Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия отказалась направить на выставку в Лондоне картины из своих музеев: комментарий Михаила Швыдкого


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Лиля Пальвелева.



Андрей Шарый: Россия отказалась направить на выставку в Лондоне картины из своих музеев. Сначала Москва требует гарантий безопасности экспонатов, например, тех, что эти экспонаты не будут конфискованы или арестованы. Такой гарантией могло бы, по мнению российских чиновников, стать принятие специального акта британского правительства. Об этом говорится в письме главы Роскультуры Михаила Швыдкого государственному секретарю департамента по культуре Великобритании. А за разъяснениями этой неприятной ситуации из уст российского чиновника среди других журналистов следила и корреспондент Радио Свобода Лиля Пальвелева.



Лиля Пальвелева: Как же могло случиться, что 120 работ, среди которых картины Поленова, Репина, Левитана, а также прославленных русских авангардистов, сначала пообещали показать в Лондоне, а затем передумали? Почему только сейчас испугались, что наследники дореволюционных владельцев, чьи собрания были национализированы, потребуют арестовать шедевры? По словам Михаила Швыдкого, во всем виноваты журналисты.



Михаил Швыдкой: Не мы подняли этот вопрос. Вот это важно очень понять. Проблему отсутствия гарантий в Британии подняла английская газета "Гардиан". Это, может быть, свидетельствует против меня в данный момент, но я вам все равно скажу. Если бы английская газета не подняла этот вопрос и не довела его до необъятных высот, не нашла потомков Щукина, Морозова, которые думать не думали подавать эти претензии в Англии, может быть, нам бы хватило местных гарантий, потому что обычно мы выпускаем выставки под гарантии муниципалитета, графств, скажем. Как в случае со Швейцарией - мы получили кантональные гарантии, а на нас подали в суд в другом кантоне, и началась вакханалия.



Лиля Пальвелева: Говоря о наследниках, Михаил Швыдкой поясняет: никого конкретно он не имеет в виду.



Михаил Швыдкой: Мы их даже можем не знать. Я однажды встречался с наследником Толстого. Их там 150 человек, мы и не знаем половины. Поскольку это заразительная история, поскольку это очень интересная коллизия всегда юридическая, может объявиться кто угодно, мы же не отслеживаем генеалогические древа.



Лиля Пальвелева: Но отчего Михаил Швыдкой считает недостаточными гарантии, которые он называет региональными?



Михаил Швыдкой: Мы привозим выставку в Лондон, а где-нибудь, там, в Уэллсе или в Шотландии на нас подадут в суд и все. Это же не Америка, где все разделено по штатам. Поэтому после того, как сами англичане показали, что явно недостаточно гарантий для вещей такого уровня, мы сказали: надо искать варианты. Нам говорят, что хартия 1978 года распространяется на Россию. Мы провели все анализы и поняли, что это не так, потому что мы не подписывали Базельскую конвенцию 1972 года, иммунитет не действует. Значит, нужен либо какой-то парламентский акт... Такой акт есть во Франции. Когда во Франции возникла такая же коллизия, французы приняли парламентский акт. Такого рода акты и специальные законы действуют в Соединенных Штатах, Госдеп дает гарантию их. В Великобритании, к сожалению, такого закона нет. На сегодняшний день мы говорим только об одном - по этой конкретной выставке нужен локальный акт кабинета министров, очень простой. Мы сидели, ломали голову вместе с юристами МИДа: как без парламентского акта кабинет министров на эту выставку может сделать акт, который, с нашей точки зрения, все риски закроет? И вот сегодня мы предложили такой вариант. Англичане, кстати сказать, тоже могли бы подумать, как это сделать, честно вам скажу. Я понимаю, любая бюрократия очень трудно... сегодня 20-е число, 24-го Рождество. Но в принципе это три строчки на бумаге, не более того.



Лиля Пальвелева: Отношение у России с Великобританией и так осложнены, не осложнятся ли еще больше в связи с этим?



Михаил Швыдкой: Ой, ну знаете, я вам так скажу: я не отвечаю ни за что, кроме... Мне важно, чтобы сохранились добрые отношения в области культуры. Но я также отвечаю за то, чтобы российское национальное достояние не испарилось в пространстве. Поэтому усложнит это отношения между Великобританией и Россией, не усложнит… Захотят это использовать для усложнения отношений - используют, не захотят - не используют. На будущий год мне 60 лет. Я хочу уйти на пенсию. И я не хочу, чтобы потом еще 10 лет прокуратура приходила ко мне домой и спрашивала, почему я выпустил эту выставку, и она осталась в Великобритании.



Лиля Пальвелева: Как заявляет Михаил Швыдкой, российское законодательство полностью защищает привезенные из других стран произведения искусства от претензий третьих лиц. Хочется взаимности - мечтает глава федерального агентства.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG