Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Комментатор газеты Financial Times Мартин Волф: что происходит с мировой экономикой


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Андрей Шарый: Ведущий экономический комментаторы газеты Financial Times Мартин Волф недавно опубликовал в своем издании анализ того, что происходит сейчас с мировой экономикой. И вот в интервью корреспонденту Радио Свобода Джереми Бранстейну аналитик рассказал, в чем он видит причины кризиса, а также о влиянии экономик отдельных стран, в частности российской, на ситуацию в мире и главное - о тенденциях и динамики падения или повышения курса доллара.



Данила Гальперович: Наиболее тревожно то, что экономисты, финансисты и политики не могут договориться, в какой стадии кризиса мы находимся, почему нет единой оценки?



Мартин Волф: Я думаю, что, спрашивая, почему у нас у всех нет согласия в прогнозах, что же может произойти, вы тем самым задаете самый важный вопрос. Коротко можно ответить двумя словами, первое слово - «сложность», и второе слово - «новизна». Это невероятно сложный кризис, основанный, во-первых, на взаимосвязи макроэкономических условий - в частности, на дисбалансе в мировой экономической системе, который играет в этом большую роль. Кроме того, свою роль играет и монетарная политика, в частности, политика Федеральной резервной системы США, подвергавшаяся большой критике. Мы также знаем о финансовом пузыре в сфере покупки жилья, причем он есть не только в Штатах, но и в большинстве развитых стран - в связи с этим у нас были серьезные ценовые изменения. Есть и влияние таких фоновых факторов, как инфляция, например. Наконец, в самой финансовой системе мало порядка. Короче, здесь все взаимосвязано. Очень сложно осознать запутанность происходящего и очень легко рассматривать лишь один аспект кризиса, не учитывая других. И, как я уже сказал, другой фактор - это новизна. По важным направлениям нынешняя финансовая система отличается от любой финансовой системы из тех, что были в прошлом. Снижение цен на жилье, которое мы сейчас видим в Соединенных Штатах, просто беспрецедентно. Уровень взаимосвязи всего и вся в мировой экономике сейчас также беспрецедентен. То есть, новизна есть во многом, и поскольку это действительно нечто новое, у нас не хватает пока опыта, чтобы легко пройти через это.



Данила Гальперович: Как сильно банки в Европе и других частях мира будут затронуты этим кризисом? Многие местные банки в зоне вещания нашего радио были куплены крупными западными банками, так заденет ли их это?



Мартин Волф: Я думаю, что существует серьезная опасность для тех растущих экономик, которые зависят именно от внутриструктурного потока денег из развитых стран. Сейчас ясно, что мы находимся в процессе пересмотра рисковых рейтингов, и сейчас у потенциальных заемщиков есть задача поддержания ликвидности, так же, как и нежелание делать рискованные займы, как они делали это в предыдущие годы. И те страны, которые нуждаются в большом притоке капитала для поддержания стабильности их экономики, которые сейчас испытывают дефицит платежного баланса, особенно те, что покрывают его за счет займов, а не за счет прямых иностранных инвестиций, вот эти государства могут пострадать. Именно это и произошло на азиатских рынках десять лет назад. И это же может произойти в странах Центральной и Восточной Европы, которые уязвимы по тем же причинам.



Данила Гальперович: Сохранят ли в долгосрочной перспективе свои прибыли такие нефтегазовые страны, как Россия, Азербайджан, Туркмения и Казахстан, или поставщики зерна, такие, как Украина? Или мы видим еще один пузырь, которому суждено скоро лопнуть?



Мартин Волф: Это очень большой вопрос. Я вижу, что некоторые элементы могут быть временными, вроде тех самых пузырей, в особенности в ситуации с последним всплеском цен на сырье. В этом, кстати, есть еще и отражение падения доллара. Выраженные в евро эти процессы выглядят, как в долларах. Но я придерживаюсь мнения, что если вы посмотрите на рост цен на сырье в течение последних четырех-пяти лет, то это скорее структурный, нежели временный процесс. Он отражает потребность в ресурсах у растущих держав, в частности, у Китая. По существу, именно появление этих сырьево-затратных экономик - а Китай очень нуждается в сырье и ресурсах - вызвало серьезное давление на поставки сырья во всем мире. Система этих поставок не слишком гибкая, она плохо поддается быстрым изменениям, и цены взлетели вверх. В долгосрочной перспективе, возможно - я подчеркиваю, возможно, что поставки будут отлажены, спрос удовлетворен и цены снизятся. Я бы этому не удивился. Но это - лишь в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Почему я думаю, что временных факторов немного, потому что, если бы это действительно было бы что-то вроде пузыря, то росли бы непроданные запасы такого сырья для последующих спекуляций, в цене не было бы баланса между предложением и спросом. Сейчас такое есть, но лишь частично. Так что я полагаю, что это не просто какой-то пузырь, и что есть серьезные причины для того, чтобы цены на сырье оставались относительно высокими - во всяком случае, относительно 90-х годов. Но это не означает, что эти цены останутся стабильно на таком же уровне, как сейчас.



Данила Гальперович: Может ли случиться так, что российские инвестиции заменят деньги с запада в экономиках посткоммунистических стран?



Мартин Волф: Это вполне возможно. Средства там есть действительно большие. Неясно пока, как Россия ими воспользуется. И они должны сами оценить политические риски. Они ведь хотят покупать собственность, которую могли бы потом контролировать. Но я нашел бы справедливым то, что частные, полугосударственные или государственные компании искали бы возможности инвестировать в те страны, которые они хорошо знают. И конечно это включает те страны, которые мы обычно в прошлом широко определяли, как страны в сфере влияния России. Сейчас вообще-то все это уже происходит. Россией уже было много инвестировано в этот регион. И я бы сильно удивился, учитывая то количество наличных денег, которыми Россия располагает, если бы это не продолжилось.


XS
SM
MD
LG