Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Движение "Наши" убеждало журналистов в своей нужности российской власти


Программу ведет Андрей Шароградский . Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович .



Андрей Шароградский : Прокремлеввкое движение "Наши" сегодня убеждало журналистов в том, что оно по-прежнему нужно российской власти. В этом "нашистам" помогал и бывший их лидер, а теперь руководитель Государственного комитета по делам молодежи Василий Якеменко. Означает ли возможный закат тех, кого многие называли "хунвейбинами Кремля", курс на общую либерализацию в России? Ответ на вопрос искал Данила Гальперович.



Данила Гальперович : Движение «Наши» собрало журналистов для того, чтобы заявить, что слухи о его смерти несколько преувеличены. На помощь позвали знатных выходцев из движения - бывшего лидера «Наших», а теперь председателя Государственного комитета по делам молодежи Василия Якеменко и председателя Комитета Государственной Думы по делам молодежи Павла Тараканова, тоже бывшего «нашиста». Василий Якеменко рассказал, что ему лично движение «Наши» дорого не только как память, но и как партнер:



Василий Якеменко : Одним из основных и ключевых партнеров Государственного комитета, конечно, будет движение "Наши" и в основном его проекты. Я знаю работу движения "Наши" не понаслышке. Я очень рад, что у Государственного комитета есть такой партнер. Я не сомневаюсь ни секунды, что у движения "Наши" огромное впечатляющее будущее. Скажу вам больше, даже если у движения и возникли какие-нибудь трудности, условно говоря, то Государственный комитет сделал бы все, чтобы этих трудностей не было. Мне хотелось бы выразить сожаление по поводу того, что в ряде СМИ появились заявления, цель которых просто свернуть в Российской Федерации те десятки и сотни эффективных программ, которые ведет движение "Наши". Я должен сказать, что никто в этом не заинтересован. Этого не будет!



Данила Гальперович : Павел Тараканов, сообщив, что ему звонят знакомые, спрашивая, не распустили ли его бывших соратников, фактически подтвердил, что основное поле деятельности «Наших» больше не актуально.



Павел Тараканов : Движение, которое создавалось в момент серьезной угрозы "оранжевой" революции, и было направлено, в первую очередь, на сохранение суверенитета нашей страны, в этот момент, когда фактически эта угроза минимизирована, движение нашло точки приложения усилий для работы внутри страны.



Данила Гальперович : А новый лидер «Наших» Никита Боровиков продемонстрировал, что готов чутко улавливать перемены в Кремле.



Никита Бобровиков : Хочется сказать, говоря о Дмитрии Анатольевиче Медведеве, что это не просто молодой политик, это эффективный государственный деятель. Мы уверены, что мы сможем вместе работать. Мы будем рады вместе работать и реализовывать "план Путина" в следующий президентский срок.



Данила Гальперович : Но не только лидер «Наших» держит нос по ветру. Кремлевский политолог Глеб Павловский решил показать, что, как он выразился, разнузданности в своем Интернет-издании «Русский журнал» не потерпит - и взял да и уволил весь отдел политики журнала за излишнюю резкость в отстаивании государственнических идеалов. Среди уволенных есть известные в политической среде люди, например, Алексей Чадаев, автор книги «Путин. Его идеология». О том, означает ли увядание «Наших» и увольнение из «Русского журнала» апологетов «суверенной демократии» близкий конец карьеры заместителя главы администрации президента Владислава Суркова, Андрей Бабицкий беседовал с политологом Владимиром Голышевым.



Владимир Голышев : Я не думаю, что стоит говорить о том, что пошатнулись позиции Суркова по той причине, что охранительный тренд, который вроде бы исчерпал себя в данный момент, является его принципиальной позицией. У Суркова нет никаких позиций, у него нет принципов, у него нет хребта. Он просто менеджер, как ему кажется, менеджер очень успешный и тонкий. Отыграв охранительную карту, вернее, обнаружив, что она в данный момент не актуальна, он также легко будет отыгрывать и карту либеральную. Кстати, это значительно ближе ему по духу, потому что он все-таки не является кровавой гэбней, и чисто типологически более тонкие игры в либеральную демократию ему ближе, гораздо ближе.



Андрей Бабицкий : Действительно, мы вступаем в пору либеральных преобразований или их имитации. Почему реформируют движение "Наши", или даже не реформируя, а фактически его объем, насколько я понимаю, сводят до минимумов?



Владимир Голышев : Я-то глубоко убежден, что мы находимся в полосе тотальной имитации. Разумеется, когда речь идет о каких-то либеральных телодвижениях, речь идет, разумеется, об имитации, больше ни о чем. Связано это с тем, что власть в какой-то момент поняла, что изоляционизм ей не нужен. Это довольно просто было понять. Люди ездят постоянно, держат там свои капиталы, семьи, дети. Ездят, ездят, ездят. Они думают, что так должно быть всегда. С другой стороны, вся эта чудовищная изоляционистская риторика, патриотическое потрясание барабанами и фанфарами - просто в какой-то момент они поняли, что эти вещи взаимосвязаны. Еще немножечко барабаном потрясешь, и проблемы у тебя возникнут какие-нибудь материальные, и у детей твоих. Они поняли, что путь к изоляционизму создает им бытовые проблемы, которых бы они совсем не хотели.



Андрей Бабицкий : Это означает, что все-таки та схема, которую расписывают различные либеральные аналитики, что вынуждена эта система будет все-таки как-то трансформироваться и менять себя в направлении каких-то демократических реформ, эта схема срабатывает?



Владимир Голышев : Безусловно, это никоим образом, ни на полграмма не заденет сути системы. Она, безусловно, останется ровно такой же репрессивной, не демократической. Она точно также будет подавлять все возможные свободы. Речь идет о том, какую она при этом будет корчить рожу. До этого она все время хмурилась, показывала нам Сергея Борисовича Иванова, потрясающего булавами и прочими продолговатыми предметами. Теперь этого не будет. Теперь она будет нам показывать человечка, который очень по-европейски будет улыбаться и демонстрировать, что он умеет пользоваться ноутбуком. Больше никакой разницы нет.



Андрей Бабицкий : Вы работали в ФЭПе и знаете тех людей, которые были или уволены, или выведены за штат. Я так и не разобрался в формулировке. Они смогут без проблем трудоустроиться, тот же Чадаев и другие?



Владимир Голышев : Я не очень себе понимаю, куда он сможет трудоустроиться. Дело в том, что вот этот вот бизнес, условно говоря, экспертно-журналистский бизнес он, на самом деле, давно уже существует в условиях дирекции единого заказчика. Есть такой российско-советский термин. У нас единственный работодатель существует - Кремль и связанные с ним структуры. Трудоустроиться можно только там. Существуют какие-то гусары с мотором вроде Белковского, еще каких-то двух-трех персон, которые существуют на каком-то самофинансировании и занимаются чем-то, похожим на самодеятельность. А все остальное это, в принципе, государственная служба.


Что здесь делать Чадаеву и ему подобным? Вариантов на самом деле два - либо улица, соответственно, переквалификация в управдомы, либо их пригреет какой-то другой клан, который какими-то оттенками отличается от того, откуда они вылетели. От условного Суркова они получили коленкой под зад, вот они под какого-нибудь условного Сечина, может быть, что-нибудь будут делать.



Данила Гальперович : Владимир Голышев в интервью Андрею Бабицкому. Но судьбу Игоря Сечина предрекать пока никто не берется, а вот про Владислава Суркова в самых разных изданиях говорят, что при Дмитрии Медведеве он может стать главой администрации президента.



XS
SM
MD
LG