Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В России могут появиться законы, регулирующие создание конструктивной оппозиции


Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие политолог Николай Петров.



Евгения Назарец: Вчера президент России Владимир Путин и будущий президент России Дмитрий Медведев встречались с руководством Госдумы и лидерами фракций. Судя по сообщениям информационных агентств, речь шла о воплощении в жизнь так называемого "Плана Путина" - стратегии развития страны до 2020 года. А информированные российские СМИ прогнозируют, что в "Плане Путина" или в планах Медведева после выборов появился новый пункт: воссоздать в России оппозицию. Причем специально для этого могут быть разработаны законы, регулирующие создание конструктивной оппозиции. Серьезность намерений партии власти иллюстрирует цитата члена генсовета "Единой России", главы думской Комитета по конституционному законодательству Владимира Плигина, который сказал, что у России нет времени на постепенное развитие партийной системы.


Перспективы принятия закона об оппозиции в России мы обсудили с экспертом Московского центра Карнеги, политологом Николаем Петровым.


На ваш взгляд, есть ли необходимость в каких-то новых законах или доработке существующих для того, чтобы оппозиция могла действовать.



Николай Петров: Проблема наша сейчас заключается не только и не столько в том, что кто-то с кем-то не может договориться из вождей оппозиционных партий, сколько в том, что реального места партиям вообще и оппозиционным партиям в частности политическая система никакого не отводит. Поэтому я считаю, что начинать надо не с закона о роли оппозиции, хотя это очень важно а начинать надо с того, чтобы политические партии вообще, включая так называемую партию власти "Единую Россию", получили единую возможность участия в принятии решений и в контроле за их реализацией, чего, на мой взгляд, сейчас не хватает. "Единая Россия" - это некий электоральный проект, который важен, нужен для того, чтобы исполнительная власть контролировала власть представительную и не встречала никаких сложностей в проведении своих решений через парламент федеральный и парламенты региональные. Вместе с тем, очевидно, что центром принятия решений партия не является, и это плохо потому, что политическая партия, даже такая, как "Единая Россия", это вполне публичный институт. И если бы он был допущен к обсуждению реальных проблем и к принятию решений, безусловно, это было бы на пользу всем, и политической системе в целом в частности.



Евгения Назарец: Как следствие возможного создания подобного закона, многие наблюдатели рассматривают возможность прореживания рядов оппозиционных или мелких партий, существующих сейчас. Вы видите такую перспективу?



Николай Петров: Честно говоря, этого я опасаюсь меньше всего, потому что с этой задачей Кремль уже справился, и то, что мы сейчас имеем, это четыре политические партии, которые только представлены в федеральном, а теперь и в региональных парламентах. А все остальные уже маргинализированы. На последних выборах мы видели, что никто и близко не приблизился не то что к новому, но даже и к старому барьеру в 5 процентов. Мне кажется, скорее речь идет о том, что вообще в приличном обществе должна быть оппозиция, и нужно продемонстрировать заботу о ней и, возможно, создать какие-то вполне декоративные инструменты, формы представительства для этой оппозиции.



Евгения Назарец: В каких формах партия власти может руководить процессом зарождения оппозиции, которая ей нужна? Что это могут быть за законодательные нормы, на ваш взгляд?



Николай Петров: Когда мы говорим "партия власти", мы должны иметь в виду, что это не "Единая Россия", а это действительно некая административная структура, которая осуществляет ту самую власть, о которой мы говорим. И мне кажется, что на нынешнем этапе, когда власти вообще и Кремлю в частности необходимо будет мобилизовывать общество в преддверии тех реформ, которые должны быть начаты сейчас, возрождение политических партий как реального инструмента и канала связи между обществом и властью неизбежно, и к этому мы придем. Хотя я не думаю, что сейчас это уже в достаточной мере осознано.



Евгения Назарец: Как вы думаете, какое значение следует придавать тому, что разговоры о необходимости оппозиции появились уже после ключевых для России выборов?



Николай Петров: Мне кажется, только то, что была и продолжается достаточно серьезная критика отовсюду, в том числе и от международных организаций, связанные с тем, что политической оппозиции места в политической системе нет вообще, и именно после последних выборов это стало очевидно. Поэтому вопрос стоит о самом существовании, скажем, таких партий, как СПС и "Яблоко".



Евгения Назарец: Кстати, об этих партиях, как вы думаете, какие выводы для себя они должны сделать из того, что сейчас развивается такая тема - создать оппозицию, пусть декоративную, но сверху?



Николай Петров: Мне кажется, никаких особых выводов для себя они делать не должны. Вопрос - в выживании: стратегически они окажутся востребованными и власть, а не кто-то озаботится тем, чтобы восстановить и вдохнуть новую жизнь в те так называемые оппозиционные партии, которые сейчас едва влачат свое существование. Вопрос в том, удастся ли партиям и их лидерам до этого светлого времени дожить.



Евгения Назарец: Следует ли ставить знак равенства между созданием оппозиции, как ее понимают партия власти, или "Единая Россия", и контролем над оппозицией?



Николай Петров: Думаю, что да. И думаю, что во многом нынешняя постановка вопроса о том, что нужна оппозиция, нужно ей найти какие-то формы участия, она иллюстрирует тот процесс, который происходит уже достаточно давно, а именно - создание изначально подконтрольных в данном случае политических проектов, как раньше бизнес-проектов, как некого инструмента рейдерства. То есть то, что мы видим сейчас, последние, скажем, пару лет, это создание псевдоорганизаций гражданского общества, которые часто дублируют существующие, но отличаются от них тем, что они не самостоятельные, они созданы Кремлем, они абсолютно лояльны и в этом смысле удобны. И я думаю, что вполне можно ожидать, что и нынешние разговоры о необходимости специально закона о политической оппозиции, они ставят целью именно такого рода картинку. То есть не помощь реальной политической оппозиции, а создание как бы новой политической оппозиции, для того чтобы видимость и демократический декор были соблюдены, и вместе с тем чтобы никаких реальных проблем у власти при этом не возникло.



Евгения Назарец: То есть возможно появление новых имен или новых названий на политическом поле.



Николай Петров: Думаю, что в этом в значительной степени и состоит проект Кремля.


XS
SM
MD
LG