Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Угнанные и расстрелянные» - австрийско-российский проект изучения послевоенной истории


Ирина Лагунина: На прошлой неделе в Вене состоялась презентация совместного австрийско-российского проекта, связанного с изучением послевоенной истории. Он получил название «Угнанные и расстрелянные». Рассказывает мой коллега Владимир Тольц.



Владимир Тольц: Над проектом, в котором основательно используются материалы Госархива и Архива ФСБ Российской Федерации, австрийские историки из Института по изучению последствий войны имени Людвига Больцмана в Граце совместно с их российскими коллегами работают не первый год. Директор Института профессор Штефан Карнер рассказывает мне:



Штефан Карнер: Я бы хотел сказать, что мы начали работать в русских, тогда еще советских архивах, в 90-м году. Значит кое-что уже набрано. Я бы только хотел сказать, что хорошие у нас отношения с русскими архивами – это во-первых. Во-вторых, из-за этого мы получили уже доверие с русской стороны. И мы сейчас в хороших рабочих отношениях.



Владимир Тольц: Предметом многолетнего изучения австрийских историков являются, прежде всего, судьбы 130 их соотечественников. Для их родственников и близких эти люди просто внезапно и на долгие годы безвестно исчезли. На самом деле они были арестованы советскими оккупационными властями, обвинены ими в антисоветском шпионаже. Они действительно шпионили? Как? – спрашиваю я доктора Барбару Штельцль-Маркс, одну из авторов и главных исполнительниц этого исследовательского проекта.



Барбара Штельцль-Маркс: Нужно себе представить, что это было время холодной войны, Австрия была оккупирована, разделена в четырех зонах. В Вене стояли и американцы, и советские войска, и британцы, и французы. Вена была центром шпионажа, центром таких служб. И конечно, западные, особенно американские спецслужбы были заинтересованы, что происходит в советской зоне оккупации. Допустим, как живут советские войска, как работают советские нефтяные предприятия или другие фирмы, компании, которые работали в советской зоне. Были ли какие-то личные связи между австрийцами и советскими солдатами, как работала охрана советской зоны и так далее. То есть сегодня мы думаем, что это неинтересная, никому не нужная информация, а тогда это действительно были как маленькие кусочки большой мозаики. То есть американцы и французы собирали эту информацию.



Владимир Тольц: Кто их ловил – СМЕРШ? МГБ? И что происходило с ними после ареста?



Барбара Штельцль-Маркс: Да, это СМЕРШ, МГБ. И после ареста они сидели в тюрьме в Бадене. Это очень милый, красивый курорт недалеко от Вены, где с 45-го по 55-й был штаб советской армии, штаб Центральной группы войск. Там работал военный трибунал Центральной группы войск, там была тюрьма МГБ и СМЕРШ. Сначала люди сидели в тюрьме в такой красивой вилле, но они были в подвале. То есть было, конечно, не очень приятно. После того, как уже закончили первый этап процесса, передали из МГБ военному трибуналу, где уже более-менее осуждали на смерть.



Владимир Тольц: Осуждали на территории Австрии или их для этого увозили в Советский Союз?



Барбара Штельцль-Маркс: Осуждали на территории Австрии и после этого их перевозили на территорию Советского Союза именно в Москву, в тюрьму Бутырка. И там они ждали, пока они получат окончательный ответ. Потому что еще в Бадене почти все писали ходатайство о помиловании с просьбой их помиловать и изменить смертную казнь на другое, допустим, на 25 лет. И уже в Москве отказывал, допустим, Верховный совет и политбюро, подтверждали смертную казнь. Их расстреливали в Бутырке. И в ту же самую ночь перевозили на территорию Донского кладбища, там был крематорий в этом здании, где теперь церковь опять, и после крематория их перевозили в братскую могилу, где и советские, и немецкие, и японские жертвы политических репрессий. И австрийцы там до сих пор.



Владимир Тольц: Историкам удалось не только установить имена 103-х из этих расстрелянных в Москве австрийцев, - их список был оглашен на пресс-конференции в Вене, - но и выяснить мотивы их деятельности (чаще всего это - ужасающая послевоенная нужда), обстоятельства их арестов, следствия и судебной процедуры по их делам. Более того, австрийские ученые разыскали родственников и потомков расстрелянных в Москве соотечественников, собрали многих из них на прошлой неделе в одном из роскошных венских кафе, и, в ходе презентации своего исследовательского проекта, торжественно вручили близким расстрелянных выписки из дел советской госбезопасности, касающихся их горькой участи. Надо сказать, это была волнующая и незабываемая акция! Ведь долгие годы дети, вдовы и другие родственники убитых в Москве австрийцев просто не знали, что с ними стало… Показательна история Фридриха Скрипека, (Скжипека, как его на чешский лад именовали в советских документах) арестованного, как мы теперь знаем, летом 1950 года. Уже в июле советский военный трибунал приговорил этого 25-летнего парня, члена компартии Австрии, работавшего переводчиком в одном из областных управлений Советской зоны оккупации Австрии к расстрелу. Обоснование:



Скжипек признан виновным в том, что в период Второй мировой войны с декабря 41-го года по май 45-го служил в разведывательных органах немецкой армии в должности радиста-разведчика и дешифровальщика по радиоперехвату советских радиопрограмм. Скжипек в период работы переводчиком с августа 46-го года по август 49-го в силу своего служебного положения неоднократно принимал участие в переговорах между представителями австрийских властей областного управления и уполномоченным верховного комиссара советской зоны оккупации Австрии. И о ходе этих переговоров каждый раз информировал американские разведывательные органы CIC. Наряду с этим Скжипек систематически доносил американской разведке об изменениях в личном составе ответственных работников советского военного командования и управления советских контрольных органов. Он также передавал американцам сведения о состоянии промышленности в советской зоне оккупации Австрии, ее мощностей и деятельности отдельных предприятий УСИА. Помимо деятельности политического и экономического характера Скжипек собирал и передавал американской разведке сведения о советских воинских частях, вел наблюдение за состоянием одного из гарнизонов советских войск и о замеченных изменениях в нем доносил американцам, а также выполнял и другие задания американской разведки по сбору различных сведений шпионского характера в советской зоне оккупации Австрии. За свою шпионскую деятельность Скжипек получал от американцев денежное вознаграждение, получив за указанный период в общей сложности восемь тысяч шиллингов.


Зампредседателя Верховного суда СССР Чепцов.



Владимир Тольц: Скрипека расстреляли через полгода после ареста. Его сын Михаэль рассказывает мне:



Михаэль Скрипек: Как мы знаем теперь, 10 декабря 50-го года он был казнен, расстрелян.



Владимир Тольц: Что вы знали о нем после его исчезновения?



Михаэль Скрипек: Да собственно с момента его исчезновения больше ничего и не знали. Вообще ничего…



Владимир Тольц: Ну и когда же вы получили первое известие о судьбе отца?



Михаэль Скрипек: В начале 57-го. Сообщили, что он умер еще в 1950-м. А причиной смерти явился инфекционный эндокардит. Ну а в промежутке между 1950 и 1957-м известно было лишь то, что он подобно многим другим числился в категории «угнанных». И никакой другой информации: почему? Зачем? Для чего?…



Владимир Тольц: Не на все эти вопросы Михаэль Скрипек имеет ответы и сегодня. Но он, как и другие родственники расстрелянных более полувека в Москве австрийцев, считает, что проект «Угнанные и расстрелянные» не только помогает им разобраться в судьбе родственников, большинство из которых давно уже в России реабилитированы, но и глубже понять суровую механику послевоенного мира. В приговоре его отцу сказано, что тот заработал на шпионаже 7000 шиллингов, и за это, как мы знаем, был казнен. Но одно яйцо на черном рынке, как сказала мне Барбара Штельцль-Маркс, стоило тогда 230 шиллингов. Получается, что жизнь оказалась дешевле 3 дюжин яиц!…


XS
SM
MD
LG