Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Трагедия комика. Новая биография кинорежиссера Вуди Аллена


Ирина Лагунина: Место, занимаемое Вуди Алленом в мире сегодняшнего кинематографа, можно сравнить лишь с тем местом, которое занимал Чарли Чаплин в первой половине ХХ века. Кинорежиссер, актер и писатель Вуди Аллен - прирожденный психолог, но во всех человеческих проявлениях он прежде всего видит смешное – даже в зле. Он говорил: «Не могу долго слушать Вагнера: начинает мучить желание оккупировать Польшу». Публика любила его за талант, но его личная жизнь от него отворачивала. В США только что вышла книга Эрика Лакса «Разговоры с Вуди Алленом». По этой книге моя коллега Марина Ефимова и составила рассказ – «Трагедия комика».



«Две женщины – на курорте в Кэтскиллс, под Нью-Йорком. Одна говорит: «Какая ужасная здесь еда!». Другая вторит: «Действительно ужасная. И такие маленькие порции!..» Примерно так я воспринимаю всю жизнь: она ужасна, полна страданий и разочарований, и к тому же кончается слишком быстро».



Марина Ефимова: Вуди Аллен, американский писатель, кинорежиссер и актер, с 16-ти лет начал зарабатывать на своей способности смешить. (Он родился и вырос в Бруклине. Если искать русские аналогии – это всё равно, что родиться и вырасти в Одессе).



«Меня в детстве похитили. Родителям подкинули записку с требованием выкупа. Родители немедленно начали действовать: они сдали мою комнату аспиранту из «Бруклин Калледж».



Марина Ефимова: Шутки бруклинского школьника сначала использовали мелкие фельетонисты, потом известные «колумнисты», потом малоизвестные эстрадники, потом эстрадники знаменитые – вроде Сида Цезаря. С 18 лет Аллен начал сам выступать со своими шутками на эстраде:



«Сегодня в мою квартиру ворвался неандерталец. Хотел выведать у меня секрет добывания огня. Я применил против него испытанный трюк индейцев племени Навахо: стал кричать и молить о пощаде».



Марина Ефимова: С самого начала, на эстрадных выступлениях и потом в кино, Вуди Аллен, маленький, щуплый, очкастый еврей из Бруклина, создал образ, соответствующий своей внешности – нью-йоркского невротика-интеллектуала, страшно не уверенного в себе и в своем месте в жизни: он не знает, чем заниматься, кого любить, к чему стремиться. Вспомните его самые признанные фильмы «Анни Холл», «Манхэттен», «Ханна и ее сестры», «Пули над Бродвеем»... Его герой в этих фильмах меняет занятия, религию, образ жизни, мечется между разными женщинами. Но вот что рассказывает его биограф Эрик Лакс (только что выпустивший 370-страничный том «Разговоры с Вуди Алленом»). Лакса спросили, так же ли интересно беседовать с Вуди Алленом, как смотреть его фильмы:



Эрик Лакс: Это даже интереснее. Потому что ты видишь перед собой человека, совершенно не похожего на своего героя. Герой Вуди Аллена всегда выглядит потерянным. Сам Вуди Аллен всегда держит под полным контролем и свою жизнь, и свое искусство.



Марина Ефимова: Наверное, трудно приходится человеку, от которого в разговоре все постоянно ждут чего-то смешного?



Эрик Лакс: Конечно. Но Вуди Аллен никогда не вставляет в разговор заготовленные шутки, да и вообще – шутки. Просто у Вуди есть некий ГЕН ЮМОРА, и в беседе он часто делает неожиданный поворот, вполне по теме, но смешной. Например, его раздражает обычай устраивать «вечеринки-сюрпризы»: человек приезжает из командировки, усталый, открывает дверь в дом, и тут неожиданно вспыхивает свет, и 12 его родственников, в бумажных колпаках и с дудками, кричат: «Сюрприз!»... Так устраивают «сюрприз-день рождения», «сюрприз-уход на пенсию» и прочее... И вот как-то в разговоре Вуди говорит по ходу дела: «Я как раз вернулся с вечеринки-сюрприза у соседей... Не помню, что это было... кажется, «сюрприз-вскрытие тела»...». Но, главное - Вуди Аллену никогда не изменяет чувство самоиронии. На бестактный вопрос о его мужских успехах, он ответил: «В первую брачную ночь моя жена остановилась посреди всего и устроила мне стоячую овацию»... Он написал: «Я никогда не соглашусь вступить в клуб, который согласится меня принять»... Словом, смешней всего Вуди подшучивает над самим собой.



Марина Ефимова: Вуди Аллен – шутник тонкий, он - прирожденный сюрреалист и парадоксалист. Вот сцена ограбления банка в его ранней комедии «Хватай деньги и беги» - разговор банковского кассира и самого Вуди Аллена, который играет грабителя-любителя. Вся сцена идет почти шепотом, исключительно вежливо. Сюжет сценки – в том, что кассир не может разобрать, что написано в записке, которую сунул ему грабитель, и грабитель – Вуди Аллен – помогает ему прочесть свою записку:



Простите, что это за слово? «пиколей»?..


- Нет-нет, это слово «пистолет».


- Это же «Й»...


- Нет, видите: это «Т».


- Вот тут написано: «Положите 50 000 долларов в этот мешок, и ведите себя... «естено»... Что это значит – «естено»?


- Естественно...


- Хм... А это слово все же не выглядит, как «пистолет»...


- Нет, уверяю вас, это – «пистолет»... «Пожалуйста, положите 50 000 долларов в мешок, и ведите себя естественно».


- Ах так это – ограбление?


- Да.



Марина Ефимова: Неожиданность – ключ к смешному у Вуди Аллена: неожиданность интонационная, языковая, неожиданность идеи или поворота мысли.. Mонолог героя в кинопародии «Любовь и смерть» кончается таким славным поворотом:



- Мои обстоятельства ужасны. Я осужден на смерть безо всякой вины... Конечно, БОЛЬШИНСТВО людей умирает без вины... но все же в старости. А меня казнят ЗАВТРА, в 6 часов утра. (Должны были казнить в ПЯТЬ часов, но у меня очень толковый адвокат. Он и добился этой отсрочки).



Марина Ефимова: Вуди Аллен – прирожденный психолог, но во всех человеческих проявлениях он прежде всего видит смешное, даже в зле. Он говорит: «Не могу долго слушать Вагнера: начинает томить желание оккупировать Польшу».


Все творчество Вуди Аллена и критики, и публика делят на две простых категории: фильмы смешные и серьезные, комедии и драмы. Из последних самые широко обсуждаемые: «Интерьеры» 1978 года, «Преступления и проступки» 88-го, «Другая женщина» 91-го и фильм 2005 года «Матч Пойнт»...



Томас Доэрти: Это разделение во многом определяет карьеру Вуди Аллена.



Марина Ефимова: В нашей передаче участвует киновед проф. Томас Доэрти.



Томас Доэрти: Дело в том, что и критики, и, по-моему, сам Вуди Аллен разделяют традиционное мнение, что драма и трагедия – более высокие художественные формы, чем комедия. Известно, что Вуди Аллен уже с 18-ти лет мечтал создавать драмы, и комедию (за которую гораздо лучше платили) считал заработком, который поможет ему в исполнении его мечты. Но в комедии Вуди Аллен стал королем, он начал в Америке новый стиль – «интеллектуальной комедии», построенной больше на остроумии текста, чем на юморе ситуации. А в драме и трагедии он заимствует (иногда, правда, виртуозно) у других мастеров – чаще всего у Ингмара Бергмана, своего кумира. Драмы Вуди Аллена многозначительны, и в них неожиданно становится видно, с какой угрюмой серьезностью он воспринимает мир, когда он над ним не подсмеивается. Его драмы – скорей, упражнения в философии.



Марина Ефимова: Не могу согласиться с моим собеседником. Драмы Вуди Аллена, действительно, - «школы Бергмана». При этом они остаются художественными, самостоятельными и достаточно оригинальными произведениями. Но я согласна, что в драмах подход Аллена к миру и к жизни – чрезвычайно пессимистичен, мрачнее Достоевского. В двух его фильмах («Преступления и проступки» и «Матч Пойнт») – за страшными преступлениями, совершенными современными Раскольниковыми и Гриффитсами (по имени героя «Американской трагедии»), вовсе не следует наказание – ни законом, ни совестью. Высшей справедливости нет. В «Преступлениях и проступках» герой – врач, заказавший убийство своей любовницы, - через год говорит приятелю-сценаристу:



«У меня есть история про убийцу. Хороший сюжет. У этого человека все было: успех, семья, деньги. Но когда дело было сделано, его замучило чувство вины. Он слышал голос отца. Ему казалось, что Бог, давно им забытый, смотрит на него. Пустой космос науки вдруг превратился в живой мир, где МОРАЛЬ и ГРЕХ имели значение. И он надругался над этим миром. Он не спал, он каждый день собирался пойти в полицию и признаться, но не шел... Но однажды он проснулся другим: светило солнце, вокруг была его семья, и груз на его душе полегчал. Убийство списали на какого-то проходимца-рецидивиста... Он был свободен. Он вернулся в свой безопасный благополучный мир. Жуткая история, правда? Но это – реальность. А если хочешь ХОРОШИЙ конец, смотри голливудские фильмы».



Марина Ефимова: Еще одна заметная черта Вуди Аллена – герои, которых он играет, неспособны любить – отдаться другому человеку душой и телом. Это безлюбие угнетает еще в фильме «Манхэттен» - замечательно талантливом портрете нью-йоркской богемы. В «Ханне и ее сестрах», в «Мужьях и женах», в «Знаменитости» - все, в общем, могут жить со всеми, жены и мужья – взаимозаменяемы... Об этом упоминает в недавней статье в «Нью-Йорк Таймс» и критик Дэвид Камп:



«Помните шутку Вуди Аллена: «Лучше жить не в сердцах современников, а в собственной квартире». Намек понят, маэстро! Таким мы Вас и запомним: царственно циничным, без Бога, без любви, без сентиментов, с одной сильной привязанностью – к музыке, написанной до 1959 года... Воркоголиком, демонстративно отказавшимся от всех премий за свои труды... «Мне нравится снимать хорошие фильмы, - говорили Вы. - Но только, если это не отнимает времени от обеда в хорошем ресторане».



Марина Ефимова: Вуди Аллен шутил, шутил и не заметил, как стал для американцев неким камертоном, улавливающим фальшь, лицемерие, снобизм, трусость, самовлюбленность, сладострастие... и примеривающим все эти слабости на себя. Он, в сущнос-ти, учил - «методом от противного», и не заметил, что заслужил не только признание тонкачей и интеллектуалов, но любовь и доверие простых американцев. А, не заметив, разрушил всё это одним-единственным поступком: романом с юной Сун-Йи – приемной дочерью его тогдашней гражданской жены, актрисы Мии Фарроу.



Томас Доэрти: Начиная с 70-х, Вуди Аллен был необычайно популярен. Америка полюбила его комический персонаж. Это был новый (городской) тип традиционного, любимого героя: underdog – нелепый неудачник, робкий, но остроумный интеллигент, не вписавшийся в общество успешных, самоуверенных и туповатых представителей среднего класса. И зрители с наслаждением следили за тем, как он своими шутками отбивает девушек у рослых красавцев и вообще - выходит сухим из воды... Но в 1992 году разразился скандал вокруг его романа с Сун-Йи. Суд был унизительным: Вуди Аллену отказали в опекунстве над остальными его приемными детьми и даже свидания с его родной дочерью разрешили только под наблюдением матери. После этого массовая публика потеряла доверие к Аллену. Его разлюбили. Вскоре после скандала я был в кинотеатре, где перед сеансом показывали рекламный ролик очередного фильма Вуди Аллена. И публика громко зашикала... А это редко услышишь в американском кинотеатре.



Марина Ефимова: Суд не остановил Аллена, роман с девочкой-китаянкой продолжался, и через 5 лет, в 1997 году, Вуди Аллен и Сун-Йи поженились. Когда Эрика Лакса спросили, как сам Аллен пережил весь скандал, биограф ответил:



Эрик Лакс: Когда это случилось, он был в панике. Он не ожидал такой бурной общенациональной реакции на его частную жизнь. Но у художников натура или саморазрушительная, или самоисцелительная. Вот Вуди обладает вторым, спасительным подходом к жизни. Спасение его - в работе. Он и раньше мрачно смотрел на мир, его вечно мучил вопрос о бессмысленности жизни... И он уходил от этого в фантазии: в историю киноперсонажа, сошедшего с экрана в фильме «Пурпурная роза Каира»... или в историю гангстера, который влюбляется в театр и спасает спектакль ценой собственной жизни – в фильме «Пули над Бродвеем». Вуди работает над каждым фильмом год. А когда кончается это удовольствие, он сразу начинает следующий фильм.



Марина Ефимова: Именно после скандала, в 99-м г., Вуди Аллен создал, может быть свой единственный фильм, в котором живет любовь. Это, по-моему, один из лучших, но мало отмеченный критиками фильм, названный термином джазистов «Sweet and Lowdown», - о безвестном гитаристе, которого гениально играет актер Шон Пэнн (Он был номинирован за эту роль на Оскара). История гитариста перекликается с историей самого Вуди Аллена. Герой, считавший, что заслужил своим талантом женщину из общества, пренебрегает немой прачкой, которая трогательно его любит (ее великолепно играет, тоже номинированная на Оскара, - Саманта Мортон). В душераздирающей последней сцене герой понимает, что потерял, и в отчаянии кричит в ночь: «Я ошибся!»...


Говоря о безлюбье Вуди Аллена, я несправедливо забываю одну его постоянную (и незабываемо выраженную почти во всех его фильмах) любовь – любовь к рядовым солдатикам армии искусств, обделенных успехом и славой, но горячо преданных своему ремеслу: это мелкий импресарио Дэнни в фильме «Брод-вей Дэнни Роуз», гитарист Эммет Рэй в фильме «Sweet and Lowdown», сам Вуди в фильме «Преступления и проступки»... и все персонажи его биографического фильма «Дни радио» - актеры и ведущие радиопрограмм 40-х-50-х годов. «Дни радио» – мой любимый фильм Вуди Аллена, и это, вообще говоря, новая версия биографического шедевра Феллини «Амаркорд» - только «Амаркорд» нью-йоркский. Кстати, фильм кончается встречей Нового Года - на крыше ресторана, где собираются все герои Вуди Аллена. И там, под его любимую музыку (написанную до 59-го года), звучат его последние слова:



« Я никогда не забуду этот Новый Год. И никогда не забуду этих людей и их голоса, звучавшие по радио... Правда, я заметил, что с каждым Новым Годом, эти голоса звучат для меня всё глуше, и глуше...».



Марина Ефимова: Я думаю, что в каком-то смысле Вуди Аллен – реинкарнация Чарли Чаплина, который отклеил усики, отбросил трость и котелок, надел твидовый пиджак, огромные очки в черной оправе и выбежал на улицы Нью-Йорка, чтобы получать новые пинки и зуботычины судьбы, но не терять способности радоваться тому, что толковый адвокат отсрочил его смерть с 5-ти до 6-ти часов утра...


XS
SM
MD
LG