Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вышедшая в Италии книга Карлы дель Понте произвела эффект разорвавшейся бомбы


Программу ведет Андрей Шароградский . Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Софья Корниенко и Кирилл Кобрин .



Андрей Шароградский : Вышедшая в Италии книга бывшего главного обвинителя Гаагского Международного трибунала по бывшей Югославии Карлы дель Понте La caccia . Io e i criminali di guerra («Охота. Я и военные преступники») произвела эффект разорвавшейся бомбы. Насколько справедливы высказанные в книге скандальные заявления дель Понте? И в чем она ошибается? На эту тему наш корреспондент в Нидерландах Софья Корниенко побеседовала с ведущим экспертом по Международному трибуналу Хайкелин Веррайн Стюарт.



Софья Корниенко : Вышедшую в начале апреля в итальянском издательстве Feltrinelli книгу Карлы дель Понте не читал практически никто. Горячее обсуждение книги в прессе основано на нескольких отрывках, которые издательство предварительно предоставило некоторым информационным агентствам, а они, в свою очередь, выжали из этих отрывков необходимые сенсации. «Сенсационными» материалами об откровениях Карлы дель Понте буквально завалили интернет русские и сербские СМИ. Даже если искать новости о книге в англоязычном Гугле, то большинство результатов поиска - англоязычные клоны все тех же русских и сербских медиа. По их коротким желчным статьям может создаться впечатление, что все 416 страниц книги посвящены кровавым подробностям того, как косовские повстанцы вырезали органы у сербских пленных. Это всего лишь одна из многочисленных эмоциональных иллюстраций к лейтмотиву книги - тому, что дель Понте называет muro di gomma («резиновая стена»). С помощью этой недвусмысленной метафоры дель Понте выразила свое глубокое разочарование в международном сообществе, в котором, как оказалось, все предпочитают заниматься политикой, а не международным правом.


Главные вехи книги я попросила прокомментировать одного из самых известных независимых экспертов по истории Международного трибунала по бывшей Югославии, юриста-международника Хайкелин Веррайн Стюарт ( Heikelina Mildred ( Heikelien ) Verrijn Stuart ).



Хайкелин Веррайн Стюарт : Дель Понте настолько зла на американцев за то, что те не захотели сотрудничать в подготовке обвинения против членов Освободительной армии Косово, что использует непроверенные рассказы об ужасных преступлениях в качестве иллюстраций, тем самым, преступая грань разумного. Я отнюдь не принадлежу к немалому числу активных критиков дель Понте. Пост ей, прямо скажем, достался незавидный. В международном сообществе, где политические интересы играют сегодня такую огромную роль, практически невозможно действовать независимо. Тот же, кто пытается это делать, сталкивается лбами с властными структурами.


Дель Понте попробовала действовать независимо, пусть в своей, порой излишне прямолинейной манере. За это она достойна уважения. Она долго держалась, ее предшественники продержались гораздо меньше. И она абсолютно права, обращая наше внимание на то, как работа Трибунала оказалась парализована. Однако она не должна забывать, что ее основная роль как представителя международного права, заключалась, прежде всего, в том, чтобы олицетворять собой возможность честного судебного процесса, даже если речь идет о страшных преступлениях против человечности, в которых обвиняется крупный руководитель, президент страны. Кто бы ты ни был, тебе будет обеспечен честный процесс. Если же против тебя заводят теневые процессы в средствах массовой информации, как в случае с обвинениями косовской армии в торговле органами, это уже не честный процесс.



Софья Корниенко : Итак, книга дель Понте - не о сербах. В нескольких интервью, которые она успела дать итальянским журналистам до того, как швейцарское правительство запретило ей рекламировать свои мемуары, госпожа бывший прокурор, а ныне - посол, подробно перебирает наиболее важные затронутые ей темы. Органов среди этих тем нет. Зато есть отказ папы римского Бенедикта XVI принять ее и помочь надавить на католический Загреб, рассказ о том, как повернулись к ней спиной все американские чиновники, как 11 сентября, вообще, ознаменовало переворот в иерархии приоритетов и превратило Кофи Аннана в слабую фигуру.



Андрей Шароградский : Скандал вокруг книги Карлы дель Понте и политические обстоятельства некоторых сюжетов, содержащихся в ней, в частности, обвинений в адрес косовских албанцев в торговле человеческими органами, мой коллега Кирилл Кобрин обсудил с журналистом Радио Свобода, специалистом по Балканам Андреем Шарым.



Кирилл Кобрин : Андрей, во всем этом деле вокруг книги Карлы дель Понте очень много слухов и очень мало, к сожалению, объективной информации. Российские комментарии все основаны на каких-то слухах, а о книге не говорит никто. Более того, на сайте "Русского журнала" я прочитал рецензию на эту книгу. Было совершенно очевидно, что: а) автор этой книги не читал и б) там о книге вообще нет практически ни слова.



Андрей Шарый: Что пока можно сказать об этом деле, связанном с цитатами из книги дель Понте, вырванными из контекста, по которым невозможно судить какое место вообще занимало это расследование. В практике Гаагского трибунала более чем за 10 лет существования было множество случаев, когда по совершенно свирепым преступлениям по заявлениям о том, что такие преступления совершались, Трибунал проводил расследования, и многие из таких расследований закрывались, потому что не удавалось найти достаточного количества доказательств, что не означало, что эти преступления не совершались. Это означало, что не было собрано достаточного количества доказательств. Это связано и с очень громкими делами. Часто бывает так, когда в практике Трибунала приговор, который выносят преступнику, хотя уж они преступники распреступники, тем не менее, оказывается значительно более мягким, чем это можно полагать. Самое нашумевшее дело - это против тех, кто говорит, что Трибунал - это антисербский орган. Он не антисербский, он не просербский - это суд. Там судят на основании тех доказательств, которые есть. Это случай в Вукаваре, когда судили троих сербских офицеров за убийство 270 пациентов в госпитале. Там, что касается дела, это только ленивый журналист, который работал в бывшей Югославии, об этом не писал. Это одно из самых грязных, свирепых и там всяких преступлений, совершенных там, когда 270 невинных больных людей расстреляли сербские силы. Все эти офицеры получили очень небольшие сроки наказания. Это вызвало огромную волну негодования в Хорватии и в тех странах, которые можно назвать условно антисербскими, по методологии вот этих самых людей. Не смогли доказать. Вот в чем дело.


То, что связано с этим албанским домом на севере Албании, где якобы вытаскивали из сербов органы. Я внимательно смотрел данные по этому поводу, предоставленные Флоранс Хартман, это бывшая пресс-секретарь Трибунала. Это человек очень компетентный. Она очень осторожно говорит об этом. Было такое расследование, были данные. Дель Понте занималась этим делом. Она посылала запросы и даже ездила в Албанию для того, чтобы добиться от властей Албании попытки способствовать расследованию этого дела. Трибунал, созданный решением Совета Безопасности ООН, не обладает собственным механизмом расследования. У них нет своих сил принуждения. У них есть прокуроры и эксперты, которые ведут работу по уже собранным кем-то данным. Эти данные могут собираться местными судами, есть выездные группы прокуроров, которые приезжают из Гааги, но возможности там ограничены. На основании всего того, что получил Трибунал, невозможно было возбудить дело, поскольку не было достаточного количества доказательств. Позиция дель Понте в то время была такова - я своим политическим весом и авторитетом юриста обеспечу возможность сотрудничества Албании и международной операции ООН в Косове для того, чтобы такое расследование было проведено. А потом мы попросим местные органы власти, чтобы они этим занялись, местные органы правосудия, и попытаемся что-то разузнать. Из этого ничего не получилось.



XS
SM
MD
LG