Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Избежит ли Россия очередного банковского кризиса?


Ирина Лагунина: Проблемы финансовых рынков многих стран мира, возникшие как следствие ипотечного кризиса в США, Россию напрямую пока не затронули. Тем не менее, привлекать новый капитал за рубежом российским банкам в последние месяцы стало значительно труднее.


А в марте и апреле им предстоят столь значительные выплаты по внутренним налогам и зарубежным долгам, что они превысят общий объем собственных свободных средств банков. Летом 2004 года нехватка средств привела к кризису ликвидности в российской банковской системе. Сколь вероятно его повторение сегодня? Об этом – в материале Сергея Сенинского.



Сергей Сенинский: ... В марте-апреле этого года для российских банков совпадут два фактора крупных расходов: пик ежегодных выплат по взятым ранее зарубежным кредитам и займам и необходимость уплаты НДС. Плюс – все это может осложниться еще больше оттоком капитала из России, который, например, в январе составил 9 миллиардов долларов. Но какие из этих факторов наиболее значимые? Наш первый собеседник – в Москве – главный экономист «Альфа-Банка» Наталия Орлова:



Наталия Орлова: Самым главным фактором, который будет определять ситуацию с ликвидностью, конечно, остается график налоговых платежей. С 2008 года мы перешли на квартальную выплату НДС, и это значит, что в феврале, в марте давление налоговых платежей на банковский сектор и на экономику достаточно умеренное, ежемесячные выплаты, возможно, будут в районе 300-400 миллиардов рублей. А вот на апрель приходится пик платежей, потому что по НДС будет проходить платеж около 500 миллиардов рублей и общие налоговые платежи по апрелю составят 800, возможно, 900 миллиардов рублей. Этот фактор самый существенный.



Сергей Сенинский: 800-900 миллиардов рублей – это примерно 33-36 миллиардов долларов. Плюс этому – выплаты по зарубежным заимствованиям?



Наталия Орлова: На втором месте, пожалуй, следует сказать действительно о выплатах по внешнему долгу. Здесь пик платежей 16 миллиардов долларов приходится на март. Он связан с погашением ряда синдицированных кредитов и еврооблигаций. Но по сравнению с налоговыми платежами это даже в номинальном выражении фактор менее весомый. И наверное, отток капитала, который мы увидели в январе, этот фактор достаточно краткосрочный, он малопредсказуем. Но, с другой стороны, по всей видимости, этот отток объясняется выходом инвесторов с фондового рынка России. И я не думаю, что такая ситуация сохранится на ближайшие месяцы. Во всяком случае, очень трудно ее предсказать.



Сергей Сенинский: Общий внешний долг России к началу 2008 года составил примерно 420 миллиардов долларов, из которых лишь 10% приходится на долги самого государства. Остальное – это внешняя задолженность банков и предприятий. Из Франции - заместитель директора Парижского офиса международного рейтингового агентства Standard&Poor's банковский аналитик Екатерина Трофимова:



Екатерина Трофимова: Уровень иностранных заимствований российских банков действительно значительно вырос за последние годы, превысив отметку 150 миллиардов долларов во второй половине 2007 года. Доля иностранных заимствований в пассивах банков так же неуклонно росла, составив более 20% во второй половине прошлого года, по сравнению с примерно 12% в 2004 году, что свидетельствует о возросшей зависимости российских банков от иностранных рынков капитала.



Сергей Сенинский: То есть всего за 3 года доля зарубежных долгов в структуре обязательств российских банков выросла почти вдвое, а одалживать новые средства становится все труднее. Но такое положение российских банков – вряд ли уникально?..



Екатерина Трофимова: Безусловно, такое положение вещей не уникально на мировых финансовых рынках. В частности, относительные показатели иностранных заимствований казахских банков более чем в два раза превышают показатели российских банков. Затягивающаяся нестабильность на мировых финансовых рынках действительно осложняет рефинансирование, привлечение новых заимствований из-за рубежа. Но банки должны адекватно справиться с выплатами в 2008 году, которые вполне сопоставимы с уровнями второй половины 2007 года, первого этапа спада мировых рынков капитала.



Сергей Сенинский: В Европе - из-за проблем, возникших у многих банков ввиду их активного еще недавно участия на рынке рискованной ипотеки в США, сами банки стали в последние месяцы менее охотно кредитовать и друг друга, и промышленные компании. В результате стоимость таких заимствований, то есть проценты, под которые они предоставляются, значительно возросла. Пришлось вмешиваться Европейскому центральному банку с кредитными интервенциями на десятки миллиардов евро, чтобы «сбить» рыночную стоимость таких заимствований. Из Германии – сотрудник исследовательского института IFO, в Мюнхене, Рюдигер Парше:



Рюдигер Парше: Ипотечный кризис, возникший в США, перекинулся на Европу и вызвал, в свою очередь, кризис ликвидности. И сейчас говорим уже о серьезных проблемах в банковском секторе Европы. Достаточно вспомнить британский банк Northern Rock или немецкий Industrie Kredit Bank, оказавшиеся в связи с этим на грани банкротства, что потребовало миллиардных инъекций со стороны государства.


Европейские банки, покупавшие в США в больших объемах ценные бумаги, привязанные к ипотечному рынку, теперь будут вынуждены эти суммы просто списать. Крупные банки с этим еще как-то справятся, мелким - для выживания потребуется поддержка всего банковского сектора. А в случае небольших государственных банков, придется лезть в карман налогоплательщиков.



Сергей Сенинский: Разные европейские банки в разной степени оказались затронутыми последствиями ипотечного кризиса в США. Но проблемы банков одних европейских стран «переходят» и на банки других стран ЕС?



Рюдигер Парше: Конечно, банковский сектор Германии, например, невозможно рассматривать отдельно от банковских систем других европейских стран. Уже одно то обстоятельство, что речь идет о нашей общей евровалюте, говорит о том, что мы повязаны друг с другом.


Вряд ли сегодня где-то в Европе может быть банк, которого все эти проблемы не коснулись бы вовсе. К тому же все банки всегда берут кредиты друг у друга, подстраховывая себя. Волна, пришедшая из США, первоначально захлестнула банки Великобритании, а затем прокатилась по банкам и других европейских стран.



Сергей Сенинский: В России банкам, после погашения текущих платежей по внешним займам – в марте, предстоит в апреле выплатить сотни миллиардов рублей налога на добавленную стоимость. Как соотнести эти суммы с текущим объемом банковской ликвидности? Из Москвы – Наталия Орлова, «Альфа-Банк»:



Наталия Орлова: Что касается объемов, то выплата НДС, которая приходится на апрель, составит около 500 миллиардов рублей и индикатор банковской ликвидности, который мы наблюдаем сегодня – это 700 миллиардов рублей. То есть по сути две трети банковской ликвидности, я имею в виду короткой ликвидности, в апреле уйдет в бюджет за один день. Безусловно, это означает, что банки будут вынуждены обращаться Центральному банку для поддержания своей текущей ликвидности. Объем РЕПО, то есть тех кредитов, которые банки могут рассчитывать привлечь от Центрального банка на ежедневной основе, то есть это не длинные деньги – это короткие деньги, действительно может превысить 300 миллиардов рублей, - это рекордный уровень, который мы увидели в конце 2007 года, во втором полугодии 2007 года. Я бы не исключала, что действительно в апреле 2008 мы увидим уровень выше 300, возможно 400 миллиардов рублей объема РЕПО.



Сергей Сенинский: Последний по времени банковский «мини-кризис», а именно – кризис ликвидности, имел место в России летом 2004 года, когда денег банкам перестало хватать из-за явно «избыточной», по мнению многих экспертов, стерилизации экспортных доходов российских сырьевых компаний в пользу только появившегося тогда Стабилизационного фонда...



Наталия Орлова: Я думаю, что очень серьезное отличие 2004 года от текущей ситуации связано с тем, что, во-первых, в этом году мы увидели очень активную позицию Центрального банка. Центральный банк сразу понизил ставку отчислений в фонд обязательных резервов, предпринял ряд мер, которые поддержали банковскую ликвидность. Летом 2004 года Центральный банк достаточно долго медлил, прежде чем предпринять какие-то изменения в своей политике. В 2007 году мы так же увидели в ноябре и в декабре ослабление бюджетной политики. Порядка 1% ВВП бюджетных расходов – это непосредственно средства, которые были направлены в капитал Банка развития, в фонд нанотехнологий. Но по сути это средства, которые не пошли на финансирование инвестиционных проектов, а это ликвидность, которая пошла в банковский сектор. Опять же в 2004 году действительно бюджетная политика была гораздо более жесткой. Мы видели совершенно обратную ситуацию, когда Стабфонд активность реализовал в ликвидность.



Сергей Сенинский: Из Парижа – Екатерина Трофимова, агентство Standard&Poor's:



Екатерина Трофимова: Новые спады ликвидности в 2008 году возможны. Но ситуация должна остаться под контролем. Дальнейшее развитие внутренних источников ресурсов, в частности, клиентских вкладов, должно поддержать и рост активных операций банков, как, в частности, мы наблюдали в четвертом квартале прошлого года. Очевидно, что год предстоит непростой. Государственные иностранные банки, имея лучший доступ к фондированию, имеют преимущества по сравнению с другими банками. Но и частные банки ведут активную политику фондирования и их отставание совсем неочевидно.



Сергей Сенинский: Из 420 миллиардов долларов общего внешнего долга России на начало 2008 года 150 миллиардов приходилось на долги российских банков. Теперь, когда условия этих заимствований изменились, получить новые деньги, чтобы рефинансировать «старые» долги, стало гораздо труднее...


Но если эти условия «мягче» в ближайшее время не станут, смогут ли российские банки найти необходимые им средства внутри страны?



Наталия Орлова: Это, конечно, очень хороший вопрос. Что касается средств внутри страны, нужно понимать, что на сбережения частного сектора и частных лиц рассчитывать не приходится, объемы этого рынка всего 17% ВВП и тем более в условиях инфляции, как правило, население предпочитает тратить, а не сберегать. Корпоративные депозиты и текущие счета тоже будут расти более умеренным темпом просто потому, что в прошлые годы российские компании привлекали достаточно средств через размещение своих акций и через прямые размещения кредитов из-за рубежа. Поэтому внутри страны единственный источник «длинных» денег – это государственные средства. Именно поэтому в последнее время мы слышали о таких возможных инициативах, как размещение излишков средств казначейства на счета в банке. Потому что есть общее понимание, что, к сожалению, внутренние источники роста банковского сектора весьма ограничены. При этом я бы не исключала ситуации, что российские банки и компании смогут привлечь дополнительные средства с внешних рынков просто потому, что Россия выглядит по-прежнему привлекательной в глазах иностранных инвесторов хотя бы по невысокому уровню рисков.



Сергей Сенинский: В этих условиях российские банки, как, впрочем, и банки в Европе, США или странах Азии, могут, скорее всего, рассчитывать на помощь государства. Проблема в том, что эти дополнительные деньги могут так или иначе лишь ускорить рост цен в той или иной стране...


XS
SM
MD
LG