Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Отношения российского государства и Русской Православной церкви


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Кирилл Кобрин.



Андрей Шароградский: В эти дни мы завершаем серию интервью, посвященных итогам 2007 года в разных сферах, от политики до культуры. Речь идет даже не столько, собственно, об итогах, сколько об основных сюжетах 2007 года. Очередная беседа из этой серии моего коллеги Кирилла Кобрина с известным социологом религии и историком Русской православной церкви Николаем Митрохиным. Речь пойдет о государственных православных сюжетах ушедшего года и отношениях российского государства и РПЦ.



Кирилл Кобрин: Как мне кажется, наступило некоторое если не охлаждение, то стабилизация отношений.



Николай Митрохин: Да, можно говорить о стабилизации. Последний взлет теплых чувств, очевидно, мы могли наблюдать в конце 2004-2005 года, когда после «оранжевых» революций власть искала поддержку среди каких-либо общественных структур в России, и церковь рассматривалась в этом качестве. Сейчас, когда «опасность» прошла, можно говорить о том, что отношения стабилизировались на прежнем для Русской Православной церкви уровне. В первую очередь это касается стратегических вопросов, которые она ставит перед государством, а именно, передача части государственных функций церкви и финансирование исполнения этих функций за счет государства. В этом году совсем ушли в прошлое ожидания введения института военных священников в России, которых предполагалось финансировать за государственный счет еще в 2005 году. Но самый главный вопрос, что, по всей видимости, государство окончательно поставило крест на надеждах церкви финансировать введение предмета «Основы православной культуры» в средних школах. Министр образования Фурсенко, который является главным противником ОПК, уцелел при перетряске кабинета. Более того, по принятым в министерства распоряжениям из концепции реформы изымается основа, на которой ОПК сейчас преподается в некоторых школах, а именно – уничтожается такая региональная компонента образования, что делает невозможным легально преподавать ОПК.



Кирилл Кобрин: А в чем причина, почему не сложился этот альянс?



Николай Митрохин: Государство, в принципе, от церкви ничего особенного не хочет, разве что она была бы в качестве некого приятного компонента социокультурного пространства, одобряли бы время от времени иерархи, чтобы присутствовали на каких-то государственных мероприятиях. Но всерьез государство не ожидает от церкви участия в воспитании подрастающего поколения в каких-то серьезных вещах. А для церкви же введение ОПК было крайне желаемо, поскольку она видит в этом последний шанс оказать влияние на подрастающее поколение. Все-таки людей, регулярно посещающих церковь, в России полпроцента, и при этом количество за 15 лет не выросло. Только путем обучения подрастающего поколения церковь видит какую-то возможность увеличить число верующих.



Кирилл Кобрин: Наверняка же иерархи Русской Православной церкви хотели бы, чтобы государство защищало их или давало поддержку в схватке с представителями конкурирующих конфессий в России.



Николай Митрохин: Государство почти ничего для этого не делает. Самый реальный конкурент РПЦ – многочисленные протестантские конфессии – в настоящее время имеет хорошую внутреннюю российскую базу, российских пасторов и, в принципе, защищены теми законами, которые есть. Конечно, на провинциальном уровне есть многочисленные случаи дискриминации протестантов, но по большому счету ничто всерьез им не угрожает. Что касается католиков, то они поставлены на колени буквально в России, вынуждены были прекратить свою миссионерскую деятельность, какую-то активную деятельность по продвижению идей русского католичества, но они не являются, на самом деле, серьезными конкурентами РПЦ, поскольку обладают всего лишь 200 приходами в России, что очень мало.



Кирилл Кобрин: Если мы говорим о Католической церкви, все-таки в 2007 году были, скажем так, некоторые сигналы и намеки о возможности не то что сближения, но даже и встречи Бенедикта XVI с патриархом.



Николай Митрохин: С точки зрения, скажем так, русских католиков было бы хорошо, чтобы Ватикан более активно развивал здесь миссию и обращал больше внимания на российские дела. С точки зрения Русской Православной церкви надо, чтобы у католиков осталось несколько приходов, которые демонстрировали бы веротерпимость и религиозное разнообразие России, но ничего активно не делали. С точки зрения Ватикана скорее позиция, что Ватикан хочет дружеских отношений с РПЦ за счет собственных приходов в России. Это важно ему для некого глобального позиционирования себя на международном уровне. Поэтому в этом году сменился глава католиков России, и судя по всему, между сторонами будут в основном протокольные мероприятия, очень красивые, очень торжественные. Будут встреча или нет – вопрос открытый, но она, на самом деле, ничего и никогда не поменяет по сути.


XS
SM
MD
LG