Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Неонацистов одолело весеннее обострение


На месте гибели Алексея Крылова его товарищи провели акцию памяти

На месте гибели Алексея Крылова его товарищи провели акцию памяти

С начала этого года в России зафиксировано рекордное число преступлений на национальной почве: 26 человек погибли, 71 получил ранения. Последнее убийство совершено в центре Москвы вечером 16 марта, когда группа неонацистов напала на компанию, состоящую из сторонников антифашистского движения. В результате многочисленных ранений погиб 21-летний житель подмосковного Ногинска Алексей Крылов.


В память о соратнике в среду в Москве прошли сразу две акции антифашистов, которые не были санкционированы властями. В четверг они провели пресс-конференцию, на которой заявили, что в России начинается гражданская война на национальной почве. Свидетель убийства и знакомый погибшего Алексея Крылова Павел Новиков перед журналистами так и не появился. Его вызвали для дачи показаний в прокуратуру, объяснили участники встречи.


Уличная война между неонацистами и антифашистами идет уже несколько лет. По мнению заместителя директора информационно-аналитического центра «Сова» Галины Кожевниковой, неонацисты действуют с оглядкой на милицию. «Нужно признать, что в Москве сложилось неонацистское подполье, - говорит Галина Кожевникова, - которое реагирует на степень давления правоохранительных органов. Если давление будет последовательным, систематическим и законным, то, скорее всего, волну насилия удастся сбить. Но поскольку ресурсов подполья никто не знает, соответственно, никто не может предсказать, как быстро это произойдет».


Президент Института верховенства права Станислав Маркелов считает, что в России начинается гражданская война на национальной почве: «После того как отчасти распалась, отчасти была разгромлена умеренная часть националистического движения, неонацисты ушли в подполье. С начала года резкая активизация нападений как на представителей другой национальности, так и иделогически противостоящих им антифашистов, идет именно с целью провокации чуть ли не прямых боевых действий. Возраст участников этих движений в основной массе - 14-18 лет. Руководят ими люди 30-40 лет. Резко увеличилась массовость нацистского движения. Причем раньше это во многом был клубный уровень, то есть собрались, побалагурили, попили пива, случайно нашли на улице какого-нибудь кавказца, напали на него, - сейчас это уже имеет все больше боевую направленность. Появились целые бригады, которые вообще не занимаются никакой идеологией, никакими выступлениями, а занимаются только боевыми нападениями».


Из года в год наибольшая активность неонацистов приходится на весенний период. Тому есть свои причины, считает Галина Кожевникова: «Весна - это очень много знаковых дат для российских, да и не только для российских неонацистов. Это не только день рождения Гитлера. Там и день рождения Гесса, и годовщина убийства Боровикова, и еще целый ряд, к которым неонацисты приурочивают свои рейды». По словам Галины Кожевниковой, противостоящие друг другу группировки стараются не предавать огласке результаты таких «рейдов». «Это своего рода уличная война, которую пытаются скрыть от посторонних глаз, - говорит заместитель директора информационно-аналитического центра «Сова». - И элементы этой войны, связанные с убийствами, выплескиваются время от времени на улицу. Известно же, что два года назад было, например, нападение радикальных антифа на, в общем-то, мирный митинг ДПНИ в Петербурге».


Галина Кожевникова, впрочем, не верит, что в ближайшие годы в России может начаться гражданская война на почве расизма и национализма: «Мне кажется, что прогнозы на серьезную дестабилизацию в ближайшее время - все-таки это слишком пессимистично, тем не менее, безусловно, опасность серьезной дестабилизации, спровоцированной неонацистскими группировками, даже не чисто неонацистскими, а ультраправыми группировками, спектр которых гораздо шире, чем неонацизм, очень велика. Пример Кондопоги очень хорошо это подтверждает. Сейчас, к сожалению, этнически окрашенное недовольство является единственным способом выражения любого протеста. В Кондопоге, где не было ни одного скинхеда и вообще не было серьезного ультраправого движения, но были сильные ксенофобные настроения у населения, достаточно было нескольких ярких ораторов и лидеров, которые приехали туда и направили народное недовольство, социальный, по сути, протест против бездействия милиции, против социальных неурядиц в этническое русло».


Показать комментарии

XS
SM
MD
LG