Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Общественное сознание молодежи: молодые люди в российском обществе


Вероника Боде: Сегодня у нас в гостях ведущий научный сотрудник Аналитического Левада-Центра Наталья Зоркая.


Наша тема – общественное сознание молодежи: как чувствуют себя молодые люди сегодня в российском обществе, что их больше всего беспокоит, чего они хотят и какой они хотели бы видеть Россию.


C лушателям я задаю сегодня такой вопрос: как вы полагаете, в чем заключаются основные проблемы российской молодежи?


На этот же вопрос отвечали слушатели на нашем форуме в Интернете. И я начну с этих сообщений.


«Основная проблема - отсутствие нравственных ориентиров для молодежи. Успех и нравственность - несовместимые понятия при настоящем режиме. Все измеряется только количеством денег и близостью к кормушке. Честный человек - бедный и несчастный в нынешней России».


Юрий из Питера: «Этим «галерным рабам» вообще не нужен народ в России: для добычи нефти и газа наймут гастарбайтеров, которым не нужны ни образование, ни пенсии».


Сергей из города, который он называет ЧГ: «Главная проблема российской молодежи - это их родители, которые не думают о будущем своих детей, поддерживая путинский режим». Вот такие мнения.


Наталья, вы хотите что-то прокомментировать?



Наталья Зоркая: Все-таки аудитория радиостанции «Свобода», наверное, более критична, чем молодежь в среднем, поэтому представленные здесь суждения скорее совершенно не совпадают с тем, что мы получаем в ходе наших опросов общественного мнения. Для молодежи остаются наиболее важными те проблемы, которые важны и значимы для населения в среднем. Это материальное благополучие, это угроза безработицы, это ограниченные перспективы, а особенно для жителей некрупных городов, - для профессиональной самореализации молодежи это важно. Но на первом месте в молодежной среде стоят проблемы пьянства и наркомании.



Вероника Боде: Вот как! Давайте тогда поговорим об этих проблемах. Вот вы сказали, что наиболее важно материальное благополучие. А как обстоит дело здесь? Что менялось в последние годы?



Наталья Зоркая: В принципе, когда мы рассматриваем молодежь, мы как бы изучаем общество в обществе. И, выделяя молодежь, мы тем самым уже заведомо выделяем более благополучную часть этого общества. Потому что родители нынешних в среднем 20-летних – это, конечно, люди, которые уже в той или иной мере адаптировались к переменам, которые, так или иначе, научились справляться со своими сложностями в своей бытовой и профессиональной жизни. Поэтому молодые люди более довольны, они удовлетворены своей жизнью, они в более сильной степени удовлетворены своим материальным положением, они считают, что у них больше возможностей, чем у их родителей, добиться большего, устроиться на хорошую работу, получать высокие доходы. И по таким показателям, как уровень доходов, молодежь, конечно, значительно опережает население в среднем, она более благополучна. А особенно это относится к тем, кто живет, конечно, в больших городах. Ситуация в малых городах и на селе другая. Среди молодежи точно так же, как и в обществе в целом, можно выделить как бы свой центр и свою периферию. И по объемам эти группы примерно совпадают. То есть где-то порядка 20 процентов молодежи, - они, конечно, представляют такую фрустрированную среду, которая живет плохо, перспективы которой ограничены и горизонты которой, в общем, не слишком широки для продвижения и самореализации.



Вероника Боде: Кстати, а кого вы относите к группе молодежи – людей в каком возрасте?



Наталья Зоркая: Обычно мы опрашиваем людей с 15 до 29 лет, то есть где-то до 30 лет.



Вероника Боде: И вот вы сказали, что пьянство и наркомания – это наиболее серьезные проблемы. А каково отношение к этим явлениям среди молодежи?



Наталья Зоркая: Я думаю, что, конечно, это одно из проявлений того, что называется в социологии «аномия»: когда рушатся нормативные порядки и когда вот такие явления получают очень широкое распространение. И, конечно, в молодежной среде... а она, в принципе, подвержена во всем мире сильнее этому, но особенно в России за последние 10-15 лет эта проблема стала нарастать с угрожающей скоростью. И для молодежи это, конечно, очень большая угроза, потому что это один из страшных соблазнов, которые в их жизни существуют, и защиту от этого найти довольно сложно. Потому что лечение от этой болезни у нас пока тоже поставлено не на очень высоком уровне. Это такая стигматизированная группа. Помощь наркоманам со стороны общества не слишком сильно развита, то есть готовность помогать. Скорее население относится к наркоманам как к людям, которые уже выброшены полностью из жизни и которым не столько нужна помощь, сколько эту группу просто нужно вообще уничтожить как явление. Причем среди молодежи такое жесткое отношение к этим группам с девиантным, отклоняющимся поведением выражено еще сильнее и еще жестче, чем среди населения в среднем. Это говорит о том, что в молодежной среде, конечно, очень сильны напряжения и страхи.



Вероника Боде: А вот есть какое-то осознание того, что это действительно серьезная угроза?



Наталья Зоркая: Я думаю, что это воспринимается в большей степени как личная угроза, как угроза тебе самому. Но вот понимание того, что это проблема общественная, социальная, - оно не очень просматривается, как и в отношении других проблем. Вообще, молодежь живет гораздо более изолированной как бы и закапсулированной жизнью, может быть, сейчас, чем это было прежде. Она в сильнейшей степени ориентирована скорее на себя, чем на общество. То есть с началом перемен, когда, вроде как, молодежь в готовом виде получила какие-то возможности для себя – свободы, права, - она это и воспринимает как нечто, данное ей по праву рождения. А то, что это - ценности, которые должны защищаться для всех, - вот этого понимания среди молодежи не просматривается, что является очень печальным итогом последнего двадцатилетия.



Вероника Боде: А что касается политических интересов молодежи, насколько ярко они выражены?



Наталья Зоркая: В принципе, конечно, нельзя сказать, что молодежь совершенно не следит за политикой. Она в каких-то отношениях даже в большей степени в нее включена. Но поскольку особенно городская молодежь, не говоря уже о столичной, включена в бизнес, в какие-то дела, в работу, - поэтому она отслеживает, так или иначе, эти события. Хотя тренд угасания интереса к политике просматривается. То есть доля людей, которые интересуются политикой, ее отслеживают, - она среди молодых сокращается.


Тем не менее, в той же молодежной среде – и это можно считать положительным признаком – ориентация на Интернет, как на источник информации, очень сильно выросла за последние пять лет. А это говорит о том, что все-таки молодежь не принимает ситуацию, когда массовый коммуникатор у нас фактически один, и когда месседж посылается один. То есть она все-таки ищет разные источники информации, и, соответственно, все-таки заинтересована в том, чтобы получать информацию аналитическую и объективную в большей степени, чем население в целом.



Вероника Боде: Сейчас я предлагаю послушать голоса россиян. «Как вы относитесь к молодежным политическим движениям?», - опрос на эту тему Радио Свобода провело в Пятигорске.



- Я считаю, что это хорошо. Но они инертные, они не хотят участвовать даже в выборах. Я не знаю, почему. Или они не верят...



- Очень хорошо. Но не в таком виде, в каком сейчас это происходит – в политику за «бабки» привлекают.



- Я считаю, что молодежь должна расти активной и заниматься, кроме секса и еды, тем, что обеспечивает ее будущее.



- Какая может быть смена, когда олигархи все богатства, все себе заграбили?.. А раз деньги, то ничего не исправишь. И молодежь не поможет.



- Конечно, я хорошо отношусь. Я считаю, что это должно быть в России. Главное, что у молодежи есть рвение и желание улучшить свое будущее.



- Молодежь в политике? Ну, вообще, мне кажется, что это бесполезно. Им не дадут, просто задушат.



- У нас в городе нет молодежных политических движений.



- Хорошо. Молодежь везде должна участвовать.



- Ну, я бы, например, своим бы не желала пойти. Почему? Потому что это очень ответственно, очень хлопотно и опасно.



- Средненько. Ну, мне кажется, что у них нет того, что было у нас. Работоспособности – раз, уважения к старшим – два...



- Молодежь должна расти, набираться опыта. Конечно, хорошо. Могут, конечно, их использовать в своих целях. Политическая грязная борьба.



- Смотря к каким молодежным движениям – они же разные. Ну, я негативно отношусь к скинхедам, например. Мы же всегда дружно жили.



Вероника Боде: Голоса жителей Пятигорска записала корреспондент Радио Свобода Лада Леденева.


Наталья, а ваш Центр проводил исследования на эту тему?



Наталья Зоркая: Да, мы задавали такие вопросы в последние годы, когда особенно заметными стали молодежные движения, созданные как некие проекты кремлевские или околокремлевские. В принципе, активность молодежи в этом смысле практически равна нулю, и готовность участвовать не просто в политических движениях, но и в общественных каких-то движениях самой разной направленности – хоть в экологических, хоть в социальных, хоть в каких-то других инициативах, – она очень низкая. О молодежных движениях, созданных сверху, основная часть населения, и молодых людей тоже, практически ничего не знает, и в общем, это не вызывает какого-то особого интереса и особого страха, и опасений тоже не вызывает.


Другое дело, что в молодежной среде отмечается более пристальное отслеживание деятельности вот этих новых движений. Притом, что поддержка, вроде бы, этих инициатив совсем невысока, в пределах статистической погрешности, не говоря уже о каких-то движениях такого, наоборот, радикального, националистического типа, но то, что называется у нас латентная, скрытая поддержка, - она в молодежной среде достаточно велика. И об этом можно судить хотя бы по такому нашему проверочному, тестовому вопросу, когда мы спрашиваем – поддерживаете ли вы лозунг «Россия для русских»? – и именно в молодежной среде этот лозунг находит наиболее широкий отклик. То есть более половины молодых людей считают, что это или очень хорошая, или совсем неплохая идея, которую следует реализовать в разумных пределах. Это говорит о том, что в молодежной среде, в принципе, чувствительность к тому, что можно было бы в реальном смысле слова назвать экстремизмом молодежным, - она повышенная. И, в общем, питательная среда там для того, чтобы какие-то, не дай Бог, акции могли бы найти в ее среде поддержку, - она существует, и это довольно опасная и серьезная проблема.



Вероника Боде: Продолжу читать сообщения слушателей.


NN из города N пишет: «Основная проблема современной молодежи - оболванивание тоталитарной пропагандой из «ящика».


«Нет связи поколений, беспризорность (заброшенность), подавляюще негативное воздействие всех медиа-средств, отсутствие рекламы, положительного примера. Слабое здоровье из-за экологии и неправильного питания», - пишет Борис из Москвы.


Владимир из Санкт-Петербурга: «Молодежь в России дифференцирована, как и все общество. Небольшой процент умников и умниц слабо влияет на необразованное и агрессивное большинство молодых незрелых умов, растлеваемых всепроникающей пропагандой ложных ценностей».


Валентин из Иваново: «Проблемы у всех общие - нет промышленности, нет работы. Культивируется пьянство, воровство, милитаризм. Человек труда - лох. Талантливая молодежь едет за границу. Здесь ей нечего делать».


Ирина пишет: «Молодежь в России разная. Есть «Наши», есть новая поросль менеджеров, которые умеют только деньги считать, а есть вполне интеллигентные ребята, воспитанные на классической культуре. У них у всех разные задачи».


Наталья, а насколько усвоены и освоены молодежью демократические ценности за постперестроечный период? И насколько важны для нее эти ценности?



Наталья Зоркая: Вы знаете, в начале перестройки, на первом этапе, в начале 1990-ых годов опросы фиксировали гораздо большую значимость именно для молодежной среды ценностей гражданских прав и свобод, чем это было в населении в среднем. То есть молодежь демонстрировала большую открытость по отношению к Западу, к западным ценностям, и это рассматривалось как некий залог того, что перемены пойдут быстро и успешно, и с постепенной сменой поколений эти ценности будут закрепляться и в обществе в целом. Но уже к середине 1990-ых годов мы поняли, что для молодежи... а по-другому быть и не могло, потому что это не было ценностями для общества. Откуда молодежь тогда могла это усвоить как ценности?.. Это были скорее такие значки, маркеры какого-то нового времени, демонстрация новых, прогрессивных установок, как бы такие идентификационные проявления, которые не затрагивали более глубоких пластов, действительно связанных с ценностями человека, которые должны регулировать его поведение, его взаимодействие с людьми, его взаимоотношения с внешним миром.


И сегодня, по прошествии 20, в общей сложности, лет, мы видим, что ценности гражданских свобод и прав для молодежи даже теряют свое значение, по сравнению с тем, что было в начале 1990-ых годов. Поскольку не произошло каких-то тектонических, глубинных перемен в самом обществе, то и в молодежной среде (а откуда это могло, собственно, взяться?) усвоение этих смыслов было очень поверхностным.



Вероника Боде: А каково отношение к советскому прошлому в молодежной среде, в частности, к сталинской эпохе? И кстати, каковы тут основные источники информации для молодежи?



Наталья Зоркая: В принципе, можно сказать, что проработка тоталитарного прошлого в нашем обществе тоже не состоялась. В этом есть ответственность поколения родителей. И сейчас по молодежной среде мы с очевидностью это видим. Основной источник информации для молодых о сталинской эпохе, об эпохе репрессий, да и не только, - это средства массовой информации. Если поставить себе отдельную задачу и провести контент-анализ телевизионных программ последнего десятилетия, то я думаю, что доля программ, которые бы занимались и разбирались серьезно с этой проблематикой будет минимальной. Поэтому, конечно, молодые люди знают о том, что был Сталин, что он был тираном, что он уничтожил миллионы советского населения, что были репрессии, но школа или институт в этом смысле не являются... то есть в системе образования это не является той темой, которая чрезвычайно важна для того, чтобы это общество, действительно, выпуталось из наследия этого разлагающегося тоталитаризма, выпуталось и перешло бы на какую-то новую фазу.



Вероника Боде: А какой хотели бы видеть Россию молодые люди?



Наталья Зоркая: Удивительно, что молодые люди, а сейчас особенно, все больше и чаще хотят снова, как это было раньше, видеть Россию великой державой, которую окружающий мир скорее даже побаивается. Видеть Россию свободной, развитой и процветающей страной, такой же, как другие европейские страны, страны мира, молодые люди тоже хотят. Но такое впечатление, что постепенно они оказываются в меньшинстве.



Вероника Боде: А почему, как вы думаете?



Наталья Зоркая: Получается, что риторика последнего времени - антизападная, нацеленная на самоощущение молодого человека, в том числе, что он живет во враждебном мире, это риторика негативного отношения к Западу, который выступает в роли ментора, который навязывает нам свои ценности, и в молодежной среде она находит большой отклик.



Вероника Боде: Вот если обобщить все то, о чем мы сегодня говорили, что можно сказать в целом о нынешнем состоянии общественного сознания российской молодежи, каковы тут основные характеристики и тенденции?



Наталья Зоркая: Наверное, самое важное, с одной стороны, вот что: действительно, нынешние молодые более свободны в своем поведении, они более мобильны, более лабильны, они более изобретательны, они сильнее ориентированы на достижения, они, в принципе, сильнее ориентированы, чем поколение их родителей, на успех. То есть стремление к какому-то самосовершенствованию, в принципе, присутствует. Но оно не переходит на уровень социально значимого поведения. Это, скорее, в первую очередь, успех для себя и своей семьи, достижение благополучия для своей семьи, а не успех, который имел бы какой-то общественный и социальный резонанс и помогал бы менять ситуацию в обществе. То есть «я сам». Молодежь более самостоятельная и дееспособная, и она может справиться и разрулить самые сложные ситуации в своей жизни сама, и в основном за счет того, что она более достижительна. Но это далеко еще от того, чтобы наша страна действительно превращалась в гражданское общество.



Вероника Боде: И каковы могут быть социальные последствия вот такого положения дел, такого состояния общественного сознания молодежи?



Наталья Зоркая: Я думаю, что последствия довольно тревожные, потому что, в принципе, молодежь, выросшая за последние 15 лет в ситуации, когда политическое пространство просто уничтожалось, ситуация политического выбора девальвировалась, и ее практически нет… Ситуация, когда молодежь ничего не выбирает, - она очень опасна.



Вероника Боде: А опасна чем?



Наталья Зоркая: Она опасна тем, что выбирать будут за нее.



Вероника Боде: Спасибо, Наталья.


Наша программа подходит к концу. На прощание – рубрика «Система понятий». Сегодня гость рубрики – социолог Борис Дубин, заведующий отделом социально-политических исследований Левада-Центра. Он рассказывает о понятии «социальный институт».



Борис Дубин: Социальный институт – это, можно сказать, венчающее, наиболее высокое понятие для описания общества. Ну, может быть, выше только социальная система. Социальный институт конструируется теми ролями, которые люди исполняют относительно друг друга, пользуясь при этом имеющимся у них запасом норм, ценностей, интерпретаций, определения ситуаций и так далее.


Что характерно для института? Это не просто соотношение определенных ролей. Это соотношение, которое воспроизводится не просто изо дня в день, что уже важно, но воспроизводится за пределами конкретного состава людей. Школа как институт. Церковь как институт, старейший институт социальный. Семья, форма семьи в этом смысле может воспроизводиться из поколения в поколение, хотя как будто бы никто нас особенно не учил тому, как строить семью. Воспроизводимость – это очень важная характеристика института.


И вторая очень важная характеристика. Есть определенный кодекс данного института, и он должен быть узаконен. Это может быть обычное право, это может быть формальное право. Так или иначе, мы вступаем в договор, вступая в данный институт, мы знаем текст этого договора, и в прямом, письменном смысле, если речь идет о современных обществах, мы знаем инструкции по поведению в рамках данного института. Или, если это обычное право, то мы понимаем, как обычно себя люди ведут в рамках этой институции – племени, семьи, школы, церкви, общества, института выборов и так далее. Более или менее целостная, внутренне непротиворечивая и в то же время динамическая композиция различных социальных институтов, собственно, и составляет общество как таковое.


XS
SM
MD
LG