Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
«Очень много разговоров вокруг Косово, - пишет господин Яловой. - Мне непонятно, почему у косоваров такая эйфория? Теперь на них навалится куча новых проблем, а вероятность лучшей жизни в любом смысле для подавляющего большинства весьма мала. Уж мы-то теперь это знаем. Всюду границы, всюду гордыни, и всё новые и новые беды. И до чего же всё взаимосвязано! Без свободы и ответственности отдельного человека не может быть свободы и ответственности народа. Вспоминаю отрывок из одного документального фильма середины 80-х. Между Францией и Германией – государственная граница по небольшой речушке. Подвесной пешеходный мостик, таблички. Люди ходят туда-сюда за более дешёвыми сигаретами или пивом. А я в то время неделями оформлял право проезда в Северодвинск или Ванинский район Хабаровского края, тащил с собой куда-то в командировку кило сахара, потому что там, куда направлялся, этот продукт отпускали только по паспорту с местной пропиской».
Замечательное письмо! Просто удивительно, как некоторые слушатели «Свободы» умеют в нескольких словах сказать так много и сильно. Есть народы, которые не знают, что такое паспорт, да ещё с местной пропиской, не говоря уже о том, почему сахар не продаётся, а отпускается, и не как-нибудь, а по предъявлении этого паспорта. И есть народы, для которых это всё – их недавняя привычная жизнь. А для многих людей, если верить их сегодняшним речам, - и сладкая. «Сейчас, - читаю, например, в письме из Самарской области, - абсолютное большинство (настолько, что у меня нет ни единого иного знакомого) считают брежневский уровень счастья народа выше, чем где бы то ни было и когда бы то ни было». (Здесь точка). Конечно, слова «свобода и ответственность» для них не значат ничего или значат что-то неприятное, ненужное, даже враждебное.

Автор следующего письма прислал на «Свободу» то, что он назвал «историйкой из жизни».
«После института я распределился в Армению, в Камо (на берегу Севана). В мае 74-го в Самарской области умерла моя любимая бабушка. Я быстро собрался и около 10 вечера был в аэропорту. Перед отлётом, естественно, выпил, в самолёте добавил. Курить в салоне уже не разрешали, пошёл в туалет, присел, закурил. Вроде бы вздремнул. Очухался, пошел на своё место. Смотрю, что-то не то. Пассажиры не те. Место моё, под креслом моя пустая бутылка, но нет моей сумки. Сел, ничего не соображу. Самолет начинает снижение. А за окном, кстати, светает, хотя и не должно бы... Смотрю, внизу горы, потом... Ереван! Сижу, начинаю понимать, что меня никто не хватился в туалете, и я таким образом из Самары, не покидая самолёт, вернулся в Ереван. Все долго смеялись: командир самолёта, стюардессы, милиция. Я же ушел в очередной запой. Вообще, дурных историй хватало, и всё по пьяни. Большие куски выпадали – потери памяти у меня начались рано. Да, свою сумку из Самары я таки получил… через полгода».
Спасибо автору этого письма, повеселил. Даже не верится, а ведь правда: какие спокойные были времена! Ни тебе захватов самолётов… Представляю себе, как ляжет эта историйка на душу человеку, который скучает по той жизни, глубоко уверенный, что в его-то памяти не имеется никаких провалов.

Нынешней зимой на радио «Свобода» стали приходить письма о гайдаровском времени. Может быть, это объясняется президентскими выборами. Людям хочется обдумать, что было и что может быть. Завершается как-никак одна эпоха и начинается другая. Не все, правда, уверены, что действительно что-то завершается и что действительно что-то начинается… Ещё меньше уверенности в том, что именно завершается, если завершается, и что именно начинается, если начинается.
«Меня все время убивало, - говорится в одном письме, - нежелание людей подумать, прежде чем заявлять: "Гайдар разрушил экономику", "Гайдар всех ограбил". Такая экономика почти вся должна была рухнуть по причине запредельной её милитаризации и неконкурентоспособности в производстве так называемых товаров народного потребления».
О президентских выборах автор этого письма отзывается так: «У меня есть мнение, что контролировать такие выборы – все равно, что проверять жилищные условия в "потемкинской деревне". Там нет необходимости даже в нужнике! И что европейцы так волновались и ещё будут некоторое время волноваться? Наши суверенные выборы – самые честные и справедливые в мире! Я был сразу и категорически против ельцинского решения: Путина – в президенты, и думаю, что не ошибся. По существу, он профукал благоприятнейшую экономическую ситуацию. Скачок мировых цен на нефть и газ нисколько не помог ему реформировать Россию. Свалившиеся, как с неба, сверхдоходы не пошли впрок, а даже замедлили наше развитие. Под руководством Путина мы, как враз разжиревшие коты, перестали ловить мышей. Перед президентскими выборами Чубайс заявил, что если дать полную свободу выбора народу, то результат будет плохим, возможно – катастрофичным. Иными словами, вести русский народ к вершинам счастья должны назначенные сверху "Моисеи". И ведь парочка Путин-Медведев может еще лет тридцать вести нас к "зияющим высотам", передавая друг другу эстафету. А мы будем представлять собой стадо овец под присмотром назначенных пастухов и ФСБак. Эти ФСБаки будут выбраковывать слишком умных (Сутягин, Данилов) или деловых и самостоятельных (Ходорковский) и ссылать их на шитье рукавиц (можно – валять валенки). Но так народ никогда не поумнеет, не повзрослеет», - пишет автор этого письма.
Что можно сказать твёрдо, так это то, что мыслящая часть россиян совершенно избавилась от народолюбства XIX века. Совершенно. Началось это отрезвление после революции 1905 года, продолжилось – после революции 1917-го и завершилось в полтора десятилетия после революции 1991-го.

Отношение автора предыдущего письма к Чубайсу разделяет Виктор Дубровский из Петербурга: «Чубайс восемь лет верой и правдой служил путинской хунте, а теперь он "реалистически" не видит альтернативы назначенному преемнику Путина! Хочу отметить, что именно Чубайс был одним из первых, если не первым, начавшим беспардонно лгать населению, и сегодня в стране уже разливается океан лжи – спасибо инициатору. А вас не интересует вопрос, где кончается реализм, и начинается холуйство? Ведь всюду и всегда прислуживание власти – самая реалистическая, наиболее лично выгодная линия жизни. Итак, когда же реалист становится холуём? Поздно боржоми пить, пора просто исключать из политической жизни людей, которые совершенно очевидно изолгались, причём – с не менее очевидной пользой для себя лично», - пишет Дубровский. Осуждает он и реформы Гайдара. Вместо отпуска цен, по его мнению, «вполне достаточно было 1) остановить серийное производство вооружения и поставить руководству заводов условие, что год персоналу будут платить, но через год производство должно быть диверсифицировано, 2) одновременно остановить закупки вооружений и резко снизить численность вооружённых сил, 3) создать условия для развития мелкого и среднего бизнеса. А история с ваучерами! Сперва суммарная стоимость их была примерно равно стоимости основных фондов. А потом фонды втихую переоценили в 1000 раз, а стоимость ваучеров не изменилась. А позже Чубайс – среди своих – признался, что целью было только "создание эффективных собственников" вместо государства. В приличной стране большинство наших функционеров (политиков в западном смысле слова среди них давно нет) уже получили бы по десятку судебных дел и были бы исключены из политической жизни, что принесло бы стране огромную пользу. Спасибо, я отвёл душу. Виктор Дубровский». Господин Дубровский, как мы слышали, уверен, что за год могла быть переставлена на мирные рельсы гигантская военная промышленность Советского Союза и сделано многое другое, что не сделано до сих пор. По его мнению, как видно, ничто не могло помешать этому – ни страшная инерция «планового хозяйства», ни мгновенный стихийный разрыв хозяйственных связей на безмерном пространстве, ни советизм в умах, ни то, что каждый закон принимался не по-советски и не по-путински (единогласно в две минуты), а в такой борьбе вокруг каждого параграфа, от которой трясло всю страну. Понятно, почему забываются такие вещи. Если их помнить и учитывать, тогда не всё будет гладко даже на бумаге… Мне кажется, свой план преобразования России господин Дубровский составил не теперь, задним числом, а ещё тогда, году в 90-91-м. Тогда у каждого грамотного человека (а у безграмотного – тем более) был свой план преобразования России, особенно – приватизации. Единственно правильный план, разумеется. Уже поэтому не могло не быть миллионов недовольных тем, что в дело пошёл план Гайдара, а не мой, Иванова, не мой, Сидорова, не мой, Хасбулатова, и не мой, генерала Макашова. И до сих пор очень мало кто учитывает, что и план Гайдара-Чубайса был план не Гайдара-Чубайса, а довольно уродливый продукт острейшего взаимодействия бесчисленных мнений и интересов. Причем, в большей степени – мнений, чем интересов. Это вообще понимают единицы. Мнения рабочих, например, явно шли вразрез с их интересами, до смешного вразрез, до слёз! Не помню ни одного рабочего мнения, которое отчётливо вытекало из интересов рабочего класса. Уж не говорю о «трудовом крестьянстве», которое не мыслило себя вне колхоза, где, как известно, кто не вор, тот дома не хозяин.

«Авторитаризм – не обязательно плохо, - рассуждает автор следующего письма. - Это просто власть одного человека, автократора. Если он волевой, умный, порядочный, так сказать, философ на троне, то что ещё, казалось бы, желать? И Платон, и Аристотель видели в "просвещенном авторитаризме" лучшую модель правления. Есть и примеры – скажем, Марк Аврелий, философ-стоик, выдающийся римский император, чье правление было настоящим счастьем для измученного междоусобицами Рима. Давайте представим себе на минуту, что и авторитаризм Путина - благо, вынужденная, но настоящая "отеческая" опека над политически незрелой, и потому опасной для самой себя нации. Ведь и в самом деле, дай ей волю, она черт-те знает кого может выбрать... Плохо только одно: под присмотром такого «отца» в российском общественном сознании быстро происходят вредные изменения. Так деградировал бы ребенок, которому не дают не только шалить, но и расти, направляют каждый его шаг, приучают всегда и во всем полагаться на старших. Сменщик Путина наследует общество, привыкшее к твердой руке, и уже просто вынужден будет править этой самой твердой рукой. Это не замкнутый круг - это циклическая цепная реакция, чреватая быстрым возвратом к тоталитаризму. Так что не известно, какую власть на свою голову в итоге обретет российское общество, не только не научившееся самоуправлению, но растерявшее даже скромные достижения 90-х годов. Я верю, что Путин любит свой народ так же, как народ любит его. Думают, все идет "путем". Только это не путь в будущее. Это путь в прошлое. Чувствую, как над страной, которую я хотел бы любить и гордиться ею, сгущаются тучи», - здесь письмо заканчивается.
Слушатели, конечно, поняли, что пишет человек, занимающийся научной работой. Я запомню его слова: не замкнутый круг, а циклическая цепная реакция. Он хочет сказать, что путинизм может послужить толчком к дальнейшему завинчиванию гаек. Затем ход событий будет зависеть, наверное, от того, как быстро сорвётся резьба.

А насчёт любви Путина к народу и народа к Путину я, пожалуй, скажу пару слов в связи со следующим письмом. В нём выражается недоумение по поводу последнего президентского интервью Путина. Более четырёх часов он подводил итоги своего восьмилетнего пребывания в Кремле. «Почему он то и дело впадал в такое раздражение? – пишет госпожа Трегубова из Серпухова. – Почему на кого-то обижался и злился? Это было так неуместно: ведь прощальная встреча. У него было скверно на душе. Даю голову на отсечение: он не хотел этой встречи. Она была ему в тягость. Он отбывал обязаловку. Какое впечатление сложилось у вас, Анатолий Иванович?».
Обязаловка-то обязаловка, госпожа Трегубова… Подмечено было давно, что он не чувствует себя хорошо на публике. С другой стороны, последняя «обязаловка» оказалась длиннее всех предыдущих. Он сам пожелал выговориться. Помните издевательскую песню, в которой есть такие слова: «Полковника никто не любит»? Этой песней НТВ некогда ускорило свою кончину. Его любят все, кроме тех, чья любовь ему нужнее всего. Его не любит заграница. Его не любят самые продвинутые люди в России, цвет культуры и науки. Его не любит всё, что от него не зависит. А как раз любовь не зависящих от нас людей нам бывает нужнее всего. Сталин мог заставить любить себя всех, кроме тех, кого не мог заставить. И это отравляло ему жизнь. Так было в целом с советской властью, если представить её в виде некоей особы. Она любила изображать себя в виде Родины-матери с воздетыми руками. У неё всегда было скверно на душе, всегда – до самого конца. Её не любили те, чья любовь ей была нужнее всего. Вот почему Путин ознаменовал свой уход из Кремля дворовой грубостью. Надерзил Западу, накинулся на Украину. Перед нами был человек, обиженный на весь свет, потому что его не полюбили те, без чьей любви ему нехорошо. Ему подыграл или вынужден был подыграть его преемник. Повторил нападки на треклятый Запад… Посреди обычной речи за всё хорошее против всего плохого вдруг пахнуло таким староверием, такой ветхостью. Это как зайти в современный дом после евроремонта, а в нём знакомый душный смрад прежней жизни: засаленных подушек, матрасов, пропитанных испарениями поколений, тряпья, не стиранного годами, веками.

Письмо из Москвы: «Я, Анатолий Иванович, всю жизнь связан с информационными технологиями. Сравнивая то, что было еще несколько лет назад, с тем, что есть сейчас, вынужден признать, что технология – штука великая и объективная. Она – как жизнь, дождь или зима. Можно сколько угодно камлать, заклинать, пытаясь таким способом влиять на эти процессы, но результат будет нулевой. Технологии управления государствами и народами тоже меняются. Применение технологий управления, построенных на заинтересованности всех слоев общества, дает удивительные результаты в краткие сроки. А наша технология не только архаична, но и священна. Государь (строгий, но справедливый), бояре да дворяне (холопы государевы и продувные бестии) и чернь. Если так будет продолжаться, то дело плохо. Ум в организм можно нагнетать через голову, а можно и розгами по усадистому филею. Деваться, похоже, нам от второго варианта некуда. Жизнь будет учить нас розгами. Не только себя, но даже и государя в этой ситуации жалко».
Замечание этого слушателя о кратких сроках подразумевает, конечно, не годы, а десятилетия. Многие десятилетия. Но что такое даже столетия, если бы только и дни нашей жизни исчислялись столетиями…

Тем временем свой новейший проект демократии будущего (раз технологии не стоят на месте!) прислал господин Кукобака. Он предлагает принимать бюджет государства всенародным голосованием. Представьте себе. Вместо партий в бюллетень внесены статьи государственных расходов: на военную промышленность, на сельское хозяйство, на чиновничество, на армию и ментов, на образование и здравоохранение. Избиратель указывает, сколько процентов своего налога он согласен отдать каждой из статей. Автор, как можно понять, надеется, что таким образом будет посажено на голодный паёк ненасытное российское чиновничество и прочее «дармоедство». «Слышу опасения, - пишет он. - Мол, если позволить народу такую вольность, то многочисленные леоновы, савицкие и «разные прочие», жирующие на освоении космических дорог (забыв про земные российские), могут остаться без куска хлеба… Но это напрасное беспокойство. 25 процентов сумасшедших, страдающих НАТОфобией и прочими маниями преследования, обеспечат на первых порах безбедную жизнь всем паразитам: «оборонщикам», бесчисленным генералам и полковникам – любителям повоевать, а также энтузиастам космического «туризма» за чужой счет. Остальные 75 процентов здравомыслящих граждан направят свои налоги в фонды, предназначенные для развития народного хозяйства, на медицину, образование, реформирование ЖКХ, и на всё остальное, необходимое людям», - пишет господин Кукобака - мне трудно сказать, насколько серьёзно.
Баталии вокруг бюджета – главные баталии в каждой свободной стране. Они происходят в парламентах. Там представлены партии, выражающие интересы основных групп населения. Кто получил больше голосов на выборах, у того больше веса при решении всех вопросов, в том числе – бюджетных. По-моему, это практичнее. Не надо ничего выдумывать. Всё давно выдумано, испытано. Лишь бы выборы были выборами. Не всегда и везде всё гладко? Конечно. В жизни человека вообще не всё гладко и даже всё не гладко, если учесть, что дело заканчивается смертью. Мне приходится довольно часто примерно так отзываться на проекты переустройства России и мира. Это не может нравиться тем слушателям, которые ощущают в себе реформаторский талант и не желают зарывать его в землю.

«Ваше утверждение, что в обустройстве жизни не надо ничего выдумывать, всё давным-давно придумано, я считаю неправильным, - говорится в одном письме. - Потому что условия меняются. Приведу пример Гавриила Попова, бывшего мэра Москвы. Вот что он говорил не где-нибудь, а на волнах радио «Свобода»: «Нам надо думать о совершенно другой политической системе... Ведущий класс общества - интеллигенция. Она должна быть главной силой… Надо иметь систему, при которой интеллигент со средним образованием имеет не один голос, а пять голосов, интеллигент с высшим образованием имеет десять голосов. То есть, заранее дается преимущество людям, которые обладают знаниями, чтобы обеспечить их превалирование во всех системах власти, государства и так далее».
Этим примером автор хочет сказать, что пытливую реформаторскую мысль не остановить, сколько бы я ни пытался. Конечно, не остановлю! Такое никому не по силам. А Гавриил Попов давно любит выделять ведущие силы в обществе, теин в чаю, так сказать. Как-то ему пришло в голову, что теин в российском чаю – это чистокровные русские. Его охватила печаль, что их становится всё меньше. Он выступил с предложением, на которое почти никто не обратил внимания. Надо, сказал он, особыми государственными мерами, прежде всего, материальными, способствовать улучшению положения чисто русского элемента в российском населении – тогда, мол, начнётся умножение этого элемента. Сам наполовину или даже на все сто грек, он не стал распространяться, кто должен будет отделять чистых русских от нечистых, и по каким признакам, если учесть, сколько кровей смешалось в этом племени хотя бы с варяжских времён. Вряд ли Гавриил Харитонович всерьёз это всё… Он, по-моему, «косит» под изобретателя-самоучку в области общественных устройств. Среднему образованию – пять голосов, высшему – десять. У Сына Юриста два или три высших – ему сколько? Платон мне друг, но даже его предложение раз и навсегда вручить власть учёным, как известно, не прошло. Только и того, что спустя сколько-то веков появилось слово «меритократия» - правление лучших. Попов играет, дразнит публику, чтобы она не скучала, не закисала. «Жирик», тот, кажется, подустал, да и чем он может удивить добрых людей сегодня, когда они слушают Путина, который собирается нацелить ракеты на Украину, если там появятся натовские сооружения? Страшно, мол, подумать. Ничего более фальшивого он не сказал за все годы своего правления. Не было ему страшно об этом думать, потому что страшно от такой мысли может быть только совсем уж тёмному человеку. На таких тут и был расчёт. Пятьдесят лет советские ракеты были нацелены чуть ли не на всё несоветское. И что? Людям некуда было деться? Пропали они? Могли бы и пропасть, если бы не было натовского зонта…
Из последнего на сегодня письма прочитаю только четыре строки: «И народ у нас тупой: врача не слушается. Например, стоматолог говорит, что зубы нужно чистить утром после еды, а большинство продолжает – до еды. Вот поэтому народ у нас весь старый и больной. И нет такого, чтобы принести домой брошенного ребёнка, зато кошек и собак подбирают сплошь и рядом». Это, по-моему, вырвалось у автора ради красного словца. Младенцы на улицах всё-таки не валяются. Хотя и один брошенный – это, если вдуматься, мировая катастрофа. Да и вдумываться не надо… В таких случаях всё делается ясным без участия головы.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG