Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Правительство Сербии подало в отставку


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Айя Куге и Андрей Шарый.



Кирилл Кобрин: В Сербии политический кризис. В конце прошлой недели правительство Воислава Коштуницы подало в отставку. Правящая коалиция распалась. В перспективе – досрочные парламентские выборы, на которых могут победить националисты, учитывая реакцию сербского общества на провозглашение независимости Косова. Рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.



Айя Куге: Кабинет министров установил в понедельник, что правительство более не имеет возможности для проведения единой политики, поскольку возможностями для проведения общей политики не располагают и депутатские фракции парламентских партий, формировавшие и поддержавшие правительство. Согласно конституции, такого заявления достаточно, чтобы были объявлены новые парламентские выборы. Выборы должны быть проведены в течение 60 дней с момента роспуска парламента. Известно, что президент Борис Тадич объявит о проведении выборов в ближайшие дни. Эта форма разрешения кризиса в коалиционном правительстве Сербии применена и для того, чтобы успеть организовать парламентские выборы вместе с выборами в местные органы власти, которые уже намечены на 11 мая. Если бы премьер-министр Воислав Коштуница подал в отставку, понадобился бы лишний месяц для попыток создания нового кабинета министров. Старое правительство будет продолжать функционировать до выборов, но оно будет заниматься лишь техническими вопросами и принимать решения, важные для функционирования государства.


Белградские аналитики считают, что падение кабинета министров Воислава Коштуницы, который с большим трудом продержался у власти 10 месяцев, является самой логичной развязкой глубокого кризиса, несколько месяцев потрясающего правящую коалицию. Несмотря на то, что и премьер-министр, и президент сходятся во мнении о том, что досрочные парламентские выборы – лучший выход, они не согласны с тем, что является предметом спора. Коштуница заявил, что разногласия возникли из-за провозглашения независимости Косово.



Воислав Коштуница: Правительство более не имеет единой политики относительно существенного вопроса, касающегося будущего страны, – Косово и Метохии в составе Сербии. Такое правительство не в состоянии функционировать, и это конец правительства.



Айя Куге: Тадич считает, что Демократическая партия Сербии премьер-министра Коштуницы отказалась от европейской интеграции страны, выдвигая невыполнимые требования в адрес Европейского союза: отменить признание независимости Косово.



Борис Тадич: Это для меня было ясным доказательством того, что правительство «сломалось» на замедлении процесса европейской интеграции. Я не хотел вести споры по этому вопросу, считая, что такая дискуссия ослабляет политические позиции Сербии, ставит под вопрос вопросы ее экономического развития, иностранных инвестиций, необходимых стране, ослабляет возможности защиты Косово и Метохии.



Айя Куге: Атмосфера в Сербии начинает накаляться. Известно, что партии уже начинают переговоры о создании новых коалиций. Аналитики предупреждают, что существует опасность: техническое правительство может править слишком долго. Недавно прошедшие президентские выборы показали, что страна разделилась почти пополам – на сторонников проевропейского курса, которые надеются на ускорение реформ, и тех, кто считает, что теперь нужно дать шанс националистам из сильной Радикальной партии. Сербская молодежь на интернет-форумах активно обсуждает возможность объединения демократического блока, считая, что только так Сербия способна вернуться на европейский путь.



Кирилл Кобрин: О су ти политического конфликта в Сербии и метафизическом измерении европейского пространства для сербского народа мой коллега Андрей Шарый побеседовал с известным белградским политическим комментатором, обозревателем службы вещания на языках народов бывшей Югославии Радио Свободная Европа Драганом Штавльянином.



Драган Штавльянин : Нет никаких сомнений, что и после новых выборов Сербия останется разделенной на два лагеря. Велика вероятность, что политические силы, которые условно можно назвать антиевропейскими (это партия Коштуницы и Радикальная партия вместе с наследниками Милошевича социалистами) получат в парламенте убедительное большинство. Политический союз партии Коштуницы и демократических сил отныне невозможен, ведь и до сих пор правительственная коалиция была искусственной. Похоже, Коштуница отказался даже от демократической риторики – он с еще большей силой, чем прежде, обвиняет во всех грехах Европу и Америку. Второй лагерь – это политики–демократы, и для них новые выборы станут чем-то вроде референдума. Предвыборным лозунгом Коштуницы и радикалов станет сохранение Косова в составе Сербии. Предвыборным лозунгом демократов станет тезис о том, что Сербия сохранит Косово, если войдет в Европейский Союз, если будет экономически успешно развиваться и не прервет связей с цивилизованным миром. Под знамена Бориса Тадича соберутся либеральные экономисты из группы «Г17+», партия Чедомира Йовановича (единственная, открыто выступавшая в Сербии за независимость Косова), партии национальных меньшинств. Но мне кажется, даже этого союза не хватит, и консервативный выбор окажется сильнее.



Андрей Шарый: Провозглашение независимости Косова сильно радикализовало сербскую политику?



Драган Штавльянин : Ну, Радикальная партия и по названию своему радикальна донельзя. Можно, в принципе, говорить о неком национальном консенсусе: все у нас считают, что отделение Косова – несправедливость по отношению к сербам. Другое дело, как на эту несправедливость реагировать – пустой риторикой о том, что сербы «небесный народ» и постоянные жертвы агрессии, или рациональными выводами о том, что вне европейского развития у Сербии в любом случае нет перспективы. Но в целом, отвечая на ваш вопрос, – да, сдвиг в сторону нездорового консерватизма и национализма произошел, разделение Сербии стало еще более резким. Вот это меня и беспокоит, ведь меряются силами не сторонники традиционных правых и левых политических взглядов, на кону снова – выбор между европейским будущим страны и изоляцией.



Андрей Шарый: Такой выбор перед Сербией возникает чуть ли не ежегодно, но страна все никак не может определиться. Почему, как вы думаете?



Драган Штавльянин : Потому что Сербия никак не разберется с собственным прошлым. Это, конечно, отчасти метафизический разговор для сотни круглых столов с участием всяких специалистов. Резкая политическая поляризация в Сербии – следствие того, что в обществе не завершены дискуссии по болезненным для национального самосознания вопросам. Почему возникла и должна ли была развалиться Югославия? Кем были сербы в череде недавних войн – жертвами или главными агрессорами? Отсюда логично возникает и главный вопрос этой дискуссии: где место Сербии на политической карте – вместе с Европой или же Европа для Сербии – постоянный источник зла, декадентских настроений, агрессии? Пока эта дискуссия будет оказывать влияние на сиюминутные политические процессы, Сербия останется политически расколотым государством.


XS
SM
MD
LG