Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Продолжение серии портретов претендентов на пост президента США: что остается за кадрами Хиллари Клинтон


Ирина Лагунина: На этой неделе мы продолжаем серию портретов кандидатов в президенты США. Лидер от Республиканской партии уже определился. Им стал Джон Маккейн, о котором мы рассказывали на прошлой неделе. А вот в Демократической партии борьба все еще продолжается. И в последние дни ее выигрывает сенатор Барак Обама. После того, как Обама победил на первичных выборах в десяти штатах подряд, американская пресса начала задавать вопрос: не пришло ли время для Хиллари Клинтон впадать в панику? Портрет Хиллари Клинтон подготовил Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: О Хиллари Клинтон написаны уже десятки книг. Плюс четыре, написанные ей самой. Среди этих трудов попадаются сочинения с выразительными названиями: «Что каждый американец должен знать о Хиллари Клинтон», «Американская Эвита: путь к власти», «Хиллари Клинтон без прикрас» и наконец - «Почему ей место в тюрьме». Ее обожают и ненавидят, но равнодушных нет. Эта неповторимая смесь шарма, цинизма, стальной воли, целеустремленности, трезвого расчета, гипнотически завораживающих интонаций и повадки, сочетающей достоинство с вульгарностью – это и есть то, что называется харизмой. Вступление Хиллари в президентскую гонку – а она сделала это одной из первых - это будто вброс адреналина в кровеносную систему американской политики.


Хиллари Дайан Родэм родилась в октябре 1947 года в Чикаго. Ее отец был сыном иммигрантов из Уэльса и начинал трудовую деятельность шахтером в Пенсильвании. Он поступил в университет по стипендии, которая предоставляется одаренным спортсменам (отец Хиллари играл в американский футбол), а затем сделал успешную карьеру в текстильном бизнесе. Он всю жизнь оставался твердым республиканцем и после замужества дочери не оставлял надежду, что его зять сменит партийную принадлежность.


В детстве Хиллари была активистом местной церковной общины, состояла в отряде герл-скаутов, была президентом класса (по-нашему – старостой) и имела множество отличий за свои успехи в учебе и общественной деятельности. Смена политических ориентиров произошла в колледже, где она поначалу была лидером молодых республиканцев, а потом вступила в Демократическую партию. Это было привилегированное частное учебное заведение для девушек – Уэллсли-колледж близ Бостона. Недавно Хиллари побывала в нем снова.



Хиллари Клинтон: Когда я поступила в Уэсли, у меня и в мыслях не было, что однажды я вернусь сюда в качестве кандидата в президенты Соединенных Штатов. В то время я не была уверена даже в том, что доучусь до второго курса. Я выросла на Среднем Западе, рядом с Чикаго. Я сомневалась, стоит ли мне ехать учиться на Восточное побережье, и уже через месяц после того, как я поселилась в общежитии, я почувствовала, что мои худшие опасения подтверждаются. Многие мои однокурсники бывали за границей, говорили на разных языках. Я старалась на уроках изо всех сил – до тех пор, пока преподаватель французского не сказал мне: «Мадмуазель, ваши таланты таятся где-то в другой сфере».



Владимир Абаринов: После колледжа пришел черед университета.



Хиллари Клинтон: Когда я стала решать, в какой университет идти изучать право, меня пригласили, после того как я была принята и в Гарвард, и в Йейл, на коктейль для будущих студентов в Гарвадскую школу права. Я была знакома с двумя юношами, которые уже учились там, и они сопровождали меня. Мы наткнулись на профессора Пейпера Чейза – крупного, солидного мужчину в костюме-тройке, с часами на цепочке, он смотрел на всех свысока, и один из моих приятелей сказал: «Профессор, так и так, это Хиллари Родэм. Она выбирает между нами и нашим ближайшим конкурентом». Профессор поглядел на меня сверху вниз и говорит: «Во-первых, у нас нет ближайшего конкурента. А во-вторых, нам и так хватает женщин». И я решила идти в Йейл.


Там было 235 студентов, из них всего 27 женщин, а сегодня женщины составляют большинство на юридических факультетах. Будучи молодым адвокатом, я однажды сказала коллеге, что хочу вести дело в суде, и он ответил мне, что это совершенно невозможно, потому что у меня нет жены. Он спросил меня вполне серьезно: «Когда процесс окажется затяжным, и вы будете поглощены им, кто позаботится о том, чтобы у вас были чистые носки для работы в судебном заседании?»


Я, откровенно говоря, об этом никогда не думала. Я всегда стирала себе носки сама.



Владимир Абаринов: Хиллари Клинтон «делает историю», как говорят в Америке. Она – первый реальный кандидат-женщина. Казалось бы, дискриминация по признаку пола осталась в прошлом. Но в ходе президентской кампании ей не раз приходилось отбиваться от нападок тех, кто не может смириться с равноправием женщин. На одной из встреч с избирателями в зале вдруг появились несколько мужчин с плакатами, на которых было написано: «Погладь мне рубашку!»



Хиллари Клинтон: Все участники этой гонки говорят о переменах. Но что это означает?



- Погладь мне рубашку!


Погладь мне рубашку!



Хиллари Клинтон: Нельзя ли включить свет? Здесь ужасно темно.



- Погладь мне рубашку!


Погладь мне рубашку!



Хиллари Клинтон: А, пережитки сексизма! Живы и здоровы!



Владимир Абаринов: Весной 1971 года, во время учебы в Школе права Йейлского университета, она познакомилась с Биллом Клинтоном, который тоже там учился. В 1975-м они поженились. Спустя три года Клинтон в возрасте 32 лет стал самым молодым в истории страны губернатором. В 1983 году ее назвали арканзасской женщиной года, в 1984 – арканзасской матерью года. Можно было дотянуть и до бабушки года, но амбиции Клинтонов простирались гораздо дальше границ штата. В январе 1993 года Билл Клинтон стал 42-м президентом США. Первая леди Хиллари блистала теперь в столице.


Чрезмерная, по мнению многих, политическая активность Хиллари создала ей репутацию выскочки, которую никто не избирал, а она теперь встревает в дела государственной важности. Билл относился к этим разговорам добродушно. Во время своей первой президентской кампании он говорил избирателям, что они, как пишут в магазинных объявлениях о скидке, покупают два товара по цене одного.


Именно в Белом Доме супружеский союз Билла и Хиллари дал трещину. Историю с Моникой Хиллари встретила со всей возможной стойкостью и встала на защиту неверного супруга. Теперь он отдает ей долг. Вот фрагмент из предвыборного видеоклипа Хиллари.



Билл Клинтон:
Я горжусь тем, как Хиллари ведет свою кампанию. Это разговор о великих целях, которые она ставит перед Америкой, и о том, каким путем их достигнуть. Но в жизни Хиллари было много такого, о чем вы, возможно, не знаете, событий, которые произошли до того, как она стала сенатором. Когда мы познакомились 35 лет назад в высшей школе права, я уже думал о политике, о выборной должности, а она – нет, она говорила, что никогда не будет никуда избираться. Ее интересовала работа на благо общества...



Владимир Абаринов: Хиллари Клинтон прочили в кандидаты еще в 2004 году. Но она уступила дорогу Джону Керри. Не потому, что верила в его победу – скорее наоборот. Расчет состоял в том, что Буш, всего вероятнее, будет переизбран на второй срок, и тогда в 2008 году пост президента станет вакантным. Так и вышло. Хиллари поджимает возраст: в прошлом году ей исполнилось 60 лет. Поэтому для Хиллари вопрос стоит ребром: или сейчас – или никогда. В какой-то момент она не выдержала напряжения борьбы и уронила слезу перед телекамерами. Женщина-избирательница спросила ее, как ей удается при такой нагрузке так выглядеть и вообще быть всегда в форме.



Хиллари Клинтон: Это нелегко. Это нелегко. И я не смогла бы, если бы не верила страстно, что так надо. Знаете, эта страна дала мне столько возможностей. Я просто не хочу, чтобы нас отбросило назад, в прошлое. Я воспринимаю это близко к сердцу. Это не просто политика, не просто публичная деятельность. Я вижу, чтó происходит. Мы должны развернуть страну. Некоторые думают: выборы – это такая игра, один проиграл, другой выиграл – подумаешь... Речь идет о нашей стране, о будущем наших детей. Речь идет обо всех нас вместе взятых. Некоторые из нас участвуют в кампании, несмотря на сомнительные шансы. Мы делаем это, каждый из нас, потому что нам небезразлична судьба страны. Некоторые из нас правы, другие ошибаются, некоторые готовы руководить страной, другие нет... У нас множество проблем, есть опасность, что мы потеряем контроль. Эти выборы – одни из самых важных в истории Америки. И потому, как бы я ни устала (а я устала), как бы ни было мне трудно поддерживать форму, будучи все время на колесах, но я стараюсь найти возможность позаниматься на тренажерах, я даже пытаюсь питаться правильно, хотя в дороге самая легкая еда, какую можно раздобыть – это пицца... Я просто твердо верю в нас как в нацию, поэтому я сделаю все, что смогу, чтобы доказать свою правоту, а там – пусть решают избиратели.



Владимир Абаринов: Но американская политика слезам не верит. Минутную слабость сенатора Клинтон тут же истолковали как ловкий ход, рассчитанный на сочувствие публики. Об этом Хиллари спрашивает обозреватель NBC Тим Рассерт.



Тим Рассерт: В Нью-Гэмпшире произошла знаменитая сцена, где вы слегка не совладали с эмоциями. Это было переутомление, разочарование? Что это было?



Хиллари Клинтон: Нет, Тим. На самом деле это был момент реального эмоционального общения с людьми. Все мы, кто избирается на пост или занимает пост – я знаю, в это трудно поверить – но мы тоже живые люди. И когда я езжу по стране, веду кампанию, я стараюсь сделать что-то для других. Я настроена на это. Знаете, я не люблю говорить о себе, я не люблю, когда люди судят об американских политиках на основании того, что они говорят, а не того, что они делают. Для меня это всегда вопрос: чем я могу быть полезна людям? И потому я была очень тронута, когда женщина спросила меня: «Как вам это удается? С каким настроением вы встаете по утрам?» На самом деле этот вопрос можно задать множеству людей, с которыми я встречаюсь: с каким настроением все они встают по утрам?


Я вела кампанию в Лас-Вегасе, ходила по домам. Познакомилась с рабочими-строителями, которые лишились работы, с людьми, которые не могут купить медицинскую страховку для своих семей, людьми, которые расстроены происходящим в нашей стране. И когда меня спрашивают: «С каким настроением вы встаете?», это задевает меня за живое, это то самое, чего я хочу – чтобы мы все думали друг о друге. С каким настроением мы встаем? С каким настроением одеваемся и идем решать проблемы, с которыми сталкивается Америка. Это то, что я собираюсь делать на посту президента.



Владимир Абаринов: Она называет себя рабочей лошадью.



Тим Рассерт: В интервью журналу Ньюзвик вы сказали, что вы – рабочая лошадь, а про него намекнули, что он – лошадь для выставки. Не звучит ли это несколько покровительственно?



Хиллари Клинтон: Нет. Это отличное выражение из лексикона Сената: одних сенаторов называют рабочими лошадьми, а других – лошадьми напоказ. Я говорила о том, что, когда я пришла в Сенат в 2001 году, многие думали, что я буду выставочной лошадью – знаете, которая вечно пасется в вашем шоу, Тим, постоянно созывает пресс-конференции. Но я сказала своим коллегам в первый же день сессии нового созыва, что буду рабочей лошадью, потому что считаю, что важно добиваться результатов в интересах народа.



Тим Рассерт: Сенатор Обама – рабочая или выставочная лошадь?



Хиллари Клинтон: Я говорила о себе. Я считаю себя рабочей лошадью. Уверена, что нашей стране сейчас нужно именно это. Нам нужен президент, который засучит рукава и займется решением проблем, с которыми сталкиваемся мы все. Именно это я и делала.



Владимир Абаринов: Хиллари не щадят ни журналисты, ни юмористы. Вот один из самых невинных анекдотов:


- Зачем Хиллари избирается в президенты?


- Должна же она, в конце концов, увидеть, как выглядит президентская спальня!


Но и сама она не лишена чувства юмора. Однажды во время перелета из одного города в другой она взяла в руки микрофон и обратилась к сопровождавшим ее репортерам в качестве стюардессы.



Хиллари Клинтон: Через несколько минут я выключу табло «пристегните ремни». Однако, как я узнала недавно, дорога предстоит ужасно тряская, так что, может, имеет смысл не отстегиваться. А в случае неожиданного падения рейтинга в опросах, самолет изменит маршрут и вернется в Нью-Гэмпшир.


Посмотрите в окно справа – вы видите Америку, которую одолевают налоговые льготы для богатых и бесконечная война. Посмотрите в окно слева – вы видите там Америку, у которой крепкий средний класс и прочная репутация в мире.


Как только мы наберем крейсерскую скорость, мы предложим вам развлекательную программу: мою речь в различных вариациях. Спасибо за то, что вы отдали предпочтение этому самолету – самолету, на борту которого находится самый опытный кандидат. Спасибо всем вам и удачного полета.



Владимир Абаринов: Чем бы ни закончилась для Хиллари Клинтон нынешняя кампания, она уже оставила в ней яркий след.


XS
SM
MD
LG