Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дорогая моя столица... Дискутируют Олег Толкачев и Алексей Клименко


Михаил Соколов: В студии Радио Свобода наши гости – Олег Толкачев, представитель правительства Москвы в Совете Федерации, зам председателя Комитета по экономической политике, предпринимательству и собственности, и Алексей Клименко, член президиума экспертного совета при главном архитекторе города Москвы.


Поговорим о дорогой столице. В Лондоне цены на жилье после долгого роста стали падать, тут последние сообщения, а в Москве все никак. Более того, я сегодня прочитал сообщение, Юрий Лужков, мэр Москвы, поручил своим первым заместителям обратиться в федеральное правительство по вопросу роста цена на жилье. Очень его это все расстраивает. Цены на цемент с января по январь выросли на 106 процентов, на железобетон – на 40, на металл – на 15 и так далее. Олег Михайлович, знаете, это прямо какая-то паралитическая провокация. Он напоминает людям, что доступное жилье при Дмитрии Анатольевиче Медведеве стало просто недоступны, подорожав в столице раза в два за последнее время.



Олег Толкачев: Ну, давайте все-таки разделим переменные, что называется. Давайте-ка разберемся, что происходит. Что касается цемента, тут сейчас складывается ситуация очень любопытная. Насколько я знаю, идет довольно мощный процесс приглашения промстройматериалов из других регионов, вплоть до того, что становится экономическим выгодным доставка цемента или клинкера из регионов даже дальневосточных. То есть вопрос сейчас уже в свободных мощностях. То есть выход тут один: нужно строить эти производства, такие планы есть. К большому сожалению, это все будет где-то не раньше, чем через 2-2,5 года. Поэтому думаю, что здесь картинка однозначная просто: нужно наращивать мощности и выходить на вот эти вот уровни, которые есть в соседних странах, в частности, в КНР такие уровни есть. И только это даст возможность как-то сбалансировать рынок. Ну, что касается роста цен на другие материалы, то тут картинка такая. Это рынок, и скорее, как мне мыслится, те меры, которые были уже приняты по продовольствию, они могли бы здесь сыграть. И это обращение абсолютно верное, это и нужно делать. Но есть еще один вопрос, о котором вы не сказали, это, вообще говоря, выход на такие уровни оплаты труда, настоящие, которые позволяли бы людям брать сегодняшнюю ипотеку под те самые 10-10,5 процентов.



Михаил Соколов: Так где же в мире такая ипотека есть – под 10 процентов?



Олег Толкачев: Вот об этом-то и речь. Поэтому скорее тут мы должны обсуждать проблему не столько роста цен или не только роста цен, сколько снижения ипотечного процента. Потому что в тех регионах, где действительно идет рост стоимости жилья, вообще говоря, на сегодня действуют некие ипотеки, но скорее такого суррогатного типа, то есть это социальная ипотека, когда снижение процента достигается не на банковском уровне, а достигается путем определенной работы с застройщиками, преференций застройщикам. Очень классное решение проблемы – «Молодой семье – доступное жилье», это направление реально работает, оно востребовано. Захотите вписаться – еще надо суть туда войти. И вот, например, есть опыт Татарстана, где создан республиканский фонд, который, как я понял, возглавляет президент Татарстана, курирует, руководит этим фондом, куда предприятия добровольно 1-1,5 процента от прибыли отчисляют, и идет работа по такой социальной ипотеке для бюджетников. Развитие этих механизмов – вот это и есть реальный путь, вы правильно сказали. А 10,5 процента, которые мы получили, это вот, наверное, препятствие поважнее, чем рост цен.



Михаил Соколов: Давайте с Алексеем Клименко эту тему тоже немножко затронем. У меня все-таки есть ощущение, и думаю, что Олег Михайлович что-то еще скажет, что стройкомплекс Москвы превратился в такую самозаводящуюся систему: строить все больше, сносить все больше, продавать все дороже, ориентируясь как раз на рынок, предположим. В результате еще тех системных вещей, которые произошли с российским федерализмом, все меньше возможностей в регионах, все больше в Москве, и вот этот поток людей, желающих прорваться, людей с деньгами, он идет в Москву, и в результате скоро ни места не будет, ни возможностей, и старый город, наверное, тоже исчезнет.



Олег Толкачев: Позвольте одно слово. Я думаю, что тут неточно вы говорите. Неточно в том смысле, что сейчас идет очень такое серьезное наращивание объемов именно по горзаказу, то есть бюджетное строительство, а это как раз строительство для молодых семей, для очередников, то есть для москвичей, до 2 миллионов.



Михаил Соколов: Хорошо, сейчас нам позвонят очередники и молодые семьи, и они нам скажут, как они стоят. Алексей Алексеевич, пожалуйста.



Алексей Клименко: У меня-то впечатление такое, близкое к катастрофическому, от тех объемов, от тех намерений строительства в Москве, которые озвучены. Поскольку известно, что 50 процентов жилья, которое возводится в Москве, скупается приезжими.



Михаил Соколов: Или с инвестиционными целями.



Алексей Клименко: Нет, скупается приезжими. Следовательно, город разбухает, разбухает, ну, и если в Генплане предыдущем было 9 миллионов, сейчас уже идет речь о 12-ти, кто-то называет 14 миллионов. А в дневное время, когда приезжают работать, так и все 16. И дело не в количестве и не в ограничении площади, а дело в качестве жизни. В конце концов, это должно быть главным критерием и основой, фундаментом для проектов, для стратегии развития. И в этом смысле сколько бы ни строили, 5 миллионов, 10 миллионов, без конца господин Ресин говорит: «Мы будем делать больше 5 миллионов», - а будет ли от этого лучше москвичам? И так-то уже полная катастрофа с позиции экологии, с позиции качества жизни. Может быть, не надо строить так много? Может быть, надо подумать о том, чтобы воздух почище был, чтобы, может быть, с трафиком разобраться? А то ведь не только работать в городе невозможно: если 2-3 встречи, то 5-6 часов сидишь в пробках – и все летит к черту, все графики. Да и жить уже нельзя в городе. И даже если за городом, так все равно в город приехать надо и так далее. И мне кажется, что это должно быть основой и критерием качества жизни москвичей, в том числе с позиции здоровья. Между тем, статистика медицинская по детской смертности, по мертворождениях, по патологиям и так далее – самый закрытый у нас материал, самый тщательно скрываемый у нас материал. И в Генплане нет этих материалов. А, мне кажется, это должно быть самым главным, а вовсе не количество тысяч, миллионов квадратных метров.



Михаил Соколов: Олег Михайлович, появились сообщения, что московские власти скупают новостройки, земельные участки в области, до 70 километров, для выселения очередников и тех, кто проживает в центре в аварийных домах. Есть такое постановление «О реализации мероприятий по выполнению социальных жилищных программ города Москвы»: в текущем году будет выкуплено 600 тысяч квадратных метров, в 2008 году – 750 тысяч квадратных метров. Так что, значит, программа ведь какая – по выселению москвичей из города Москвы, получается.



Олег Толкачев: Ну, это вы, как всегда, преувеличиваете.



Михаил Соколов: Обостряю.



Олег Толкачев: Да, обостряете. Давайте все-таки мухи отдельно, а котлеты отдельно. Первое, никто не отменял и действует соответствующий норматив, постановление о том, что при переселении, в частности, из пятиэтажного фонда это либо свой район, либо районы прилегающие, кроме Центрального административного округа, где переселение в пределах ЦАО. Это, я надеюсь, понятно, поэтому тут никаких изменений нет.



Михаил Соколов: Это пятиэтажки. А если дом признали аварийным? А у нас можно много чего признать.



Олег Толкачев: Минуту, давайте еще раз. То же самое – про аварийные, то же самое – про капитальные ремонты, здесь никаких отклонений нет, не существует и не предполагается, это совершенно точно. Теперь давайте дальше. Вот, скажем, идет строительство Куркино или Жулебино, и там сейчас, в том же Куркино, одна часть улицы – это Куркино и Москва, вторая часть – это Химки, левая или правая, четная, нечетная. Да, там действительно куплено жилье, предлагается для заселения. Причем, обратите внимание, с сохранением всех привилегий и московской регистрации, и, соответственно, пенсионного обслуживания, и здравоохранения и так далее, все сохраняется. Если есть желание, как говорится, тут только строго по желанию, получить на соседней стороне улицы – пожалуйста. Нет такого желания – никто насильно никого не тащит. Но это есть возможность, так сказать, для ускоренного решения тех самых социальных задач, о которых вы говорите, в частности, для очередников. То же самое – Жулебино, Люберцы.



Михаил Соколов: Вот Валентин Андреевич пишет: «Много ли найдется оптимистов, желающих в Люберцы?»



Олег Толкачев: Дальше, насчет 70 километров, Дмитров и так далее. Ну нет таких решений, не выдумывайте, не фантазируйте! Никто не собирается никого выселять. Кроме того, хочу заметить, что по нормативу переселение производится строго исключительно в пределах населенного пункта Москва. Поэтому если, скажем, сохраняются все льготы на той же самой улице, то очереднику разницы в том, чья земля, кому принадлежит земля… Это вопросы по Щербинке, строительство жилья для военнослужащих, для офицеров. Долго разбирались в судах, кому принадлежит земля, в итоге построились, земля принадлежит Москве. Но, строго говоря, для офицеров, которые там будут жить, для военнослужащих, вопрос о том, кому принадлежит земля, между нами говоря, абсолютно не важен. Они так и так будут жить в этих домах, они так и так будут пользоваться одними и теми же льготами. Но в данном случае это Москва.



Михаил Соколов: Алексей Алексеевич, а как вам эта вся а) программа? И б) после выборов почему-то возникли и разговоры о том, что пора бы снова все-таки задуматься и объединить Москву с Московской областью в единый такой суперсубъект Федерации.



Алексей Клименко: О том, что нельзя длить это идиотское противостояние, об этом знают уже младенцы. Поскольку это абсолютно искусственное разделение, искусственные границы, и тот же Юрий Михайлович абсолютно прав, когда говорит о том, что любая магистраль, как бы ее ни расширяли, только он пересекает МКАД – тут же задохнется, тут же «горлышко». Ну, вот в Химках 4 полосы на Ленинградском шоссе, а мы сейчас делаем 17 – и что? Ну, как можно без координации? Могу сообщить слушателям, что сегодня в Академии архитектуры наконец встретились проектировщики транспортных систем Московской области и Москвы.



Михаил Соколов: Такое чудо!



Алексей Клименко: Такое чудо, да, наконец. Но это только проектировщики, а где же высшие-то лица? Ведь то, что руководители города и области как кошка с собакой, ну, это же фантастика, это же ни в какие ворота не лезет. Громов категорически запретил принимать хоть одну машину с грунтом, со стройматериалами, в том числе зараженным грунтом, из Москвы. Куда девать? Столько у нас зараженных земель, зараженных мест, а вывозить куда? В Воронежскую губернию? Ведь это же тоже нелепость. О той или иной форме взаимодействия области и города, о создании агломерации, которая должна жить по общим законам, об этом уже говорят все специалисты, кричат. Иначе нельзя. Будет ли это административное или не будет – не важно, надо взаимодействовать. И то, что представляет область сейчас, то, что она по периметру МКАДа делает черти какие торговые комплексы, вот на Теплом стане прямо у МКАДа примерно длиной в километр будет такой псевдо-Петергоф в 16 этажей высотой. Вот сейчас в Манеже был этот проект представлен. Представляете, 16 этажей в стилистике Петергофа! Это же бред какой-то!



Михаил Соколов: Ну, красивенько…



Алексей Клименко: Да красивенько, конечно, но ведь это же просто вдоль МКАДа такие бастионы.



Михаил Соколов: Ну, подъехать – будет пробка.



Алексей Клименко: Но это же все ни в какие ворота. Поэтому взаимодействие обязательно.



Михаил Соколов: И в жилищном строительстве?



Алексей Клименко: И в жилищном строительстве. Но то, что в области район Академический – там, я не знаю, невероятное количество, не помню точно цифры, там вдоль Калужского шоссе просто какие-то мегаструктуры – все сплошь жилье. И этим самым блокируется лесозащитный пояс, который когда-то спасал город Москву и бы резервом, ресурсом воздуха и здоровья, он уже уничтожен. И это колоссальная трагедия.



Михаил Соколов: Олег Михайлович, ну, так что, будете объединять Москву с областью? Или генерал Громов отстоит свои пределы?



Олег Толкачев: Давайте все-таки опять всерьез попробуем посмотреть на этот вопрос. Первое, есть ли взаимодействие? Есть такое взаимодействие, есть так называемая столичная коллегия, куда входят и губернаторы по должности, и члены правительства, она собирается достаточно регулярно, вопросы решаются. Есть ли, как говорил один из лидеров нашей страны, консенсус полный? Я думаю, что, конечно, многие вопросы решаются не адекватно задачам. Ну, уже в зубах навязла Ленинградка до Шереметьева, в городе, поэтому это очевидно. Взаимодействие в плане вылетных магистралей, в плане, так сказать, взаимной миграции, в плане, о чем говорили, застройки внутреннего и внешнего кольца по МКАДу, конечно, должно быть более отвечающим задачам всего населения страны, это понятно.


Но давайте еще раз глянем, будет ли объединение сегодня? Я думаю, ответ отрицательный, не будет ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Два региона. В чем разница? Разница, вообще говоря, в бюджете, это понятно, разница в налогах, разница в уровне социальной защищенности. И вот просто так размыть тот уровень, который есть в Москве, чтобы он растекся, я думаю, москвичи не захотят, не позволят. Будет ли в дальнейшем это вот выравнивание? Однозначно отвечаю: будет, но думаю, что не завтра. Поэтому взаимодействие такое нужно, но проблема-то вся не в административных вопросах, так сказать, приказал «поезд, стой, ать-два» - и генерал тут же начала земли в Щербинке предоставлять под застройку для военнослужащих. Наверное, это вопросы не такие простые. А вот выравнивание экономических показателей, что нужно подтягиваться до уровня столицы, ну, это правильно, так и будет.



Михаил Соколов: Давайте слушателей подключим. Ирина из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. Господин Толкачев, у меня очень личный вопрос, вернее, лично вам. Несколько дней назад в эфире «Эха Москвы» вы сказали о том, что МГТС понизило безлимитный тариф…



Олег Толкачев: На 35 рублей.



Слушатель: Почему-то вы сказали с 350, хотя это 380, до 350 с чем-то. Через пару дней в программе «Лицом к городу» господин Лужков тоже сказал, как об уже свершившемся факте, что безлимитный тариф понижен на 35 рублей. В МГТС об этом понятия не имеют.



Олег Толкачев: Принято решение, тариф понижен, со следующего года на 35 рублей тариф безлимитный будет ниже.



Слушатель: Второй вопрос, очевидно, к обоим гостям. Я родилась на Тверской, сейчас живу в районе 1905-года, то есть вокруг гуляет Сити. Наш дом очень крепкий 9-этажный, кирпичный, 250 квартир. Земля под домом, как говорится, горит, - неизвестно, понадобится ли она кому-нибудь. Места вокруг полно, застраивается всевозможными «Рогами и копытами». Я инвалид первой группы, у меня нет физических сил даже, как говорится, на другую сторону улицы перебраться…



Михаил Соколов: Понятно, что будет с такими домами, Олег Михайлович? Сити, 9-этажки…



Олег Толкачев: Вообще говоря, вопрос к Генплану, потому что Генплан утвержден, принят, он детально проработан и по городу, и по районам. Надо посмотреть конкретный адрес. Более того, сейчас идет вопрос о реконструкции, на следующий год 42 миллиарда рублей на капитальный ремонт домов выделяется. Если дом не подлежит, так сказать, не подпадает ни под какие программы (насколько я понимаю, под программы подпадают только пятиэтажки, сейчас речь идет о так называемых несносимых сериях), ну, значит, в самом сложном случае это капремонт, и никаких проблем.



Алексей Клименко: Я хотел бы сказать, что только что было замечательное действо в пользу жителей, а именно: все материалы по градплану каждой управы, в том числе и Пресне, были выставлены по ЦАО. И ваши люди, жители вашего дома имели полную возможность получить прямой ответ, на этой выставке или пойдя в управу, и так далее.



Михаил Соколов: В общем, посылайте ходоков. Вот вопрос от Сергея по пейджеру: «Скажите, пожалуйста, увеличилось ли федеральное финансирование Московского метрополитена и дорожного строительства?»



Олег Толкачев: Надо спросить себя, о чем мы говорим. Если мы говорим об абсолютных объемах, то небольшое увеличение состоялось.



Михаил Соколов: А с поправкой на инфляцию?



Олег Толкачев: Да сейчас мы это обсудим. На самом деле, беда-то немножко в другом. Беда в том, что надо смотреть еще и пропорции. По текущему году это 27 миллиардов примерно городского бюджета, регионального, и где-то около, чуть меньше 2 миллиардов – федерального. По следующему году 31-32 процента примерно – это региональный, и где-то чуть больше 2 – федеральный. То есть в пропорциональном отношении уменьшилось, вот в чем проблема. Но вопрос даже не в этом, как эти два миллиарда, чуть больше, чуть меньше разложились, а вопрос в том, что по сегодняшнему действующему нормативу это соотношение должно составлять 8 к 2: 80 процентов – регион, 20 процентов – федерация. А оно не выдерживается сегодня. А по-хорошему, по-настоящему, и за это сейчас идет борьба, об этом идет разговор, это соотношение должно быть 50 на 50, тем более что деньги есть. Поэтому ответить на этот вопрос так вот однозначно – увеличилось или уменьшилось – непросто. Я привел вам подробный ответ.



Михаил Соколов: Да, вот москвичи голосуют за «Единую Россию» Юрия Михайловича Лужкова, а получают то, что получают.



Олег Толкачев: Получают увеличение финансирования.



Михаил Соколов: Ну, вы же сказали какое.



Олег Толкачев: Еще раз, такого финансирования, как сегодня, из регионального бюджета не было никогда.



Михаил Соколов: И таких цен на нефть тоже не было, и налогов на нефтяные доходы.



Олег Толкачев: А в Москве нет нефти.



Михаил Соколов: Но есть нефтяные компании, которые здесь платят налоги. И нефтеперерабатывающий завод тоже есть. Алексей Клименко, пожалуйста, ваша оценка, как эти деньги тратятся – на транспорт, на метро и так далее? Кстати говоря, я не мог получить никогда ответа о наших метростроителей, почему нужно строить линию метро из конца в конец города, а вот не как в других городах мира, де линии расходятся в разные концы и так далее. Очень странная все-таки диспозиция.



Алексей Клименко: Строить метро, безусловно, нужно, и совсем недавно господин Гаев, главный по метрополитену московскому, заявил: «Если бы были деньги, мы бы построили в десять раз больше, мы бы закрыли эту проблему. Денег нет». И это выглядит в высшей степени странно. Это вовсе не московская проблема, Москвой пользуются все, вся страна, я уже не говорю о Московской области. Громов сидит в Москве, все его правительство сидит в Москве.



Михаил Соколов: Он переезжает с Мякининскую пойму.



Алексей Клименко: Ну, это еще бабушка надвое сказала. Дума Московской области сидит в городе и так далее. ГАИ Московской области находится в центре Москвы. Так вот, метро – спасение, но почему же нет денег? Может быть, есть смысл, как было когда-то с Храмом Христа Спасителя, создать фонд финансовой поддержки Московского метрополитена и, как на Храм Христа, все отстегивали, кто в Москву приходил, чтобы здесь функционировать, может быть, сейчас для решения общегородских проблем (а трафик – это как раз самая проклятая общегородская проблема, от которой страдают все абсолютно) есть смысл такой фонд сделать?



Михаил Соколов: Добровольно-принудительно, да?



Алексей Клименко: Ну, разные есть формы, с тем чтобы дать возможность метростроевцам сделать в интересах тех, кто пользуется Москвой, вот такую систему.



Михаил Соколов: Предлагаю начать с компании «Интеко».



Олег Толкачев: Должен вмешаться, не могу согласиться. Еще раз говорю, такие объемы, которые сегодня, сейчас выделяет по текущему году и по следующему город, - это на уровне 30 миллиардов по году, чуть выше, чуть ниже, - он не выделялись никогда. В этом году несколько станций сдается, это факт.



Михаил Соколов: Одна – «Сретенский бульвар». А 7 января – еще две. Не в этом году, а в следующем.



Олег Толкачев: Они закончены этим годом, поэтому, как говорится, можно считать, это уже деталировка.



Михаил Соколов: Приписываете.



Олег Толкачев: Ну, ладно. Но, повторяю, фонд-то можно создать, беды не будет, но все-таки это объемы такие, которые должны решаться централизованно. То есть тут самое важное – добиться либо, как минимум, 20 процентов из федерального бюджета, то есть четвертую часть от того, сколько тратит Москва. Если от 30, то это, сами понимаете, 7-8. Вот что нужно сделать. Тогда проблем будет существенно меньше или, скажем так, не будет вообще. То есть надо увеличить финансирование из федерального бюджета.



Михаил Соколов: Вы знаете, я видел одну цифру, что перевозки электричками в черте города по количеству людей снизились. Это значит, что этот транспорт не интегрирован, собственно, в городскую сеть, получается.



Олег Толкачев: Миша, это сейчас один из главнейших вопросов для города – сделать эту сеть, достаточно разветвленную, железнодорожную пригодной, удобной для перевозки горожан. Прежде всего это малое кольцо Московской железной дороги, это понятно, и сейчас такая работа идет, по крайней мере Москомархитектуры над этим работает, по-моему, день и ночь. И там нужен и соответствующий состав, и соответствующие станции, и подъезды, но не только это, а нужно сделать еще и радиальные направления тоже. Это ясная, осмысленная задача.



Михаил Соколов: Василий Петрович вам припоминает «новый БАМ» – монорельсовую дорогу. Видите как… Дорогого стоила – и толку от нее никакого. Мы уже обсуждали, Олег Михайлович, вы говорили, что эксперимент, но эксперимент, конечно, не удался.



Олег Толкачев: Ну, это вопрос, наверное, не ко мне, но думаю и повторюсь, рискуя вызвать ваше неудовольствие, что эксперимент, на самом деле, как раз удался, другой вопрос, что нужно от эксперимента переходить к такому настоящему размерному движению, а здесь нужны вложения. А то, что получен опыт, получен подвижной состав, это абсолютный факт. Причем состав не покупной, а весь этот опыт свой.



Алексей Клименко: Я хочу поделиться впечатлениями от одного из последних так называемых общественных градостроительных советов. Там компания «Мирекс», одна из самых мощных в Москве, и не только в Москве, предложила надстроить участок Киевской дороги, где Поклонная гора, и там сверху, на платформе огромное количество жилых домов построить, целые кварталы. Я, с одной стороны, рад, что наконец сделан шаг по освоению этих пустующих, этих очень странных железнодорожных территорий, а их колоссальное количество в Москве, в том числе неэффективно они используются. Но, с другой стороны, а как же жилье, зачем жилье? А только потому, что инвестор, только потому что не город решает общегородские проблемы!



Михаил Соколов: А может быть, там дорогу лучше было бы провести.



Алексей Клименко: Ну, каково жить над железной дорогой? А с собаками гулять, а детишкам в школу?



Михаил Соколов: Ну, будут на балконах гулять…



Алексей Клименко: Это же бред какой-то! Я понимаю, но если уж ты надстраиваешь, ну, сделай ты там и автомобильную трассу, сделай еще несколько ярусов парковки, сделай так, чтобы это работало для разгрузки транспортного проклятия Москвы. Но жилье-то здесь при чем?!



Олег Толкачев: Алексей Алексеевич, что называется, побойтесь Бога. Вы-то знаете лучше всех других, что, конечно, не инвестор решает эти вопросы, а все-таки Градсовет решает или, по крайней мере, предлагает к решению и так далее. Поэтому насчет того, будет жилье или не будет, у меня, честно говоря, то же есть сомнения определенные. Но то, что нужно использовать вот эти возможности…



Алексей Клименко: Конечно!



Олег Толкачев: «Мирекс» или не «Мирекс» это будет, «Мирекс» - нормальная компания. Я по памяти говорю, что, по-моему, достраивать вертикаль на Ленинском как раз «Мирекс» и взялся, хотя не его это были заботы, не его головная боль. «Спецвысотстрой», который украл деньги и убежал, так сказать, к «Мирексу» не имеет отношения.



Михаил Соколов: Не рекламируйте.



Олег Толкачев: Они, по-моему, как раз тут выступали в нормальном городском качестве, но бог с ними опять же. Я о другом, о том, что будет эта дорога, а скорее всего, так и будет, там дублер-то нужен, это понятно, но заранее говорить так, что обязательно жилье или обязательно не жилье, до решения Мосархитектуры, наверное, рановато.



Алексей Клименко: Но проект был выставлен, Насадов сделал жилье! Колоссальное количество жилых домов!



Михаил Соколов: Только без рук, пожалуйста.



Олег Толкачев: (смеются) Да нет, у нас глубокое взаимоуважение.



Михаил Соколов: У нас звонок. Валентин из Рязани, пожалуйста, ваш вопрос?



Слушатель: Здравствуйте. Может быть, чтобы ослабить трафик и снизить количество переселенцев, запретить регистрацию фирм, основное производство которых находится в других регионах? А то мы глотаем дым, вы глотаете деньги. А вопрос у меня простой. В отношении покупки жилья какова сейчас наиболее часто встречающаяся зарплата в Москве и в России?



Олег Толкачев: Что касается регистрации, тут никаких препятствий-то ведь нет, регистрироваться можно где угодно, в том числе и в Рязани. Важно, чтобы, так сказать, условия работы в Рязани соответствовали требованиям фирм. Поэтому, как только будут условия, там, в Рязани, и будут регистрироваться. Более того, заметное количество фирм, насколько я понимаю, сейчас изменило место дислокации, регистрации…



Михаил Соколов: На Петербург.



Олег Толкачев: … на Санкт-Петербург, конечно.



Михаил Соколов: Пинком отправили.



Олег Толкачев: Ну, пинком, не пинком, а многие побежали с удовольствием. Не будем спорить, по каким причинам, но ушли. Вопрос-то, повторяю, не в том, что кто-то кого-то заставляет, а в наличии или отсутствии условий. Вот это самое важное. Поэтому тут полная свобода. Что касается зарплаты, да, в Москве повыше зарплата, причем заметно повыше, это факт, и статистика такая есть, она опубликована, ничего тут нет закрытого.



Михаил Соколов: Но и жизнь дороже.



Олег Толкачев: Но и жизнь дороже, да. Мы же сегодня об этом говорим. Поэтому я за много лет работы не видел людей, которые добровольно стремились бы поменять вот эти тяжелые городские условия на условия какие-то иные. Одного видел. Главный врач одной очень уважаемой неврологической клиники сказал: «Все, что я в этой жизни хотел, я достиг, хочу переехать с Грузинской в Южное Бутово, там мне удобнее до дачи. Один такой был, кто просил смены, но опять же в городе, в Южном Бутово, ему там удобнее.



Михаил Соколов: Ну, цент Москвы скоро превратится в какой-нибудь Манхеттен, действительно, и потеряет свое своеобразие. Алексей Алексеевич, а как дела там со сносами и так далее, продолжается все это счастье? Вот вместо «Москвы» теперь стоит гостиница-новодел, вместо Военторга, по-моему, еще ничего не стоит…



Алексей Клименко: Как это? Да что вы, обижаете.



Михаил Соколов: Я давно не ездил, виноват.



Алексей Клименко: Ну, что вы, построено, да еще такое! Еще в несколько раз больше.



Михаил Соколов: Они же обещали, что то же самое, красивое такое.



Алексей Клименко: Ну, обещали, это же невозможно, но построено все, проект господина Колосницына вместе с господином Посохиным. Так что очень скоро Военторг, как это говорится, распахнет свои двери. А со сносом замечательно, все по-прежнему. Вот только что вручена премия за лучший реализованный проект в Сухаревском переулке: замечательный дом раннего классицизма 80-х годов XVIII века за здорово живешь просто уничтожили, пустовало-пустовало место – сделали подземелье, выстроили муляж в той же приблизительно стилистике, и за это получили премию как лучший реализованный проект. Так что с этим очень просто. Объявляется огромное количество домов, виноватых только в том, что там деревянные перекрытия (вся Европа живет с деревянными перекрытиями), аварийными, вытряхивают жители, так что все замечательно.



Михаил Соколов: Все по-прежнему.



Алексей Клименко: Да, все по-прежнему. Валерий Аркадьевич из Королева, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Спасибо большое.



Михаил Соколов: Здравствуйте. Ну, что, объединяться будете с Москвой?



Слушатель: Да, вы знаете, конечно, грех говорить, но однажды я выражение слышал, что лучший вид или взгляд на этот город – из окна бомбардировщика.



Михаил Соколов: Ну, не расстраивайте нас.



Слушатель: Но у меня вопрос по земле, именно Толкачеву. Вот вы сказали, что офицеру все равно, чья земля. Нет, не все равно. Вы, наверное, забыли о возможности приватизации и обо всех последующих элементах этого.



Михаил Соколов: А, вы про Земельный кодекс, который московские власти не выполняют, землю не передают.



Слушатель: Это само собой.



Михаил Соколов: Как же само-то…



Слушатель: У меня вопрос к Толкачеву как раз следующий. Он наверняка знает, что в свое время законом слово «кондоминиум» заменил на «квартирный дом», и постепенно, с 491-го постановления правительства Российской Федерации и до 75-го, понятие «придомовая территория» исчезло. Лужков же однозначно говорит: «Нет, ребята, жители или собственники, никакой вам земли, а только пятак под домом. Что же Толкачев здесь-то не отстаивает наши права?



Михаил Соколов: Ну-ка, Олег Михайлович, отстоите права. Я вот тоже землю хочу для ТСЖ получить – шиш пока.



Олег Толкачев: На самом деле это решается не решение Толкачева и даже не решением Лужкова, так сказать, а это решается вопросами межевания.



Михаил Соколов: Да, которое блокируется постоянно.



Олег Толкачев: Ну, ладно, перестаньте.



Михаил Соколов: У меня опыт есть, богатый.



Олег Толкачев: На самом деле сейчас вопросы межевания в городе идут, они решены. Другой вопрос, что не приняты нормативные акты на федеральном уровне, которые все до конца ставят на место, то есть формы и так далее, но вопросы идут. И территория не только под домом, что называется, пот отмостке будет передаваться, а будет передаваться территория придомовая. Но, повторяю, часто бывают здесь коллизии, конфликты, столкновения, а именно: хочу территорию со спортплощадкой, которая, вообще говоря, районная, для микрорайона, а как только я ее получу – я быстренько все это огорожу и никого не пущу на свою территорию. Поэтому вопрос о том, как будет проходить межевание, да, это вопрос сегодня самый острый, это правильно. А то, что все нормативы московские позволяют это сделать – территорию придомовую, проблем здесь нет.



Михаил Соколов: А цены за межевание вы знаете? Когда ТСЖ обращается в управу, там говорят: «Вы знаете, мы уже план сформировали на следующий год, вас там нет. И на следующий год нет, и на следующий нет…»



Олег Толкачев: Ладно, это вы кончайте, что на следующий, на следующий, а давайте посмотрим конкретно. Но действительно надо входить во все эти позиции, которые сейчас решают вопросы межевания. Самое главное сейчас для ТСЖ или… Ну, слово «кондоминиум», оно такое дискуссионное, мягко говоря, но ТСЖ имеют все возможности решать вопросы межевания.



Михаил Соколов: Михаил из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Олег Михайлович, скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, много порядочных или непорядочных людей в московском правительстве, соотношение какое здесь?



Олег Толкачев: Я, вообще говоря, не вхожу в московское правительство.



Михаил Соколов: Но вы там бывали.



Олег Толкачев: Да, и многократно, не один раз. Но думаю, что все-таки вам надо задавать этот вопрос либо руководству, либо тем, кто следит за этим. По крайней мере, мне такого рода мотивы неизвестны. У меня ощущение, что команда динамичная, и она работает на благо города, на пользу интересам города. Вот это мое мнение, и я вам его могу сообщить.



Михаил Соколов: Александр пишет: «Пока покончить с глупостью ельцинского времени и включить Москву и Петербург в состав областей, сделав обычными городами, а не псевдосубъектами».


«Ипотека – для очень узкого круга, только для молодых семей, если одному супругу нет 30 и есть ребенок. Много ли у нас молодежи, которая может позволить себе дорогостоящие мероприятие, как ребенок, и еще взносы по ипотеке?» - Света пишет. Спорят с вами, плохие условия по ипотеке.



Олег Толкачев: Об ипотеке мы уже говорили. Вопрос – в процентной ставке, мы это обсуждали, повторять не хочу. Что касается ребенка, вообще говоря, это такая проблема дискуссионная. Например, в Москве при рождении каждого ребенка выплачивается пособие, при рождении третьего ребенка (абсолютно точно знаю, о чем говорю), это 18 тысяч городских сразу, это где-то 5,5-6, будет больше с 1 января, федеральных. И плюс где-то на каждого ребенка более 5,5 до 6-6,5 тысяч с 1 января пособие. Плюс 10 тысяч городских 1 сентября на каждого школьника. Ну, не могу сказать, что разбогатеют донельзя от этого, но, во всяком случае, на содержание ребенка очень приличная поддержка.



Михаил Соколов: Анатолий Сергеевич из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, у меня тоже критическое замечание, потому что московское правительство да и Лужков, они сейчас себя очень хвалят, а на деле чаще происходит издевательство над людьми. Особенно это заметно в транспорте. Если взять автобусы и те длинные кишки, куда через узкую дверь люди набиваются, отталкивая на конечных остановках пожилых людей, молодежь берет штурмом.



Михаил Соколов: Анатолий Сергеевич, мы вас поняли. То есть вот эти приборы замечательные, которые, по-моему, скорость движения троллейбусов замедлили раза в три, - сколько раз Юрию Михайловичу Лужкову об этом говорили. Олег Михайлович, он что, зависим от этой компании, которая ставит эти вот турникеты, лично?



Олег Толкачев: Думаю, что вряд ли Юрий Михайлович зависит от какой-то компании, это исключается полностью. Другой вопрос, что при наличии этой вот системы где-то, по памяти говорю, 2,8, в общем, в 3 раза увеличились сборы, транспорт впервые стал… Он не может быть не дотационным, это во всех городах так, но он стал практически окупаемым, это точно. Но ответ-то простой, что сейчас идет работа по замене вот этих механических валидаторов и билетов смартбилетами, поэтому будет так же, как в метро, просто проход, если у тебя билет лежит в кармане. Вот это решение задач. Вряд ли кто сейчас будет отказываться от того, что себя зарекомендовало. Извините, надо платить за транспорт.



Михаил Соколов: Алексей Алексеевич, тут волнуются, почему в Москве нет скоростного трамвая.



Олег Толкачев: Уже решено.



Алексей Клименко: Ну, во всяком случае, разговоры на эту тему ведутся давно, и только что, на последнем градостроительном совете обсуждалась как раз проблема скоростного трамвая по Шоссе Энтузиастов, на Ивановского. Были там всякие технические проблемы, тем не менее, скоростной трамвай – это необходимо, и со временем он появится безусловно. Вообще, так сказать, общественный транспорт – это панацея в условиях мегаполиса, его развитие – безусловный приоритет. Но здесь очень неправильная ламентация, жалобы всякого рода начальственных лиц на эгоизм москвичей, которые покупают и покупают автомобили. Количество частных автомобилей в любой столице мира значительно больше, чем в Москве. Конечно, много стало машин, но беда в том, что порядка нет, что от нашей доблестной ГАИ вреда, наверное, больше, чем пользы.



Михаил Соколов: Парковщики еще, эвакуаторы, в общем, если мы сейчас будем все вспоминать, то просто катастрофа будет.



Алексей Клименко: Порядка нет в этой сфере.



Михаил Соколов: Порядка нет всегда, Алексей Алексеевич. Ефим, пожалуйста, ваш вопрос?



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, меня давно интересует вопрос. По моим представлениям, основные деньги Москва получает за счет арендной платы. Москва, условно говоря, 25 миллионов квадратных метров сдает, вроде бы, так говорили, по тысяче долларов. А сколько уже берет арендатор? Я вот поехал, купил беляш за 50 рублей, там 5 граммов мяса. 40 квадратных метров в центре, на вокзале. Беляш – 50 рублей. Сколько денег входит в этот беляш за счет арендной платы?



Михаил Соколов: Отличный вопрос. Олег Михайлович…



Олег Толкачев: Давайте попробуем разобраться. Первое, это так называемые неналоговые доходы в бюджете города, они сейчас не составляют заметную часть, подавляющую часть, они составляют сейчас несколько процентов, меньше 10 в бюджете города. Более того, сдается, конечно, не 25 и не 50, а сдается реально сейчас в аренду, после всех процессов, где-то от 6 до 7 миллионов метров арендных площадей. Это вот абсолютно точная цифра. Что касается беляшей на вокзале, в киосках…



Михаил Соколов: К МПС.



Олег Толкачев: Конечно, это вопрос к МПС, это не городская территория.



Михаил Соколов: Точнее – к РЖД, господину Якунину.



Олег Толкачев: Ну, к РЖД, поэтому надо все-таки разобрать, кто сдает. И примерно равным количеством собственности в Москве, той, которой обладает город, обладает вообще Российская Федерация, там примерно по 47 миллионов, по 50 каждый обладает. Но сдается, повторяю, где-то в районе 7 миллионов. А остальное используется.



Михаил Соколов: «Строительная политика московской власти изначально была направлена на обогащение чиновников за счет застройщиков, а не на решение жилищных проблем москвичей, в первую очередь очередников, коммунальных квартир и так далее», - пишет госпожа Савельева. Видите как оценивают.


Еще одна оценка… Вот тут про монорельс: «Совершенно непригоден. Рельс леденеет, вагоны холодные. Это преступление. Надо было на собаках попробовать», - Валерий Петрович говорит.


И вот что еще Аркадий пишет: «Главное, что проблема транспортная не решена». Это для него главный итог.


Так что, видите, недовольны, Олег Михайлович, все-таки московским правительством. А я бы у вас хотел спросить на прощание еще вот о чем. Владимир Путин уходит в премьеры из президентов, пообещал тут на днях. Может, и Юрию Михайловичу тоже пора в какое-нибудь другое место, а выдвинуть преемника? Все-таки человек немолодой, знаете. Может быть, пример брать с президента, хоть отодвинуться?



Олег Толкачев: Я-то думаю, что те достижения, которые есть в Москве, конечно, и проблем много, но достижения налицо. Твердо скажу, с металлом в голосе: они связаны с тем, что последние 17 лет Москвой руководит Юрий Михайлович Лужков.



Михаил Соколов: И будет править вечно?



Олег Толкачев: Я не знаю, сколько продлится, я бы хотел, чтобы это было подольше. Но эти вопросы, если раньше решались на уровне голосования москвичей, то сегодня это вопрос президента, который вносит кандидатуру, а голосует Дума.



Михаил Соколов: Спасибо.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG