Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как будет выбираться кандидат в президенты США от демократической партии


Ирина Лагунина: Демократическая партия США стоит перед сложной дилеммой: из двух равноценных кандидатов в президенты она должна выбрать одного. Если ни Хиллари Клинтон, ни Барак Обама не смогут обеспечить себе выдвижение в ходе первичных выборов, ситуация станет критической. Кое-кто говорит даже о расколе партии. Рассказывает Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: Если республиканцы проводят свои первичные выборы по мажоритарному принципу, то у демократов исторически сложилась запутанная и многоступенчатая система. Цель голосования – избрать делегатов национального партийного съезда, который в августе этого года назовет имя финалиста президентской гонки. Мандат делегата не предусматривает свободы волеизъявления – делегаты должны отдать свой голос тому кандидату, за которого проголосовало большинство в данном избирательном округе. Делегаты распределяются между кандидатами пропорционально. Нередко бывает так, что кандидат, за которого проголосовало бóльшее число избирателей, получает меньше делегатов, чем проигравший.


При наличии явного фаворита эти особенности не создают проблемы. Но когда кандидаты равны друг другу, ни один не отступил, не споткнулся и не готов идти на компромисс, положение сразу осложняется – ни тот, ни другой не может обеспечить себе выдвижение на первичных выборах. В прежние времена, когда еще не было первичных выборов, и все решения принимались партийными боссами, такие ситуации тоже случались. Если никто из соперников не желал уступить, боссы выдвигали третью кандидатуру, малоизвестную, но зато устраивающую обе фракции. Именно тогда появилось выражение «темная лошадка», заимствованное из лексикона скачек. В истории США «темных лошадок» было немало. Как правило, это полузабытые ныне президенты – Джеймс Полк, Франклин Пирс. Но «темной лошадкой» был и Авраам Линкольн. В 20 веке «темными лошадками» называли Джимми Картера и Билла Клинтона – они вступали в гонку как явные аутсайдеры, но вскоре оставляли позади фаворитов.


Парадоксальным образом, по спирали, ситуация вернулась к началу прошлого века, когда судьбу партийной номинации определяли вожди партии. В настоящее время Барак Обама опережает Хиллари Клинтон по числу делегатов и голосов избирателей, однако крайне маловероятно, что на оставшихся первичных выборах он наберет необходимое для выдвижения большинство. В этом случае судьбу номинации решат голоса привилегированных делегатов съезда – суперделегатов, не связанных мандатом избирателей. Это лица, занимающие выборные должности – законодатели, губернаторы, мэры крупных городов, и функционеры партии – всего около 800 человек. По числу поддержавших ее суперделегатов Хиллари Клинтон впереди. Но большинство суперделегатов еще не определилось.


Как должен распорядиться своим голосом суперделегат? Должен ли он подчиниться воле своих избирателей? А что если он придерживается иного мнения? Да и что это значит – «воля избирателей»? Для члена нижней палаты Конгресса это избирательный округ, от которого он избран, но сенатор избирается от всего штата, а в штате чересполосица. Наконец, должен ли суперделегат ориентироваться на число голосов избирателей или на число делегатов? Примеры поспешных решений уже имеются: сенаторы Элвард Кеннеди и Джон Керри поддержали Барака Обаму, а штат Массачусетс, от которого они избраны, проголосовал за Хиллари Клинтон.


Руководство партии ни в коем случае не хочет допустить кризиса, но плана выхода из него пока не существует. Свое мнение о сложившейся ситуации высказал в интервью телекомпании АВС Билл Клинтон.



Билл Клинтон: Я считаю, необходимо дать проголосовать всем. Но ситуация такова, что математически почти невозможно себе представить, что один из кандидатов получит большинство. Если бы у нас была республиканская система – «победитель получает все», тогда Хиллари имела бы подавляющее преимущество по делегатам, потому что она выиграла в больших штатах. Если сенатор Обама получит большинство голосов избирателей, это облегчит выбор. Но если по избирателям выиграет Хиллари, но не соберет нужного числа делегатов, тогда нужно просто спросить себя, что важнее и кто, скорее всего, выиграет выборы в ноябре. Принять такое решение будет непросто, но на то и существуют лидеры.



Владимир Абаринов: В том-то и дело: партийную номинацию получает не обязательно сильнейший кандидат. Не считает ли Билл Клинтон обострившуюся полемику кандидатов следствием слишком упорного соперничества?



Билл Клинтон: Думаю, здесь важно не реагировать чрезмерно. Кампания проходит относительно спокойно. Всякое бывает. Это политика. Ничего страшного. Когда я избирался в 1992 году, сенатор Боб Керри говорил, что в Джорджии избиратели меня отделают под орех. А теперь мы с ним друзья. Считаю ли я, что у Хиллари больше шансов? Да, считаю. Но, исходя из сегодняшних фактов, я думаю, что любой из них выиграет. По-моему, республиканцы поступили очень умно, сделав своим кандидатом сенатора Маккейна. Это у них не единственный кандидат с хорошими шансами, но, вполне возможно, единственный, способный выиграть всеобщие выборы.


Я ожидаю ярких выборов этой осенью, что бы ни произошло. Но мы должны дать демократам возможность решать. Это для них сложный выбор. Перед ними два кандидата. На самом деле демократам нравятся оба. И они должны решить, чьи профессиональные качества более значимы для блага страны – это раз. И, во-вторых, кто из двух имеет лучшие шансы быть избранным.



Владимир Абаринов: Желая убрать с дороги соперника, фаворит обычно предлагает ему отступное в виде обещания назначить его на высокий пост или зовет в напарники в качестве кандидата в вице-президенты. Представители Хиллари в глубочайшей тайне попытались прощупать почву в стане Барака Обамы, но получили категорический отказ. Обама высмеял неуклюжее предложение на очередном предвыборном митинге.



Барак Обама: Я получил больше голосов избирателей, чем сенатор Клинтон. Я получил больше делегатов, чем сенатор Клинтон. И я не понимаю, на каком основании тот, кто занимает второе место, предлагает вице-президентство тому, кто занимает первое.



Владимир Абаринов: Видимо, и руководство партии пыталось уладить дело миром, но потерпело неудачу. Такой вывод следует из недавнего заявления спикера нижней палаты Конгресса Нэнси Пелоси.



- Ранее на этой неделе вы заявили в Бостоне, что пара Клинтон-Обама или Обама-Клинтон невозможна. Почему вы так думаете?



Нэнси Пелоси: Думаю, это невозможно. Позвольте мне сказать только, что, по-моему, команда мечты у нас будет. Она просто не будет состоять из двух этих имен. Кто бы ни стал нашим кандидатом и кого бы он или она ни подобрал себе в напарники, это будет команда мечты. Демократы намерены выиграть эти выборы, чтобы развернуть страну в новом направлении. Что касается команды, о которой вы говорите, я не думаю, что это политически вероятно.



- Почему?



Нэнси Пелоси: Вы спросили мое мнение как политика. Я вам его высказала. Интерпретируйте его сами. Мое дело говорить, ваше – интерпретировать.



Владимир Абаринов: Обама на компромиссы не идет.



Барак Обама: Хочу заявить, чтобы ни у кого не осталось и тени сомнения: я не борюсь за пост вице-президента. Я борюсь за пост президента Соединенных Штатов.



Владимир Абаринов: Так что же следует предпринять? Об этом в своем воскресном ток-шоу обозреватель NBC Тим Рассерт беседовал с членом Конгресса Нитой Лоуи и бывшим сенатором и бывшим кандидатом в президенты Биллом Брэдли.



Тим Рассерт: Если тенденция сохранится, и Барак Обама придет к съезду с бóльшим числом делегатов, бóльшим числом побед и большинством голосов избирателей, разве он может не получить номинацию?



Нита Лоуи: Я бы описала ситуацию иначе. Я сказала бы, что миллионы избирателей еще не выразили свое мнение. Они еще не голосовали. Мы ждем голосования в Пенсильвании, где, как показывают опросы, Хиллари выиграет. Из общего числа делегатов съезда 20 процентов составляют суперделегаты, а 80 – те, чью позицию определяют итоги праймериз и кокусов. А суперделегаты должны видеть картину в целом. Они должны голосовать на основании собственного мнения. Они занимают выборные должности, это лидеры партии, и они должны судить, исходя из квалификации обоих кандидатов.


Существуют ключевые штаты, имеющие критически важное значение на всеобщих выборах, потому что они дают большое число выборщиков. Так что я думаю, что сейчас у нас ничья. И я надеюсь, что в период от сегодняшнего дня и до дня открытия съезда мы сможем провести конструктивную дискуссию. Экономика находится в катастрофическом состоянии, цены на бензин, на продукты растут, люди обеспокоены перспективой потерять свои дома. Если мы сможем провести конструктивную дискуссию, если оба, Обама и Клинтон, представят план демократов для страны, я полагаю, мы станем исключительно сильны.


Да, и кстати: если кто-то считает, что он должен исполнить волю избирателей, то я надеюсь, что сенаторы Керри и Кеннеди проголосуют за Клинтон, потому что, посмотрите, что произошло в Массачусетсе.



Владимир Абаринов: Мнение Билла Брэдли.



Билл Брэдли: Думаю, многие суперделегаты будут уважать мнение своих избирателей. Некоторые поспешили и поддержали сенатора Клинтон. Они полагали, что она, скорее всего, получит номинацию. Но их избирательные округа предпочли Обаму. Я думаю, велика вероятность того, что многие из них изменят свою позицию в пользу Обамы. И каждый суперделегат примет решение исходя из своего понимания блага для страны, блага для партии и блага для самого себя. Если ты идешь против воли своего округа, который подавляющим большинством проголосовал за Обаму, готовься к тому, что на следующих выборах у тебя появится конкурент. Таковы законы политики. Но я считаю, что, в конечном счете, они должны голосовать вместе со своими делегатами. И, разумеется, у сенаторов Кеннеди и Керри на следующих выборах в Сенат могут появиться соперники. Не думаю, что эти соперники победят, но попытаются точно.



Владимир Абаринов: А тем временем соперники ведут агрессивную кампанию в Пенсильвании, где первичные выборы пройдут 22 апреля.



Хиллари Клинтон: Хочу, чтобы вы знали: если вы будете работать на мою победу в течение ближайших шести недель, если мы одержим великую победу в этом штате, я буду бороться за вас день и ночь в Белом Доме, за вас, за ваши семьи, ваши рабочие места, за медицину для вас. Давайте сообща делать историю! Спасибо и да благословит вас Господь.



Барак Обама: Пробил наш час. Пришел момент выбора между переменами и застоем, между будущим и прошлым. Нам выпал шанс перевернуть, наконец, страницу и превратить в день вчерашний обанкротившуюся политику. Пришло наше время сделать американскую мечту реальностью каждого американца. И я надеюсь, что если все вы придете и проголосуете 22 апреля за меня, то мы выиграем не только праймериз в Пенсильвании – мы выиграем номинацию, мы выиграем всеобщие выборы, и тогда вы и я, вместе, сможем изменить страну и мир.



Владимир Абаринов: Первичные выборы демократов заканчиваются в июне.


XS
SM
MD
LG