Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Юрий Борко: по культуре внешней политики Россия отстала на 200 лет


Какое наследство во внешней политике оставит Путин преемнику? Президенты России и Болгарии на официальной встрече в Софии.

Какое наследство во внешней политике оставит Путин преемнику? Президенты России и Болгарии на официальной встрече в Софии.

По словам помощника Владимира Путина Сергея Приходько, визит в Болгарию станет для президента если не последним, то одним из последних в ранге президента. С каких исходных позиций придется начинать свою внешнюю политику Дмитрию Медведеву, если тот, конечно, выиграет выборы 2 марта? Какое наследство в области международных отношений Владимир Путин оставит своему преемнику? На вопросы Радио Свобода ответил эксперт по международной политике, старший научный сотрудник Института Европы Юрий Борко.


– Наследство сложное и большое, потому что сегодня Россия воспринимается иначе, чем в конце 90-х годов. Она воспринимается как сильное государство, которое заявляет о себе как об активном игроке на мировой арене, который жестко отстаивает свои национальные интересы. Как государство, которое хочет восстановить свое влияние или укрепить его в тех районах, которые, как оно считает, потеряло в 90-е годы в связи с распадом Советского Союза. Это не столько заслуга Путина, потому что главную роль, конечно, сыграло изменение в хозяйственном развитии страны. Это приписывалось баснословному скачку нефтяных цен. Но сейчас начинает свою роль играть и второй фактор - это быстро растущая емкость внутреннего рынка, растущий спрос, причем на товары как производственного значения - машины, оборудование, технологии, так и на потребительские товары.


– Какова вероятность, что отношения с соседями у России при новом президенте потеплеют, и не будет таких конфликтов, как с Великобританией, который в эти дни разворачивается на наших глазах, с прибалтийскими странами, в том числе с Эстонией и так далее?
– Я в этом отношении не большой оптимист, потому что по самой культуре внешней политики мы находимся где-то в первой половине XIX века. Мы исповедуем культ силы, жесткие методы, мы не склонны к манере толерантной дипломатии, носителем которой являются Западная Европа, Европейский Союз, к поискам компромисса, к терпеливым переговорам. То есть мы можем это делать, мы умели это делать со сверхдержавой, но уже гораздо хуже у нас получается с Европейским Союзом. Хотя с отдельными его странами, такими как Франция, ФРГ, которых мы считаем в большей мере нашими партнерами, мы это делаем. Но нам плохо это удается, когда речь идет о небольших странах, тем более странах, которые являются либо частью бывшего Советского Союза, либо частью его зоны влияния. Так что конфликты такого рода будут у нас и впредь. Может быть, нас опыт будет чему-то учить постепенно.


Главная тема сегодняшнего визита Путина и Медведева в Болгарию - энергетика, строительство нового газопровода. В связи с этим вопрос: будет ли Россия и в будущем пытаться строить свои отношения с международными партнерами, используя поставки топлива в качестве инстумента внешней политики?
Такой инструмент будет играть большую роль еще достаточно долго. Потому что сейчас это козырь, который мы максимально стремимся использовать. Есть два уровня наших энергетических связей. Есть прямые связи - потребитель и поставщик. И мы довольно успешно заключаем многолетние контракты с Германией, с Италией, с целым рядом южно-европейских стран, которые поддерживают «Южный поток», который сейчас мы будем строить. А вот на уровне стратегии энергетической, конечно, у нас есть определенные разногласия с Европейским Союзом, который пытается выстроить единую политику. Мы будем продолжать политику использования наших преимуществ в сфере энергетики. Как это будет по методам? Здесь возможна определенная эволюция. Я думаю, что где-то партнеры постепенно будут приводить нас в некоторый порядок, если мы слишком зарываемся.


XS
SM
MD
LG