при соответствующем отборе и скрещивании с местными сортами они могут дать те или иные ценнейшие качества, например, устойчивость к грибным заболеваниям и так далее. Вавилов собирал материал для последующей селекции и то, что он сам и в значительной мере институт растениеводства не выдаются сразу за один, два, три года новые сорта, в дальнейшем ему ставилось в вину. Но это коллекция работала и работает на селекционеров. И сколько сортов было создано с использованием этой коллекции. На чтениях в политехническом институте выступал профессор Дрогавцев, который указывал, что сои относительно недавно в Соединенных Штатах стали поражаться паразитами. На том материале, который имелся у селекционеров в Америке, им не удавалось найти устойчивую к этим паразитам форму. Обращение им в ВИР помогло и среди всего многообразия ВИР была найдена устойчивая линия сои к тому паразиту, который сейчас распространился в Америке. Коллекция позволяет конкретные задачи решать и раньше и решить сейчас, не только в нашей стране, но эта коллекция имеет мировое значение.


XS
SM
MD
LG