Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Первый месяц переходного от Путина к Медведеву периода и репортажи из Владивостока, Калмыкии, Пензы, Карелии комментирует Владимир Рыжков.


Владимир Рыжков: Интересы конкретных чиновников интересы конкретных монополий. На них кто руку поднимет? Потому что главная газовая монополия, там кто, я напоминаю, до сих пор глава совета директоров? Дмитрий Анатольевич. Главная нефтяная монополия «Роснефть», там кто начальник – Игорь Иванович Сечин. И прочее, прочее. На самом деле все это сотрясение воздуха. У нас десятилетиями и многими годами не решаются одни и те же проблемы, потому что эти проблемы созданы самой властью, авторитарной, бюрократической, коррумпированной властью.



Михаил Соколов: Она не едина сейчас. Смотрите, какой конфликт в Следственном комитете происходит.



Владимир Рыжков: Какая разница, едина она или нет. Есть правящая корпорация - это миллион шестьсот тысяч федеральных чиновников. Вот они реально контролируют страну, они реально контролируют и крупнейшие монополии страны. И конечно, они кормятся с этой коррупции, кормятся с этих проверок, кормятся с этих поборов. Поэтому я бы очень хотел, чтобы что-то изменилось.


Просто есть азбучные истины: в авторитарных сырьевых странах коррупцию победить невозможно. Для того, чтобы в авторитарной сырьевой стране победить коррупцию, нужно сделать эту страну демократической, нужно дать права оппозиции, нужно освободить главные средства массовой информации от цензуры, нужно прекратить командовать судами. Много чего надо сделать.



Михаил Соколов: В общем, революцию надо сделать.



Владимир Рыжков: Нет, это не революция - это нормальная реформа демократическая, либеральная, которая позволила бы снизить коррупцию. Мы неоднократно, Михаил, в этом эфире обсуждали элементарную гигиеническую вещь – закон о прозрачности власти, который я внес еще в конце 2004 года. Прошло четыре года, он принят в первом чтении в плохой правительственной редакции и до сих пор не принят окончательно, несмотря на грозные требования Путина. Вот вам пример, как благие пожелания тонут в интересах ведомств. Потому что никто в бюрократии не заинтересован в прозрачности власти, никто не заинтересован в подотчетности. Поэтому скорее всего эти призывы Дмитрия Анатольевича Медведева к защите малых сирых бизнесменов, к снижению коррупции, останутся просто сотрясениями воздуха, как они остаются последние восемь лет.



Михаил Соколов: Я думаю, надо немножко о коррупции поговорить. Давайте на каком-нибудь примере. Вот у нас есть материал из Элисты, из Калмыкии. Там прокуратура возбудила уголовное дело против мэра, которое, кстати, не просто так возбудила, а у него возник конфликт сначала с президентом Калмыкии Илюмжиновым. Рассказывает Валерий Бадмаев.



Валерий Бадмаев: Уголовное дело по части второй статьи 285 УК РФ «Злоупотребление служебными полномочиями» возбуждено против мэра города Элисты Бурулова 13 марта 2008 года. Еще в ноябре 2005 года было объявлен, в декабре того же года проведен открытый конкурс на поставку ГСМ для муниципальных нужд. В конкурсе приняли участие два соискателя - ООО «Баррель» и ООО «Меридиан». Победителем конкурса стал ООО «Баррель», и все муниципальные учреждения Элисты заключили с ним контракт на поставку ГСМ на общую сумму 16 миллионов 979 тысяч рублей. При этом цены были завышены и оказались выше среднерыночных цен. Бюджету Элисты был нанесен ущерб в размере 698 тысяч рублей.


Удалось установить, что учредителем ООО «Меридиан» является ООО «Баррель», при этом учредителем «Баррель» являются отец и жена мэра Элисты Бурулова. Следствие обоснованно пришло к выводу, что в силу родственных связей мэр города способен был оказывать влияние на деятельность обеих фирм и на итоги конкурса. Нет сомнений в том, что Бурулов является афеллированным лицом по отношению к указанным юридическим лицам.


В соответствии со статьей 9 закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности, это является основанием для признания конкурса недействительным. Что касается ООО «Баррель», хочу пояснить, что эта фирма фигурирует в другом уголовном деле, где также речь идет от отвлечении денег из бюджета города Элисты. Кстати, жена Бурулова не только учредитель этого ООО «Баррель», но и его бухгалтер. И поэтому можно смело предполагать, что мэр был заинтересован в победе этой фирмы.


В противном случае он просто обязан был своей властью отменить итоги конкурса и провести новые без участия упомянутых выше фирм. Известно, что в рамках возбужденного уголовного дела были проведены обыски на дому и на работе у Бурулова.



Михаил Соколов: 30 марта суд в Элисте снял мэра Радия Бурулова с должности. Владимир, кажется, надо радоваться - порок наказывается. Интересно, что наказывать стали только после того, как господин Бурулов перед выборами вошел в жесткий конфликт с господином Илюмжиновым, президентом Калмыкии.



Владимир Рыжков: Михаил, при нынешнем президенте страны уходящем и, кстати, при приходящем, потому что он был не последним человеком последние 8 лет, коррупция в стране выросла с 30-40 миллиардов долларов в год до 280-300, то есть примерно в 8-10 раз. Это означает, что вся вертикаль власти от федеральных структур до муниципальных структур превратила свою личную власть, свои должности в средства обогащения. У меня складывается впечатление, что воруют все, сверху донизу.


Я воспоминаю, у меня был один из последних депутатских приемов в Барнауле поздней осенью прошлого года, потрясающая история, может быть когда-нибудь я возьму в руки перо, положу на стол бумагу и опишу в стиле Салтыкова-Щедрина. Приходит ко мне мужик из одного из сельских алтайских районов и говорит: «Вот так и так, я родной брат главы района». «Поздравляю вас». «Я бизнесмен». Я говорю: «Догадываюсь». «Бизнес мой такой: у меня было три бензовоза, и я этими бензовозами из Рубцовки завозил бензин и дизтопливо на местные заправки по муниципальному заказу. А теперь мой брат родной, глава района перестал со мной рассчитываться». И называет по их меркам астрономическую сумму долга. Я говорю: «А чего ж так? Родной брат делал успешный бизнес, завозил бензин, солярку, а сейчас перестал?». «А у него сын подрос, и он зарегистрировал фирму на сына и теперь сын завозит солярку и бензин, а я как более дальний родственник этого замечательного бизнеса лишился».



Михаил Соколов: Дал бы ему какое-то маленькое кормление.



Владимир Рыжков: Михаил, найдите десять отличий, хотя бы два отличия от того, что нам только что рассказал ваш корреспондент по Элисте. Это стандартная совершенно модель. Если глава города, района в России, то он ворует на солярке, на вывозе мусора, на продаже земельных участков и так далее.



Михаил Соколов: А он, знаете, что за назначение или выборы еще долги отдают.



Владимир Рыжков: Совершенно верно. Если это губернатор, то он ворует на лесосеках, на распределении контрактов из областного краевого бюджета. Если это федеральный министр, у нас, например, есть министр связи, известный всему миру, который по судам швейцарским признан совладельцем одной из крупных сетевых компаний в России, он ворует на этом. То есть в принципе авторитарная сырьевая страна, нефтяная как Россия, в отсутствии свободы слова, независимого суда, правосудия, оппозиции, она превращается в такую систему по расхищению нефтегазовых долларов. Поэтому совершенно банальная история. В той же самой Калмыкии перешел дорогу президенту - посадят мэра.



Михаил Соколов: А не перешел бы, все было бы в порядке.



Владимир Рыжков: Не перешел бы, был бы замечательный лидер «Единой России» в своем городе и чудесный патриот.



Михаил Соколов: Давайте о губернаторах. Интересная история в Иркутской области. Там иркутские депутаты за несколько месяцев до выборов в законодательное собрание попросили президента Путина снять за развал работы губернатора, кстати ,заезжего губернатора Александра Тишанна. Об этом мы говорили с аналитиком из Сибири Виталием Камышевым.


Виталий, чего добиваются депутаты иркутского законодательного собрания, собственно, на что они надеются, обращаясь к президенту России?



Виталий Камышев: До письма президенту депутаты несколько раз преодолевали вето губернатора на их решение и при последнем голосовании за преодоление вето проголосовало 34 депутата, а против, то есть за Тишанина всего два. То есть перед нами не просто бунт части депутатского корпуса или политической оппозиции против главы региона, а в полном смысле противостояние регионального парламента депутату-назначенцу.


Я думаю, депутаты добиваются того, чтобы Тишанин был отстранен президентом, хотя это вариант маловероятный. Но предстоят в октябре выборы в законодательное собрание, я думаю, что они добиваются ослабления позиций губернатора.


Ситуация, когда губернатор-назначенец не наладил сотрудничества с местными элитами, да и не хотел наладить, она скорее типическая. Но все-таки не везде элиты ведут себя так дерзко и консолидировано. Против Тишанина объединились и приверженцы бывшего губернатора Говорина во главе со спикером законодательного собрания Виктором Кругловым. Скорее это даже мотор оппозиции Тишанину. Однако, к ним примкнули и злейшие враги бывшего губернатора, в частности, коммунисты. То есть местные элиты здесь выступают сплоченно. И у Тишанина не получилось как-то расколоть эти местные элиты, у него в команде нет ярких представителей местных политических или бизнес-элит.



Михаил Соколов: Это все-таки предвыборный конфликт или для того, чтобы снять Тишанина с должности губернатора, есть некоторая объективная основа, то есть результаты его деятельности в качестве главы Иркутской области?



Виталий Камышев: Об этом говорят депутаты в своем обращении к президенту, что экономические показатели ухудшились. Тишанин в начале своей деятельности заявил о том, что города юга области будут объединены в мегаполис, что будет построен новый современный аэропорт. Сегодня уже ясно, что аэропорт уже точно не будет построен. Против выступили военные и решено создать так называемые «хабы» в Красноярске и в Новосибирске, то есть в Иркутске не нужен большой аэропорт. А идея мегаполиса выродилась в то, что был создан Фонд развития агломерации и теперь он не может отчитаться за те деньги, которые были в него перечислены, там очень большой скандал, инициированный законодательным собранием.


Деятельность его малоудачна. Но возможно, для федерального центра это не имеет большого значения, но будущее ближайшее покажет. Последнее время ознаменовалось скандалами, все-таки даже по федеральным меркам значительными. Например, вице-губернатор Сергей Воронов несколько месяцев находится в СИЗО в Новосибирске, против него возбуждено дело в связи с махинациями деньгами дорожного фонда. Я думаю, что все-таки решение сейчас будет вряд ли центром принято. Вышел указ президента о том, что выборы состоятся 12 октября и скорее всего будут ждать результатов этих выборов.



Михаил Соколов: Я обращусь к Владимиру Рыжкову: может ли региональная элита в условиях такого нынешнего двоецарствия добиться ухода такого губернатора, которого выдвигал господин Якунин из Российских железных дорог?



Владимир Рыжков: Я неплохо, как мне кажется, знаю ситуацию в Иркутской области, я там неоднократно был. Более того, я встречался с депутатским корпусом иркутским законодательным. И могу сказать, что… Причем я встречался, когда уже был назначен новый губернатор. Могу сказать, что на меня угнетающее впечатление произвел город Иркутск в своем нынешнем состоянии. Ужаснейший аэропорт, когда самолет подъезжает к какому-то покосившемуся бетонному забору.



Михаил Соколов: Там просто катастрофное состояние.



Владимир Рыжков: Я знаю, что там была катастрофа и это ужасное совершенно впечатление. Город производит ужасное впечатление. Мне это как сибиряку особенно больно, потому что Иркутск всегда для сибиряков был идеалом определенным с точки зрения культуры, архитектуры, истории, значимости этого города для нас, для сибиряков. Главное противоречие, которое там есть, - это между невероятным богатством экономики региона. А я хочу напомнить, что Иркутская область - это и Ангарский нефтеперерабатывающий завод. Иркутская область - это один из крупнейших в мире регионов по добыче леса. Иркутская область - это Братская ГЭС. Иркутская область - это гигантские алюминиевые предприятия. Иркутская область - это гигантская энергетика, Ангара перегорожена плотинами и там производится огромный объем электроэнергии.


Все это уходит в Москву, потому что все, на что мне жаловались депутаты и люди, когда я был Иркутске: что же такое, мы плавим алюминий, производим электричество, у нас вырубается тайга, у нас гигантский железнодорожный узел. Кстати, Тишанин представитель железных дорог. То есть на самом деле Иркутск - это Рур, сибирский Рур, Рурская область, Дюссельдорф по промышленному потенциалу.



Михаил Соколов: И Байкал еще рядом.



Владимир Рыжков: Байкал рядом, туризм и при этом город лежит в руинах, он разрушается на глазах, при этом нищая область, у них бюджетная обеспеченность одна из худших в стране. Это результат слабого регионального руководства, потому что любой нормальный губернатор должен сражаться в Москве, должен сражаться с федеральным правительством, сражаться с президентской администрацией и требовать отчислений налоговых.



Михаил Соколов: То есть и в этих условиях можно бороться?



Конечно, можно. Но у нас, посмотрите, сравните бюджетную обеспеченность Татарстана и сравните бюджетную обеспеченность Иркутской области.



Михаил Соколов: Есть Хабаровск, где губернатор воюет за свои интересы, но и за чужие.



Владимир Рыжков: Я просто предлагаю сравнить регионы со сходным промышленным потенциалом. Сравните бюджетную обеспеченность Иркутской области с Якутией, например, или сравните с Хабаровском или сравните с Башкирией и Татарстаном, вы увидит, что при сходном экономическом промышленном потенциале Иркутская область нищая, она обобрана до нитки.


Я, кстати, могу еще один такой регион привести – это Астраханская область, где при богатейших предприятиях ЛУКОЙЛ, «Астрахань Газпром» и так далее, абсолютная нищета. Я там был, просто мы участвовали в выборах, я был потрясен, до какого развала доведена эта потенциально богатейшая область.


Поэтому, мне кажется, за бунтом иркутских депутатов стоит объективная основа. Слабое руководство, плохо защищающее интересы региона. И мне кажется, что центр должен прислушаться к позиции депутатов и учесть эту озабоченность и заменить руководство. И в этом смысле ваш вопрос главный, могут ли они добиться, я считаю, что да. Если весь законодательный орган бунтует, центру, по крайней мере, надо задаться вопросом, что там происходит, в чем проблема. Не может просто так на пустом месте законодательный орган бунтовать против губернатора, значит действительно проблемы обострились до предела.



Михаил Соколов: Давайте мы слушателей подключим. Александр из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос.



Слушатель: Здравствуйте. Как бороться с коррупцией при капиталистическом строе? Никак. Все продается и все покупается. А вот при социализме, там хотя и бывает воровство, но чисто технически воровства этого меньше, потому что воровать предприятиями, полями или отраслями там невозможно.



Михаил Соколов: Понятно.



Владимир Рыжков: Я согласен, кстати, действительно при социализме коррупции меньше, но там и хуже экономические результаты, и общий уровень жизни гораздо ниже. Капитализм обеспечивает более высокий уровень жизни. Возможно ли бороться при капитализме с коррупцией? Безусловно, возможно. Самые не коррумпированные в мире - это капиталистические страны, хочу заметить, это такие страны как та же Эстония, кстати говоря, в основном скандинавские. Интересно, что скандинавские страны, они являются по всем независимым оценкам самыми не коррумпированными.



Михаил Соколов: Хотя уровень коррупции в странах юга Европы сильно снизился за последние годы - это везде известно.



Владимир Рыжков: Есть общие гигиенические правила, как снижать коррупцию. Это доступ к информации о действиях власти, каждое решение чиновников вывешивается на сайте и доступно гражданам, свобода прессы, сильная оппозиция, независимые суды. Я говорю банальности, но при капитализме, когда деньги играют решающую роль, единственный способ борьбы с коррупцией - это конкурентная политическая система, свобода слова, независимые суды и прозрачность действий чиновников. У нас ни одного из этих условий нет, а нефтяных денег очень много. Неудивительно, что в 10 раз выросла коррупция.



Михаил Соколов: Давайте еще одну маленькую темку, как специалисту по парламентаризму, о том, какой закон сейчас депутаты думы продвигают и как самарская дума принимает соответствующие документы.



Сергей Хазов : Самарский областной парламент опередил федеральное законодательство, приняв 26 марта поправки в Устав Самарской области, по которым губернатор может совмещать несколько начальственных постов. В течение ближайшей недели Владимир Путин должен подписать закон, который позволяет президенту наделять губернаторов полномочиями федеральных госслужащих. В Совете федерации считают, что этот документ позволит передавать в подчинение губернаторов представительства федеральных министерств и ведомств в регионах. Эксперты считают, что закон замкнет губернаторов не только на президента, но и на премьера, которым после инаугурации господина Медведева станет Владимир Путин. В Самаре такими полномочиями губернатора уже наделили. «Необычная поправка в Устав Самарской области вызвана изменением федерального законодательства и является обычной формальностью», - пояснил на заседании парламента руководитель управления законодательных инициатив главного правового управления аппарата областного правительства Владимир Моргунов.


Уже после заседания Думы депутаты, общаясь с представителями СМИ, говорили, что не до конца понимают суть принятых изменений. Спикер областного парламента Виктор Сазонов сказал, что сейчас Федеральный закон, в соответствие с которым приводился Устав, вызывает у депутатов не меньше вопросов, чем у журналистов. «Нам надо самим разобраться, что имеется в виду и в каких форматах это может быть реализовано, - признался он. - Я не могу представить, чтобы губернатор того или иного субъекта Российской Федерации одновременно мог бы быть еще и губернатором какого-то другого субъекта Российской Федерации или исполнял какие-то еще полномочия по другим областям». Господин Сазонов предположил, что, возможно, впоследствии Госдума внесет в закон новые поправки и тем самым даст разъяснения по реализации закона. Узнать мнение самарского губернатора Владимира Артякова по поводу поправок журналистам не удалось. Его не было в Самаре и на заседании областного парламента. В правительстве Самарской области опасаются, что принятие изменений в Устав может вызвать новую волну разговоров о возможном скором переходе главы области на работу в другой регион. Сам губернатор в начале марта заявил, что не собирается в отставку.



Председатель думского комитета по законодательству Юрий Шевцов считает, что принятие закона оправдано, если губернатор получит возможность быть членом Совета Федерации от другого региона. В этом случае, по его мнению, для Самарской области «польза будет очень большая». А о механизмах реализации закона господин Шевцов пообещал расспросить депутатов Госдумы, принимавших Федеральный закон, из-за которого и возникла необходимость внесения поправок в Устав Самарской области.




Михаил Соколов: Вопрос Владимиру Рыжкову: такое впечатление, что законы принимаются в бессознательном состоянии депутатами. Вы понимаете, что происходит?



Владимир Рыжков: Да, я понимаю. Я хочу сказать, что этот закон абсолютно абсурдный. Представьте себе, если губернатор одновременно будет наделен полномочиями главного санветврача Саратовской области и будет лечить коров, и одновременно будет объявлен главным пожарником и будет тушить пожары в слободах подведомственной ему губернии. Это противоречит конституции, потому что конституция разделяет уровни власти. Есть муниципальный уровень власти, региональный уровень власти и есть федеральный уровень власти. Невозможно по конституции наделять главу исполнительной власти субъекта федерации федеральными полномочиями. Это абсурд. Но наш Конституционный суд начинает переезжать в Петербург, ему, видимо, будет не до этого.



Михаил Соколов: Я думаю, надо к тем темам, которые мы затронули, подключить к разговору еще слушателей. Вот из Москвы звонок. Моисей Соломонович, пожалуйста, ваш вопрос Владимиру Рыжкову.



Слушатель: Добрый вечер. Владимир Рыжков, я родился в Советском Союзе, вырос в Советском Союзе, учился в Советском Союзе, поэтому у меня менталитет советского человека. Но тем не менее, коль у нас сейчас капитализм, я хотел бы задать вопрос в связи с вашим выступлением, вы сказали, что Иркутская область, еще ряд областей перечислили и сравнили с Татарстаном, Башкирией и прочее. То есть те средства, которые идут на развитие этих республик, отбираются, можно сказать, или не отбираются, берутся в центр. Так вот я задам вопрос такой: не заложено в конституционном устройстве все, республика живет, как бы сказать, по законам своим, а область живет по уставу.



Михаил Соколов: Понятно. Кстати говоря, вообще хороший вопрос о сути федерализма.



Владимир Рыжков: Отличный вопрос, Михаил. Я Моисею Соломоновичу благодарен. Могу подсказать Радио Свобода, мне кажется, эта тема многих людей интересует, особенно в провинции. Есть Наталья Зубаревич, очень хороший эксперт, она буквально недавно, мы делали с ней семинар Школы публичной политики в Барнауле, и как раз она делала доклад на ту тему, о которой спрашивает Моисей Соломонович. И выясняется интересная вещь: никакой связи, Моисей Соломонович, между изъятиями денег из регионов и их статусом нет. То есть республики, которые грабят, есть так называемые русские регионы, которые живут неплохо. Самый классический пример, будете смеяться, Санкт-Петербург. Вот уж у кого ничего не изымают.



Михаил Соколов: И несут, и несут.



Более того, в Санкт-Петербург насильственно загоняют на регистрацию банки, например, БТБ. Сейчас там «кукурузу» хотят построить, не помню, сколько метров - двести или триста.



Михаил Соколов: Триста.



Владимир Рыжков: Газпром, чтобы его там оставлять. Ведь Санкт-Петербург обычный российский регион, никакая не республика. Просто так свезло счастливым образом, что все руководство страны приехало из Петербурга, вот им и помогают. А Шаймиев, Рахимов просто умеют договариваться с федеральным центром.



Михаил Соколов: Хуже стало.



Владимир Рыжков: Тишанин, видимо, побаивается спорить в Иркутске и Жилкин в Астрахани. Сидя на нефти и газе, осетре и прочих арбузах. Я просто, когда был в Астраханской области, когда участвовали в выборах, у меня такое чувство, что там немцы только что ушли, хотя во время войны туда не дошли, там просто разруха полная. То есть это на самом деле, как показала Наталья Зубаревич в своем анализе, профессор, нет никакой связи между статусом региона и бюджетными отношениями - это чисто произвольные политические решения.



Михаил Соколов: Зато с состоянием федерализма, наверное, это все связано.



Владимир Рыжков: Кому-то дают, а у кого-то забирают. Никакой логики найти невозможно, чисто произвольное политизированное решение.



Михаил Соколов: Ну что ж, давайте еще один регион посмотрим, нравится он мне, всегда с удовольствием туда езжу, хотя лететь далеко, всегда там политические весело, тем более, Владивосток, столица Приморского края, там должны пройти выборы мэра. Материал Марины Лободы.



Марина Лобода: Досрочные выборы мэра Владивостока городская дума назначила на 18 мая в связи с тем, что бывший градоначальник Владимир Николаев освободил пост. Суд признал его виновным в превышении и злоупотреблениями полномочиями. Господин Николаев был приговорен к четырем с половиной годам лишения свободы условно без права занимать руководящие должности в течение последующих трех лет.


Предвыборная кампания официально стартовала в конце февраля. На сегодняшний день о своих намерениях участвовать в выборах мэра в избирательную комиссию Владивостока сообщили уже 16 человек. В основном это люди малоизвестные. Главные кандидаты должны появиться на этой неделе. Срок подачи заявлений в комиссию завершается 7 апреля.


Со своим кандидатом на пост мэра Владивостока определилась «Единая Россия». В свое время местный политсовет представил на согласование в генеральный совет партии кандидатуру регионального лидера-единоросса, человека команды губернатора края Сергея Дарькина Петра Савчука. Однако Москва этого кандидата не согласовала. Приморским единороссам рекомендовано поддержать Игоря Пушкарева, члена Совета федерации от Приморского края, мало зависимого от губернатора. И скорее всего именно за него проголосуют делегаты партконференции, она назначена на 3 апреля.


Уже сейчас все улицы Владивостока увешены баннерами и рекламой. Игорь Пушкарев подается народу не как член «Единой России», а как человек Кремля.


Неожиданное решение принято на бюро регионального отделения «Справедливой России». Эсеры отказываются от выдвижения своего кандидата на пост мэра и намерены поддержать выдвиженца партии власти Игоря Пушкарева. Как сообщили источники, пожелавшие сохранить анонимность, соответствующее распоряжение поступило из Москвы от лидера партии Сергея Миронова. Приказ Миронова чреват большим скандалом, поскольку еще неделю назад городские эсеры провели конференцию и выдвинули своего кандидата в мэры. Это депутат городской думы бизнесмен Юрий Привалов. И судя по их настрою, от участия в выборах отказываться не собираются. Говорит депутат думы Владивостока, член «Справедливой России» Николай Марковцев.



Николай Марковцев: То, что партия «Справедливая Россия» поддерживает постоянно кандидатов «Единой России» - это говорит о том, что нет такой партии. Потому что все действия всегда направлены только на поддержку правящей партии. Зачем создавали эту партию - теперь всем понятно. Зачем я вступил в эту партию - мне непонятно.


Решение о выдвижении кандидатов должна принимать краевая конференция, они просто побоялись ее проводить. Поэтому мы все кандидаты свободны в своих действиях от «Единой России», и Привалов, и я будем выдвигаться самостоятельно по залогу.


Ситуация, конечно, очень интересная. Насколько я знаю, по основным кандидатам началась серьезная работа. Скажем, по Турману копает прокуратура, где за что можно зацепить, чтобы его придавать и он снял свою кандидатуру, потому что один из реально известных в городе кандидатов, в отличие от кандидата «Единой России». Турмана выдвинули коммунисты. По Черепкову, я думаю, они поступят точно так же, как Копылов побеждал в свое время. Всех реальных кандидатов они заставят сняться или поснимают, а Черепкова, как они говорят, победим красиво. То есть сфабрикуем, потому что честным путем Черепкова сегодня во Владивостоке победить невозможно.



Марина Лобода: А Виктор Черепков сегодня заявил в горизбирком о своем намерении участвовать в выборах мэра Владивостока. По замерам социологов, у политика самый высокий рейтинг в городе - 30%, хотя кампанию Черепков еще и не начинал. Не намерен отказываться от своих амбиций и условно осужденный бывший градоначальник Владимир Николаев. Предполагается, что от Владимира Николаева кандидатами в мэры Владивостока пойдет сестра Виктория, депутат краевого законодательного собрания и ныне исполняющий обязанности мэра Владивостока Игорь Ковалев, бывший директор парикмахерской и массажист. Прокуратура Владивостока в судебном порядке оспорила право Игоря Ковалева исполнять обязанности градоначальника в виду его непрофильного образования (институт физкультуры) и отсутствия опыта работы на муниципальной, либо государственной службе. Сегодня Ленинский суд должен был рассмотреть это дело. Но суд как раз не рассматривал это дело, потому что исполняющий обязанности мэра Игорь Ковалев видимо, под давлением прокуратуры решил уйти с должности, зато заявил о своем участии в выборах.


Наблюдатели полагают, это только начало. Скорее всего, через суд будут сняты с выборов и другие основные соперники кандидата от «партии власти». Первой жертвой может стать фаворит избирателей бывший депутат Госдумы России Виктор Черепков, а также популярные во Владивостоке городе политики: Николай Марковцев, и редактор газеты Мария Соловьенко (смутившая на пресс-конференции президента Путина вопросом о коррупции в Приморском крае). Их шансы дойти до финиша предвыборной гонки аналитики расценивают как ничтожные.


О том, что кампания будет предельно жесткой, говорит и число появившихся «двойников» известных политиков. Уже наготове пара клонов Виктора Черепкова, два Пушкарева (помимо главного) и одна Николаева. Так что пока среди официально заявленных в кандидатов на пост мэра Владивостока больше двойников, чем настоящих участников выборов.


Михаил Соколов: Вот такие веселые выборы во Владивостоке. Владимир Александрович, как вы это объясняете?



Владимир Рыжков: Я слежу, как и вы, Михаил, много лет за ситуацией во Владивостоке и в Приморском крае. Ну несчастный регион. Кстати, хочу напомнить…



Михаил Соколов: Столица саммита азиатско-тихоокеанских стран. Грандиозные деньги вкладываются.



Владимир Рыжков: Да не то слово. На острове Русский.



Михаил Соколов: Мост будут строить.



Владимир Рыжков: Воистину русский регион со всеми крайностями. Я хочу напомнить тем, кто забыл, что кто был назначен первым губернатором по новой системе, когда отменили выборы? Я хочу напомнить, никто иной, как Сергей Дарькин, при всей неоднозначности его репутации, при всей репутации региона как криминализированного, региона, где постоянные криминальные разборки и так далее. Вот сегодня федеральный центр пожинает плоды собственной дурости, которая тогда была проявлена. В этой связи, конечно, шансы у кандидата от «Единой России» минимальные, на мой взгляд.



Михаил Соколов: На честных выборах.



Владимир Рыжков: На честных выборах. И неслучайно он прячется, что это от «Единой России», и неслучайно хочет представить себя как кандидат Кремля, пытаясь опереться на все еще раздутые рейтинги Путина и Медведева, другого выхода нет. И я уверен, что если они не поснимают, как у них принято, или, не дай бог, не поубивают, как у них тоже принято, кандидатов от «Справедливой России», кандидатов независимых, таких как Виктор Черепков, нет у них шансов выиграть во Владивостоке по той же причине, что и в Иркутске. В городе полный развал, криминал делает все, что хочет, безнадежная совершенно ситуация. Люди просто в знак протеста вынесут кандидата от власти с этих выборов, просто вынесут.


Кстати, вот интересная тенденция, Михаил, я наблюдаю в последнее время, что все чаще кандидаты от правящей партии «Единая Россия» начинают проигрывать выборы. Вот только что у нас в Алтайском крае, это третий город региона, город Рубцовск, в котором, кстати, я родился, кандидат «Единой России» проиграл и выиграл независимый кандидат, он стал мэром города. Это все чаще случается в России. Поэтому я со своей стороны просто восхищаюсь теми людьми, которые несмотря на огромное давление, на проверки прокуратуры, на уголовные дела, один из кандидатов выступал «Справедливой России», несмотря на жесткие команды своей партии из Москвы, идут на эти выборы и правильно делают, потому что иначе ситуацию в городе к лучшему просто изменить не удастся.



Михаил Соколов: Давайте еще одну тему прошедшей недели - это ситуация с партией «Яблоко», которая испытывает очень серьезное давление и пытается как-то приспособиться к ситуации. В Пензе был арестован лидер регионального «Яблока» Олег Кочкин, и об этом рассказывает Наталья Котова.



Наталья Котова: 26 марта это года Ленинский районный суд Пензы заключил под стражу на время проведения следствия издателя еженедельника «Любимая газета», председателя пензенского регионального отделения партии «Яблока» Олега Кочкина. Судья постановил, что Кочкин, оставаясь на свободе, может оказать давление на свидетелей и воспрепятствовать установлению истины. Рассказывает адвокат Олега Кочкина и еженедельника «Любимая газета» Сергей Череповский, уже подготовивший обжалование постановления, потому что судья Симонов не указал конкретных сроков заключения под стражу обвиняемого.



Сергей Черепковский: Кочкин Олег Валерьевич лишен квалифицированной защиты в полном объеме.



Наталья Котова: Согласно постановлению прокуратуры, Олег Кочкин обвиняется в том, что якобы из корыстных побуждений потребовал от начальника управления внутренней политики Пензенской области Евгения Гусейнова квартиру стоимостью 4 миллиона 200 тысяч рублей в живописном городском районе Ахуны или деньги. В случае отказа Кочкин будто бы пообещал чиновнику с завидной регулярностью публиковать в своей газете компромат на губернатора Василия Бочкарева и его окружение, что в итоге могло бы вообще привести к его отставке.


24 марта, как следует из постановления, Олег Кочкин был задержан сотрудниками управления федеральной службы безопасности Пензенской области недалеко от кинотеатра «Современник» в автомобиле «Нисан» в момент получения от Евгения Гусейнова аванса в размере два миллиона рублей. Адвокат Сергей Череповский обвинения в вымогательстве отвергает.


Сергей Череповский: По делу обвинения мы не признаем. Имелись гражданско-правовые отношения, подлежащие судопроизводству в арбитражном суде, в частности, о порядке датирования из бюджета Пензенской области деятельности региональных СМИ. Часть платежей уже прошло. Почему это произошло? Скажем так, мы подготовили отдельно пресс-релиз и документацию выставим общественности, в том числе на открывшийся сайт. Принципиальным по делу является то, что мы должны здесь и сейчас получить заверенную копию, в том числе в нескольких экземплярах с видео- аудиозаписью о событиях задержания. Мы подозреваем, что скорее всего там были вырваны из контекста какие-то кадры, и доказательство, не исключено, что смонтировано.


В то время, когда лидер пензенского «Яблока» и издатель популярного еженедельника находился в следственном изоляторе, силовики провели обыск в пензенской редакции газеты и в офисе издательства в Кузнецке Пензенской области, где изъяли один сервер.


Инструктор Пензенского «Яблока» Ольга Сорокина считает происшедшее провокацией. Кочкин был на прицеле за критику властей, за то, что как депутат не голосовал за назначение Василия Бочкарева на второй губернаторский срок.



Автор обвинений в вымогательстве Евгений Гусейнов хранят молчание и с прессой пока не общается.Губернатор Василий Бочкарев на пресс-конференции еще в декабре заявлял, что « : "Кочкин не такой честный и принципиальный, как он себя представляет, он во время недавней выборной кампании смолотил с людей $130-140 тысяч, чтобы на "Единую Россию" не печатать грязь".



Пензенские сторонники партии Яблоко уверены в своем лидере, много лет открыто критиковавшем Василия Бочкарева, и намерены отстоять его невиновность в суде.



Михаил Соколов: Это одна история. И вторая история, есть еще уголовные дела, кроме Максима Резинка в Петербурге, лидера регионального «Яблока», была попытка задержать Ивана Большакова в Москве из молодежного «Яблока», и есть дело в Карелии против Василия Попова - об этом Сергей Коробов.



Сергей Коробов: Обвинения по двум уголовным статьям были предъявлены председателю петрозаводского совета Василию Попову в начале февраля. Письмо депутатов Петросовета к президенту страны с просьбой об отзыве главы Карелии Сергея Катанандова со своего поста в связи с разгулом в республике коррупции привело к обвинению Попова в клевете. А другая крайне запутанная история, якобы имевшая место во время выборной кампании в парламент Карелии, квалифицируется как вымогательство. И у одного, и у другого дела, по мнению наблюдателей, очень слабая доказательная база. Не потому ли затягивается, казалось бы, уже возможная передача дела лидера оппозиции в суд. Так даже еще не началось ознакомление обвиняемого с материалами уголовного дела. Ситуацию комментирует Василий Попов.



Василий Попов: То, что уголовный процесс в любом случае, особенно когда речь пойдет о клевете, о якобы клевете на главу республики, однозначно будет подрывать авторитет власти. Потому что будут приходить десятки свидетелей и рассказывать про то, что явилось основанием для обращения депутатов. Поэтому, я думаю, в этой ситуации вынужденного тупика находятся все - инициаторы процесса и правоохранительные органы тоже



Сергей Коробов: Несмотря на то, что председатель петрозаводского горсовета считает, что обвинения против него полностью сфабрикованы, он вполне допускает, что суд может завершиться для него наказанием в виде лишения свободы.



Василий Попов: Действия мои и некоторых моих политических союзников лишают людей, находящихся у власти, миллионов долларов. И естественно, в этой ситуации мы становимся гораздо более опасными. Мне кажется, что это дело является скандальным со всем сторон. Громко скажу: развитию демократии в целом, конечно, такой судебный процесс бы не помешал, потому что он будет громким и покажет суть нашего режима, какой он существует на настоящий момент.


И дальше по этому делу нужно будет властям самого высокого уровня, в том числе администрации президента, потому что у нас это единственная власть в нашей стране, понятно, что не дума, понятно, что не правительство, принимать какие-то решения, в какую сторону должна двигаться Россия - в сторону репрессивного государства и совокупности удельных князей и царьков-губернаторов, либо в сторону демократического государства, где суд стоит на страже интересов общества, а не отдельных личностей, которые находятся у власти.



Михаил Соколов: Я обращусь к Владимиру Рыжкову. Знаете, политолог Алексей Макаркин уверен, что сейчас идет процесс такой переформатирования оппозиции, а власть пытается изменить характер партии «Яблоко». Что вы думаете об этом? В том числе с помощью репрессий.



Владимир Рыжков: Я бы разделил два вопроса. Во-первых, я не считаю, что идет кампания по преследованию именно только «Яблока». Потому что наша сегодняшняя программа на конкретных примерах показала, что скорее имеет место процесс гонений на любые альтернативы. Посмотрите: возбуждаются уголовные дела против мэров, преследуется, у нас есть случаи и мы знаем эти случаи, преследования представителей «Справедливой России», в том числе в уголовном порядке, коммунистов. В целом режимы в регионах становятся более авторитарными и там просто давят всех, давят главных редакторов, который может оказаться и «яблочником».


Василий Попов, и мы это прекрасно знаем – это не столько может быть лидер «Яблока», сколько лидер оппозиции. Он претендовал на пост мэра Петрозаводска, он претендовал на президента республики. То есть его давят не как «яблочника» в данном случае, его давят как представителя оппозицию. Поэтому нельзя сводить все к «Яблоку».


Второе, что касается «Яблока», то действительно, на мой взгляд, происходит очень странная история. Те живые люди, которые остаются в «Яблоке» в регионах и занимают самостоятельную позицию, подвергаются все более жестоким преследованиям в рамках общего процесса преследования инакомыслия в стране. В то время как федеральное руководство «Яблока» занимает все более примирительную позицию в отношении к федеральной власти и призывает к диалогу с ней. Вот это у меня вызывает определенные…



Михаил Соколов: Чтобы у нас была объективная картина, мы послушаем интервью, которое дал зампред «Яблока» Сергей Иваненко после федерального бюро, которое прошло в конце прошлой недели.


Какие решения приняло бюро и прежде всего по вопросу о взаимодействию с другими демократическими организациями, которые собираются в Петербурге на конференцию?



Сергей Иваненко: Заседание бюро в прошлую пятницу было очередным. Решения там были приняты по вопросам техническим. А если говорить о политических вопросах, то решений как таковых принято не было. Основное время мы посвятили политической дискуссии.


Разговор получился содержательный, но специальных решений никаких не принималось. Тем более, что касается таких организаций, как «Другая Россия» и им подобных, то все решения уже принимались и они все действуют и никакой необходимости принимать что-то новое мы не видим. И съезд рассматривал этот вопрос, и федеральный совет, и бюро. То есть решений у нас хватает.


Суть этих решений состоит в том, что «Яблоко» не принимает участия в такой лево-правой коалиции с националистическим уклоном, в которую сегодня превратилась «Другая Россия» и не участвовать ни в каких организационных мероприятиях этой структуры.



Михаил Соколов: А вы не видите никаких изменений? Будет участвовать СПС, будет участвовать Немцов и часть представителей «Яблока» тоже хотело бы, я так понимаю, посмотреть за этой дискуссией.



Сергей Иваненко: Я не вижу никаких изменений, те же самые лица с той же самой риторикой. Здесь нет никакой необходимости пересматривать решения.



Михаил Соколов: А как все-таки трактовать эти решения? Члены партии «Яблоко» не могут участвовать в петербургской конференции или они могут участвовать, но не могут участвовать в создании неких надпартийных, околопартийных структур?



Сергей Иваненко: Пункт первый: нам не по пути с такого рода политиками, у которых отсутствует политика и она сводится к крику «долой». Пункт второй: те члены партии, которые абсолютно свободны принимать участие и ходить там, где они хотят, но участвуя в организационных мероприятиях этой структуры, они наносят политический ущерб партии. Тем более, что это сопряжено с тем, что средства массовой информации очень активно используют эту карту. И поэтому политический ущерб наносится. Это еще ничего не означает, но просто в уставе есть норма, что за нанесение политического ущерба член партии может быть исключен из партии. Вот, собственно, все.



Михаил Соколов: Вы будете исключать, если, скажем, господин Резник или господин Амосов или еще какие-то ваши представители будут участвовать в этой конференции?



Сергей Иваненко: Мы исходим из того, что решения приняты, а дальше будем смотреть, как это все происходило и как это выглядело. У нас были уже такие сюжеты похожие, мы посчитали возможным ограничиться, что называется, разговором и, кроме того, люди свою позицию модифицировали.


А были противоположные сюжеты, когда мы в конце концов просто исключали человека, как это было с Навальным за участие в такой организации как «Народ». Хотя тоже его пример был сильно и активно использован некоторыми нашими «доброжелателями» для того, чтобы дискредитировать партию. Партия живой организм, у нас более 60 тысяч человек, бывают разные случаи.



Михаил Соколов: А как вы прокомментируете события в Пензе, где арестован ваш лидер регионального отделения Олег Кочкин и попытки его задержания господина Большакова в Москве?



Сергей Иваненко: Мне кажется, что участившиеся случаи, цепочка, которая наблюдалась в последнее время, напрямую связана, как ни парадоксально, с борьбой вверху власти, с борьбой довольно крупных, очень сильных влиятельных группировок в Кремле. Не секрет, что у одной из этих группировок есть желание немножко ослабить режим, по-разному говорят – либерализация, оттепель. Но суть дела сводится к тому, что чуть-чуть отвинтить гайки.


В рамках этого направления состоялась, в частности, встреча президента Путина с Григорием Явлинским, ряд других встреч, контактов, заявлений.


Моя версия такая, что вторая группировка очень сильно испугалась такого усиления либерально-демократической оппозиции, которая сегодня существует в организационном смысле в единственном экземпляре – это «Яблоко». Вот эта демонстрация, демонстрация силы, которая наблюдается как раз после знаменитой встречи, является показателем того, что вторая группировка хочет продемонстрировать первой, чтобы она не увлекалась очень сильно.



Михаил Соколов: А после этой встречи, после того как Максима Резинка выпустили из тюрьмы, вы готовы пойти навстречу власти, активизировать, скажем, свое сотрудничество с ней?



Сергей Иваненко: Я не совсем понимаю, что такое активизировать или пассивизировать сотрудничество. Но с властью у нас отношения всегда были ясные и прозрачные с момента создания «Яблока». «Яблоко» проводит свою линию и эта линия неизменна. За это нас, кстати, и ругали, что она неизменна за последние 15 лет. А власть колеблется, власть то подходит к «Яблоку», то отходит. Не мы колеблемся с генеральной линией, а генеральная линия туда-сюда мечется. А «Яблоко» никогда не было маргинальной оппозицией и не будет. Есть люди, которые хотят заниматься борьбой с режимом, пожалуйста, мы не возражаем, пусть занимаются без нас и нас не трогают. Потому что у меня сложилось впечатление, что вместо борьбы с режимом эта оппозиция последние четыре года только и борется что с «Яблоком».



Михаил Соколов: Владимир Александрович, вы поняли линию «Яблока» сейчас, руководства?



Владимир Рыжков: Не уверен, что я ее понял. Я только увидел, что практически не осталось отличий между речами Павловского в отношении оппозиции и речами Сергея Иваненко. Тот же набор клише – радикалы, маргиналы, деструктивные силы и так далее. Собственно говоря, этот же арсенал - олигархи.



Михаил Соколов: Там еще говорили - наемники олигархов.



Владимир Рыжков: Наемники олигархов и так далее. Собственно говоря, произошла смычка между кремлевской дефомацией различных оппозиционных сил, то есть почернением и оскорблением, и риторикой «Яблока». Очень жаль. Потому что фактически Сергей Иваненко бьет и по своим, бьет в том числе по ленинградской, питерской организации «Яблоко» и по многим другим. Это первое.


Во-вторых, мне кажется, он достаточно откровенно сказал о том, что они не ставят перед собой задачу борьбы с режимом, он закончил свое интервью этим. Раз они не ставят перед собой задачу борьбы с режимом...



Михаил Соколов: Значит они встраиваются.



Владимир Рыжков: Меня это не удивляет. Потому что я очень хорошо помню первый срок Путина, когда «Яблоко» активно поддерживало реформу Совета федерации, сокращение полномочий регионов, поддерживала новый партийный закон, поддерживала повышение барьера до 7%, то есть очень многие антидемократические меры Путина «Яблоко» поддерживало, видимо, рассчитывая выиграть от этого, как зарегистрированная партия. Вот эта логика сохранения себя как партии, логика встраивания в ту систему, которая существует - это вполне последовательная политика. И Сергей Иваненко прав, в этом смысле они последовательны.


Единственное, как мне кажется, о чем сейчас стоит беспокоиться «Яблоку» – это о репутации партии, потому что выход ряда людей, Даниил Коцюбинский, по-моему, сделал заявление о том, что репутационные издержки такой линии слишком велики, и он выходит из партии, могут оттолкнуть много людей. Но опять-таки это дело «Яблока», я здесь не собираюсь давать оценок, дело партии. Я могу лишь только сказать, что по-прежнему считаю, что в «Яблоке» было, есть огромное количество порядочных бескорыстных, идеологически очень близких мне людей. И я просто желаю «Яблоку» и этим людям найти правильный выход из этой ситуации.



Михаил Соколов: Давайте в завершении вопрос примем от слушателя. Олег из Москвы давно ждет. Пожалуйста, ваш вопрос Владимиру Рыжкову.



Слушатель: Здравствуйте. Я только один вопрос могу задать. Вернемся к иркутской теме. Я помню, что приблизительно год назад, может быть даже при этом же ведущем я задавал вопрос руководителю какому-то из «Единой России» насчет аэропорта, который вы сараем назвали.



Владимир Рыжков: Извините, это правда, если в нем были.



Слушатель: Я многократно там был. И я спросил, что они собираются с ним делать. И меня клятвенно заверили, что аэропорт будет из центра города перенесен. Что-нибудь об этом слышно? Поднимали ли депутаты вопрос о перенесении аэропорта, который просто опасен, в частности, даже и для фирмы, в которой я работаю.



Владимир Рыжков: Вы же слышали выступление иркутских депутатов, что вопрос так и не был решен.



Михаил Соколов: Виталий Камышев отличный аналитик, он в курсе темы.



Владимир Рыжков: На самом деле два аэропорта, оба в центре города. Была ужасная история, когда «Руслан» упал на жилые дома в 90 годы.



Михаил Соколов: Выкатился сейчас лайнер компании «Сибирь».



Владимир Рыжков: Там действительно, меня в свое время поразило, когда я миновал ужасный аэропорт и вышел, я вдруг увидел жилые дома. Фактически действительно самолеты приземляются в городе.



Михаил Соколов: Факт тот, что губернатор этот вопрос решить не смог.


Уже в завершении, мне так кажется, что Владимир преувеличил возможности губернаторов. Во многих случаях невозможно изменить ситуацию, выбить такие гигантские деньги в короткий срок.



Владимир Рыжков: Не согласен в данном случае. Потому что после серии катастроф в Иркутске на уровне президента страны было заявлено, что там неудачное расположение взлетных полос, неудачный заход, роза ветров и нужно срочно строить новый аэропорт. И дело скисло. И в этом смысле, мне кажется, что прямая ответственность региональных властей, что они это дела не добили.



Михаил Соколов: Спасибо.



Материалы по теме

XS
SM
MD
LG