Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма. 09 Февраль, 2008


Анатолий Стреляный

Анатолий Стреляный


«Здравствуйте, Анатолий Иванович! У меня возник такой дурацкий вопрос: почему на Украине минимальная пенсия составляет $100, тогда как в России – где-то $60. Но при этом украинцы в подавляющем своем большинстве (50/50) готовы линчевать своих тимошенок и януковичей, а русские носятся со своим «кормильцем» как курица с яйцом?».
Подавляющее, говорит, большинство готово линчевать своих тимошенок и януковичей, и тут же в скобках: пятьдесят на пятьдесят. Так пятьдесят на пятьдесят или подавляющее большинство? В Украине было бы пятьдесят на пятьдесят и в том случае, если бы заработки и пенсии были вдесятеро выше, чем в России. В сто раз были бы они выше, и всё равно своих начальников украинцы ругали бы охотнее и крепче, чем россияне – своих «кормильцев». Ларчик этот открывается просто. В Украине ругать правителей можно без всякой опаски, а в России – приходится опасаться. В Украине такая ругань – просто ругань, а в России – геройство или хулиганство (в зависимости от точки зрения).

Мало кто относится к нам более враждебно, чем слушательница, приславшая нам следующее письмо, - так нас, по её словам, ненавидит, что я даже называть её не хочу, но и слушает нас она тоже так внимательно, как мало кто. Во первых строках своего письма она напоминает нам, что исполнился год со дня, когда «был совершен вопиющий, позорный акт – казнь законного президента суверенного Ирака Саддама Хусейна». Так она пишет. И дальше: «Палачи, руководимые из-за океана, не смогли убить память о Саддаме Хусейне. В Египте была выпущена Книга памяти Саддама Хусейна. Мы, граждане России, тоже не должны забывать героического политика, вся вина которого состояла лишь в противостоянии гегемонии Соединенных Штатов».
Написавшая это письмо слушательница «Свободы» сочинила трагедию в стихах под названием «Саддам», но прислала нам не всю её, а отрывок. Называется этот отрывок: «Патриотический монолог». Герой обращается к своей родине:
Мне за тебя отрадно умирать!
Клянусь тебе – не дрогну пред врагами
И встречу казнь спокойно и бесстрашно,
И за тебя Аллаху помолюсь.
Затем поэтесса переходит к другим современным деятелям. Говорит о них прозой: «Фиделю и Ким Чен Иру желаю долгих лет жизни, чтобы как можно дольше не пришлось писать о них реквиемы и трагедии. К Путину моё отношение пятьдесят на пятьдесят. Когда он за Косово в составе Сербии, я целиком за. А вот когда ссорится с Белоруссией и отключает газ Украине перед выборами, способствуя тем самым победе "оранжевых" – тогда, конечно, нет. А самое обидное – что назначил своим преемником Медведева, за которого не буду голосовать ни при каких условиях. Я надеялась, что будет патриот Сергей Иванов. А Медведеву вы, либералы, должны радоваться, он ваш. Медведев – либерал в экономике и нуль во внешней политике. Это будет возвращение ельцинизма. Ельцин тоже думал, что будет влиять на Путина, но куда там!».
Вот судьба, вот положение сочинителя в России! Ни в одной солидной российской газете эта поэтесса не может напечатать ни строки из своей поэмы о Саддаме Хусейне, ни строки из письма о других своих кумирах – шлёт всё на «Свободу». Осуждать Америку ей в России позволено, а оплакивать Саддама и славить Ким Чен Ира – ни-ни, «суверенная демократия» стесняется. И даже «патриота» Иванова противопоставить «либералу» Медведеву не можно.

«Как вы думаете, Анатолий Иванович, - это письмо прислал чеченец, живущий в Вене, - почему Путин не сказал Кадырову, чтобы в отчёте о результатах думских выборов в Чечне не была нарисована цифра 100 – 100-процентная явка и 100 процентов голосов за «Единую Россию»?».
Этот слушатель ошибается, сто процентов и не было нарисовано. В обоих случаях значится немножко меньше ста. Означает ли это, что Путин-таки велел Кадырову не переборщить, не знаю.

Беру следующее письмо о думских выборах в России:
«Здравствуйте, уважаемый Анатолий Иванович! Насчёт массовых фальсификаций декабрьских "выборов" могу привести очень много фактов и выкладок, помимо тех, что уже вроде общеизвестны. Например, во второй половине дня 2 декабря многократно повторялось, что на 12 часов московского времени по всей России проголосовали 12,6 процента избирателей. Даже если бы по московскому времени жила вся Россия, то всё равно с этим показателем итоговые официальные 63 процента явки никак не стыкуются. Всерьёз можно говорить о реальных 40 процентах. Нетрудно догадаться, какой партии достались голоса виртуальных 23 процентов. Фальсификация шла какими-то совершенно неправдоподобными скачками. Из официальных данных следует, что между 17 и 18 часами проголосовал лишь один процент избирателей, а в каждый из двух следующих часов (когда уже закрылись участки не только в Сибири, но и на многолюдном Урале) почти в четыре раза больше. Представить такое в масштабах всей России можно только в бреду. А 99 с половиной процента голосов за «Единую Россию» в Чечне и 98 – в Ингушетии (как и в Мордовии)? Вам известно, кстати, что ингушские оппозиционеры собрали около 90 тысяч заявлений местных избирателей о том, что в этих выборах они не участвовали. Это более половины всех избирателей Ингушетии».

Следующее письмо: «Когда критикуют США жители России, вы всегда отвечаете что-то типа: "Вы там не были, вы не знаете, а мне витрину показали, и я знаю». Когда критикуют Америку за её тоталитаризм люди, которые прожили в этом рассаднике демократии много лет и своё мнение подтверждают конкретными фактами, у вас один ответ: «Почему не возвращаетесь в Россию?». Но такой ответ не опровергает фактов, а значит, опровергнуть тезис о тоталитарной сути США вы не можете. Телевизора у меня дома нет, и дети мои здесь, в США, смотрят только хорошие советские мультфильмы на DVD. Пишу это, так как вспомнил, что вы любите говорить: "Если американское дерьмо такое дерьмовое, почему вы его едите". Так вот, я его не ем».

О том же пишет и автор следующего письма, но живёт он не в Америке, а в России: «Телевизор я уже не включаю, из Москвы идёт смрад, смотрю только заграничные каналы, там даже реклама не такая мерзкая».

Слушайте письмо от Михаила Кашлева: «Здравствуйте, Анатолий. Я возвращаюсь к теме, с которой началась моя переписка с вами. Тема эта – ночные снимки из космоса Северной и Южной Кореи. Вас тогда поразила темнота Северной Кореи и яркое сияние Южной. Я откликнулся на вашу просьбу и прислал вам снимки России и Украины. Из этих снимков следовало, что дела в России и в Украине обстоят не так уж плохо. Хуже, чем в Прибалтике, но уж точно не так, как в Северной Корее. На этом, казалось, дело и кончилось. Однако оказалось, что освещенность земной поверхности в связи с динамикой экономического и политического развития стран и регионов – это тема серьезных научных исследований. И результаты этих исследований поразительны! Как говорил один поэт, на снимках этих "дышит почва и судьба". Динамика освещенности земной поверхности говорит о многом, перекрывая хор всяких балаболов», - пишет господин Кашлев.
По его подсказке я нашёл эти карты в Интернете. Само собою разумеется, лучше всех освещены те части глобуса, где США, Япония, Южная Корея, Западная Европа, и тут не позавидуешь нашему русскому американцу, когда представишь, что могут сказать ему с этими снимками в руках наши слушатели… Я же скажу только одно. Он пишет, что мне была показана витрина американской жизни – и я, мол, затрепетал от восторга, приняв всё за чистую монету. Но сегодня, как мы слышали, можно обойтись и без витрины, и без погружения в пространство за витриной. О любой стране мира можно судить не по личному опыту жизни там, не по чьим бы то ни было рассказам и даже не по научным книгам и статистическим сборникам, а по снимкам из космоса. Господин Кашлев обращает наше внимание на динамику освещённости планеты. Дело в том, что Землю снимают из космоса уже много лет, и – непрерывно, так что можно следить за тем, как меняется освещение тех или иных мест и таким образом знать, что там происходит с хозяйством – развивается оно или приходит в упадок. Есть карты, на которых обозначен «вымерший свет». Эти участки окрашены в синий цвет. Была жизнь – и не стало жизни. Больше всего синего на карте бывшего СССР, отражающей десятилетие 1993-2003 годов. Успешнее всех выбралась из-под развалин Эстония, хуже всех пришлось Средней Азии, Грузии, Молдавии, Украине и России. «Зато ярко вспыхивают Москва и Питер, и цепь городов на магистрали Москва - Санкт-Петербург, - говорится в одном из объяснений к снимкам. - Подтверждается гипотеза о росте крупных городов за счет рабочей силы из провинции. В Москве уже 10 процентов населения России. Упадок мелких населенных пунктов "вычищает" области миллионников, создавая цепь тысяч "погасших" поселков вокруг "золотой цепи" огней».

Теперь прочитаю одно из писем о Всемирной Паутине, об Интернете, который предоставил мне фантастическую возможность увидеть всё то, о чём мы только что говорили.
«В последнее время я задумываюсь об Интернете, Анатолий Иванович. Общение пользователей напоминает мне адские миры ментала и астрала, описанные у оккультистов. Флирт в Интернете – вообще полное безумие. О той же политике спорят до посинения, но всё уходит не в реальность, а в никуда. Люди переживают, мыслят, но мир себе создают абстрактный. Это же превосходит фантастику: миллионы людей уходят в параллельный мир сети! Если из него что-то и выплёскивается в "реал", то очень редко и уродливо. Недавно участники дебильных интерактивных игр встретились физически в кафе, и один пробил другому голову. Интернет – клоака, сколько там низости человеческой! Это уже тот век, который предсказан в Писании: мир, где «из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят». Модель потустороннего мира ментальных и астральных энергий», - говорится в письме. Верно, конечно. Клоака в той же мере, что и род человеческий. И в той же мере – кладезь всего здорового и бесценного. Ничего более умного я на сей счёт сказать не в состоянии. Не одного этого слушателя «Свободы» приводит в отчаяние то, что с 30-х годов прошлого века называется в философской публицистике «восстанием масс».

Читаю письмо из Москвы: «Не отмечаю я новых годов, Анатолий Иванович, потому и вас не поздравил. Что ни год, то короче к могиле наш путь. Когда-то у нас по соседству одна компания так отмечала, что все перепились и сгорели от украшенной ёлки. Да и сейчас многие получают увечья от фейерверков, собаки в испуге убегают от хозяев. Москва становится всё страшнее. Я знаю, что вы не любите тоталитарного прошлого, но тогда хоть как-то сдерживалась массовая подлость и криминал. Западного обывателя сдерживает, насколько возможно, не только воспитание, но и довольно строгий административно-полицейский контроль. И, конечно, самоконтроль. Один наш тележурналист, лизоблюд и демагог, уезжал в США, потом вернулся и жалуется, что сосед, с которым он дружески беседовал, написал донос на какое-то мелкое нарушение, допущенное им. Для меня это нормально, я понимаю американцев, которые не хотят, чтобы их страна стала притоном. Как-то в Америку приехала московская эстрадная группа, обыкновенные артисты, в кафе они стали подмигивать американкам, те сразу позвали полицейских, наших мастеров искусств арестовали и выдворили из страны. Я бы их не высылал, а расстрелял на месте. У нас, похоже, не может быть ничего среднего. Или тоталитаризм, или притон. Мы быстро движемся в сторону второго варианта. Молодняк – зоосад, чудовищное падение нравов. Нация "дедовщины" заканчивает своё историческое бытие. Потеряли значение слова "подонок", "негодяй", "подлец". Нормальный мужик, умеет жить, забил своего директора бейсбольной битой в подъезде, и теперь сам владелец водокачки, а то и мэр или губернатор. Страна во главе со своей столицей всё больше обособляется даже от своих соседей, прибалты уже стали, как голландцы или датчане, украинцы – почти враги, о грузинах и говорить нечего. Что это? Это гибель царства, Анатолий Иванович».
Много таких слов было сказано в 18-м году, а, между прочим, и перед тем: после 905-го, а о падении нравов, разгуле хищного стяжательства немало говорилось сразу после отмены крепостного права.

«Здравствуйте, Анатолий Иванович! Хочу поделиться с вами простой человеческой радостью. Плохо у меня было со сном, да и вёл я себя порой плохо. Получал уколы на ночь, а то и к кровати привязывали. Но вот недавно случилось чудо. Разозлился я как-то раз, возьми да и брякни: "Кто нас обидит – и трёх дней не проживёт!" Что бы вы думали? Все вокруг выпятили глаза и о чём-то задумались. А я ещё: "Буду мочить в сортире!" (А сортир у нас страшный.) Начали все от меня потихоньку отступать. "И нечего сопли жевать!" – заорал я. Все кинулись кто куда. "Не видать вам больше котлет, кушать будете..." Тут я назвал тех несчастных существ, которых требуется отделять от котлет. Всё! Прибежал главврач, выписал меня из богоугодного заведения на все четыре стороны! И сон сам собой наладился, и личная жизнь задалась. Всё в порядке, Анатолий Иванович! Теперь пребываю за кольцевой, в собственном доме, в полном здравии. Мурен бон Слюсарев к вашим услугам!».
Мне подумалось над этим письмом, сколько подобных сатириков может появиться на российских экранах в любой момент. «Может», - говорю из осторожности. Наверняка появятся, по-другому не бывает. Помню, как меня cмутило, когда НТВ окрестило подопечного «Мурена бон Слюсарева» крошкой Цахесом. Он только-только вступил в должность, и не совсем по своей воле, и не успел ещё показать себя во всей красе, а они его так… Мне казалось, что следовало бы повременить. Не хотел бы я оказаться на его месте теперь. Крошка Цахес – герой знаменитой немецкой сказки, крошечный злобный урод, который кажется красавцем обалдевшему народонаселению. Никогда ещё в почте радио «Свобода» не было столько нападок на Путина, как сейчас, под занавес. Может быть, это начало того представления, которое скоро развернётся?

И тут же – вот какое письмо: «Знаете, Анатолий, хочу сказать вам необычные слова. Спасибо вам за то, какой хорошей вы показываете Россию. Мне это важно, мне это нужно. Советский Союз я не любил, была эта страна для меня тюрьмой. Как только стало возможно – вырвался, уехал. В 1991 году, в дни путча, был в Москве. Увидел, как плачут женщины у метро. Увидел защитников Белого Дома. И меня осенило: это другая страна! Тогда я полюбил Россию – страну, где громко звучал голос интеллигенции, голоса русских людей, желавших вернуть свою родину в семью человечества. Но как быстро исчезла та Россия! Снова с экрана телевизора смотрит на меня советское мурло. Обкорнанная империя жалеет о своем прошлом. И я бы опять крепко невзлюбил эту страну, но ваши рассказы о письмах радиослушателей меня удерживают от этого. Я вижу, как много в России честных, переживающих, умных людей, страстно любящих то же, что и я люблю – свободу, справедливость, братство. Таких людей там не меньше, чем в других странах, ведь они повсюду составляют меньшинство. Просто не слушают их в России, не идут за ними. Но это дело поправимое. Главное, что они есть. Новая Россия, победившая тогда, в дни путча, не умерла. Она затаилась и еще проявит себя. Игорь Белов».

В предыдущей передаче (или в одной из предыдущих) был упомянут Мартин Иден – герой одноимённого романа Джека Лондона. В подкрепление своего невысокого мнения об окружающей действительности один наш слушатель ссылался на высказывания этого героя, а самих высказываний я в электронном письме не нашёл. Оказывается, они всё-таки там были – я просто не заметил приложения. И нет худа без добра. Сейчас он нам пригодится, этот знаменитый «социальный дарвинист» Джека Лондона, ненавистник человеческой обыкновенности, серого большинства. «Слабых и незадачливых природа отвергает, она отбирает только лучших, - говорит он. - Этим методом, подражая ей, люди выводят скаковых лошадей… Сильный и его потомство выживают, и пока существует борьба, сила каждого поколения возрастает. Это и есть развитие… Стоит создать общество рабов, и оно начинает вырождаться». В собрании, где Мартин Иден произносит свою речь, его спрашивают, как это может быть приложено к Соединённым Штатам. «Рабы стали сами себе хозяева, - отвечает он. - Никто не правил ими сильной рукой. Но жить безо всяких правителей невозможно, и появились правители новой породы - хитрые пауки-торгаши и ростовщики».
Роман «Мартин Иден» появился в 1909 году, а в 1930-м – книга испанского философа Ортеги-и-Гассета «Восстание масс». В ней было провозглашено нечто совершенно противоположное – то самое, о чём мы слышали пару минут назад в письме, автор которого отмечает гибельное растление не правителей (то – само собою разумеется), а управляемых, всей российской массы. Эта мысль давно стала обычной для части наших слушателей. Вслед за испанцем они пишут о том, что тон в современном обществе задают не единицы, не меньшинство (творческое меньшинство!), а большинство, обывательская гидра с миллионами голов. Именно она навязывает всем, то есть, по существу, самой себе свои убогие понятия о том, как жить. Технические достижения заметно повысили благосостояние простого люда, вот он, мол, и обнаглел. У него появилось свободное время, его уже не всецело поглощает забота о пропитании. Он стал безудержным покупателем. Демократия дала ему власть. Теперь он может управлять своими правителями. Он не знает, что такое стыд и чувство ответственности. В голове у него «мешанина прописных истин,
несвязных мыслей и просто словесного мусора, скопившихся по воле
случая». Он не знает, что с ним происходит, что он собою представляет, он «действует по простоте душевной, а потому без страха и упрека”. «Если эта порода людей будет хозяйничать в Европе, - писал философ, - через каких-нибудь 30 лет Европа вернется к варварству». Через тридцать лет на дворе был 1960 год. Попытка вернуть Европу к варварству осталась далеко позади. Полной власти сытая толпа, слава Богу, не получила нигде. Нигде не получило полной власти и меньшинство самой высокой пробы – тоже слава Богу. Но давно осознанные лучшими умами опасности остаются.

«Наше "министерство правды" уже занимается проектом закона о контроле над Интернетом, - пишет молодой человек из Казахстана. - Если проект приведут в нужный вид, обеспечат техническую базу, то он будет принят "на ура", при полном одобрении широких слоев. Эта "фильтровка" вполне может пригодиться в ближайшие полгода-год, потому что ситуация в стране непонятная. Цены, как и все предполагали, через пару месяцев после августовских выборов начали расти, как на дрожжах. Граждане, еще помнящие "веселые 90-е", тут же начали скупать соль, сахар, муку, масло, макароны и крупы. А начальство дружно говорит, что всё это временные трудности».
Видите: автор этого письма тоже не жалует широкие слои, тоже хорошо понимает, что толпа не знает других способов наведения порядка, кроме запретов, насилия, травли и уничтожения неугодных.
И последнее на сегодня письмо: «Уважаемый Анатолий Иванович! Спасибо вам за вашу позицию относительно геноцида на Украине. Это память о погибших братьях и сестрах моего деда. Дед с бабкой и тремя детьми уцелели благодаря его предусмотрительности. Он умудрился припрятать немного зерна в яме около скотомогильника с сибирской язвой. Туда чекисты побоялись сунуться. Но весной 1934 года семью обвинили в том, что она выжила: значит, что-то припрятала. Выслали на Беломорканал». Слова «спасибо вам за вашу позицию» могут показаться не совсем уместными в таком письме, а с другой стороны – русский язык это допускает. Или лучше сказать: русская привычка. Так люди просто усиливают своё согласие с точкой зрения, которая им особенно близка. В Украине только что опубликовано исследование одного американца. Он не согласен со словом «геноцид». Он доказывает, что в Советском Союзе имело место то, что он называет тяжелым зерновым кризисом. В его труде много цифр, таблиц, графиков. Отрицать невозможно: зерновой кризис был. Но почему у людей отнимали все съестные припасы, буквально до последнего зёрнышка, до последней горошины, не объясняется. Под кризисом же подразумевается развал сельского хозяйства, когда за него взялась советская власть.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG