Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Президент Буш предлагает программу спасения экономики – рынки не воодушевлены. Парламентские выборы на Кубе: начало заката коммунистического режима


Юрий Жигалкин: Президент Буш предлагает программу спасения экономики – рынки не воодушевлены. Парламентские выборы на Кубе: начало заката коммунистического режима? Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».


Очередным падением курсов акций завершилась третья неделя года на Уолл-стрит. Основные рыночные индексы упали с начала года на 9 процентов, отняв у инвесторов все заработанное за прошлый год. Страхи завладели рынками после того, как инвесторы внезапно осознали, что экономика уже может находиться в состоянии спада, услышав из уст ведущих банков очередные признания о многомиллиардных потерях. В пятницу президент Буш, настаивавший до сих пор на том, что экономические проблемы ограничиваются рынком недвижимости, призвал Конгресс срочно одобрить пакет экономических стимулов, которые бы предотвратили худшее, то есть экономический кризис. Однако инициатива президента вызвала лишь новое падение акций на Уолл-стрит. Почему? Мой собеседник – Стивен Ханке, профессор университета Джонса Хопкинса, обозреватель журнала «Форбс».



Стивен Ханке: Кровавая баня на финансовых рынках – результат того, что все наконец-то осознали, что экономика либо уже находится, либо неизбежно окажется в рецессии. Мало того, каналы поступления кредита, который служит топливом экономического развития, катастрофически пересыхают, - это касается и бизнес-кредитов, и ипотечных кредитов, и индивидуальных кредитов. Поэтому не исключено, что мы еще не увидели настоящую безобразную гримасу рецессии.



Юрий Жигалкин: Как вы считаете, насколько может быть эффективным пакет мер, предлагаемый Белым домом? Удастся ли с помощью налоговых компенсаций оживить экономическую активность?



Стивен Ханке: Не думаю. Подобные чрезвычайные меры редко оказываются работоспособны, наоборот, они, на мой взгляд, могут усугубить ситуацию, нарушая естественное течение рыночных процессов. Мы сейчас должны и будем расплачиваться за раздувание беспрецедентного кредитного пузыря, за почти бесплатный кредит, за жизнь не по средствам, которую позволили себе десятки миллионов американцев, как, кстати, и жители и многих других стран. И сейчас ни правительства, ни банки, большинство которых чрезвычайно ослаблены, не могут сделать ничего, чтобы восстановить источники кредита. Проблема должна рассосаться естественным рыночным путем.



Юрий Жигалкин: Профессор, все о чем, мы говорим сейчас, касается Соединенных Штатов или подобные процессы займутся и в других западных и развивающихся странах?



Стивен Ханке: Мы все находимся в одной лодке, особенно сейчас, когда экономика глобализована. Уже заметны проблемы на рынке недвижимости западноевропейских стран. Скудность кредита неизбежно скажется и на них, и на развивающихся странах. Кстати, я думаю, что Россия может находиться в особой опасности, поскольку она в своем экономическом развитии полагается в значительной мере на экспорт природных ресурсов, цены на которые значительно упадут. Один из четких показателей потенциальной угрозы – серьезное падение в последние дни индекса балтийских грузовых перевозок, отражающего стоимость транспортировки промышленных материалов и природных ресурсов. Если мировой экономический рост замедлится, Россия сильно пострадает.



Юрий Жигалкин: Это был профессор Стивен Ханке. Ну а пока первыми экономический спад встречают американцы. Слово – Владимиру Морозову.



Владимир Морозов: В декабре прошлого года индекс потребительского доверия составил 77,5. По прогнозу экономистов, в январе он должен был слегка понизиться. Вместо этого он повысился до 80,5. Таковы результаты опроса, проведенного агентством новостей «Рейтер» и Мичиганским университетом. В числе основных вопросов, которые задают людям во время таких обследований, - насколько благоприятны, по вашему мнению, условия для трудоустройства и развития бизнеса. А вот как ответили покупатели, встреченные мной в местном супермаркете.



Ронда: Рецессия уже пришла – это видно по стоимости домов. Я выставила дом на продажу по цене 300 тысяч долларов, а теперь его не берут и за 200. И новых никто не строит. Не на что, ведь люди теряют работу.



Владимир Морозов: Но дома продают нечасто. И покупают их реже, чем хлеб, молоко и самый ходовой американский товар – бензин.



Айлин: Цены сильно повысились. Посмотрите вокруг. Раньше я набирала вот эту тележку продуктов и платила 100-130 долларов, а теперь выходит под 200. Я часто езжу на автобусе за город: бензин дорожает – и билет тоже. Собираются повысить и цены на сабвей.



Владимир Морозов: Мои собеседники побаиваются повышения инфляции и безработицы…


Но вернемся к результатам опроса, проведенного агентством «Рейтер» и Мичиганским университетом. Почему опрос показал всплеск потребительского оптимизма? Эксперты объясняют это тем, что с июля по ноябрь прошлого года потребители пребывали в пессимизме, индекс был низок, а в новом году он немного пошел вверх. Нью-йоркский экономист Кэри Лихи напоминает, что хотя индекс потребительского доверия и повысился, но он все еще ниже, чем в январе прошлого года. Зато настроение людей сильно поправили планы правительства снизить налоги на бизнес и вернуть гражданам часть уплаченных налогов. Если одиноким вернут до 800, а семейным до 1600 долларов, то, как это уже случалось, легкомысленные американцы тут же отнесут эти деньги в магазин, чем подхлестнут свою родную экономику.



Юрий Жигалкин: В воскресенье на Кубе прошли выборы в Национальную ассамблею – парламент страны. Хотя, по словам американских наблюдателей, выборы в кубинский парламент – чисто пропагандистское событие, оппозиционеры к ним не допускаются, у законодательного собрания нет никакой свободы действий, - тот факт, что впервые за пять десятилетий они проходят в условиях отсутствия прямого жесткого контроля Фиделя Кастро над страной, привлек к ним особый интерес. Эксперты ищут в происходящем приметы потенциальных перемен.


Аллан Давыдов попросил прокомментировать ситуацию профессора Техасского университета Энтони Ноппа.



Энтони Нопп: Согласно моим 40-летним наблюдениям за ситуацией на Кубе, в стране ни разу не было по-настоящему свободных выборов. Они не были состязательными. Истинной оппозиции никогда не позволялось в них участвовать. Выборы в это воскресенье не стали исключением. Поэтому трудно предположить, что в результате их на Кубе произойдут какие-либо перемены, необходимость которых совершенно очевидна. Сейчас Куба по-прежнему пытается функционировать в рамках коммунистической системы. Ее экономика продолжает демонстрировать свою неработоспособность. В стране практически не существует внутриполитической жизни как таковой. Своих критиков режим Кастро моментально переводит в разряд политзаключенных. Государство доминирует в кубинской политической системе, это ее альфа и омега.



Аллан Давыдов: В позапрошлом году тяжело больной президент Кубы Фидель Кастро передал управление страной вице-президенту и министру обороны, своему брату – Раулю, которого некоторые считают прагматиком и сторонником рыночных реформ. Можно ли сейчас ждать от Рауля Кастро каких-то шагов по либерализации Кубы?



Энтони Нопп: Покуда Фидель Кастро жив - он остается символом государства, фактически самодержцем. И наследник престола, каковым, по сути, является Рауль Кастро, даже при большом желании, не пойдет на либерализацию страны, пока Фидель полностью не отойдет от дел. В данном контексте шансы кубинского народа на демократические реформы мизерны. Я не исключаю, что Рауль Кастро попытается сделать страну экономически более открытой, по примеру, скажем, Китая или Вьетнама. Но это будет проходить очень медленно и не в таких масштабах, чтобы кубинский народ почувствовал какое-то улучшение в своей жизни. Что касается эволюционной демократизации политической жизни, Коммунистическая партия на нее не пойдет. Я скорее думаю, что зарождение демократии на Кубе будет сопряжено с общественными потрясениями.



Аллан Давыдов: В какой степени кубинская оппозиция способна повлиять на переход страны от диктатуры к демократии?



Энтони Нопп: Кубинской оппозиции очень трудно предпринимать какие-то действия, варясь в собственном соку. Возможно, трансформацию кубинского общества в определенной степени была бы по плечу сторонним силам. Но это была бы очень рискованная идея, учитывая провал военной операции в Заливе свиней в 1961 году, направленной на свержение Фиделя. Мне трудно представить, как кубинская внутренняя оппозиция могла бы способствовать реформам в условиях сосредоточения всей экономической и политической власти в руках коммунистов.



Юрий Жигалкин: Это был профессор Техасского университета Энтони Нопп. Все более реальная перспектива ухода с политической сцены Фиделя Кастро и переход власти в руки нового поколения лидеров заставляет Вашингтон просчитывать разные варианты отношений с Гаваной, которые сейчас ограничены узким реестром чисто консульских вопрос.


Мой коллега Ян Рунов поговорил об этом с американским политологом.



Ян Рунов: Не только прошедшие на Кубе парламентские выборы, но и приближающиеся первичные внутрипартийные выборы в штате Флорида вновь выдвинули вперед вопрос об американо-кубинских отношениях. Во Флориде избиратели – американцы кубинского происхождения играют очень важную роль, и кандидатам в президенты США придется сформулировать свое видение будущих американо-кубинских отношений. Научный сотрудник Института Кубы и кубино-американских исследований при Университете Майами, штат Флорида, Энди Гомес не считает, что американская политика в отношении Кубы изменится с избранием нового президента США или даже со смертью Фиделя Кастро.



Энди Гомес: Сейчас отношения между США и Кубой очень холодные. Новый кубинский представитель в Вашингтоне прямо заявил, что власти Кубы не намерены улучшать отношения с администрацией Буша. Гавана рассчитывает начать диалог с Вашингтоном после того, как в Белом доме появится президент-демократ. Но позиция Америки и до Буша, и при Буше, и, надеюсь, после Буша одна: коммунистический режим Кубы должен сначала вступить в диалог со своим собственным народом, освободить всех политзаключенных, покончить с однопартийной системой, провести действительно демократические, свободные выборы. Пока Фидель Кастро жив или даже полужив, этого не будет.



Ян Рунов: Какой может быть политика США?



Энди Гомес: И республиканская, и демократическая администрация США в течение 50 лет рассматривала политику в отношении Кубы не как внешнюю, а как внутреннюю, с учетом реакции американо-кубинской общины в Южной Флориде. Сейчас, во время избирательной кампании, идет особенно острая борьба за голоса американских кубинцев, которые раньше, как правило, поддерживали республиканцев. На этот раз лидеры кубинской общины Флориды придерживаются межпартийного баланса, потому что кубинских эмигрантов заботит не только проблема Кубы, но, как и других американцев, проблемы Ирака и Ирана, проблема терроризма, проблема ухудшения экономики, кризис системы здравоохранения и другие вопросы, которые волнуют всю Америку.



Ян Рунов: Недавно, выступая на конференции в Институте «Американ Интерпрайз», сотрудница Госдепартамента Кристин Мэдисон напомнила слова президента Буша о том, что изменение американской политики в отношении Кубы зависит от перемен на самой Кубе.



Юрий Жигалкин: И эти перемены могут обрушиться внезапно. Известно, например, что американская береговая охрана планирует блокаду своих собственных берегов, с тем чтобы предотвратить попытку тысяч кубинцев, живущих во Флориде, срочно вывезти на катерах с острова своих родственников в случае смерти Кастро.


XS
SM
MD
LG