Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Материальные аспекты диктатуры Рамзана Кадырова


Ирина Лагунина: На прошлой неделе в интернете появилась запись проезда кортежа Рамзана Кадырова, сделанная камерой мобильного телефона. Человек, пожелавший не называть свое имя, скрупулезно отснял весь караван машин, сопровождавший чеченского лидера в поездке по республике. Оказалось, что кавалькада, летевшая со скоростью около 170 километров в час, состояла из 52 автомобилей, значительная часть которых - дорогостоящие внедорожники. Во главе кортежа находились 9 "Порш-каенн" и 8 Лексусов. Разные БМВ и «Мерседесы» в расчет можно просто не принимать. О том, как передвигается президент Чечни и о ситуации на дорогах республики рассказывает Андрей Бабицкий.



Андрей Бабицкий: На прошлой неделе Рамзан Кадыров на встрече с главой ГИБДД Чечни объявил о необходимости наводить порядок на дорогах республики. Чеченский лидер обвинил сотрудников Государственной инспекции безопасности дорожного движения в том, что они в числе первых нарушают все установленные правила и порядки, способствуя созданию ситуации, которую Кадыров охарактеризовал как беспредел. Перечень мер, которые должны улучшить положение, пока не обнародован, если вообще подготовлен. Но уже можно говорить об одной удивительной находке в сугубо кадыровском стиле. Так дежурство на дорогах будут нести теперь не только автоинспекторы, но священнослужители. На них, видимо, возлагается обязанность возбуждать в нарушителях правил дорожного движения страх божий. Чем объясняется, что Кадыров обратил внимание именно на этот вопрос, спросил я чеченского журналиста Лему Саидова.



Лема Саидов: Рамзан Кадыров практически еженедельно вытаскивает какую-то проблему и демонстрирует жителям республики, что он занимается решением очередной проблемы. В поле зрения Рамзана Кадырова попадают самые разнообразные проблемы, начиная от рождения детей, кончая открытием международного аэропорта, в общем такие огромные проекты. Последний раз он обратил внимание именно на ситуацию на дорогах республики. Это связано с двумя причинами. Дело в том, что после того как российские войска ушли на свои базы, на места постоянной дислокации, чеченцы почувствовали, что этот пресс несколько ослаб, который действовал. И они почувствовали себя немножко вольнее. Это сразу отражается именно на дорогах республики. Можно сказать, что практически каждая семья, которая получила компенсацию за утерянное жилье, прежде всего приобрела автомобили, и на дорогах Чечни стало очень много автотранспорта. Естественно, за руль садятся в основном молодые люди, которые не имеют ни опыта вождения, может быть даже не сдавали на права. И поэтому создалась такая ситуация, когда ежедневно на дорогах республики погибают люди, причем погибают молодые люди. Кадыров говорит о том, что ситуация похожа на военную ситуацию. Он говорит о том, что нельзя позволить, чтобы чеченцев погибало и в мирное время ровно столько, сколько на войне. А с другой стороны, таким образом Кадыров завоевывает себе очередные политические дивиденды, потому что он хотя и молодой, но как отец нации заботится не только о том, чтобы обеспечить себя властью, но и о людях, о здоровье людей, чтобы республика процветала и так далее.



Андрей Бабицкий: Но не только чеченские лихачи становятся причиной дорожно-транспортных происшествий. Источником аварий остается наличие в республике войск Министерства обороны, тяжелая техника, бронемашины и военные грузовики передвигаются не только в сельской и горной местности, но и в городах республики.



Лема Саидов: Дело в том, что российские части находятся не только в горной части, в Веденском районе, Ножай-Юртовском и так далее, они находятся в городе Грозном, прямо в центре Грозного. Естественно, они передвигаются на своих боевых машинах, и это приводит к частым инцидентам с мирным населением. Как заявляют чеченские власти, большинство тяжких дорожных происшествий случались именно при участии военных. Только с начала этого года на дорогах республики погибло, как минимум, шесть человек по вине российских военных, хотя в прошлом году такой инцидент с трагическим исходом был только один. Возможно, инциденты с участием военнослужащих чеченской национальности не учитываются, поскольку тут действуют адаты, разборки идут между семьями. Но тем не менее, хорошо известно, что именно чеченские военные, которые состоят в этих батальонах «Север», «Запад», «Юг», «Восток», они совершают огромное количество правонарушений. С их участием совершаются инциденты, которые иногда заканчиваются стрельбой. Это проблема там существует.



Андрей Бабицкий: Чеченский журналист Лема Саидов считает, что существует противоречие между желанием Кадырова навести порядок на дорогах и тем, как он сам перемещается по республике.



Лема Саидов: Все в республике видят, как сам Рамзан Кадыров передвигается по дорогам Чечни. Это длинные кортежи, причем они мчатся на огромной скорости, перекрываются дороги. Такого никогда в Чечне не было. Поэтому это новшество противоречит не только установкам, к которым призывает Кадыров, но и вообще чеченским традициям и обычаям, чего не было никогда в советские времена. Например, партийные босы Чечено-Ингушетии передвигались по территории республики без особой помпы на «Волге», «Волгу» сопровождала максимум одна машина и машина сопровождения Госавтоинспекции. Насколько мне известно, первым, кто обзавелся таким кортежем, был Джохар Дудаев. Правда, он тоже ездил сначала на «девятке», потом «Волге». Где-то через год, через два, когда обзавелся настоящим окружением, тогда только появились вот эти люди, которые служат фоном, выполняют мелкие задачи - освободить дорогу, открыть дверь. Следующий президент, который встал на место Дудаева, Зелимхан Яндарбиев вообще, кажется, имел одну машину и никто особо и не видел, как он передвигается. К тому же сразу после войны он попал в дорожную аварию, был прикован к постели и все время вплоть до президентских выборов пролежал в постели. Что касается Масхадова, Масхадов очень быстро потерял возможность передвигаться по территории Чечни, поскольку запад, юго-запад для него был закрыт, там были ваххабиты, такие пестрые банды, которые не пускали на свою территорию. Ареал его обитания ограничивался Президентским дворцом в центре Грозного и Старопромысловским районом, где он в последнее время проживал со своей семьей. Насколько я помню, Ахмат Кадыров, конечно, имел сопровождение, но передвигался скрытно, потому что время было тревожное.



Андрей Бабицкий: Чеченский журналист Мансур Муратов из Грозного в статье на сайте Couscous time.com , посвященной выездам Кадырова, пишет: «Никто из прежних руководителей Чечни позволить себе этого не мог и не только по экономическим соображениям. Потому что понимали: пренебрежение горским этикетом гибельно сказывается на репутации любого руководителя. Беззастенчивая демонстрация власти, избыточного богатства, полученного зачастую неправедным путем, всегда осуждалась горцами, которые превыше ценностей ставили скромность и честь, понимаемую в том числе и как честность». Председатель Союза автомобилистов России Дмитрий Ольшанский считает, что просто поменялись времена и теперь снято ограничение на использование автотранспорта различных марок госчиновниками. Ничего плохого в этом Ольшанский не усматривает.



Дмитрий Ольшанский: При социализме все было расписано до миллиметра. Зампред Совмина – ЗИЛ, министр СССР – «Чайка». Первый секретарь обкома, руководитель области - «Чайка», руководитель района – «Волга». Не мог секретарь обкома ездить на «Мерседесе» или на ЗИЛе. Сейчас рухнули критерии, плюс появились внебюджетные фонды. Появилась масса возможностей купить зарубежный автомобиль, его эксплуатировать. У нас важнейший принцип права: разрешено все, что прямо не запрещено законом.



Андрей Бабицкий: Дмитрий Ольшанский также считает, что с точки зрения закона к Кадырову не может быть никаких претензий.



Дмитрий Ольшанский: Это вопрос скорее организационно-психологический, а не юридический. Понимаете, если с губернатором, к примеру, едет два вице-губернатора, то значит будет пять машин в кортеже. А представляете себе, что все начальники управлений и все руководители районов после совещания едут куда-то, например, смотреть новый аэродром или новый театр, вот вам и будет 25 машин в кортеже. Поэтому это воля человека встать в хвост машине другого человека. Если вдуматься, я просто знаю чиновников, я спрашивал: а чего ты едешь? А на всякий случай, а вдруг какой-то вопросик возникнет. И вот он тоже появляется, пусть не 52, а 38 в кортеже. Это не может быть ограничено никаким законом, или наоборот заставить нельзя. Поэтому ни в меньшую, ни в большую сторону заставить нельзя количество машин. Дальше: у нас сказано в Правилах дорожного движения, если простым языком, не по-научному, а простым: если есть сирена и колпак на крыше, то может реветь и всех раздвигать и все должны останавливаться и пускать, а если два колпака тем более, синий и красный, тогда все должны останавливаться и вообще замереть. Естественно, что если есть руководитель любого региона нашей страны, то у него есть возможность поставить машину или ГАИ или других спецорганов перед своей машиной, которая будет всех раздвигать. Поэтому юридически можно подвести. Раз у нас есть республики, области нашей страны, где стрельба вспыхивает, где есть элементы бандитизма, более неспокойные, чем с божьей помощью столица, целесообразно кому-то, внутренним войскам, ФСБ охранять людей, которые могут быть подвержены нападению. Например, даже детей везут в детсад, наверное, целесообразно им дать бронетранспортер, если мы подозреваем, что там могут быть боевые действия. Поэтому опять-таки дать множество охраны – это вопрос целесообразности действий органов. И никогда за то, что здесь пересолил, не накажут, а наоборот скажут, что молодец. Потому что в одном случае это дети, в другом случае это госчиновники, в третьем случае комиссия генштаба. Поэтому всегда, я думаю, охрана должна поощряться. Теперь следующий вопрос – скорость. Вам любой специалист из спецслужбы скажет, что для того, чтобы снайпер не мог прицелиться, специалист не мог прицелиться, неважно из чего, из винтовки или с гранатомета, скорость должна превышать 120-130 километров и далее. Чем меньше скорость, тем легче создать помеху, тем легче прицелиться. Во всех странах мира специалисты по охране требуют большое количество машин, чтобы нельзя было сориентироваться - а президент США где, по аналогии с голливудским фильмом, а где там министр такой-то, генерал такой-то. Большое количество машин, во-первых, делается для того, чтобы нельзя понять, где искомое лицо, во-вторых, машины носят характер заслона, одна закрывает другую и, в-третьих, скорость важна. Таким образом, большое количество машин и большая скорость обусловлены спецификой действий спецслужб во всех странах мира. Вот что мне сказали в личной беседе специалисты.



Андрей Бабицкий: Выложенный на прошлой неделе в YouTube ролик с кадыровским кортежем широко разошелся в русском интернете благодаря в том числе и комментарию, оставленному в своем электронном дневнике лидером молодежного «Яблока» Ильей Яшиным. Тот подсчитал примерную стоимость машин сопровождения. Дам неполную цитату: «Состоит кортеж их следующих автомобилей: БМВ-530 - две штуки «Порш-Каенн» – 9 штук, «Мерседес-Бенц С класс» - две штуки, «Лексус ЛХ-478» - восемь штук, еще около 30 машин, среди которых половина «десятки», половина сборная солянка из «пятерок» БМВ, «Мерседес G класса», пара «Волг» и тому подобное. Примерная стоимость кортежа Кадырова два миллиона евро».
XS
SM
MD
LG