Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. За десять дней до начала первичных партийных президентских выборов предсказать их победителя невозможно. Американские ученые готовы приступить к проверке самой многообещающей за десятилетия теории борьбы с раком


Юрий Жигалкин: За десять дней до начала первичных партийных президентских выборов предсказать их победителя невозможно. Американские ученые готовы приступить к проверке самой многообещающей за десятилетия теории борьбы с раком. Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».


За десять дней до партийных конференций в Айове, где начнется процесс избрания утверждения кандидатов в президенты от двух ведущих партий, и спустя по сути год после начала президентской кампании ни один из кандидатов ни у республиканцев, ни у демократов не утвердил себя в качестве однозначного фаворита, несмотря на десятки миллионов долларов, уже затраченные на проведение кампании. За последние недели казавшиеся непотопляемыми Хиллари Клинтон и Рудольф Джулиани не только утеряли свое огромное преимущество, в некоторых из штатов они уступают своим конкурентам.


О неожиданной ситуации накануне первых партийных выборов рассказывает Аллан Давыдов.



Аллан Давыдов: Кандидат от демократов Барак Обама догнал в Нью-Гемпшире по популярности самого грозного соперника по партии Хиллари Клинтон, там 8 января состоятся первичные выборы. Судя по результатам проведенного в этом штате опроса г a зеты « USA Today » и службы Гэллапа, Барака и Хиллари в роли президента видят по 32 процента членов демократической партии. Бывший сенатор Джон Эдвардс отстает от них на 14 процентов. У республиканцев в этом штате с 34 процентами лидирует бывший губернатор Массачусетса Митт Ромни, оставив позади сенатора Джона Маккейна с 27 процентами и бывшего мэра Нью-Йорка Руди Джулиани с 11 процентами.


Первичные выборы в Нью-Гемпшире традиционно имеют значительный вес, несмотря на немногочисленность населения штата и особые требования к кандидатам со стороны тамошних избирателей, потому что в результате их происходит заметный отсев среди претендентов на Белый дом, а набравший наибольшее число голосов, как правило, становится партийным номинантом. Основным выводом проведенного в штате опроса стала высокая, более чем 40-процентная доля колеблющихся избирателей, которые примут окончательное решение ближе ко дню проведения праймериз. Насколько необычна такая ситуация? Об этом я спросил известного политолога профессора Университета штата Мичиган Уильяма Аллена.



Уильям Аллен: Я бы не назвал ее беспрецедентной. Такое часто случается в истории, особенно при так называемых открытых выборах, когда в число кандидатов не входят действующие президент или вице-президент. У Буша исчерпан лимит двух сроков, Чейни не выставил свою кандидатуру, и это открывает возможность добиться партийной номинации для многих кандидатов. У демократов позиции сильнейшего кандидата Хиллари Клинтон с каждым днем слабеют относительно позиций Барака Обамы. В обеих партиях идет брожение. Обычно такие условия всегда повышают степень неопределенности в умах избирателей, что и отразилось на опросе общественного мнения.



Аллан Давыдов: Профессор Аллен отмечает, что нерешительность избирателей в определении наиболее предпочтительных кандидатов имеет общие для обеих партий корни.



Уильям Аллен: Отсутствие претендентов из числа лидеров уходящей администрации совпало с тем, что в критически важный момент истории, при неясности программы дальнейшего развития страны, нет кандидатов, которые могли бы наиболее отчетливо ее сформулировать. Каждый кандидат пытается сформулировать свою собственную предвыборную тему, волнующую, как ему кажется, электорат, но ни одна из них в решающей степени не привлекает интереса избирателей. Вполне вероятно, что по мере того как кандидаты будут больше сосредотачиваться на ключевых проблемах американского общества, общественное мнение в такой же степени будет концентрироваться вокруг этих проблем.



Аллан Давыдов: Уильям Аллен полагает, что, в нынешней предвыборной кампании, в конце концов, произойдет выделение самых ключевых проблем, решение которых затем будут отождествляться с кандидатом, который способен будет это сделать.



Юрий Жигалкин: И все же, чьи шансы кажутся наиболее предпочтительными американским политологам? Об этом – Ян Рунов.



Ян Рунов: На данном этапе президентской гонки определенности нет ни в той, ни в другой партии. Сложилась редкая ситуация: обе партии пришли к первичным выборам без ярко выраженных лидеров. Поэтому политические обозреватели широко обсуждают, кто может победить на выборах в Айове, и определят ли эти выборы дальнейшую судьбу кандидатов. «У них действительно равные силы», - говорит политический обозреватель Кэнди Кроули. В первую очередь это замечание относится к кандидатам от Демократической партии. У республиканцев контраст заметнее. Так считает обозреватель Марк Мюррей.



Марк Мюррей: Например, в вопросе нелегальной эмиграции Сенатор Джон Маккейн намного либеральнее, чем бывший губернатор Арканзаса Майк Хакаби. Хакаби выступает за всеобъемлющую иммиграционную реформу. По вопросу об абортах за государственный счёт – бывший мэр Нью-Йорка Джулиани ближе к демократам, чем к другим кандидам-республиканцам. Среди демократических кандидатов такого контраста нет. По всем основным проблемам они согласны друг с другом на 97-98 процентов. Разница между ними больше в том, кто по своему характеру может быть лидером, чем во взглядах на сами проблемы.



Ян Рунов: Говорит Кенди Кроули.



Кенди Кроули: Сейчас хорошее время для кандидатов-демократов. Но для кого из шестерых время лучше? Последние опросы общественного мнения показывают, что избиратели-демократы вполне удовлетворены составом ведущих кандидатов и, кто бы ни был утверждён в качестве единого партийного кандидата, избиратели не перебегут в лагерь республиканцев, как это было во время избрания Рейгана. Каждый из кандидатов-демократов говорит, что пришло время всё менять. Но кто из них лучше сможет это сделать?



Марк Мюррей: Выборы в Айове начнут выстраивать кандидатов по местам. Чем меньше окажется разрыв между кандидатами в Айове, тем острее будет борьба на следующих первичных партийных выборах в Нью-Гемпшире и Южной Каролине. Тогда начнётся самое интересное.



Ян Рунов: Такова, по мнению американских политических обозревателей, довольно неопределённая и непредсказуемая обстановка накануне первичных партийных выборов, которые 3 января стартуют в штате Айова.



Юрий Жигалкин: В ближайшее время в нескольких американских медицинских центрах начнутся клинические испытания нового лекарства. Это событие вызывает необычные волнения в мире профессионалов онкологии, свыкшихся с тем, что продление жизни больного даже на несколько месяцев с помощью нового лекарства воспринимается как серьезное достижение. На этот раз испытанию подвергнется не столько новый медикамент, сколько самая, как говорят специалисты, значительная и многообещающая теория, по крайней мере, последнего десятилетия. В образной интерпретации апологетов этой теории, они, наконец-то, обнаружили своего рода родник, поддерживающий жизнь и регенерацию раковых образований – это раковые стволовые клетки, присутствие которых в небольшом количестве было обнаружено, по крайней мере, в десятке разновидностей раковых опухолей. Цель новых испытаний – попытаться уничтожить этот источник жизни рака.


Насколько могут быть близкими к истине подобные метафорические выводы? Мой собеседник – профессор медицины Даниил Голубев.



Даниил Голубев: Здесь открыто или, вернее, подтверждено наблюдаемое ранее явление, что в популяции клеток зрелой опухоли, причем и лейкемий, и плотных опухолей, имеются стволовые раковые клетки. Стволовые раковые клетки отличаются от эмбриональных клеток тем, что они порождают только новые раковые клетки, в то время как эмбриональные стволовые клетки являются родоначальником всех органов и тканей. Откуда они там возникают? Видимо, они являются, если можно так выразиться, потомками эмбриональных стволовых клеток. Но они обладают свойствами раковых клеток.



Юрий Жигалкин: Насколько я понимаю, именно открытие функций этих клеток дало повод заговорить чуть ли не об открытии источника рака?



Даниил Голубев: Опухоль уже есть, оставим вопрос о том, почему она возникла. Так вот, в ней от 1 до 10, а иногда даже до 50 процентов клеток отличаются от основной массы тем, что они относятся к категории стволовых, а это значит, что они не отмирают, как, в общем, в конце концов все раковые клетки, пройдя определенное количество делений, а дают рост новым клеткам. И вот то обстоятельство, что они есть в каждой опухоли, является первопричиной и метастазирования, и рецидивов. И это очень важный элемент. Хотя он, повторяю, еще носит характер гипотезы.



Юрий Жигалкин: А как ученые намерены нейтрализовать эти канцерогенные стволовые клетки?



Даниил Голубев: Дело в том, что нынешнее поколение химиотерапевтических препаратов убивает обычные раковые клетки, а что касается стволовых раковых клеток, имеющих свои особые молекулярные маркеры, как выясняется, они или совсем на них не действуют, или действуют недостаточно. Поэтому речь идет о создании новой категории химиопрепаратов, которые избирательно уничтожают именно эти клетки. И это рассматривается как крупнейшее достижение в онкологии последних десятилетий. Повторяю, если эта гипотеза получит всестороннее подтверждение. И это является действительно мостиком к созданию принципиально новых лекарств, которые будут куда более эффективны, чем ныне действующие.



Юрий Жигалкин: Профессор, прошу прощения, но сюжет нашего разговора требует этого заведомо безответного вопрос: можем ли мы говорить об излечении от рака?



Даниил Голубев: Будем осторожнее, речь идет о принципиально новом подходе к приготовлению лекарств против рака, химиотерапевтических препаратов. Как это скажется на общей излечиваемости этого тяжелейшего заболевания, это, конечно, сейчас можно только гадать. Но это новый подход, обоснованный, который вселяет надежду. И вот Национальный институт здоровья, который сейчас очень ограничен в средствах, поддерживает и выделяет средства именно для такого подхода. И это обнадеживает.



Юрий Жигалкин: При этом, надо сказать, существует немало скептиков, сомневающихся в этой красивой гипотезе. Что им кажется сомнительным?



Даниил Голубев: Все кажется сомнительным! Обязательное присутствие или наличие такого рода клеток, то есть стволовых раковых клеток в каждой опухоли, роль этих клеток, которая была так «оптимистично» обрисована, она представляется им недоказанной. И один из авторитетов вообще посчитал эту гипотезу более близкой к религии, чем к науке.



Юрий Жигалкин: Профессор, но не парадоксален ли факт, что стволовые клетки, о которых часто говорят, как о панацее, согласно этой теории, являются хранителями рака?



Даниил Голубев: Нет, не парадоксально, потому что это другие клетки. Они принадлежат к определенному классу именно стволовых клеток, но они резко отличны от тех клеток, о которых мы с вами говорили как о надежде на спасение при лечении разных заболеваний. Они не просто стволовые, а они раковые стволовые клетки, и это такая же разница, как разница между выражением «милостивый государь» и «государь-император» - и там и там «государь», а смысл совершенно другой.



Юрий Жигалкин: Несмотря на отсутствие специальных препаратов, предназначенных для борьбы с раковыми стволовыми клетками, проверка новой, потенциально революционной теории начнется на тридцати пациентках, страдающих раком груди. Они будут принимать препарат первоначально созданный как средство от болезни Альцгеймера. Однако в лабораторных опытах с мышами случайно выяснилось, что это лекарство способно уничтожить стволовые клетки рака груди. Надежды и волнения ученых как никогда велики.


XS
SM
MD
LG