Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Наталья Морарь надеется вернуться в Россию


Программу ведет Михаил Саленков.



Михаил Саленков: История Натальи Морарь, корреспонденту журнала New Times Наталье было отказано во въезде в Россию. Мы внимательно следим за развитием этой истории. Наталья сейчас в Кишиневе. Мы дозвонились до нее, сейчас она с нами на прямой связи.


Наталья, здравствуйте.



Наталья Морарь: Доброе утро.



Михаил Саленков: Позвольте в начале спросить о настроении. Какое у вас сейчас настроение, боевое?



Наталья Морарь: Боевое, хорошее.



Михаил Саленков: Насколько я знаю, редакция журнала направила запросы сразу в несколько ведомств, это и в ФСБ (на слова которых, насколько я знаю, ссылались на границе), это и Министерство иностранных дел, и Федеральная миграционная служба. Какие у вас ощущения? Будет ли ответ? Насколько, опять же, я знаю, в посольстве России в Кишиневе вам так внятно и не объяснили, почему отказано во въезде в страну.



Наталья Морарь: Ответ просто по закону должен быть, они обязаны ответить, но другой вопрос, что они там напишут и что ответят. Потому что я вчера, когда была в посольстве, я рассчитывала услышать внятные объяснения, поскольку на границе в воскресенье, когда меня не пускали и всю ночь держали в помещении для депортируемых, мне сказали, что я смогу услышать внятные объяснения только в двух местах: в центральном аппарате ФСБ на Лубянке, куда я не могу попасть по понятным причинам, и в посольстве Российской Федерации в Молдавии. Я в посольство пошла, мне там ничего не сказали, развели руками, сказали, что обо мне они узнали только из средств массовой информации и крайне удивлены сложившейся ситуацией. Поэтому какой ответ мы получим из этих трех названных ведомств, я не знаю. Но это не мешает нам готовить уже иски судебные, на данный момент адвокат этим занимается, и, насколько мне известно, мы готовим иск, в том числе и против Федеральной службы безопасности России.



Михаил Саленков: Наталья, вам удалось встретиться с послом?



Наталья Морарь: Я встречалась не с послом. Дело в том, что, чтобы встретиться с послом, нужно заранее договариваться о встрече, а я просто позвонила им утром, сказала, что я сейчас приду, в общем, хочу услышать объяснения. Со мной встретился начальник консульского отдела посольства Российской Федерации, его заместитель, то есть люди достаточно высокопоставленные в посольстве. Они очень дружелюбно себя вели со мной, я бы даже сказала, что они были немного взволнованы. Они, видимо, до встречи со мной ознакомились уже с прессой, в том числе и с российской вчерашней, и поняли, что там просто умалчивать и ничего не делать не получится.



Михаил Саленков: Не получится замолчать эту историю.



Наталья Морарь: Да. Они просили меня написать заявление на имя посла Российской Федерации, что я и сделала, и обещали в ближайшее время поспособствовать тому, чтобы я в письменном виде получила объяснение причин, почему мне запрещен въезд на территорию Российской Федерации. Я потребовала это в письменном виде, потому что нам необходимо это для судебных разбирательств, чтобы было, что предъявлять в суде.



Михаил Саленков: Наталья, двое суток уже, я так понимаю, прошло с момента, когда вам отказали во въезде в Россию.



Наталья Морарь: Совершенно верно.



Михаил Саленков: Прошло какое-то время, можете назвать причину? Как все-таки думаете, почему отказали во въезде? Это работа в журнале, ваше расследование или все-таки есть какая-то еще иная причина?



Наталья Морарь: Это абсолютно точно, я это повторяю и буду повторять все время, что я это связываю исключительно с моей профессиональной деятельностью, с моей работой в журнале New times , с моими расследованиями. Наверное, последней каплей была последняя статья, последняя публикация в номере от 10 декабря, которая называлась "Черная касса Кремля", где я описывала незаконную схему финансирования избирательной кампании через администрацию президента, где называла конкретные фамилии людей в администрации, включая Собянина, Суркова, которые имеют к этому отношение, и так далее. Я думаю, что расследования, которые предшествовали этому, тоже известно расследование про отмывание денег через российский банк "Дисконт" и австрийский "Райффайзен", где точно так же называла конкретные фамилии людей, включая фамилии людей из высшего руководства ФСБ. Наверное, тоже недавнее расследование про отмывание денег через ВЦИОМ, к которому имеют отношение, в том числе люди из администрации президента. Я более чем уверена, что это связано с этим, потому что все те слухи, которые распространяют некоторые люди о том, что у меня была просроченная виза, проблемы с миграционным законодательством, это все не имеет никакого отношения к реальности, потому что у Молдавии с Россией безвизовый режим. Я уже шестой год живу на территории Российской Федерации, у меня никогда не было никаких проблем с законодательством. У меня есть разрешение на работу до июля 2008 года, у меня есть все регистрационные документы. Я работаю, получаю "белую" зарплату, плачу налог как иностранка 30 процентов и все в этом смысле у меня в порядке. Более того, в Федеральной миграционной службе заявили, что они не имеют к этому инциденту никакого отношения, претензий ко мне у них нет. Так что это доказывает, что причина может быть только одна - профессиональная деятельность.



Михаил Саленков: Кстати, если возвращаться к вашим расследованиям и к работе в журнале. После публикации ваших расследований, ваших материалов, были какие-то угрозы или предупреждения?



Наталья Морарь: Обычно все угрозы и предупреждения поступают до публикации, когда известно, что я собираюсь их публиковать. Потому что после уже делать особо нечего, вы это понимаете. Вот сейчас после - единственный случай, когда поступила, я мягко говорю, угроза, это вот этот случай, когда меня просто уже не пустили в Россию. До публикации этой статьи целый ряд людей, с которыми я встречалась, они меня предупреждали, говорили: "Наташа, ты понимаешь, что за это можно просто получить пулю, об этом знают многие, но об этом боятся говорить даже шепотом. Пойми, что эта тема слишком серьезная, потому что это касается очень больших денег, очень больших людей, поэтому просто не лезь". Меня предупреждали, меня просили об этом не писать. Во время моего расследования по "Райффайзену", у меня была целая серия публикаций и накануне одной из них меня люди, имеющие отношение к ФСБ, так, по-доброму предупреждали, говорили: "Ты же понимаешь, мы к тебе хорошо относимся, поэтому мы тебе просто говорим, что ты слишком молодая и красивая, чтобы заканчивать жизнь одной публикацией. И вообще ты понимаешь, никто же не будет с тобой расправляться как-то совсем уж скандально. Просто когда-нибудь в подъезде может тебя встретить ночью, а потом все спишут на бытовуху, никто даже не поймет, что это было на самом деле". То есть мне по-доброму говорили о том, что, в общем-то, не стоит заниматься такими расследованиями. Я тогда где-то полторы недели не жила дома, то есть не жила в общежитии МГУ, где я проживала на тот момент, просто в целях безопасности, жила у знакомых.



Михаил Саленков: Наталья, как я уже говорил, вашим делом заинтересовались международные журналистские организации и российские правозащитники. Это как-то поддерживает вас?



Наталья Морарь: Да, безусловно. Буквально вчера мне звонили еще из Комитета по защите журналистов из Нью-Йорка, мне звонили из "Репортеры без границ". То есть это не только уже международная ассоциация прессы. Безусловно, это меня очень поддерживает. Я никогда в жизни не получала такого количества звонков, sms и писем со словами поддержки. Я могу сказать всем огромное спасибо, потому что это единственное, что поддерживает мою маму. Потому что во всей этой ситуации беспокоюсь исключительно за нее. Со мной все будет в порядке, я справлюсь, а она очень переживает. Поэтому я заставляю ее слушать все, что говорят по радио, по телевидению, в прессе пишут. Все, что мне присылают, она читает, это единственное, что ее держит. Поэтому всем большое спасибо.



Михаил Саленков: Я так понимаю, Наталья, вы надеетесь на лучшее, надеетесь, что все-таки удастся вернуться в Россию и продолжить работу в журнале.



Наталья Морарь: Безусловно. Вы знаете, есть разные способы вернуться. В крайнем случае, выйду замуж, мне уже много предложений поступило за последние двое суток, предложений руки и сердца, чтобы привезти меня, как жену гражданина Российской Федерации. Так что как-нибудь вернусь обязательно.



Михаил Саленков: Спасибо вам, Наталья, что согласились ответить на наши вопросы, и удачи вам, конечно.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG