Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Грузии начался судебный процесс над Ираклием Окруашвили


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие обозреватель Радио Свобода Андрей Шарый.



Кирилл Кобрин: Сегодня начался судебный процесс над бывшим министром обороны Ираклием Окруашвили, который находится в изгнании.


Многие эксперты полагают, что судебный процесс над Ираклием Окруашвили даже в отсутствие обвиняемого еще больше маргинализирует этого политика, лишит его остатков влияния на грузинской политической сцене. Мой коллега Андрей Шарый побеседовал с известным тбилисским политическим экспертом, обозревателем грузинской службы Радио Свобода Кобой Ликликадзе.



Андрей Шарый: С политической точки зрения вам понятно, зачем грузинской власти осудить Окруашвили в его отсутствие? Не лучше ли просто, вот его выдавили из страны, он где-то будет политэмигрантом и все.



Коба Ликликадзе: Ираклий Окруашвили под залог находился дома и он не должен покидать территорию Грузии, так как ему инкриминировалось несколько тяжких преступлений, в том числе кража государственного имущества в особо крупных масштабах. Так что после того, как он покинул территорию Грузии, формально грузинское правосудие имеет право осудить лицо без его присутствия. Тем более что в этом деле проходит бывший спикер, парламентский советник президента Грузии Дмитрий Китошвили, который присутствовал на заседании суда и дал показания против Окруашвили.


Что касается политической составляющей, сложно сразу ответить, потому что видно, что Ираклий Окруашвили до сих пор является одним из очень нежелательных оппонентов лично президента Саакашвили. В этом все убедились после его последнего телеинтервью 20 марта, где Окруашвили повторил все те обвинения против Михаила Саакашвили, но назвал его уже энергетическим вампиром. Ираклий Окруашвили даже на расстоянии считается очень нежелательным и очень опасным противником для Саакашвили.


Ираклию Окруашвили сказать, что это к суду не имеет никакого значения, потому что в Грузии нет свободных судов и так далее, что правосудия не существует, и после этого, естественно, ни у кого уже нет ни малейшего сомнения, что после последних его высказываний Ираклию Окруашвили дадут самый высокий, так сказать, срок.



Андрей Шарый: За несколько дней до политической конференции, очень важной для Грузии, речь идет о саммите НАТО в Бухаресте, на котором Грузия ожидает фактического приглашения для начала процесса вступления в НАТО, события осенние в вашей стране были по-разному очень интерпретированы на Западе. Далеко не всем нравилось, как вел себя Саакашвили. Вы понимаете, почему грузинские власти именно сейчас, накануне такого важного для себя события, фактически подставили себя, начав этот процесс, который вызовет наверняка неоднозначные очень оценки?



Коба Ликликадзе: В вопросе Окруашвили все ясно. Человек, министр, который входил в окружение Михаила Саакашвили, он необузданно ругает власть, находясь в изгнании. Я не думаю, что со стороны западных политиков это выглядело бы как-то устрашающе, как показатель того, что в Грузии отсутствует демократия. Ведь Ираклий Окруашвили сам, в свою бытность министром обороны и министром внутренних дел, зарекомендовал себя как ястреб, который использовал все методы давления и над инакомыслящими офицерами, и над представителями "Имеди". Так что я думаю, что за Ираклия Окруашвили никто, так сказать, Грузию не будет жестоко критиковать. Другое дело - ноябрьские трагические события.



Андрей Шарый: Но, тем не менее, некоторые обозреватели считают, что сам факт этого процесса повышает шансы на то, что Окруашвили теперь получит политическое убежище на Западе. Не легче ли было тогда Грузии добиваться просто его выдачи у Франции?



Коба Ликликадзе: Как раз Грузия до сих пор старается, чтобы его экстрадировали. Между прочим, об этом сам Окруашвили заявил, что власти применяют все дипломатические меры, чтобы осуществить это желание. С другой стороны, дело против Окруашвили было возбуждено еще в ноябре прошлого года, но он потом скрылся или ему дали скрыться, это, между прочим, тоже загадка власти Грузии, как все-таки человек, находясь почти под домашним арестом, мог выйти или выехать из страны. Естественно, ваш вопрос логичный, почему власти Грузии создали себе дополнительные трудности. Наверное, в Саакашвили есть такой, знаете, менталитет создавать себе проблемы, потом преодолевать это героически и получать еще за это аплодисменты. Ну что поделаешь, мы живем в такой стране, под таким правительством.



Андрей Шарый: Есть ли какой-то публичный интерес к тому, что происходит в зале суда?



Коба Ликликадзе: Публичный интерес почти отсутствует, потому что сейчас все внимание сфокусировано на события, происходящие перед Домом правительства, где уже 15 дней голодают сразу 10 депутатов. Сама фигура Ираклия Окруашвили все больше теряет авторитет и влияние в Грузии.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG