Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Убита бывший премьер-министр Пакистана Беназир Бхутто


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Кирилл Кобрин, Ян Рунов и Ирина Лагунина.



Андрей Шарый: Пакистанская полиция разогнала в четверг вечером слезоточивым газом участников стихийной демонстрации протеста, начавшейся после того, как стало известно об убийстве бывшего премьер-министра, лидера Пакистанской народной партии одного из лидеров пакистанской оппозиции Беназир Бхутто. Более ста человек перекрыли главную дорогу в городе-гарнизоне Равалпинди, где произошло покушение. Они жгли портреты президенты Первеза Мушаррафа и плакаты его партии - правящей "Мусульманской лиги". Беназир Бхутто погибла сегодня в результате теракта на митинге в Равалпинди, где она выступала перед своими сторонниками.



Кирилл Кобрин: В городе Равалпинди был организован массовый митинг сторонников Беназир Бхутто и ее партии Пакистанской народной партии. Бхутто уже выступила с речью и направлялась к автомобилю, чтобы уехать. В это время из толпы выскочил преступник, который сделал несколько выстрелов; две пули попали в политика - в шею и челюсть. После этого нападавший привел в действие взрывное устройство. Около полутора десятков человек были убиты, десятки ранены.


Раненую Беназир Бхутто привезли в госпиталь. Все попытки врачей спасти ее оказались тщетными. Поначалу представители власти и Пакистанской народной партии сообщали, что Бхутто не пострадала при теракте. Затем появились известия - со ссылкой на семью экс-премьера - что она ранена. Через два часа после покушения поступила информация, что Беназир Бхутто умерла. Эта новость тут же появилась на пакистанском телевидении. Говорит репортер местного телеканала.



Журналист: Некоторые врачи главного госпиталя в Равалпинди подтверждают, что Беназир Бхутто скончалась. Мы пытаемся подтвердить эту информацию, пытаемся пробиться к госпиталю, так как он блокирован полицией, никого не пропускают внутрь. Хотя лидеры Народной партии говорят, что это печальное событие действительно произошло.



Кирилл Кобрин: Около больницы собрались многочисленные сторонники Бхутто. Так они отреагировали на сообщение о смерти их лидера. (Слышны крики, плач)


США, Великобритания и Россия уже осудили убийство Беназир Бхутто. Бхутто вернулась в Пакистан в октябре - судя по всему, после тайного соглашения с президентом страны Первезом Мушаррафом. С ее возвращением связывали возможность возвращения Пакистана к демократическим процедурам и надежду на честное проведение намеченных на начало января парламентских выборов. Возглавляемая Беназир Бхутто Пакистанская народная партия - самое популярное оппозиционное движение, наряду со сторонниками другого видного оппозиционера - свергнутого Мушаррафом премьера Наваза Шарифа. Напомню, Шариф тоже вернулся из изгнания. Появление таких фигур на пакистанской политической арене, как оба бывших премьера, было воспринято позитивно среди умеренных сил страны и на Западе. В конце ноября президент Пакистана Первез Мушарраф сказал.



Первез Мушарраф: Беназир Бхутто и Наваз Шариф вернулись. Лично я считаю это хорошим фактором политического урегулирования.



Кирилл Кобрин: По распространенному мнению, главные враги Бхутто - не только многие люди из окружения нынешнего главы государства (особенно среди представителей спецслужб), но и крайние исламисты. Само возвращение Беназир Бхутто было омрачено крупнейшим терактом: 18 октября на пути ее кортежа были взорваны мощнейшие бомбы. Погибли 138 человек, ранены - сотни. Тогда Беназир Бхутто не пострадала. Она и ее окружение обвиняли в подготовке преступления спецслужбы; более того, она утверждала, что власти сделают все, чтобы предстоящие парламентские выборы не были честными. В начале декабря Бхутто заявила.



Беназир Бхутто (архив): В нынешней ситуации честных выборов быть не может. Мы хотим честные выборы, мы всегда выдвигали условие таких выборов и мы всегда заявляли, что, если таких выборов не будет, мы усилим давление на власть.



Кирилл Кобрин: Сегодня утром, за несколько часов до убийства Бхутто, был обстрелян митинг сторонников Наваза Шарифа. Погибли четыре человека.



Андрей Шарый: Беназир Бхутто было 54 года, политикой она занималась более трех десятилетий. Ее отец Зульфикар Али Бхутто был во второй половине 70-х годов президентом и премьер-министром Пакистана, потом его сверг и казнил генерал Зия-уль-Хак, глава военной хунты Пакистана, а саму Беназир Зия-уль-Хак отправил под домашний арест. После 10 лет жизни в эмиграции Бхутто дважды в общей сложности более 6 лет занимала пост премьер-министра, будучи лидером Пакистанской народной партии. Дважды ее отправляли в отставку по обвинениям в коррупции. Последние 8 лет она проживала в Великобритании, спасаясь от ареста в связи со злоупотреблением властью, и на родину смогла вернуться два месяца назад. У Беназир Бхутто осталось трое детей.


Рядом со мной в студии Радио Свобода международный обозреватель нашего радио Ирина Лагунина.


Ирина, обозреватели уже пишут о том, что возможно возобновление гражданской войны в Пакистане. На ваш взгляд, действительно так сильна эта угроза?



Ирина Лагунина: На самом деле, может быть, не полная гражданская война, но какого-то рода гражданский конфликт в Пакистане уже идет. И конечно, это убийство только усилит напряжение в стране. Что я имею в виду под гражданским конфликтом? Дело в том, что Пакистан очень неоднороден, в Пакистане есть район, который контролируется племенными вождями и племенами, - район Вазиристана. Есть три провинции, которые уже взяты под контроль исламистами. Есть отдельно существующая от всего армия. В этой структуре армии самостоятельным блоком выступает военная разведка, которая всегда играла совершенно особую роль и во внешней политике, и во внутренней политике Пакистана. Военная разведка как раз больше всего, по данным специалистов, вмешивается в афганские, например, дела, и вмешивалась в годы талибов. Есть еще светская оппозиция. И есть как таковой президент Первез Мушарраф. Более того, есть еще на фоне общего суннитского населения, а суннитский ислам в Пакистане довольно жесткую форму носит, это не суфийский ислам, как в Афганистане, это ислам ближе к Саудовской Аравии, ближе к ваххабизму, так вот, на этом фоне общего суннитского населения есть еще горстка шиитов, которые довольно регулярно подвергаются террористическим нападениям. И вот этот вот весь котел в последнее время бурлит. И уже против трех провинций, которые захвачены исламистами, ведутся военные действия несколько месяцев подряд, без особого успеха, надо сказать. Так что этот конфликт уже есть.



Андрей Шарый: Спасибо, Ирина.


Понятно, что мировое сообщество с крайним возмущением встретило известие об убийстве лидера пакистанской оппозиции. Во-первых, потому что это убийство, это теракт. И, во-вторых, Ирина, очевидно, в силу тех причин, о которых вы сейчас говорили. Вот несколько заявлений. В США представитель Белого дома Том Кейси заявил, что экстремисты угрожают демократии в Пакистане. Уже выступил и президент Буш с соответствующими словами по этому поводу. Великобритания призвала пакистанцев к единению. Представитель МИД России Михаил Камынин выразил надежду, что власти Пакистана сделают все для стабилизации обстановки в стране. А в Италии, Франции и Индии убийство Бхутто назвали отвратительным зверством.


Традиционно большую роль в урегулировании внутрипакистанских проблем играют США, которые так или иначе участвуют в раскладе внутри этой страны. О возможном развитии американо-пакистанских отношений после гибели Бхутто наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов беседовал с американским экспертом.



Ян Рунов: Редактор интернетного политического обозрения «Мир и Свобода», бывший президент Корпорации международных консультантов по вопросам обороны Джон Кери считает одной из важнейших ошибок американской внешней политики ориентацию на того или другого лидера, а не на политические силы.



Джон Кери: Соединённые Штаты полностью положились на президента Мушаррафа. Более года назад вице-президент Чейни заявил в телевизионном интервью о 100%-й поддержке Белым Домом Мушаррафа и его правительства. Хотя уже тогда было хорошо известно, что правительство Пакистана коррумпировано, что американские деньги, предназначенные для борьбы с террористами "Аль-Каиды" и "Талибана", расхищаются генералами, что сам Мушарраф озабочен только одним: как удержаться у власти любой ценой. Когда на политической сцене Пакистана вновь появилась Беназир Бхутто, возникла надежда, что, при поддержке США, она сумеет выправить политику Мушаррафа, найти ключ к примирению с лидерами этнических групп, населяющих районы, граничащие с Афганистаном, и активизировать борьбу с талибами и сторонниками бин Ладена. Возникла надежда на баланс сил, на антиисламистский союз. Теперь под вопросом назначенные на январь выборы, и не исключено новое введение чрезвычайного положения. Но за убийством Бхутто могут стоять не только террористические силы, а также армейские круги и пакистанская секретная служба. Гибель Беназир Бхутто - большой удар по американским планам в Пакистане. Теперь жителей Пакистана ожидает очень трудное, неспокойное время.



Ян Рунов: Ожидаете ли вы изменения американского курса в отношении Пакистана?



Джон Кери: Я думаю, сейчас нас ожидают очень большие трудности. С одной стороны, Вашингтон должен продолжать поддерживать Мушаррафа, особенно накануне всеобщих выборов. Тем более что он, по его словам, стремится к демократизации и к проведению свободных выборов. Даже если это только слова, Мушаррафе теперь нет альтернативы, ибо, после гибели Бхутто, в стране нет умеренного лидера, который бы ориентировался на США. Если сейчас Вашингтон откажет Мушаррафу в поддержке, то к власти могут прийти исламистско-экстремистские, антиамериканские силы, выступающие против демократизации, против присутствия американских вооружённых сил, против восстановления закона и порядка в граничащих с Афганистаном районах.



Ян Рунов: Значит, планы по активизации американо-пакистанских действий против "Аль-Каиды" и "Талибана" придётся отложить?



Джон Кери: Я думаю, позиции нашего президента ослаблены затянувшимся кризисом в Ираке, продолжающимися кровопролитиями в Багдаде, ухудшением ситуации в Афганистане. Бушу необходимо как можно скорее создать политическую коалицию по совместной борьбе с террористами в Пакистане. Однако, я думаю, планам размещения американских и международных сил на пакистанской стороне пакистано-афганской границы, и планам более активных действий в Пакистане будет оказано сильное сопротивление на мировой арене. Мы очень огорчены гибелью Беназир Бхутто. Думается, теперь в Пакистане может сложиться ещё более печальная, проблемная ситуация.



Ян Рунов: Так считает Джон Кери, редактор интернетного политического обозрения «Мир и Свобода», бывший председатель Группы советников НАТО.



Андрей Шарый: И я снова обращаюсь к Ирине Лагуниной. Ирина, я пока не видел реакции президента Пакистана Первеза Мушаррафа на случившееся. А вот другой лидер оппозиции Наваз Шариф заявил, что принимает из рук Бхутто знамя борьбы. Возможно ли какое-то на этом ужасном фоне примирение оппозиции и властей? Или ситуация совершенно катастрофическая?



Ирина Лагунина: Первез Мушарраф тоже уже выступил с замечанием, что это было сделано террористами, и терроризм - самая большая угроза для безопасности страны. Вот правильно заметил Джон Кери, что в Пакистане, может быть, неправильно сделали США, что сделали упор на лидера, но другого варианта нет. Пакистан, как молодая демократия, как демократия, которой постоянно мешали развиваться военные перевороты, имеет эту тенденцию - опираться на лидера. Сможет ли Наваз Шариф привлечь на свою сторону сторонников Народной партии, которую возглавляла Беназир Бхутто? Знаете, возможно, да, потому что другого лидера в этой партии нет. Но значит ли это, что выборы будут более демократичными и более представительными, и сможет ли после этого Наваз Шариф представлять светскую часть пакистанского общества – это действительно большой вопрос, и это другой вопрос.



Андрей Шарый: Беназир Бхутто называли представительницей, условно говоря, демократического Пакистана, насколько можно говорить о демократии в западном ее понимании в такой азиатской стране со своими традиционными условиями. Сейчас то, что происходит, означает, что этот маятник развития страны объективно сильно сдвигается в сторону более авторитарных тенденций? Или все-таки есть шанс на то, что Пакистан тем или иным способом может преодолеть и этот кризис. Все-таки есть в стране 50-летние традиции какой-то демократии. Хотя и военных переворотов, в общем, не один и не два.



Ирина Лагунина: Мне кажется, что маятник страны сейчас качается не в сторону от демократии к авторитарному режиму, а от светского государства к исламистскому государству. И для этого есть целый ряд совершенно объективных факторов. И первый из них состоит в том, что вот эта часть Пакистана, которая примыкает к Афганистану, за все годы советской оккупации Афганистана была наводнена беженцами из Афганистана. Это исключительно бедная часть страны. Но в этой бедной части страны в свое время Саудовская Аравия, чтобы как-то занять молодежь, детей, чтобы они не были беспризорниками, чтобы они не воровала по базарам, открыла сеть медресе. Эти медресе очень жесткого исламистского толка. Вот эти дети сейчас выросли, и вот они вступают в жизнь как ярые и фанатичные исламисты. Вот с этим связаны отчасти многие проблемы Пакистана, исламистские проблемы Пакистана. Тот радикальный клирик мулла Фазлула, который захватил сейчас долину Сват, он установил там свою радиостанцию (его, кстати, называют клирик «мулла-радио»), он тоже из этой молодежи. И именно эта молодежь в свое время пополнила ряды талибов, она составил костяк талибов, которые вторглись в Афганистан и сделали это движение массовым там.



Андрей Шарый: Это не первое покушение на Беназир Бхутто, сразу после ее возвращения на родину раздался взрыв, тоже были теракты в октябре этого года. В начале нашей беседы, Ирина, вы перечислили несколько дестабилизирующих факторов, и очевидно, если говорить о версиях этого преступления, так или иначе, те радикальные экстремистские группы, о которых вы говорили, могут быть причастной к той трагедии, которая сегодня произошла. Что все-таки, на ваш взгляд, наиболее вероятно, кому наиболее выгодна была смерть Беназир Бхутто.



Ирина Лагунина: Она действительно выгодна всем практически, поэтому надо, наверное, смотреть на методы, которыми был совершен этот теракт. Все-таки при всем том, что делает та же самая, например, военная разведка в Пакистане, теракты с помощью террористов-самоубийц военной разведкой никогда не проводились. Терроризм самоубийц присущ именно ярой исламистской ветви ислама, которую проповедует та же «Аль-Каида» или те же талибы. Кстати сказать, в Пакистане достаточно много терактов с применением террористов-самоубийц, и они даже начались раньше, чем в Ираке. И по данным экспертов, по исследованиям, все показывает на то, что и в Афганистан терроризм самоубийц приходит из Пакистана. Это исламистский терроризм.



Андрей Шарый: И последний вопрос. Сам Первез Мушарраф был заинтересован, объективно хотя бы, в таком ужасном способе устранения Бхутто, своего политического противника, или нет?



Ирина Лагунина: Если считать холодную политику, то да. Но если представить себе политического лидера, который окажется в такой ситуации, а он все-таки мудрый политик и давно у власти, и вот этот политический лидер вдруг получит такую мировую реакцию, вдруг получит такой кошмар у себя дома (этот кошмар будет), то вряд ли, конечно, Мушарраф был заинтересован каким-то образом.


XS
SM
MD
LG