Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российская реакция на возможность присоединения Украины и Грузии к НАТО


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Андрей Шароградский : Через несколько часов в Бухаресте официально откроется саммит Североатлантического союза. Среди главных тем вопрос об отправке дополнительных войск в Афганистан и возможность присоединения Украины и Грузии к программе вступления в Североатлантический союз. И сегодня же министр иностранных дел России Сергей Лавров, выступая в Государственной Думе, заявил, что возможное вступление Грузии в НАТО в корне изменит ситуацию в Абхазии и Южной Осетии. Итак, официальные лица выражают абсолютное неприятие самого обсуждения желания Грузии и Украины вступить в НАТО, а эксперты пытаются понять, почему российская реакция настолько негативна. Над темой работал Данила Гальперович.



Данила Гальперович: В то время как Владимир Путин собирается всего лишь через пару дней лично повидаться с руководством Североатлантического альянса, внутри России нарастает волна публичной критики в отношении НАТО. Прокремлевские молодежные объединения, казалось, уже отправленные в резерв, снова вызываются на передовую. В течение 3 и 4 апреля движения «Наши», «Россия Молодая» и «Молодая гвардия «Единой России» будут митинговать в центре Москвы с лозунгом «Стоп НАТО».


Российский парламент тоже в строю критикующих. Государственная Дума в среду слушала министра иностранных дел Сергея Лаврова, рассказывавшего и о том, как дальше Россия будет срывать признание независимости Косово в мировом масштабе, и о том, как Москва относится к разговорам о присоединении к альянсу Грузии и Украины. По словам Лаврова, с Грузией вообще все очень сложно - там ведь на территории Абхазии и Южной Осетии есть множество российских граждан, а они в НАТО не хотят. Министр сказал, что Россия не будет просто смотреть на происходящее и произнес неясные угрозы.



Сергей Лавров : Для решения любой проблемы, которую сейчас декларируют те же члены НАТО - будь то борьба с терроризмом, борьба с наркотрафиком, с кибертерроризмом, Афганистан, без нас не обойтись. И мы эти свои возможности готовы вкладывать на тех направлениях, где наши коренные интересы России, интересы России совпадают с интересами наших партнеров. Но это отнюдь не означает, что то, что происходит, в частности, с попытками искусственно, абсолютно искусственно, не нужно расширять НАТО, расширение, которое никак не повысить эффективность борьбы с современными и общими для всех угрозами, то, что происходит - это не будет оставлено без ответа. Я вас уверю. Но реагировать мы будем прагматично, а не как маленькие мальчики в школе, которые обиделись на того, кто там их обижает, хлопнули дверью и убежали из класса и стали плакать где-то в уголке. Мы обязаны концентрироваться на наращивании своей экономической мощи, обеспечивать обороноспособность на высшем технологическом уровне, чем сейчас занимаются президент и правительство. И я вас уверяю, что мы готовы к самым различным сценариям развития событий.



Данила Гальперович: То, что говорили депутаты в отношении НАТО, было традиционно резче жестких, но все же хотя бы относительно дипломатичных высказываний министра. Семен Багдасаров из фракции «Справедливая Россия» даже поинтересовался у Сергея Лаврова, не поможет ли Россия в случае расширения НАТО талибам в Афганистане.



Семен Бадасаров : Скажите, пожалуйста, если в Бухаресте будет принято решение о возможности вступления Грузии в НАТО, признаем ли мы независимость Абхазии и Южной Осетии? В случае такого отрицательного результата в Бухаресте, у нас, как известно, существует соглашение с рядом стран НАТО, в первую очередь с Францией и Германией, как я понимаю, об использовании транспортного коридора через территорию России для поставок войск и материальных средств в Центральную Азию для их баз, в первую очередь, в Афганистан. Можно ли будет поставить вопрос о динансировании этих соглашений, учитывая особенно то, что основную нагрузку в Афганистане несут войска США? Можно их поставить в достаточно затруднительное положение.



Данила Гальперович: Здесь уже Сергею Лаврову пришлось объяснять, что наркоугроза из Афганистана для России гораздо актуальнее, чем для Соединенных Штатов. Между тем для всех наблюдателей очевидно, что российская реакция на расширение НАТО еще пять лет назад была гораздо спокойнее. Москва слегка морщилась, но не бушевала по поводу прогнозов о скором движении в сторону НАТО стран бывшего СССР. Стоит заметить, что еще на рижском саммите НАТО 2002 года ветеран американской политики Збигнев Бжезинский предсказывал, что вопрос о вступлении в альянс, скажем, Украины, наверняка встанет в течение ближайших 10 лет. Почему реакция Москвы изменилась, рассказывает заместитель директора Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин.



Дмитрий Тренин : В 2002 году у российского руководства еще были расчеты на то, что и сама Россия может стать членом НАТО, причем стать таким членом на льготных условиях и занять в НАТО позицию, которая уступала бы лишь положения Соединенных Штатов в альянсе. Путин в свое время, как утверждают, непосредственно обращался с таким предложением к руководству НАТО. Сейчас ситуация, действительно, изменилась. Сейчас отношения между Россией и Западом стали более сложными, чем они были в первые месяцы после 11 сентября 2001 года, когда речь шла о новом альянсе антитеррористическом, в котором Россия наряду с американцами, европейцами выступала единым фронтом. Сейчас речь идет о том, что Россия, которая усилилась за последние несколько лет, не может уже спокойно взирать на изменения к худшему, с точки зрения российского руководства, да российского политического класса в целом, на ситуацию на западных границах страны. Так что, и ситуация стала сложнее, и отношения в целом стали хуже, и Россия ощущает себя более сильной.



Данила Гальперович: Дмитрий Тренин считает, что пока Россия не сделала ничего такого, что радикально бы обострило отношения с ней как стремящих в НАТО стран, так и членов альянса.



Дмитрий Тренин : Пока еще, на мой взгляд, Россия не совершила серьезных и непоправимых ошибок в том, как действовать в такой ситуации. Я думаю, что Россия сейчас ведет довольно рискованную публичную дипломатию, которая, с одной стороны, должна разубедить тех, кто на Украине, или в Западной Европе, или в Соединенных Штатах считает, что включение Украины в альянс может быть простым и легким делом, что Россия поморщиться, но, в конце концов, съест. Но, с другой стороны, она же, Россия, стремится сохранить свою привлекательность в качестве партнера для Украины и посылает месседж украинскому обществу, в котором говорит, что если Украина уйдет под зонтик НАТО, то она многое потеряет. Здесь, с одной стороны, Россия показывает кнут, который поднимется и опустится тогда, когда неблагоприятная для нее ситуация для нее станет фактом, а, с другой стороны, она показывает и пряник, которым Украина может продолжать пользоваться, если она останется внеблоковой и нейтральной страной. Но те же самые аргументы, которые Москва использует для острастки, могут быть, конечно, использованы теми, кто выступает за присоединение Украины к альянсу, как доказательство того, что Россия - страна, которая способна и на угрозы, и на реализацию этих угроз в отношении Украины.



Данила Гальперович: Стоит добавить, что Россия пока всерьез надеется на то, что в самом Североатлантическом альянсе по поводу членства Грузии и Украины произойдет более чем серьезный раскол, который Москва будет подогревать совместными с Парижем и Берлином действиями против Вашингтона, как это уже было перед началом войны в Ираке.



XS
SM
MD
LG