Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ближний Восток: опасное время для государственного визита


Эхуд Ольмерт: Этот визит – без сомнения политическое послание, которое несет в себе особый смысл и с точки зрения нашей узкой географической арены, и с точки зрения более широкой региональной повестки дня, с точки зрения проблем, связанных с нашими совместными с США усилиями не допустить, чтобы Иран превратился в государство, обладающее оружием массового поражения.



Ирина Лагунина: Это – заявление премьер-министра Израиля Эхуда Ольмерта по поводу предстоящего визита в регион президента США Джорджа Буша. Американские политологи испытывают меньше оптимизма по поводу этой поездки и говорят о том, что визит, который должен охватить шесть арабских стран и Израиль, проходит в исключительно сложное и опасное время. И дело даже не в том, что накануне в интернете появилась пленка так называемого представителя «Аль-Каиды в США» Адама Гадана. В 50-минутном видео сюжете уроженец Калифорнии, который, как полагают, находится сейчас в Пакистане, призывает арабские страны встретить американского президента бомбами и начиненными взрывчаткой автомобилями. Эта пленка мало чем отличается от других: патетические монологи и битье себя в грудь, и характерная для экстремистов риторика.


Намного опаснее, по мнению аналитиков, настроение в регионе. Накануне визита Иран продемонстрировал игру в мускулы в Ормузском проливе – пять катеров перекрыли движение трех кораблей военно-морских сил США. Инцидент ограничился угрозами с иранской стороны, которые иранское министерство иностранных дел, впрочем, считает делом нормальным. Официальных объяснений и извинений не последовало, так что о причинах инцидента остается только догадываться, учитывая, что катера, скорее всего, принадлежат всемогущей Революционной гвардии Ирана. Версии одного из создателей этого института власти в Исламской республике Мохсена Сазегары:



Мохсен Сазегара: Один возможный вариант состоит в том, что инцидент был вызван просто отсутствием дисциплины в силах Революционной гвардии, как бы по-ребячески это ни выглядело. Ну а вторая причина состоит в том, что за этим стоят политические мотивы. Наиболее жесткое крыло государства играет с огнем, чтобы спровоцировать напряжение между Ираном и Соединенными Штатами в чисто внутриполитических интересах, в преддверии парламентских выборов. Революционная гвардия – одна из опор фундаменталистов. Целый ряд офицеров гвардии сейчас подали в отставку, чтобы участвовать в выборах и пробраться в парламент. И они пытаются спровоцировать угрозу безопасности или военную угрозу стране, чтобы достичь на этих выборах максимальной политической выгоды.



Ирина Лагунина: Почти одновременно с инцидентом в Ормузском проливе израильская территория была обстреляна ракетами с территории Ливана – таких инцидентов не было с лета прошлого года. Обозреватели полагают, что Иран может использовать свое влияние и различные группировки, типа Хезболлах в Ливане, которые он финансирует, чтобы спровоцировать напряженность.


Ну и не менее важно, конечно, – общее настроение в регионе, где мало кто верит, что президенту Бушу удастся добиться хоть какого-то продвижения в израильско-палестинских отношениях. Большинство израильтян полагают, что у них не было более крепкого союзника в Белом Доме, чем Джордж Буш, хотя это – его первый визит в Израиль в качестве президента. Соответственно, большинство арабов уверены, что палестинцы никогда не сталкивались с более враждебной к ним администрацией США, чем администрация Джорджа Буша. Мурхаф Жуэяти, профессор ближневосточных исследований в Национальном оборонном университете США, с которым говорил мой коллега Эндрю Талли, тоже испытывает смешанные чувства относительно этого турне.



Мурхаф Жуяти: Это одновременно – и слишком поздно, но и более чем нужно. Отсутствие вовлеченности в ближневосточный процесс не окупилось. И Буш начал этим заниматься лишь через 7 лет после того, как пришел к власти. У него осталось несколько месяцев перед тем, как он покинет администрацию. Так что он мало что может сделать. Однако, с другой стороны, он может как-то помочь региону Ближнего Востока не скатываться еще глубже в хаос.



Ирина Лагунина: У журналистов, которые занимаются внешнеполитической тематикой, есть традиция поднимать тост за Ближневосточное урегулирование. На нем выросли поколения репортеров и обозревателей. И циники из нас говорят, что еще поколения вырастут. В израильско-палестинских отношениях ничего не возможно достичь, если обе стороны этого не хотят и пока они к чему-то не созреют. В нынешних обстоятельствах это проблематично. Позиции израильского правительства не настолько сильны в обществе, чтобы оно могло идти на серьезные уступки палестинской стороне. А что такое палестинская сторона, вообще требует определения. После победы движения ХАМАС в секторе Газа на выборах в 2006 году палестинские территории раскололись. Газа, контроль над которой после межпалестинских столкновений взяла группировка ХАМАС, находится фактически в израильской блокаде, что не мешает ХАМАС периодически обстреливать ракетами близлежащие израильские города. В Газе живут около полутора миллионов палестинцев. А западный берег реки Иордан, который подчиняется намного более умеренному и готовому на переговоры президенту Махмуду Аббасу, вряд ли может отдельно представлять собой палестинское общество. Начиная с 1993 года международное сообщество выделило в помощь Палестинской автономии почти 10 миллиардов долларов. Но бедность и безработица продолжают преобладать и служат питательной средой для дальнейшей радикализации палестинской молодежи…


А ведь на фоне этого Джорджу Бушу еще предстоит обсудить в регионе такие проблемы, как Ирак и Иран. Продолжает Мурхаф Жуэяти, профессор ближневосточных исследований в Национальном оборонном университете США:



Мурхаф Жуэяти: Это – палка о двух концах. С одной стороны, суннитский Ближний Восток боится Ирана. Но в то же время, по-моему, они предпочли бы, чтобы Америка не предпринимала никаких действий против Ирана. Ведь это только усугубит ситуацию и выставит их на передний край конфликта. Так что они предпочитают спокойную и рассудительную политику по отношению к Ирану, политику, которая бы немного успокаивала гегемонистские амбиции этого государства.



Ирина Лагунина: Есть ли у Джорджа Буша поле для маневра в отношении Ирана? Вероятно, есть. Во-первых, в конце прошлого года американская разведка заявила, что, скорее всего, Иран остановил военную ядерную программу в 2003 году. Так что определенное напряжение в этом вопросе было снято. А во-вторых, есть еще политика Ирана в Ираке. Говорит Майкл О’Ханлон, эксперт вашингтонского Института Брукингса.



Майкл О’Ханлон: Джордж Буш, возможно, захочет показать некоторую сдержанность в ответ на то, что воспринимается сейчас как сдержанная роль, которую Иран играет во внутренних проблемах Ирака. Это – странная игра. С одной стороны, вы практически наверняка знаете, что Иран – большая проблема с затянувшимся ядерным кризисом, с их поддержкой терроризма, с той ролью, которую они играют в Ираке. И тем не менее, не хочется терять надежду, что они сами сейчас для себя решили немного сократить свое участие в иракских делах, в религиозном насилии в этой стране. А эту тенденцию, если только это правда, нам ни в коем случае не хотелось бы подрывать.



Ирина Лагунина: Судя по этим словам, США могут протянуть Ирану оливковую ветвь – или хотя бы листочек с этой ветви?



Майкл О’Ханлон: Не думаю, что в ходе этого турне правительство США решит показать, что оно дружественно настроено по отношению к Ирану. Если подходить к этой проблеме взвешенно, то иранская ядерная программа – по-прежнему проблема, поддержка Ираном террора на Ближнем Востоке – это тоже проблема, не говоря уже о том, какую проблему представляет собой роль Ирана во внутреннем развитии Ирака. И если взвесить все это, то в целом ситуация скорее плохая, чем хорошая. Но некоторые тенденции последнего времени показали, что возможен небольшой отход от этого самого плохого сценария и наших самых плохих волнений.



Ирина Лагунина: Майкл О’Ханлон, эксперт вашингтонского Института Брукингса. Но Иран сейчас ничто не сдерживает. Вернее, администрация Буша сама уничтожила главный сдерживающий фактор Ирана на Ближнем Востоке – правительство Саддама Хусейна. И остальным суннитским государствам остается лишь искать дополнительное оружие и вести тонкую дипломатию с государством, претендующим на роль региональной сверхдержавы. Иран же, со своей стороны, уже заявил, что визит американского президента в регион – это пропаганда, нацеленная на то, чтобы вмешаться в отношения между государствами Ближнего Востока.


XS
SM
MD
LG