Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Наступление на свободу прессы в Белоруссии


Ирина Лагунина: 27 марта, когда сотрудники милиции и спецслужб врывались в офисы редакций, неправительственных организаций и частные квартиры, в Белоруссии уже назвали «ночью длинных ножей». Двумя днями раньше, 25 марта в Минске, по данным авторитетной международной организации «Эмнисти Интернэшнл», было задержано около 100 человек, в том числе и журналисты, среди которых – группа Литовского телевидения. 27 марта, как сообщает организация, сотрудники КГБ провели по всей стране обыски в домах журналистов, которые сотрудничают с зарубежными СМИ, прежде всего теми, которые вещают с территории Польши. О ситуации с прессой в Белоруссии – мой коллега Олег Панфилов.



Олег Панфилов: «Эмнисти Интернэшнл» призвала власти Белоруссии «немедленно прекратить преследование и давление на активистов гражданского общества, которые занимаются защитой прав человека, а также гарантировать соблюдение международных стандартов в области прав человека при проведении операций органами правопорядка.


На связи со студией из Гродно независимый Микола Маркевич и из Минска – юрист Белорусской ассоциации журналистов Андрей Бастунец.


Микола, скажите, что произошло в том числе и с вами и есть ли у вас какая-то обобщенная информация о том, сколько было задержано журналистов и как с ними поступали?



Микола Маркевич: Что касается конкретно нас, то в 11.20 открылась дверь, вошли пятеро человек в штатском, предъявили ордер на обыск и предложили выдать запрещенные законом предметы и так далее. После этого началась детальная проверка всей редакции, в том числе подсобных помещений и туалета. Была каждая бумага просмотрена с двух сторон. У меня создалось впечатление, что их задача была основная - это взять и забрать компьютеры, лишив тем самым возможности осуществлять нами свою профессиональную деятельность.



Олег Панфилов: То есть никаких официальных документов по поводу чего, на основании каких следственных мероприятий это все проводилось?



Микола Маркевич: Нет, просто был показан обыкновенный ордер на обыск, где заместитель прокурора города Минска Стук указал, что в городе Гродно по такому-то адресу находится офис такой-то газеты, где возможно есть предметы вещи и так далее, которые относятся к знаменитому уголовному делу о мультфильмах, где главным героем выступил Лукашенко, которое было возбуждено в 2005 году, если я не ошибаюсь.



Олег Панфилов: Микола, скажите, вы как журналист уже однажды осужденный и посидевший в местах не столь отдаленных, вы понимаете, что какая-то парадоксальная ситуация сложилась? Еще недавно президент Лукашенко освобождал из тюрем политических заключенных, но говорили о том, что это было некое соглашение с Европейским союзом, который требовал освободить политзаключенных. И казалось, что эта ситуация вот-вот должна разрешиться. И вдруг эта новая волна репрессий. С чем это связано?



Микола Маркевич: Вы знаете, это не поддается логическому объяснению. Если исходить из точки здоровой логики, логики здравомыслящего человека, человека, ответственного за судьбу своего народа, своего страны. В белорусской прессе, в белорусском интернете очень часто мелькает заголовок «Весеннее обострение». Мне кажется, это самое логическое объяснение тому, что произошло. Безусловно, конечно, это откровенный месседж для журналистов, которым просто в очередной раз напомнили, что в доме хозяин тот, у кого больше палка. Все остальные нормальные, разумные объяснения сюда не могут быть применены абсолютно.



Олег Панфилов: Спасибо, Микола. Андрей Бастунец, вы, как юрист ведущий журналистской организации Белорусская ассоциация журналистов, уже знаете какие-то обобщенные данные, информацию о том, что происходило в течение этих дней, включая в том числе и 28 марта, когда обыски продолжились. Скажите, каковы масштабы этих репрессий, сколько было подвергнуто задержаниям журналистов, сколько было обыскано редакций, что произошло?



Андрей Бастунец: По нашим данным, обыски проводились в квартирах 16 журналистов и в нескольких офисах. И около 30 журналистов в той или иной мере пострадали во время проведения этих мероприятий. Проводилось это, как уже Никола обратил внимание, под предлогом того, что искались какие-то материалы, которые имели отношение к мультфильмам, к уголовному делу, возбужденному еще в 2005 году. Хотя фигуранты этого дела давно находятся за пределами страны и совершенно очевидно, что журналисты, в квартирах которых проводились обыски, не имели к этому никакого отношения. Это проходило по всей стране. И весьма показательно, что после комментария прокуратуры, после этого выбранного повода старого уголовного дела выступил белорусский МИД, представитель которого заявил, что журналисты, которые подверглись преследованиям, подверглись этим санкциям прокурора, они работают на зарубежные СМИ. И красноречиво выдал основную цель этой акции, действительно «утро длинных ножей», когда изъято большое количество оборудования. А цель - это сорвать, прекратить работу на территории Белоруссии зарубежных телеканалов, сократить поток информации из страны за ее пределы.



Олег Панфилов: Андрей, я хочу уточнить, что дело было возбуждено в 2005 году, а спутниковый канал «Белсат» был запущен только в прошлом году. То есть это совершенно несоответствие материалов следствия, материалов уголовного дела и того, что происходит на самом деле в Белоруссии. Скажите, насколько были нарушены белорусские законы, когда проводились эти обыски и когда оказывалось давление на журналистов?



Андрей Бастунец: Самое главное нарушение для меня - это то, что эти обыски проводились сами по себе. Поскольку на таком основании, которое было избрано, можно проводить обыск в любой квартире, в любом помещении, в любом офисе, восстановив, вытянув из длинного ящика какое-нибудь дело многолетней давности. Во время самих обысков, как правило, проводящие их сотрудники милиции и КГБ придерживались формы, буквы закона. Хотя, конечно, при возможности оказывали и насилие, и применяли физическую силу. Но второе грубое нарушение было - это изъятие оборудование, изъятие документов, книг в этих офисах. Поскольку если они шли под предлогом проведения дела по факту распространения мультфильмов в сети интернет, с какой стати они забирали какую-то печатную литературу, музыкальную литературу, которая абсолютно не имела никакого отношения к этому делу. Вот это два основных нарушения, на которые мы бы обратили внимание. И обратили собственно, и обратились к генеральному прокурору страны с заявлениями на этот счет.



Олег Панфилов: Спасибо, Андрей. Микола, вы живете в Гродно, в городе, который находится далеко от столицы. Обеспокоенность властей по поводу деятельности «Белсата», спутникового телевидения, которое вещает с территории Польши, и радио «Рация», которое так же вещает с территории Польши - эта обеспокоенность действительно серьезна? Насколько телевидение и насколько радио имеет влияние на население Белоруссии и может ли население Белоруссии получать альтернативную информацию с их помощью?



Микола Маркевич: На самом деле эти шаги можно квалифицировать скорее как какую-то профилактическую деятельность со стороны властей по предотвращению попадания независимой, неподцензурной информации в Беларусь из-за пределов ее. Надо сказать, что и радио «Рация», и Европейское радио, и «Белсат» - это новые медийные проекты, которые даже в условиях благоприятных раскручиваются обычно несколько лет. И в данном случае говорить о том, что эти проекты являются эффективными на сто процентов, наверное, не приходится. Я думаю, что просто власти сделали предупредительную зачистку для того, чтобы предотвратить развитие этих проектов.



Олег Панфилов: Спасибо, Микола. И последний вопрос к Андрею Бастунцу. Андрей, из-за того, что Беларусь, государство находится в такой странной ситуации, когда приостановлено членство в Совете Европы и очень напряженные отношения с другими международными организациями, в том числе и с ОБСЕ, каков механизм воздействия на власти после того, как были многочисленные нарушения прав журналистов?



Андрей Бастунец: К сожалению, говорить об эффективности механизмов воздействия на белорусские власти как изнутри страны, так и снаружи довольно сложно. Поскольку власть так законсервировалась и пытается жить в автономном режиме. Но те меры, которые принимаются, они уже тоже выработаны. Это использование правовых механизмов внутри страны, обжалование незаконных действий в данном случае работников правоохранительных органов и доведение жалоб вплоть до комитета по правам человека ООН. Это обращение к международным организациям, структурам с тем, чтобы они в свою очередь оказывали давление на белорусские власти. И хотя я сказал, что эти меры недостаточно неэффективные, если бы они не предпринимались, то думаю, ситуация в стране была бы гораздо хуже.


XS
SM
MD
LG