Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Русских становится с каждым годом меньше на полмиллиона. Причины просты: власть делит граждан России на «русских» и «россиян», власть закрывает страну для иммигрантов, власть сокращает расходы на лечение «россиян» и увеличивает расходы на армию. Чем больше в правительстве, элите клонированно похожих людей с русскими фамилиями и лицами с плакатов гражданской обороны, тем меньше в стране населения. Биоценоз не терпит однообразия, которое так мило кремлеценозу.


Евфросиния Керсновская в своё время сформулировала суть советской жизни: «Жить не разрешают, но и помереть не дадут». Нео-советский принцип изменил только вторую половину фразы. Дают помереть.


Если у нации появляются отцы – живые воплощения порядка и силы – то очень скоро отцов становится всё больше, а нации всё меньше.


Общие для любого расизма и нацизма демографические проблемы углубляются милитаризмом. Российский милитаризм – ровесник России. Собственно, «Россия» и есть Русь, ставшая милитаристской, Русь, ставшая Ордой и продолжившая имперское строительство Чингисхана.


О чём говорить: страна, в которой главный музей – Оружейная палата. Застенчивый милитаризм: о завоёванной стране говорят, что она «вошла в состав России», как говорят о стопке водке – «хорошо пошла»; да никуда водка не ходила, её «тяпнули», вот так и Казань, и Кавказ, и Сибирь тяпнули. Недавно, читая «Повесть о победах Московского государства» 1620-х годов, встретил замечательное выражение: русские польский полк «обстругали». В смысле «победили». Прямо папа Карло – и весь мир полено.


Армия умеет завоёвывать мир, армия умеет насиловать завоёванный мир. Вот размножаться армия не умеет. Хотя милитаризм считает, что армия делает из существа среднего рода мужчину, это какой-то специфический подвид мужчины, не размножающийся. Призыв за страх, наём за деньги да зачислить с памперса в кадетское училище, – вот и все способы военного размножения, и все три лишь углубляют демографический кризис в стране, где милитаризм разбил свой лагерь.


Все знают, что в России допетровской даже бояре были царские холопы. Мало кто знает, что быть царским холопом – это привилегия. «Холоп», скорее всего, из тюркского (Орда!) – «подручный». Холоп – это солдат. Как отмечают историки, «право именоваться государевыми холопами было привилегией дворян и других служилых людей, а лишённые этого права посадские люди и крестьяне называли себя государевыми сиротами». Так что Достоевский в «Бесах» напрасно посмеивался над военной привычкой говорить «я служил государю моему» – «точно у них не тот же государь, как и у нас, простых государевых подданных, а особенный, ихний».


Точно – не тот. Царь вполне царь только для военных. Им он отец в полном смысле. «Отец солдатам». Только тот, кто готов убить, есть истинный сын. Выворотка отношений Отца Небесного с Иисусом, который истинный Сын Божий, ибо не убивает, а воскрешает.


Штатские – сироты. Вот и вымирают. Так что в России не один кризис, а два. Есть демографический кризис – вымирают мирные люди. Есть милитаристский кризис: плодятся силовики. Доплодились до того, что 9 мая опять вылезут на парад с непристойными фаллическими дулами и ракетами. Проблема решится, когда сиротки перестанут уповать на чужого, солдатского отца, и начнут жить, как все нормальные взрослые люди (в России их называют почему-то «европейцы») живут – своим умом, своими правами, своей волей, а не гремучей смесью инфантилизма, патернализма и милитаризма.



Показать комментарии

XS
SM
MD
LG