Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Американский Супервторник. Лидеры выборов определились, но победителей нет


Ирина Лагунина: Президентская кампания в США миновала важнейший рубеж – так называемый Супервторник, когда первичные выборы прошли сразу в 24 штатах. Обычно голосование в этот день определяет финалистов гонки, но на сей раз этого не произошло. Рассказывает Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: В этом году Супервторник почти совпал с финальным матчем на Суперкубок по американскому футболу, и в обоих событиях было нечто общее: азарт публики, непредсказуемость результата и суперприз. Для кандидатов в президенты этот день, как правило, становится решающим: голосует половина избирателей страны, 80 миллионов человек; по итогам голосования распределяется 40 процентов голосов делегатов национальных партийных съездов, которые утверждают единственного кандидата от партии. На супервторнике представлены все регионы страны и все сегменты электората.


Вести кампанию одновременно в 20 с лишним штатах – исключительно сложная задача. Каждый кандидат выложился до дна, а Хиллари Клинтон сорвала голос.



Хиллари Клинтон: Я верю всей душой в то, что лучшие времена Америки впереди, и если мы решили идти этим новым курсом, нам ничего не страшно. Так вы готовы к переменам?



Крики: «Да!»



Хиллари Клинтон: Вы готовы к будущему, которого вы достойны?



Крики: «Да!»



Хиллари Клинтон: Ну если вы готовы к переменам, то я готова руководить! С вашей помощью мы сделаем завтра исторический выбор!



Владимир Абаринов: Ее соперник Барак Обама, еще две недели назад отстававший по опросам в ключевых штатах на 20, а то и более процентов, стремительно сократил разрыв, хотя вперед так и не вырвался. Ободренный успехом, он обещал избирателям обустроить заново уже не только США.



Барак Обама: Если вы не хотите, чтобы умерла мечта тех, кто по-прежнему жаждет справедливости и своего шанса в жизни, тогда я обещаю вам: мы не только выиграем здесь, в Нью-Джерси – вы выиграем во вторник повсюду в стране, мы выиграем номинацию, мы выиграем всеобщие выборы, и мы, вы и я вместе, изменим эту страну и весь мир!



Владимир Абаринов: Особенность первичных выборов у демократов состоит в том, что большинство голосов избирателей не равнозначно победе: итоги подводятся в каждом избирательном округе отдельно по пропорциональной системе; в зачет идет только число делегатов. Какой из двух результатов важнее: голоса избирателей или число делегатов? Хиллари Клинтон.



Хиллари Клинтон: Важно, безусловно, и то и другое. Число голосов избирателей показывает реальный уровень поддержки. Что касается делегатов, то правила Демократической партии довольно сложные, и необходимо время, чтобы сделать выводы. Меня взбодрила кампания, которую я веду по всей стране. Мы, конечно же, надеемся на рекордную явку повсюду: люди идут на участки и помогают выбрать кандидата. И я призываю каждого, кто смотрит эту программу, сделать именно это.



Владимир Абаринов: На тот же вопрос отвечает Барак Обама.



Барак Обама: Думаю, для меня, как и для любого другого кандидата, важно получить свою долю делегатов и соответственно свою долю штатов. Вряд ли сегодня наступит полная ясность, но полагаю, результаты покажут, кто наилучшим образом отвечает за запрос избирателя. И в своих поездках по стране я слышу от людей, чтó их беспокоит – их зарплата остается прежней, и непонятно, чем платить за колледж, за бензин. Я понимаю, что им нужен тот, кто сплотит страну ради решения крупных проблем, таких как здравоохранение или доступность высшего образования, кто перешагнет через корыстные интересы корпораций, которые доминируют в Вашингтоне и определяют повестку дня. И я думаю, что именно мы способны это сделать, и потому мы находим отклик во время поездок по стране.



Владимир Абаринов: За счет чего сенатор Обама совершил такой рывок и почти догнал соперника? Вот что думает об этом он сам.



Барак Обама: Люди вдруг поняли, что вот этот парень отдал 20 лет своей жизни работе на благо людей, которым нужна помощь, будь то общественная работа, работа адвоката по защите гражданских прав, работа в законодательном собрании штата по предоставлению медицинской помощи тем, кто не в состоянии оплатить ее, или на федеральном уровне - по снижению налогов, по таким проблемам, как ядерное нераспространение и альтернативная энергетика. Они вдруг увидели гораздо более объемную картину того пути, который я прошел в борьбе за интересы работающих семей, увидели, что я способен объединить демократов и республиканцев на платформе перемен.



Владимир Абаринов: Как и Обама, сенатор Клинтон не верила, что Супервторник объявит победителя.



Хиллари Клинтон: Думаю, предстоит очень упорная борьба за номинацию. И на самом деле я думаю, это хорошо, потому что, чем больше люди будут следить за борьбой, тем больше нам придется концентрироваться на проблемах, и это отвечает интересам демократов.



- Звучит так, как будто вы хотите подсластить пилюлю. Уж конечно, вам бы хотелось, чтобы борьба была не такая жесткая.



Хиллари Клинтон: Разумеется. Но, знаете, я всегда говорила, что этот марафон будет похож на спринт. Никто никогда не делал того, что делаем мы. И, в конечном счете, речь идет не о делегатах и не о том, кто выиграет первичные выборы. Вопрос заключается в том, кого народ хочет видеть своим следующим президентом. Сегодня. В тот самый день, когда избиратели идут на участки, мы ведем две войны за пределами США. Впереди маячит экономический спад. Нам нужен президент, который в первый день пребывания на посту начнет улучшать ситуацию в экономике и заканчивать войну в Ираке. Я предлагаю именно это, так что я надеюсь, что люди зададут себе этот важнейший вопрос – кто будет лучшим президентом, придут и проголосуют.



Владимир Абаринов: Если Барак Обама сделал лозунгом своей кампании перемены, то Хиллари Клинтон делает акцент на своем опыте. Оправдается ли эта ставка?



- Сенатор, возможно, вы наиболее опытный кандидат, но на самом деле люди хотят чего-то другого – вам не кажется, что они ищут воодушевления?



Хиллари Клинтон: Не думаю, что надо выбирать между тем и другим. Я считаю, это будет крупной ошибкой. Знаете, для того, чтобы быть эффективным, надо не только мечтать, но и усердно работать. Я думаю, опыт и перемены идут рука об руку. Я уверена, что мой послужной список длиной в 35 лет, в течение которых я изменяла жизнь людей к лучшему, внушает избирателям уверенность: если хотите узнать, что я буду делать, посмотрите, что я уже сделала.



Владимир Абаринов: У республиканцев картина выглядела как будто более ясной – отсюда следующий вопрос сенатору Обаме.



- Если вы и сенатор Клинтон продолжите борьбу в ближайшие полтора месяца, а республиканцы в ближайшие сутки определятся со своим кандидатом, не получится так, что тем самым республиканец получит преимущество – он будет отдыхать, наблюдая, как вы терзаете друг друга?



Барак Обама: Не думаю. Один из потрясающих результатов первых четырех голосований состоит в том, что демократы удвоили явку своих избирателей по сравнению с тем, какой она была 4 года назад. На участки приходят в большом количестве не только убежденные демократы, но и независимые избиратели, и лишившиеся иллюзий республиканцы. Это говорит о том, куда хочет двигаться страна. Когда я выиграю номинацию, неважно, будет ли моим соперников Джон Маккейн или Митт Ромни – и тот и другой будут защищать провальную экономическую политику Джорджа Буша и его несостоятельную внешнюю политику. А я противопоставлю этому ясное намерение развернуть страну в новом направлении. И я буду счастлив участвовать в дискуссии на эту тему.



Владимир Абаринов: Явка действительно была рекордной. Во многих местах люди занимали очередь к избирательным участкам еще до их открытия. Для многих избирателей выбор оказался трудным. Эту дилемму сформулировал Билл Клинтон.



Билл Клинтон: Всю свою жизнь я ждал возможности проголосовать за президента-афроамериканца. И всю свою жизнь я ждал, что смогу проголосовать за президента-женщину. И теперь я смотрю в небо и говорю Господу: «Боже, ты опять задаешь мне головоломку».



Владимир Абаринов: Будучи явным фаворитом среди республиканцев, сенатор Джон Маккейн, который 8 лет назад был близок к победе, но затем все же уступил Джорджу Бушу, не рисковал делать прогнозы.



- Позвольте мне спросить вас о вашем эмоциональном состоянии. После стольких лет в Сенате, после разочарования, каким для вас были выборы 2000 года, сейчас, когда вам со всех сторон говорят, что вы можете закрыть вопрос сегодня или, по крайней мере, почти закрыть – какие мысли приходят вам в голову?



Джон Маккейен: Мысль о том, что это кино я уже видел.



- Вы боитесь сглазить удачу?



Джон Маккейен: Все знают, что я суеверен. <…> Нас вдохновляет наша удача. Я счастлив, что все складывается так хорошо. Но эта ночь будет долгой. В Калифорнии явного преимущества нет ни у кого. Могу перечислить вам все сценарии. Но, в конце концов, мы провели отличную кампанию и получили массу удовольствия.



Владимир Абаринов: Главный соперник Маккейна Митт Ромни в последние дни пошел на него в лобовую атаку.



Митт Ромни: Вы действительно хотите видеть во главе нашей партии и кандидатом нашей партии человека, который голосовал против снижения налогов, проведенного Бушем?



Крики: «Нет!»



Митт Ромни: Хотите ли вы видеть лидером партии и ее кандидатом человека, который голосовал против поправки к Конституции, определяющей брак как союз мужчины и женщины?



Крики: «Нет!»



Митт Ромни: Хотите ли вы, чтобы нашим кандидатом был человек, который был инициатором законопроекта Маккейна-Кеннеди – закона, предоставляющего амнистию нелегальным иммигрантам?



Крики: «Нет!»



Митт Ромни: А как насчет новейшей идеи – она называется законопроект Маккейна-Либермана – обложить налогом в 50 центов каждый галлон бензина в нашей стране, в результате чего стоимость коммунальных услуг вырастет на 20 процентов – вы хотите, чтобы кандидатом нашей партии стал автор закона Маккейна-Либермана?



Крики: «Нет!»



Владимир Абаринов: Митт Ромни вложил в кампанию собственные средства и не знает нужды в деньгах. Однако третий кандидат-республиканец Майк Хаккаби уверен, что не в деньгах кандидатское счастье.



- Вам предстоит серьезный вызов. У Ромни тугой кошелек. Ему гораздо проще оплатить кампанию в национальном масштабе, все агитационные материалы, которые ему нужны.



Майк Хаккаби: Знаете, он может потратить все деньги мира. Но он не может изменить тот факт, что его программа очень плохо продается, потому что он достает из одного и того же сундука все время разное. Да, у него много денег, и он потратил уже много, но эти расходы не окупились. И если люди посмотрят на наш избирательный фонд и на то, чего мы добились с этими деньгами, у них появится уверенность в том, что нас хватит надолго.



Владимир Абаринов: И Хаккаби не только не сошел с дистанции, он упорно борется за второе место в тройке республиканцев. Не определился лидер и у демократов. Борьба продолжается в прежнем составе.


XS
SM
MD
LG