Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Вопреки эпохе». Выставка Древина и Удальцовой


Александр Древин. Сухая береза, 1929 год

Александр Древин. Сухая береза, 1929 год

В московской галерее «Дом Нащокина» открылась выставка «Вопреки эпохе». Здесь представлены работы двух художников с трагической судьбой — русских экспрессионистов 20-30-х годов прошлого века Александра Древина и Надежды Удальцовой. Их произведения предоставлены Третьяковской галереей и частными собраниями.


Выставка открывается двумя акварельными портретами: Древин написал Удальцову, Удальцова — Древина. Два этих листа можно принять за работы одного автора. И дело не только в том, что муж и жена всегда пользовались одними и теми же красками, бумагой и холстами. Их творческий почерк больше складывался под влиянием друг на друга, нежели в угоду набиравшему силу соцреализму. Сотрудник Третьяковской галереи куратор выставки Татьяна Зелюкина одной из лучших картин выставки считает «Барку» Древина — наряду с кистью, художник работал шпателем, ножом, а то и просто пальцами. Так возникала экспрессия.


«Классический экспрессионизм, конечно, все-таки в Германии, — говорит Татьяна Зелюкина, — в вычурности формы, остроте линий, мазка. Немецкие экспрессионисты — у них были немножечко другие задачи по сравнению с Древиным. Древин просто был такой эмоциональный, и вот эту свою натуру он выражал в живописи. И абсолютно не было ему равных».


— Между тем, его имя и имя его супруги не больно-то на слуху. Почему так получилось?


— Художник был репрессирован — значит, все, его искусство было вычеркнуто. Как осталась Надежда Андреевна Удальцова? У нее даже не было карточки от Союза художников на получение хлеба, и весь Союз художников уехал в Среднюю Азию, а она осталась в Москве во время эвакуации. Тем не менее, были другие художники, которые взяли ее в бригаду. Вообще, даже, знаете, как-то несколько странно кажется, что ей разрешили писать портреты летчиков, но это просто товарищи помогли. Она могла получать обед, во всяком случае. И когда мы читаем ее дневники, то она все время надеялась, что Древин жив, и что скоро вот-вот он придет. Она, конечно же, не верила. Ну, за что можно расстрелять человека, когда, она пишет, «он честный человек, он ничего плохого не сделал, разве что его родители живут в Латвии». И она все-таки свою отдушину находила в живописи. Можно сказать, что из таких первых открывателей и хранителей русского авангарда — это все-таки Георгий Костаки. Он просто спас очень многие работы и те же Древинские работы, и Удальцовой. А потом, когда появился интерес к русскому искусству 1910-20-х годов, тут выплыли работы Древина и Удальцовой.


К сказанному Татьяной Зелюкиной добавлю: по окончании выставки в «Доме Нащокина» несколько экспонирующихся здесь картин будут выставлены на торги аукционного дома Sotheby’s.


XS
SM
MD
LG